Глава 9

Алина. Я совершенно не понимала, как относиться к произошедшему. Помимо неловкости, меня одолевали муки совести. Ладно, когда муж перечисляет деньги жене, но в случае с нами… Тион ничего мне не должен. Однако его слова о заботе, заставили меня задуматься и умолкнуть. Далеко не сразу и нелегко, я все же приняла решение смириться и засунула свою стыдливость подальше. Разумеется, я не планировала транжирить эти деньги, напротив растяну их на максимальный срок. Привычка тратить разумно и жить скромно прочно укоренилась в моем сознании. Вот уже год я копила на первый ипотечный взнос, мечтая купить для Софии если не квартиру, то хотя бы студию. Ей скоро восемнадцать, и мысли о раздельном проживании звучали от нее все чаще. Я не обижалась и не сердилась. Насколько бы комфортной и понимающей матерью я не была, все одно – сепарация детей – важный и необходимый процесс, затягивать с которым не стоило. Вот только с моей скромной зарплатой копирайтера, откладывать удавалось до смешного мало. Конечно, сейчас с новой работой дело должно пойти быстрее, но тем не менее такими темпами нужная сумма наберется только к окончанию учебы. И все же это лучше, чем ничего. А так к концу пятого курса у дочери будет неплохой стартовый капитал на покупку жилья. Коль скоро так, мой шопинг всегда проходил в сезон распродаж и ограничивался весьма скромным бюджетом. Как сейчас. И помочь мне мог только один человек. Помимо прочих талантов, Белла обладала отменным вкусом, умудряясь из горы тряпок отыскать настоящее сокровище, и сочетать вещи, которые бы я никогда не додумалась надеть вместе. Тот самый момент, когда опция «звонок другу» просто необходима! – Привет, Бельчонок! Уже купила новогодний наряд? Нет? Отлично, есть предложение прошвырнуться по магазинам вместе. Повеселимся и наболтаемся вдоволь. Что скажешь? Знаю, многие бы покрутили пальцем у виска. Зачем тратить время на торговые центры, когда можно все заказать на маркетплейсах, да еще и с доставкой? Тот, кто искренне так считает, просто никогда не шопился с Беллой! Уверяю, если бы вы хоть раз посетили магазины в ее компании, забрали бы свои слова обратно. Настоящая феерия с хохотом из одной кабинки, множеством презабавных селфи, импровизированным показом мод, когда даже консультанты сбегаются посмотреть на это чудо-представление. Так что меня ждала увлекательная прогулка по столичному моллу, да еще и в сопровождении искромётного, личного стилиста. Поскольку вечеринка назначена на пятницу (опять! вообще декабрьские пятницы перешли в разряд крупнокалиберных ударов по печени), мы договорились встретиться в четверг вечером. Но домой я уехала за два дня до мероприятия, закончилась одежда и вообще неплохо бы постираться, убраться и увидеться с дочерью. Как оказалось, это было правильным решением. Я охренела прямо с порога. За три дня моего отсутствия квартира превратилась в свалку. Повсюду разбросанные вещи, грязь, а липкие пятна на полу и горы немытой посуды на кухне подсказывали, недавно здесь гуляли студенты. Хорошо, хоть мусорное ведро вынесли. Пока старенькая стиральная машинка натужно крутила барабан, я успела отдраить квартиру и разобрать завалы в комнате Софии. Боже, представляю, во что превратиться квартира, если меня не будет месяц! Сколько бы я ни приучала дочь к чистоте, все бесполезно. Даже за сутки она умудрялась устроить в комнате такой бедлам, хоть за голову хватайся. Поэтому, засучив рукава, снова и снова разгребала завалы. Да-да, я помнила о личных границах, но просто не могла спокойно жить в бардаке, искренне считая, что порядок вокруг – порядок в голове. Надеюсь, когда-нибудь София проникнется этой нехитрой философией. Тем временем вернулась дочь. Какая-то понурая, вся в себе, своих мыслях. При виде ее на ум приходило разное, поэтому я решила уточнить: – У тебя все хорошо? – Мам, нужно поговорить. Серьезный тон мгновенно породил ворох самых чудовищных догадок. – Ты беременна? Тебя отчисляют? Решила съехать? София даже опешила от потока родительских страхов. – Над последним я, пожалуй, подумаю. Но почему надо сразу накручивать себе всякие ужасы? Разве я не могу поделить с тобой чем-то хорошим? – Прости свою тревожную мать, обещаю поработать над собой. Так, о чем ты хотела поговорить? – В общем, я влюбилась. Фух-х-х, аж от сердца отлегло. Я помнила ее первые шаги, смешные словечки, драматичную сдачу ЕГЭ, поступление, а теперь предстоит пережить первую «взрослую» влюбленность Софии. На глазах навернулись сентиментальные слезы. Однако пришлось срочно их сморгнуть, пока дочь окончательно не уверилась в моем материнском слабоумии. – Бусинка, это же здорово! Кто он? Из института? Вы встречаетесь? София нетерпеливо дернула плечом, останавливая поток вопросов. – Я пока не готова тебе рассказать, – и мстительно ввернула, – боюсь сглазить. Но обещаю, скоро ты обо всем узнаешь. А пока мне требуется дельные идеи насчет новогоднего подарка. Стянув резиновые перчатки, я поманила ее за собой на кухню и включила чайник. Такие разговоры надо смаковать под чашечку ароматного чая с вкусняшкой. – Насколько вы близки? – Совсем не близки. Пока только присматриваемся друг к другу. – Тогда подойдет что-то милое, новогоднее. Серьезный подарок может насторожить. – Поможешь выбрать? – С радостью! Мы с Беллой как раз встречаемся завтра в торговом центре. Пойдем с нами? Заодно поможем выбрать. София смешно сморщила носик, совсем как в детстве. – Знаю я ваши походы по магазинам, ведете себя как две кайфушки. Нет уж, я присоединюсь, только если мы первым делом выберем подарок, а потом я уйду к СВОИМ подругам. – Как скажешь. Заварив чай, я быстро сообразила для бусинки нехитрый ужин. И наблюдая, как она уплетает бутерброды, взахлеб рассказывая мне про учебу, друзей, забавные ситуации из студенческой жизни, тихонько радовалась вечеру, проведенному вместе. Все же хорошо иметь взрослую, умную дочь, пусть и слегка неряшливую. На следующий день ближе к обеду от Тиона пришло сообщение: «Какие планы на вечер? Я освобожусь к семи» «Извини, сегодня только девочки. Идем на шопинг» «Тогда оторвитесь по полной!» И вновь меня накрыло смущением. Господи, что со мной не так? Другая бы радовалась, но мне проще было бы отправить всю сумму обратно и выдохнуть. Вот только проныра успел хорошо меня изучить, предвидел подобную реакцию и сразу предупредил о последствиях. Ладно, куплю что-нибудь и ему, может, легче станет. Вечером мы встретились с бусинкой в метро и вместе доехали до торгового центра. Белла уже ждала внутри, медленно прогуливалась вдоль витрин с видом богини, решившей разузнать, как обстоят дела у простых смертных. После радостных чмоков, мы двинули вглубь торговых галерей. Веселая я с подругой и София, мечтающая поскорей решить свой вопрос и свалить от нас подальше. Пока шли, мой взгляд мимолетом выхватывал витрины. Одежда на манекенах переливалась пайетками всех цветов и вызывала недоумение. Я озадаченно огляделась. – Напомни, какой следующий год по китайскому календарю? – Год любви, безудержного секса и вечной весны, – пропела над ухом Белла и озорно улыбнулась. – Твой год! Пойдем выберем самые шедевральные платья. – Подожди, сначала подарок. – я скосила многозначительный взгляд в сторону Софии. – Нужно что-то особенное, но не слишком. Мы зашли в магазинчик, пестрящий сувенирами и различными товарами – от кружек до шапок с новогодним дизайном. Подруга обвела полки задумчивым взглядом и уверенно шагнула к одной из них. – О снежный шар. По-моему, идеальный вариант! Дочь рассматривала сувенир с крайне скептическим выражением лица. – Ну не знаю… он все-таки не мальчик. – Дорогая, мужчины до старости остаются мальчиками, растет только живот. – философски заметила Белла и помахала продавщице. Но София восприняла ее слова почти как личное оскорбление и возмущенно заявила: – У него нет никакого живота! Пока молодость сомневалась, зрелость действовала. – Зато будет игрушка! – Белла неподражаемо улыбнулась и обратилась к подоспевшей продавщице. – Мы берем эту занятную вещицу. Упакуйте, пожалуйста. Я не вмешивалась, наблюдая за их милой перепалкой со стороны. По мне, так отличный подарок. Довольно крупный, увесистый шар с бронзовым пьедесталом. Внутри стеклянного купола виднелся Кремль в восхитительной снежной пурге. Но заметив, что дочь сомневается, я поспешила внести свою лепту. – Выглядит очень солидно и празднично. Видно, что не какая-то дешевка с рождественского базара. А главное, патриотично! И символично для тех, кто собрался служить на международной арене во благо государства. Ух завернула, даже самой понравилось. – Ладно, – выдохнула дочь. – Шар вроде ничего. После того как подарок упаковали, он и вовсе заиграл самым праздничным настроением, и бусинка окончательно успокоилась. Сцапав пакет, помахала нам ручкой и ускакала к подружкам. Оказывается, они тоже договорились встретиться здесь с Машей и Лерой, чтобы прикупить обновки. Поразмыслив, кинула ей на карту денег. Велено же оторваться по полной. А мы с Беллой направились в любимый магазин женской одежды. Пока я уныло перебирала наряды, точнее ценники, рядом материализовалась подруга с чем-то умопомрачительным в руках. Платье цвета пыльной розы с черными кружевами. Пошло? Скорее изысканно пошло. Значит, надо брать! Последние сомнения исчезли в примерочной. Платье смотрелось на мне роскошно и совсем не пошло. В соседней примерочной крутилась Белла, а через пару секунд выплыла из-за шторки в чем-то сияющем с откровенным разрезом от подола до первых половых признаков. И в шляпке с вуалью! Где только раздобыла реквизит, непонятно! Едва завидев роковую примадонну, я прыснула от смеха. Она тем временем, покачивая бедрами, приблизилась к огромному зеркалу и приняла самую непринужденную, томную, позу, словно перед ней выстроилась шеренга фотографов. Не знаю, о чем она думала, что представляла в этот момент, я с восхищением следила за подругой, напитываясь ее женственностью, страстностью и абсолютной раскрепощенностью. Если верить словам Тиона насчет караоке-пати, немного раскованности мне не повредит. Пока продавщицы носили нам новые наряды, мы от души нафоткались и нахохотались. Настроение зашкаливало, и я прикупила еще парочку платьев, более скромных для моей новой работы. За вполне разумные деньги. Говорю же, я никогда не была транжирой. После шопинга мы поднялись на фудкорт и присели за столик в ресторане. Бельчонок пристроила пакеты с покупками рядом с диванчиком. Ее лучистые глаза, обращенные на меня, светились неподдельной радостью и теплотой. – Как у вас с Багратионом? – Чудесно. Тот самый бархатный роман, когда накрывает с головой. С ним я наконец-то поняла, каково это – быть бессовестно счастливой. – сказала и сама смутилась. Прозвучало, так хвастливо… – Но что мы все обо мне, расскажи лучше, как у тебя дела? После трех замужеств Белла объявила мораторий на брак. А после десяти ЭКО и на детей тоже. И вот уже лет пять наслаждалась свободой. – Дорогая, все прекрасно. – роскошные шелковистые пряди всколыхнулись в унисон пожатым плечикам. – У него бизнес и футбольный клуб. И ни намека на эректильную дисфункцию. На январские праздники мы едем на Бали. – Тебе с ним хорошо? – И даже очень, – промурлыкала подруга. – Секс великолепный. При этом ореховые глаза подернулись столь мечтательной поволокой, что я верила безоговорочно. И искренне радовалась, но все же внутри противным червячком ворочалось беспокойство. Пока есть молодость и красота, все кажется нипочем, но рано или поздно (в случае Беллы, вне сомнений, поздно, но тем не менее), наступают другие времена. Когда толпа поклонников стремительно редеет, отражение в зеркале удручает и сил на новые подвиги становится все меньше. Поэтому я невзначай спросила: – А ты не задумывалась о чем-то более серьёзном? – О, дорогая, ты меня знаешь. Даже свое семидесятилетие я отмечу с каким-нибудь зажигательным старперцем на Ибице. – искристо рассмеялась Белла и подмигнула. – Ты, кстати, приглашена. Непрошибаемая, как и всегда. Эх, мне бы хоть каплю ее уверенности и оптимизма! Поболтав еще немного и осушив по бокалу за удачный шопинг, мы расселись по такси. Весь следующий день я удерживала в голове образ блистательной подруги в вуали. Надеюсь, он придаст мне сил и смелости для грядущего праздника. Тион. Нам предстояло провести совсем нескучный вечер в компании веселящихся службистов и умудриться выжить. Но стоило взглянуть на платье Алины, как все надежды выйти отсюда целым и невредимым рухнули в одночасье. Помимо белокурых локонов, кукольного личика с невероятно выразительными глазами, ее соблазнительное тело выглядело, как самое греховное искушение. Как только все прочие увидят сногсшибательную синеглазку, да еще и в таком платье, не сносить мне головы. Точно замесят! Разглядывая мое оторопелое лицо, Алина мгновенно насторожилась. – Что не так?! Ты же сказал нарядное и новогоднее. – Работать мне твоим телохранителем весь вечер. И не факт, что успешно. И знаете, что она сделала? Принялась судорожно натягивать пальто обратно. Меня же разобрал смех. Пока я смеялся, ангелочек успела застегнуться на все пуговицы и завязать пояс узлом. Насилу отобрал у нее пальто. – Сиять так сиять. Может, и обойдется. Пойдем, познакомлю тебя с ребятами. Первыми на нашем пути возникли Карим с супругой. Вот же нашли друг друга! Он в синем бархатном пиджаке, Микаэла в бархатном с блестками платье под стать. Словно два цирковых артиста, сбежавших в разгар представления. Пока я представлял их Алине, изо всех сил борясь с подступающим смехом, оба с нескрываемым интересом разглядывали мою спутницу. Пара вежливых фраз, улыбки, обмен ожиданиями насчет предстоящего вечера, и мы направились дальше. В целом, знакомство прошло довольно мило и непринужденно. Я готов был их расцеловать за проявленную тактичность. А нет рано. Стоило нам отойти, как Карим принялся паясничать, причмокивая и беззвучно повторяя «вай! вай! вай!», за что тут же получил тычок локтем от Микаэлы. И поделом! К кому-то подходили мы, кто-то подходил к нам. Шумной вереницей мелькали лица, шутки, любопытные взгляды… и не все мне понравились. Некоторые знакомые откровенно пожирали Алину глазами, даже не скрывая своих мыслей. Готов поспорить, отвлекись я на пять минут, мигом налетят и попытаются увести. С каждой минутой волосы на загривке дыбились все сильнее. Внутренний собственник негодовал, приказывая немедленно положить руку на талию своей женщины, чтобы не осталось недопонимания. Что я и сделал. И тут же получил полный облегчения и благодарности взгляд. Знакомясь, синеглазка старалась выглядеть непринужденно и улыбаться, а сама все сильнее прижималась ко мне. И к концу процессии почти намертво приклеилась к моему боку. Видимо, надышалась тестостероном, которого вокруг было в избытке. А мне невольно вспомнилась Агния и ее реакция при первой встрече. Когда она вот также искала защиты и поддержки у Боба. Так вот что это было! Смущение, нежелание привлекать лишнего внимания, показательное и категоричное – «я с ним!». И меня отпустило. Какие бы плотоядные хищники ни кружили вокруг, Алина ни за что им не дастся. Постепенно народ рассаживался на диванчики, выстроенные полукругом напротив сцены и огромного экрана. На столах уже стояли закуски. Под несмолкаемые разговоры сновали официанты, разливая по бокалам напитки. Мы заняли места рядом с Каримом и Микаэлой. Поймав мой взгляд, Мика незаметно подняла большой палец вверх и улыбнулась. Выходит, тоже оценила. Не то чтобы я нуждался в одобрении, но стало приятно. В это время Алина посматривала по сторонам, нервно поглаживая крошечную сумочку. Желая успокоить, показать, что я рядом, взял ее руку и легонько поцеловал. Но когда в зал вошел Максим, я внутренне подобрался. Мне «посчастливилось» заниматься его разводом несколько лет назад. И еще никогда дело не проходило так быстро, весело, а клиент вопреки внутренним убеждениям почти сразу перешел в категорию друзей. Именно он каждый год присылал мне приглашение на закрытую вечеринку «только для своих» и отказов не принимал. Не разочаровал Макс и теперь. Буквально через секунду раздался его возмущенный рев. – Опять тех же телок вызвали?! Мужики, блин, я с вами разорюсь, они ж самые дорогие! Парни загоготали, но далеко не все дамы оценили шутку. Вот и Алина перевал на меня недоуменный взгляд. Чуть склонившись к ней, я шепнул, что вошедший парень просто валяет дурака. Максима нужно было знать и принимать таким, как есть, или не принимать вовсе. Более искрометного шутника мне еще встречать не доводилось. Он буквально фонтанировал, на ходу придумывая такие реплики, что одна половина гостей рвала животы, а вторая сползала под стол от испанского стыда. И нет, его не остановить. – Макс, предатель. – возмутился в ответ один из его коллег. – Сам пришел без подруги и всех сдал. Я как-нибудь сделаю тебе такую же подлянку. – Главное не сделай каминг-аут, дружище. Зал вновь задрожал от гогота, сам шутник подхватил микрофон и заскочил на сцену. – Дамы и господа, приветствую вас на нашем ежегодном вечере. Позвольте поздравить вас с наступающим Новым годом, пожелать тепла и уюта вашим домам. И пусть утро начинается с поцелуя любимой женщины, ароматного кофе, а не с сообщения на телефон «у нас проблемы». Простого земного счастья, маленьких радостей, больших грехов, здоровья, успехов и храни небеса нашего начальника! И после столь проникновенного, душевного тоста, балагур затянул «Кабы не было зимы…». Алина. Существует всего семь нот, но бедолага умудрился не попасть ни в одну из них. Пока он раненым зверем ревел в микрофон, все прочие едва сдерживали рвущийся смех, я решила посетить уборную. Поправить прическу, макияж и поберечь свои драгоценные уши. На выходе дорогу внезапно преградил толстоватый, лысоватый мужик. Он отчего-то страшно нервничал, то и дело протирая взмокший лоб салфеткой. Окинув меня каким-то отчаянно-остервенелым взглядом, незнакомец вдруг с облегчением выдохнул: – Новенькая? – Э-э-э, – вероятно, он имеет в виду, что я впервые встречаюсь с этими людьми? – ну, да. – Наконец-то! Просил же не опаздывать! И что у вас в голове не пойму! Одни накануне нахлестались ледяного Просекко с клиентами и слегли с ангиной, вторые разъехались по Мальдивам. – и все это время мужчина теснил меня в зал. Пер как таран и причитал без умолку, не давая возможности даже слово вставить. – А сейчас сплошные корпоративы, самый горячий сезон! Понимаешь?! – моя голова болванчиком покачалась вверх-вниз, словно ее кто-то за ниточки дергал. – Хоть в петлю лезь! Смотри, – он указал на шумную компанию моих новых знакомых, – полный зал уважаемых людей и не одной бэк-вокалистки! Так что быстро бери микрофон и марш работать! – Уважаемый, но я… – Плачу двойную ставку за смену! И не дав мне опомниться, вручил микрофон и подтолкнул к сцене. Теон смотрел квадратными глазами, явно недоумевая, какого черта я творю. Но управляющий не дал мне шанса улизнуть, так и стоял за спиной. Я попыталась было втолковать ему, что пришла сюда, как гостья, но при таком уровне шума, он не услышал ни слова. Тем временем под ногами дрогнул пол и по залу разнеслось знакомое «Большие города…», ладно с этим я справлюсь. Три класса музыкальной школы мне в помощь! Встав рядом с представителем национальной безопасности, имя которого не отложилось в памяти, я мысленно призвала образ подруги и начала подпевать. Мужчина явно обрадовался компании и заголосил пуще прежнего. Последовала еще одна песня, затем еще и еще. После пятой я готова была отдать все за глоток воды, а потому по-быстренькому шмыгнула со сцены и вернулась к своему покинутому спутнику. Пока я залпом хлестала игристое в попытке утолить мучительную жажду, Тион не сводил с меня заинтригованного взгляда. – Что это было? – Ни за что не поверишь! За время выступления мне удалось осмыслить случившееся, и на смену досаде, пришел смех. Однако Тиону не удалось узнать подробности маленького происшествия, поскольку к нам подошел тот самый неугомонный Максим. – Алина, можно мне снова спеть с вами дуэтом? У вас потрясающий голос! Я перевела вопросительный взгляд на Тиона, не совсем понимая, как реагировать и что делать. Но мой спутник неопределенно пожал плечами и усмехнулся, кажется, совсем не возражая против прозвучавшей просьбы. Менялись песни, партнеры, коктейли, но часа через два я поняла, что до конца «смены» точно недотяну. Надо срочно передать эстафету кому-нибудь другому. Не придумав ничего лучшего, подошла к одной из сопровождавших жен и самой радостной улыбкой вручила микрофон. Удивительно, но она отреагировала с воодушевлением и заняла мое место. Вот только долго прохлаждаться не пришлось, веселье стремительно набирало обороты и вскоре голосили все – с микрофонами и без, а многие еще и танцевали. Хоровое пение продолжалось до трех утра и отложилось в памяти громкой и веселой круговертью. Не помню, в какой момент сознание окончательно покинуло меня. Очнулась я в знакомой спальне с высокими потолками и застонала. Проклятие, как же болит голова! Сбоку мелькнула тень, и надо мной склонилось участливое лицо. – Как себя чувствует королева эстрады? – вопреки жалостливому тону, глаза Тиона так и искрились смехом. – Не издевайся, мне и так плохо, – прохрипела я. Мне тут же протянули стакан с чем-то шипучим. Мигом влив в себя содержимое, я повалилась обратно на подушку. – Господи, стыд-то какой! Что теперь обо мне думают твои друзья? Наверняка считают пьяницей и гулякой. – Я бы так не сказал. Уже трое попросили твой телефон. – огорошил Тион и принялся напевать под нос песенку, – Зима-холода, все как будто изо льда… Я запустила в него подушкой, но промахнулась. – Не то? Хмм… могу иначе. И снится нам не рокот космодрома-а-а-а…. Припоминаешь? Нет? Оу, это точно вспомнишь: Звенит январская вьюга, люди любят друг друга-а-а-а… – У тебя хороший слух… – А у тебя пороха хватит на целую армию. – хохотнул он. – Ты хоть что-нибудь помнишь? Эммм… перед глазами замелькал хоровод лиц, вызвав новый приступ головной боли. Страдальческое выражение на моем лице Тион явно отнес к полной амнезии и вновь принялся подтрунивать. – Ладно, это ты точно не могла забыть: Младший лейтенант, мальчик молодой, все хотят потанцевать с тоб-о-о-о-й. Мамочки! Точно! Эту песню я орала так, что сорвала голос. А потом, кажется, повисла на шее Тиона, выкрикивая, что он лучший мужчина на свете. Кажется… трудно сказать наверняка, когда в голове полный бедлам. – Кошмар… теперь ты заблокируешь мой номер навсегда? – Ну что ты. Разве так поступает лучший мужчина на свете? Черт! Черт! Черт! Выходит, все-таки было. – Прости… – как вдруг я вспомнила, с чего все началось. – В свою защиту могу сказать, что я совершенно ни при чем. Это все управляющий! Помнишь, он погнал меня на сцену? Так вот… Поскольку головная боль понемногу отступала, я наконец-то смогла поведать о той забавной ситуации, в которой ненароком оказалась. Выслушав, Тион не на шутку рассердился: – Возмутительно! Он должен тебе за смену. Двойную ставку! Ты имеешь полное право подать на него в суд. А потом покатился со смеху. – Рада, что тебе весело, – проворчала я, недовольно зыркая на него из облака одеяла. Только спустя час я смогла отодрать себя от подушки и переместить в ванную. Но стоило взглянуть в зеркало, как мне поплохело. Лохматая, помятая, с раскраской панды от потекшей туши, на меня взирала потасканная горе-тусовщица. Неодобрительно покачав головой, я строго выговорила собственному отражению: – Женщина, я тебя не знаю, но накрашу! Сказано – сделано! После душа, укладки и легкого макияжа мне удалось вернуть себе относительно презентабельный вид. Выйдя из ванной, я крадучись прошлась по квартире. Тион обнаружился на кухне с кружкой кофе в руках. А на столе стояла новая коробка с зефиром. – Я ничего не забываю. – невзначай кинул он и отхлебнул кофе. И не понять, он имеет в виду вкусняшку или прошлый вечер. Вскарабкавшись на стул, я внимательно присмотрелась, гадая, а не скрывается ли за внешней веселостью иные, менее радужные чувства. Денис бы устроил мне головомойку после такого разгульного вечера. Он вообще не любил, когда меня замечали. Быть в его тени, не раскрывать рта – так должна вести себя идеальная жена в его понимании. Но ведь Багратион – не он, совершенно другой человек. Тем не менее уточнить стоило. Так, на всякий случай. – Ты ведь не злишься? Слегка приподнялись угольно-черные брови, на красивых губах вновь заиграла лукавая усмешка. – За что? – За вчерашнее. Кажется, я слегка увлеклась песнями и коктейлями. – Ешь зефир, ангелочек, и не забивай голову ерундой. Мы отлично провели время. Ко мне придвинули наполненную кофе кружку и блюдце с десертом. Легкий кивок и все счастье мира промелькнуло в глазах – моих. Боже, спасибо за такого мудрого, понимающего мужчину. В порыве благодарности я подошла и обняла Тиона со спины, уткнувшись в шею. Потянув меня за руку, он усадил к себе на колени. Пальцы сами зарылись в густых, темных волосах, одновременно его руки нежным кольцом сомкнулись вокруг меня. – Ты самый лучший. – Я знаю. Прижавшись лбами, мы сидели, впитывая возникшее вдруг единение, трепетную нежность. Тион ласково поглаживал спину и, кажется, наслаждался близостью не меньше моего. И вдруг спросил: – Где ты отмечаешь Новый год? Тион. Я до последнего сомневался предлагать ли Алине поехать со мной в Батуми, памятуя, как Лиза отреагировала на Кисловодск. Но ведь она не похожа ни на Лизу, ни на ей подобных «бабочек». Решившись, я ждал подходящего момент. И, похоже, он настал. – Вроде дома. – негромко ответила она и гулко сглотнула перед тем, как задать ответный вопрос, – а ты? – Еду в Грузию. Повидать родню и провести с ними праздники. – Здорово! – наигранный энтузиазм я раскусил сразу. На самом деле в глубине небесных глаз стремительно разливалась грусть. – Уверена, ты отлично проведешь время. «А я нет. Потому что без тебя» – договорили ее глаза. Последние вопросы исчезли. Предложи я ей сейчас поехать в… Сызрань, Алина без промедления согласится. Потому что для нее вопрос «с кем?» по степени важности перекрывает все прочие вопросы, в том числе и «куда?». – Я бы очень хотел, чтобы ты поехала со мной. Помимо вспыхнувшей радости, в воздухе ощутимо потянуло дымком настороженности и страха. Не женщина, а комок сомнений. – Нет. В смысле спасибо, но… – Что «но»? – Там же будет твоя семья, друзья, близкие родственники. – Ииии…? – А тут я. Что они подумают? Что скажут? – Учитывая, что мне тридцать два года, а ты выглядишь на двадцать…пять? Дай-ка подумать… держу пари, первой их репликой будет – какая красавица! Второй – когда свадьба? Шучу, видела бы ты сейчас свое лицо. – просмеявшись, я смог продолжить. – Открою тебе секрет, они уже давно ничего не спрашивают, просто радуются нечастым встречам. Ведь в Грузии я бываю преступно редко. Она не торопилась отвечать, скользнула сосредоточенным взглядом куда-то за мою спину. Хотя там ничего интересного не было. Об этом я знал наверняка, как и о том, что причина, как всегда, кроется в ее нерешительности. – Выкладывай, я же вижу, ты снова накручиваешь себе. – В качестве кого я поеду? Не сдержавшись, я закатил глаза. – Как бы сказать помягче… не знаю как ты, милая, а я с тобой в отношениях. И поедешь ты в качестве моей женщины, как иначе? Сказал и заметил, как дрогнули уголки ее губ, первой звездочкой задрожала в глазах робкая надежда. Неужели до сих пор сомневалась? Выходит, что так. – Но ведь есть же еще и София, как я оставлю ее на Новый год? – Уверен, она будет счастлива провести это время на веселых студенческих тусовках без родительского надзора, – поддразнил я. – И с работы не отпустят. – Вылет двадцать девятого декабря. Это пятница. Никого в офисах уже не будет. Возвращение четвертого января – в стране праздничные выходные. Так о какой работе речь? Хлипкая оборона стремительно таяла. У нее не осталось аргументов «против», но и аргументов «за», очевидно, было недостаточно. Пришлось подкинуть. – Как давно ты была в отпуске? – ее голова тут же понуро опустилась. – Поехали. Отнесись к этому как к путешествию в красивую страну с горными пейзажами, колоритной кухней и очень, очень гостеприимным народом. И потом, билеты уже куплены. Невозвратные. Тучки сомнений стремительно рассеивались налетевшим ветерком приключений и новых открытий. Буквально через пару мгновений кухню заполнили радостные возгласы. – Ура! Мы едем в Грузию! Даже не представляешь, как давно я мечтала об этом! Хинкали, Киндзмараули, хачапури, ждите меня! Ой, надо купить подарки! Что любит твоя родня? Следующий час я отбивался от многочисленных вопросов, летевших со скоростью мячей из теннисной пушки. И совершенно не раздражался, напротив тихонько посмеивался про себя, радуясь ее безудержному энтузиазму. Знал бы, чем все закончится, порвал бы билеты ко всем чертям. Алина. В качестве кого я поеду? Я не знала, имею ли право задавать подобный вопрос. Мы вместе чуть больше месяца, и хотя я практически поселилась у Тиона, статус наших отношений завис где-то между «нам хорошо вместе» и «ощущение, что я тебя знаю всю жизнь». А дальше как-то… просто шло, куда и к чему непонятно. Не то чтобы я переживала по этому поводу, но все чаще в голову закрадывались мысли о будущем. Есть ли оно у нас? Порой меня так и подмывало спросить о жизненных планах Багратиона: задумывался ли о семье, хочет ли завести детей, кого видит в качестве своей избранницы? Или, насмотревшись на разводы, решил никогда не жениться? Но я робела. Казалось слишком рано, и вообще, страшно. А вдруг неуместными расспросами я ненароком разрушу возникшую между нами идиллию. Или затрону болезненную тему, спровоцирую защитные механизмы и сделаю только хуже? Мужчины, как известно, даже спустя год после знакомства могут полагать, что «мы просто встречаемся». Но я не девочка, у которой впереди вся жизнь, и некоторая определенность в будущем, мне бы не помешала. Тем более Багратион не производил впечатление человека, который просто плывет по течению, уверена, планы были, но вопрос – входила ли я в них, оставался для меня открытым. Его предложение насчет совместной поездки, слова «моя женщина» и до невозможности серьезный, прямой взгляд заставили мое сердце дрогнуть. Приоткрыться и впустить семечко робкой надежды. А может все еще возможно? И впереди будет нечто прекрасное, важное для нас обоих. А дальше, как опытный адвокат, Тион в пух и прах разнес мою защиту. Под натиском логики, напористости, железных доводов, я шаг за шагом неизбежно отступала, пока не сдалась окончательно. Остаток субботы прошел для меня в приятных хлопотах. Пока Тион смотрел какой-то боевик, расслабленный, довольный успешными переговорами, я листала приложения маркетплейсов, выбирая подарки. На все мои расспросы о родных и их предпочтениях он лишь лениво ответил: возьми штук десять детских, не меньше двадцати взрослых подарков и сильно не заморачивайся. Из чего я сделала вывод, что родни много, но говорить о ней по каким-то причинам он сейчас не хочет. Видимо, сюжет фильма очень интересный или же сказывалась накопленная усталость. Как бы то ни было, я заказала на свое усмотрение. Половину воскресенья мы отсыпались, а после устроили пенный заплыв в его неприлично большой ванне. И снова я верховодила, как ненасытная нимфоманка скользила по бесподобному телу руками, губами, торчала от запаха, жарких взглядов, вседозволенности, зарывалась пальцами в мокрые волосы, снова и снова насаживалась на тугой и горячий орган. Меня сжимал и раскатывал в ответ с неменьшим желанием мокрый, до предела возбужденный, сексуальный мужчина. Мой мужчина. И вместе с пенными брызгами, громкими стонами, нас выбросило в пучину дикого, обоюдного наслаждения. Еще долго колошматили сердца, и далеко не сразу вернулась способность двигаться и соображать. А мы никуда и не торопились, покачивались на теплых волнах, уже расслабленные. Понедельники стали другими. С вкусными совместными завтраками, нежными объятиями и пожеланиями хорошего дня. Я их полюбила. Кроме того, теперь каждое утро я спешила на новую работу, уже даже не вспоминая о старой. Еще неделю назад я воспользовалась советом Тиона и взяла больничный. Идея сработала, начальница злобно отмалчивалась, а я с утра до вечера пропадала в галерее. К этому моменту совместно с сомелье мы составили несколько программ дегустаций на выбор. Семен остался вполне доволен и дал отмашку запускать рекламу. За помощью я обратилась к Муромцам, предложив сотрудничать с ними на условиях фриланса. Нормальное дело для рекламного бизнеса, я точно знала, у всех наших дизайнеров и креативщиков имелась «левая» подработка. И Егор с Глебом не исключение. Кроме того, мы всегда отлично ладили, а винный проект показал, что в работе у нас тоже полное взаимопонимание. Поэтому даже не удивилась, когда оба ответили согласием на мое предложение. Отлично, работа есть, команда на месте, дальше все зависит только от меня. В последовавшие дни начали потихоньку поступать запросы на дегустации, а я спешно вникала в тонкости винного бизнеса. А их было много, очень много. От объема новой информации и текущих обязанностей голова шла кругом. Немудрено, что я совершенно потерялась в днях неделях и датах. Даже не заметив, как наступило двадцать четвертое декабря – день новогоднего корпоратива «Алиев и партнеры». Помимо шутливых угроз насчет Роспотребнадзора, меня до ужаса смущала встреча с Каримом. Неизвестно, что ближайший друг и партнер Тиона думает обо мне после караоке-пати. Вдруг счел разгульной дамой без тормозов? Поэтому в день Х я немного нервничала.