Глава 14

Глава 14Все валилось из рук.

Часть ограды перегорела из-за перепада напряжения, и мне было совершенно нечем ее заменить. Стоило на пару дней оставить стадо рядом с ранчо, как один из бычков пробил поилку. Теперь воды в длинном изогнутом корыте было едва ли на ладонь, хватая животным на час-полтора в такую жару.  В довершение всему моя любимая ханва, послушная и умная, захромала на заднюю ногу, стоило только собраться в город к банкирам.

Стоя под седлом, ящерица вдруг тихо запищала, отказываясь идти. Не слыша раньше подобных звуков от этих животных, я в тревоге спешилась, рассматривая ее со всех сторон. Первой мыслью было, что я плохо накинула потник, оставив складки на спине. Но только скинув на пыльную землю седло, я заметила, как ханва подтягивает заднюю ногу, боясь на нее ступить.

Чувствуя, что это последняя капля, что больше нет ни малейших сил со всем этим бороться, я просто опустилась на землю рядом с животным, закрыв лицо руками. Из горла вырвалось тихое рыдание. У меня еще были варианты. Крайние способы, которыми совсем не хотелось пользоваться, но я могла справиться со всем. Просто на это сегодня не было сил.

Кристофф, отправившийся на школьное мероприятие, Мальетта, поехавшая осматривать ограду… У меня было совсем немного времени, чтобы позволить себе порыдать. Хотелось повалиться лицом в песок и, словно маленькая девочка, кричать и бить ногами. Единственное, что останавливало – это последующая стирка. Это, а еще ханва, грустно ткнувшаяся головой в плечо.Нужно взять себя в руки и решать проблемы. Рыдания еще никому не помогали.

– Сейчас, моя хорошая. Сейчас посмотрим, что там с тобой приключилось, – медленно, кряхтя, словно старуха, поднялась на ноги, кое-как отряхнув подол широкой юбки. Я сам выбрала этот путь, и мне некого было  винить, что все сложилось не так радужно, как хотелось. Вот только  в такие моменты мне почему-то страшно хотелось иметь мужа. Такого, как в джернских романах: и краулер починит, и крепко обнимет. И соседу в челюсть даст, если надо.

Я толком и не успела обработать подранную лапу ханвы, вздыхая над своей судьбой, как вдали послышался гул. Звук нарастал, приближался вместе с пылевым облаком, расползаясь по горизонту.

Сердце ухнуло куда-то в пятки: не мог этот день закончиться хорошо, так паршиво начавшись.

Обтирая взмокшие ладони о полотенце, наброшенное на плечо, я с тревогой ждала гостя, примерно предполагая, какие новости он может мне везти. И я не ошиблась. Спидер сбросил скорость у ворот и ко мне подъехал медленно, с какой-то мрачной торжественностью, будь она неладна.

Мужчина, судя по вытянутому лицу и белой до голубизны светлой коже, худариец спрыгнул с седла легко, почти изящно. Притяжение на их родной планете было сильнее, оттого гость был невысок и крепок, но двигался с завидной легкостью. А еще на нем была темно-синяя форма Конгломерата.

– Велерина Индозо? – худариец скривился, снимая маску. Я была почти уверена, что после пасмурной родной планеты яркое солнце и сушь Керида-12 ему не приносит удовольствия. Стало даже немного любопытно, за какие такие заслуги мужчину сослали в этот медвежий угол. Но тревога была сильнее праздного интереса.

– Да, это я, – голос прозвучал ровно, хотя я не чувствовала и сотой доли того спокойствия, что  изображала.

– Судебный маршал Конгломерата, ГхигуруКахмеори. Я могу видеть вашего супруга?

– Нет, – нужно было что-то еще сказать, но я просто не могла ничего больше произнести. Горло сдавило.

Впрочем, маршал и не ждал ответа. Он спокойно кивнул и вытянул из плоской сумки жесткий, непрозрачный полимерный лист, испещренный мелкими черными символами. Протянув повестку мне, худариец продолжил:

– В связи с проверкой надлежащего исполнения условий договора на ранчо, вы и ваш супруг, а так же ваш ребенок должны не позднее, чем через три дня, явиться в офис Конгломерата, расположенный на территории космопорта. Надеемся на скорейшую встречу и утрясание формальностей.

– А если… Если мой муж не успеет явиться к указанному сроку? – я осторожно, словно полимер может обжечь мне руки, взяла протянутый лист. В нижнем углу, реагируя на генетический код, вспыхнула и  тут же погасла печать. Повестка вручена одному из двух возможных адресатов, и это тут же отразилось в системе.

–  Тогда пусть  предоставит нам официальное видео-послание, с указанным местоположением и точной датой, когда он сумеет явиться на заседание.  Если этого не будет сделано вовремя, Конгломерат будет вынужден начать пересмотр вашего договора. В связи с постоянным отсутствием супруга и несоблюдением условий. Всего хорошего, мисси.

– И вам, – тихо произнесла, глядя в широкую спину маршала, уже направившегося в сторону новенького поблескивающего спидера с высоким экраном, оберегающим водителя.Повестка получена. Теперь нужно было в срочном порядке найти деньги на выплату за ранчо. На куда большую выплату, чем я могла себе позволить.**Когда Мальетта вернулась после объезда территории, я только и смогла, что отвести раненую ханву в загон. Женщина нашла меня сидящей за столом в компании повестки и так и не начатой бутылки джина. Не задавая никаких вопросов, бессменная помощница первым делом просмотрела написанное на куске полимера, то хмурясь, то невесело хмыкая.

– Ну, мы же этого ждали. Чего ты так раскисла?

– Шутишь? – я не могла понять, она на самом деле не видела в этом ничего страшного или просто таким макаром пыталась меня подбодрить.

– Да ладно тебе, Рина. На первый взнос, если что, у нас хватит: наскребем.

– А дальше?

–  А дальше, кто знает. У меня были кое-какие приятели на Капитолии. Не самые надежные, но кое-что мне должны. А там и конец сезона. Никто в это время нас не тронет. Продадим мясо. Может, повезет, и наши тунки принесут больше потомства к началу следующего. А там будет новый виток.

– Мальетта, – я горестно вздохнула,–  это все так условно…

– Вся наша жизнь условна. Кто знает, вдруг ты все же надумаешь и согласишься на ухаживания одного из этих...

– Да ни за что!

– Не будь так категорична. Одним мужем больше, одним меньше,– и сказано это было таким тоном, что я и не нашлась что возразить, только тихо рассмеялась.

– Ладно. Уговорила.

– Что у тебя там? – Мальетта кивнула на старый бумажный гроссбух, в котором я дублировала все финансы, не слишком доверяя местным перепадам электроэнергии.

– Сама посмотри.

Женщина, решительно распечатав бутылку, открыла тетрадь, принявшись водить пальцем по строчкам.

– Вот! Этот долг нам еще не вернули?

– Обещали к концу сезона.

– Напиши, пусть поторопятся. Думаю, что это все же посильная сумма. И все поймут, если ты опишешь ситуацию. Что дальше?

– Все равно не хватает.

– А банкиры? С ними разговаривала?

– Там грабительские проценты, не хуже моего знаешь…

– И что? Если все выгорит, то будет не сильно важно, как-то вернем. А если не получится, то будет уже не важно. Утром съездишь. А сейчас взбодрись, – мне в пустую щербатую кружку плеснули немного темной янтарной жидкости и подтолкнули под нос. – Я придумала, как починить тот кусок ограды, что полетел. С поилкой так просто не получится, но мы с тобой не глупы. И это решим.

От проволоки, которую приходилось затягивать с невероятным усилием, уже болели руки, но мы  все равно продолжали разрезать ее на нужные куски и скручивать, скручивать. Почему-то выходило смешно. Кривые нити, торчащие то там, то тут, никак не хотели ложиться ровно, но это нас волновало мало.

Мальетта, чуть пошатываясь, отставила бутылку, вновь взявшись за пассатижи.

– Вот и скажи мне, что потерпеть какого-то мужика на твоем ранчо сложнее, чем вот это вот все… – женщина широко повела рукой, охватывая и землю, и какое-то покачивающееся, чуть припыленное небо.

– Пф! – я сощурилась и высунула кончик языка, надеясь, что так ухватить непослушный конец будет проще. – Мужики, они знаешь… какие-то…

– Ну! – потребовала Мальетта, то ли придерживая хлипкий столбик, то ли удерживаясь с его помощью сама.– Какие?

– Воняют! Вот! Даже Джордж, при всей его любви к благам цивилизации, лишний раз не торопился в душ.

– Ой. Не нужно всех под один шаблон. Мы вот одного точно знаем, который не брезгует мытьем. И задница у него…загорелая.

– Да? И где он?! – меня почему-то накрыло таким возмущением, что я едва не шлепнулась на землю. Земля как-то неожиданно поднялась, не желая больше быть надежной опорой и еще больше нервируя.

– А вон он! – широко улыбаясь, словно это был ее фокус, воскликнула Мальетта и рассмеялась, указывая на пыльное облако на горизонте, где небо почему-то стремительно чернело.

Я все же грохнулась, придерживая пассатижи и кусок проволоки к груди. Пока было сложно сказать, кто именно движется в нашу сторону, но я почему-то сразу поверила Мальетте. Хотя вовсе и не ожидала больше увидеть этого ночного гостя.

**

Хэнк

В город мы добрались без дальнейших происшествий, хотя меня всю дорогу клонило в сон и болела голова. Даже не заглянув к Леви-Матвею, я первым делом направился к банкирам, надеясь решить все вопросы как можно быстрее.

– Как прошло? – Дювалье, видя мою сероватую, но довольную физиономию, сам улыбнулся. – Кажется, прогулка удалась?

– Более чем. Что с моими делами?

– Все, как ты и просил. Готовим накладные на переброс металла? – деятельный, он быстрее вынул из шкафа нужные бланки, как и все банкиры, предпочитая иметь данные на всех возможных носителях.

– Да, оформляй. Только не на все. Часть на расходы нужно оставить. От Портера вестей не было?

– Связывались. После твоего отъезда у него тишина, больше никто не беспокоил, так что сезон должны закрыть без вопросов. Но если хочешь, можем отправить к нему пару толковых ребят за слитками. У меня как раз туда через неделю будет караван идти к другому участку. Можем и Портера подхватить. Или сам вернешься?

– Пока не знаю, кое-что нужно сделать еще в городе. Но твое предложение буду иметь в виду.

– Отлично. Я себе помечу. А если что изменится, ты в курсе, где меня найти. Что-то еще?

– Да. Рина, хозяйка ранчо, что я тебе говорил…

Лицо Дювалье неуловимо изменилось. Вместо деятельного веселья на нем проступила озабоченность.

– Что? – сердце неожиданно зачастило, словно я опять наглотался того газа в пещере и вот-вот должен был потерять сознание.

– Пока неясно, но мне тут слушок дошел…

– Не тяни! – я знал, что рычать на банкира не стоит, очень уж он обидчивый малый, но мы сотрудничали не один сезон, так что я мог рассчитывать на небольшие поблажки.

– Да ничего ясного пока, но говорят, Конгломерат затеял проверки договоров. Сам я пока документы на нее не получал, но почти уверен, что в этот раз они не выкрутятся.

– Ты ведешь ее счета?

– Нет, но по твоему интересу поспрашивал у коллег… не радужно у нее все, Хэнк.

– Насколько?

– Совсем. До конца сезона протянут, если что-то есть помимо счетов, да  с тем, что ты ей планировал оставить. Если не передумал, конечно.

– Узнай мне все, что можешь. И цифры. Конкретные цифры и по долгу, и по предполагаемым выплатам в самом худшем варианте.

– В копеечку встанет. Точно тебе нужна эта морока? Велерина, конечно, симпатичная, но с ребенком и возом проблем в придачу…

Я вздернул бровь и хищно улыбнулся, отчего Дювалье замолчал и только усмехнулся.

– Понял. Все узнаю за пару дней.

– И посчитай, во сколько мне все это встанет. Только, Дювалье, – я поднялся, внимательно и строго глянув на банкира,– не шуми.

– За кого ты меня принимаешь? Все сделаю в лучшем виде, Хэнк.

Кивнув банкируи оставив ему слитки на обмен и те, что нужно было зарегистрировать для дальнейшей перевозки, я вышел на улицу. Небо быстро темнело, предвещая долгожданную смену погоды и явно советуя сидеть дома, но я не мог оставаться в гостинице. Отчего-то неприятно сжималась селезенка, словно я опять опаздывал, пытаясь угнаться за ветром.

**Подруливая к границе ранчо, я с удивлением рассматривал две фигуры, чуть пошатывающиеся в свете фонарей. Нет, и Рину и Мальетту я узнал сразу. Но пока было не так темно, чтобы зажигать фонари, да и что-то в их виде меня смущало. Вот только пришлось подъехать совсем близко, чтобы разобраться, что не так. Остановив спидер, я фыркнул, рассматривая красавиц.

Едва держась на ногах, дамы смотрели на  меня широко распахнутыми глазами, обнимаясь с мотком проволоки и пассатижами.

– Вам не говорили, что работать в нетрезвом состоянии может быть опасно? – я почувствовал невероятное облегчение, видя, что они обе в порядке, хотя и слегка в непривычной кондиции.

– Это не мы, – почему-то выдала Рина, очень похожая на ночную птицу, попавшую под свет фонаря. Такие же огромные глаза и растерянный, дезориентированный вид.

– Я так и понял, –  спустившись с транспорта, я подошел к ограде, с интересом рассматривая проволочную бахрому, задорно топорщащуюся во все стороны. – Это что? Какой-то новый принцип плетения?

– У нас хорошей проволоки нет больше,– широко зевнув, выдала Мальетта.

Глянув на женщину, я отметил, что старшая-то почти трезвая. Просто координацию немного растеряла. А вот темные глаза следили за мной внимательно, строго, словно ожидали какого-то подвоха.

– И вы решили заняться рукоделием?

– А что же нам еще было делать? – я даже скривился, столько ехидства было в голосе Мальетты.

– Что случилось? – понимая, что шутками и иносказаниями в этот раз не обойтись, я прямо повернулся к женщине, краем глаза отмечая, что Рина все стоит на одном и том же месте, глядя на меня с каким-то неверием и растерянностью.

– Да ничего, – Мальетта выдохнула и резко опустила плечи, как-то поникнув. – Уже почти тебя не ждали.

– Я обещал. И приехал.

– И зачем приехал?

Чувствуя, как изнутри поднимается злость, я скрипнул зубами. Пока меня не было, на ранчо явно навалились какие-то неприятности, помимо тех, на которые намекал Дювалье. Но при таком раскладе и неразговорчивости хозяек мне будет сложно со всем разобраться. Сейчас можно было: либо просто убраться в город и приехать завтра, либо разругаться и заставить Мальетту высказать все, что она думает. Но я не рискнул бы оставить их сейчас в таком состоянии. Кроме того, у меня вызывало определенные опасения состояние Рины. При всем ее упрямстве, женщина была чуть менее решительной, чем следовало, и добиться ответов от нее я не сильно рассчитывал.

– Для начала, я хочу вернуть долг. А там посмотрим. Если метлой от порога гнать не станете.

– Посмотрим, – Мальетта вскинула голову, словно на самом деле решала, не треснуть ли мне по хребту какой щеткой. А затем, бросив быстрый взгляд на замершую Рину, качнула головой. – Я поеду на ранчо, там Кристоф один со своим питомцем сидит, а ты присмотри за нашей Риной. И помоги ей домой добраться до вечера.

– Не сомневайся, помогу. Место на ночлег будет? Или в город возвращаться?

– Твой тюфяк все еще там, где был,– Мальетта неожиданно улыбнулась, отчего у глаз появились морщинки.– И белье я постирала.

Склонив голову, выражая благодарность, я, наконец, повернулся к Рине.

Велерина.

Гордая, смелая и такая потерянная сейчас, словно разом утратила опору под ногами.

– Как вы здесь поживаете? – тихо, спокойно спросил я, пытаясь вернуть ее в реальность.

– Я? Я хорошо. Наверное.

– Почему-то так мне не кажется, – мимо верхом на ханве проехала Мальетта, двигаясь в сторону дома. – Что случилось?

Женщина открыла и закрыла рот. Окинула взглядом горизонт, а затем прикрыла глаза на короткое мгновение и глубоко вдохнула.

Я ее не торопил. Было видно, что она о чем-то старательно думает, пытаясь собраться с мыслями. Теперь, когда я был здесь рядом, у нас было довольно времени и ресурсов, чтобы все получилось хорошо. Так, как надо. Так, как я задумал. Вот только эта особа решила меня в который раз поразить:

– Вы как-то спросили, как можете меня отблагодарить. Так вот, вам придется стать моим мужем,– глядя решительно, даже немного строго, без лишних повествований заявила эта женщина, сама не понимая, насколько ее мысли созвучны с моими планами. Да я едва не рассмеялся от облегчения, услыхав подобное требование!

– Да вы, видно,шутите,– сохранять невозмутимое выражение лица удавалось с большим трудом, но я старался, полагая, что Рина не в том состоянии, чтобы оценить мое веселье.

– И не думала. Вы совершенно свободны, если не врете. А мне позарез нужен муж. Завтра.

Уронив последнее слово, она замерла.

В полумраке и быстро надвигающихся сумерках ее зрачки казались огромными. Хотя я видел, что действие алкоголя быстро проходит. Это не с его подачи я услышал подобное. И все же не торопился отвечать. Мне казалось, что стоит неверно ответить или слишком легко согласиться, и Рина вновь замкнется в себе.

Так что, надеясь на собственную интуицию и следуя зову сердца, я сделал шаг к женщине и крепко обнял. Одной рукой удерживая за талию, не давая ускользнуть, передумать, второй провел по щеке, восхищаясь гладкой кожей и почти утонув в темных омутах глаз.

И только после этого поцеловал, тут же едва не сбитый с ног ее запахом и привкусом чего-то острого и пряного на губах.

Рина вздрогнула, рефлекторно дернулась прочь, но не вырвалась. А через миг тонкие пальцы скользнули по моим волосам, сбивая на землю шляпу, путаясь в прядях и притягивая меня ближе. Кажется, остатки алкоголя в крови сделали ее смелой, более решительной. И  это было восхитительно.

Женщина отвечала на поцелуй, цепляясь за мои волосы, одежду. Отчаянно, голодно и как-то почти безнадежно, отчего мои руки сами собой сжимались все крепче, сильнее.

Неожиданно, пробиваясь сквозь пелену жажды и нахлынувшего желания, я услышал громкий, стремительно нарастающий шум, но не успел среагировать. На наши головы, на плечи с шипением обрушился ливень.

Тяжело дыша, мы оторвались друг от друга, оглядываясь кругом.Прохладный, пахнущий новой жизнью и будущим дождь бил по спине, стекал по лицу, все усиливаясь. Капли врезались в иссохшую, пропыленую землю, которая словно бы сопротивлялась, не желая принимать влагу. Вода бежала все разрастающимися потоками, собиралась в небольшие лужицы и прибивала пыль, висевшую в воздухе не одну неделю.

– Дождь, – Рина вдруг выскользнула из моих объятий, отскочила на пару шагов и запрокинула голову к небу. – Дождь! Ты привез собой дождь!

Я же широко улыбался, глядя на то, как, раскинув руки, женщина смеялась такому долгожданному дождю.

*На ранчо мы вернулись промокшие насквозь. Вода стекала по спине, скользила за шиворот, и даже шляпы почти не помогали, только немного сохраняя обзор.

Отрядив фыркающую ханву в загон и избавив животное от седла, мы только открыли двери сарая, чтобы уставшие от жары и суши звери могли выйти под дождь. Нужно будет не забыть через пару часов загнать их обратно, а пока…

Вешая на место покрытое каплями седло, я из-под полей шляпы поглядывала на Хэнка. Мужчина уже припарковал свой спидер в другой части строения, рядом с моим, почти что развалившимся, и теперь с отрешенным выражением лица снимал с него седельные сумки.

Заметив, как Хэнк поднимает голову, поворачиваясь в мою сторону, я внимательно уставилась на седло. Как можно было высказать ему все это? «Станьте моим мужем». Щеки запылали от неловкости, но о чем-то сожалеть было поздно. Слова уже сказаны.

–Ты еще долго будешь с ним возиться? Нужно переодеться, пока не простыла, – хриплый, чуть насмешливый голос раздался в шаге от меня, заставив неуверенно переступить с ноги на ногу.

– Нужно бы протереть седло. У меня их не так много, чтобы относиться небрежно, – откашлявшись, произнесла я, словно это все объясняло. В тайне я надеялась, что мужчина просто пойдет в дом, дав мне немного времени на раздумья, как себя вести дальше. Но, как обычно, все пошло не по плану. Рядом с моей вдруг появилась большая рука. Быстрыми уверенными движениями смахивая тряпкой воду, Хэнк за каких-то полминуты привел седло в порядок.

– Все? Или ты думаешь прятаться здесь до утра? Напомню, что моя постель вон там, в углу. Я буду рад компании, но мне кажется, что ты еще не совсем разобралась в себе.

Видя, что я не отвечаю, Хэнк тяжело вздохнул и, ухватив меня за руку, потянул прочь из хлева.

Дождь становился все сильнее, и тонкие ручейки под ногами превратились в настоящие потоки. Земля, просохшая едва ли не до самого ядра, не успевала принимать влагу, но это было временно.  К утру вода найдет путь, проберется между песчинками и напитает недра. А через несколько дней все вокруг зазеленеет.

Где-то вдали громыхнуло, заставив вскинуть голову. Гроза была еще далеко, и теперь можно было не бояться пожаров.

– Может, загнать их обратно?

Я посмотрела на довольные морды ханв и покачала головой. За пару часов ничего не случится, а если гроза подойдет ближе, они сами вернутся в загоны.

– Нет. Пусть гуляют. Они ждали этот дождь так же долго, как и мы.

– Хорошо, – Хэнк усмехнулся, глядя на то, когда одна из ящериц бухнулась на спину и задрав лапы, ерзала в грязи.

Скинув грязную обувь в прихожей и оставив там же куртки со шляпами, мы, наконец, вошли в дом. В большой комнате уютно пахло пирогами, которые Мальетта каким-то чудом успела сварганить за те полчаса, на которые мы от нее отставали.

– Хэнк! – с постели, на покрывале которой играл со зверьком, подскочил Кристоф.

Одной рукой прижимая к себе рыжего Вольтажа, мальчик другой обвил гостя, ткнувшим носом тому в бок. Придавленный зверек возмущенно пискнул, но и не пытался вырваться. Отскочив от мужчины, Кристоф спустил зверя на пол и гордо выпятил грудь:

–  Я очень рад, что ты вернулся! Смотри, мы выучили несколько команд! Вольтаж, просить!

Рыжий питомец, несколько мгновений глядя черными бусинками глаз на юного хозяина,вдруг сложил перед собой передние лапки, словно на самом деле о чем-то умолял. В ответ на выполненную команду, мохнатый получил небольшой кусочек моркови.

– Молодцы, – ничуть не раздражаясь, Хэнк потрепал Кристофа по волосам. – Если будешь с ним заниматься, то он тебе и вещи всякие подносить сможет. Очень толковый зверь. Как дела?

– О, все хорошо, – вновь подхватив на руки Вольтажа, которому было все еще не очень просто передвигаться из-за зафиксированного перелома, мальчик улыбнулся. – Мы сегодня ездили в космопорт с экскурсией по техническому блоку. Ты знал, что на любом шаттле закрытый цикл переработки? Там почти нет отходов! Нам показали, как проходит очистка воды. Как из питьевой, она потом становится технической и идет на охлаждение систем. Ты знал?

В голосе Криса было столько требовательности, что мне стало даже немного неловко перед Хэнком, и я подошла к мальчику, чтобы его немного осадить. Но серигонец только с улыбкой качнул головой:

– Сходи, переоденься в сухое, Рина, а мы пока обсудим мужские дела,– сказано это было мягко, так что я проглотила возмущение, готовое сорваться с губ, и только фыркнула. – И да, я знал об этом. Только воду для охлаждения мало где сейчас используют, слишком нестабильная и маловязкая жидкость. Скорее всего, вам показали старые варианты очистки.  В настоящее время…

Я не стала слушать дальше, чувствуя, как промокшая рубашка неприятно липнет к спине.