29-2

Алистер

Приём действительно планировался совсем небольшим. Собственно, это была скорее деловая встреча. Сегодня бабушка собирался сообщить о намерениях найти пропавшую Викторию Уинтертон и подписать договор с магом, который проводил подобные ритуалы. И заодно оплатить десяток лунаров. Потому что ровно столько требовалось для поиска такого уровня. И эта покупка точно будет стоить практически всего её состояния. В лучшем случае хватит на то, чтобы дожить последние годы в режиме строгой экономии, но не больше.

Именно поэтому я и был обязан сегодня присутствовать на приёме. Чтобы успеть её отговорить. Сперва планировал представить лже-Викторию, после чего необходимость в ритуале должна была отпасть.

Но вчера вечером я многое осознал. И передумал. Больше не хотелось ни лгать, ни притворяться. Я решил просто познакомить Констанцию с Венди и объявить, что жениться на внучке её покойной подруги я не намерен. Темнейший знает, могло бы это заставить бабушку передумать или нет. Да меня это больше и не беспокоило. Во всяком случае, не так сильно, как раньше.

Жаль, всё пошло не по плану.

Стоило дворецкому распахнуть двери, как я осознал свою ошибку. Сам ведь заранее отправлял имя своей спутницы, чтобы нас могли должным образом представить. Ещё и карточки за столом наверняка подписали.

И всё бы ничего, но за событиями вчерашнего вечера этот факт напрочь вылетел из головы. Так что несмотря на то, что я решил прекратить спектакль, предупредить дворецкого о смене спутницы не успел. А это означало, что меня ждало крайне неприятное объяснение с бабушкой. В котором предстояло представить причины ошибки так, чтобы не опозориться окончательно.

И всё же, продолжать обман я не собирался.

— Прибыл лорд Алистер Себастьян Грейвуд в сопровождении леди Виктории Аделаиды Уинтертон.

Я с досадой поморщился и покосился на Венди. Как она воспримет эту дурацкую ошибку? Надеюсь, не разозлится и не решит, будто я её обманул… Всё-таки, объяснить ситуацию стоило как можно скорее. Тем более, что в гостиной собралось меньше десятка человек – сама Констанция Блэк, её поверенный, приглашённый маг и несколько пожилых приятельниц.

О том, что что-то не так, я догадался сразу. Венди не шевелилась. Стояла прямая как палка и бледная как снег. Карие глаза были широко распахнуты и подозрительно блестели. Кажется, она даже дышала через раз. Только пальцы мелко подрагивали.

Да что такое произошло? Неужели это небольшое недоразумение настолько её расстроило?

Мысли мои прервал звук бьющегося стекла. Резко обернувшись, я уставился на Констанцию. Бабушка тоже вела себя странно. Вместо того, чтобы дождаться, пока мы подойдём и поздороваемся, она порывисто поднялась с кресла, где сидела до этого. И, кажется, сама не заметила, как из пальцев выпала тонкая фарфоровая чашка, разлетевшись по полу сотней осколков.

К креслу тут же подбежала горничная и принялась убирать остатки посуды. Но Констанция даже не взглянула. Она спешила к нам. Вся её невысокая фигура источала неверие, нетерпение… и восторг.

Ох, вот это точно было плохо. Нужно было как можно скорее объяснить происходящее, пока это ещё было возможно. Разочаровывать бабушку не хотелось.

На секунду стало стыдно, что я изначально затеял этот обман, пусть и из лучших побуждений.

— Леди Блэк, — приветствовал я, выступая вперёд и загораживая собой Венди. — Боюсь, что произошло недоразумение. И, поверьте, я очень, очень сильно сожалею о случившемся…

Договорить мне не позволили. Бабушка, ростом не доходившая мне и до плеча, с сухими руками и абсолютно седыми волосами, смела меня словно цунами. Просто решительно отодвинула в сторону и замерла перед моей спутницей. Несколько секунд всматривалась в её лицо. А потом порывисто обняла.

Сжав зубы, я собирался предпринять вторую попытку, когда вновь поймал взгляд Венди. Ужас, гнев… и непонятная мне обречённость. Или понятная? Похоже, несмотря на то, что мозг ещё продолжал обрабатывать информацию, внутри я уже знал ответ.

Констанция отстранилась и опять уставилась на Венди, продолжая держать её за плечи. И в тот же момент в девушке что-то изменилось. Выражение лица. Осанка. Даже взгляд. Она выпрямилась, расправила плечи. А потом опустила взгляд, отступила на полшага и присела в безупречном книксене. Во время наших занятий он у неё не получился ни разу. А сейчас вот, вышел. Несмотря на шпильки, на которых, на мой взгляд, и стоять-то было неудобно. Как же это вышло?..

— Благодарю за гостеприимство, леди Блэк, — проговорила она с достоинством, и даже голос её прозвучал немного иначе. Интонации изменились. Так говорили аристократки.

Венди выпрямилась. И посмотрела прямо мне в глаза. А я глядел на неё, не отрываясь. Потому что прямо в этот момент под моим взглядом её лицо менялось. Плавно, словно нехотя сползала личина, открывая мне то самое лицо, которое я целовал только сегодня утром. И теперь я, наконец-то, смог вспомнить, кого же она мне напоминала.

— Виктория… — беззвучно прошептал я. — Тори…

Её взгляд чуть смягчился. Что ж, похоже, она верила, что всё это я устроил не специально. И это давало надежду, что она меня простит.

А у меня в голове вставали на места кусочки мозаики. Девушка, скрывающаяся под личиной в академии. Она ведь сама во время болезни сообщила, что у неё есть жених. Как и то, что скрывается она от Геральда Уинтертона. И я сам, по собственной глупости, решил, что это одно и то же лицо. Сама она ничего подобного не говорила!

Сиятельный Рагнар! Да ведь даже её прозвище давало такой простой и очевидный намёк. Тори – сокращённо от Виктория… И записи Бенедикта Хартвелла! Как-то в разговоре Итан обмолвился, что Бенедикт был отцом моей невесты, но я даже этому не придал значения.

Идиот!

— Себастьян, — прервала мои мысли бабушка. Она заметно нервничала, даже голос дрожал. — Где ты её нашёл? И как? Ох, что же я… Проходите, скорее! Сейчас подадут ужин! Виктория, деточка, как ты себя чувствуешь? Где же ты была всё это время? Ох, ты просто обязана всё мне рассказать!

— Благодарю, — пробормотала Венди… вернее, уже Виктория. — Я… буду рада удовлетворить ваше любопытство.

— Идём, идём скорее, — щебетала бабушка.

И как по команде распахнулись двери, ведущие в столовую.

Не отрывая взгляда от своей спутницы, я сделал шаг к ней и предложил руку. Она помедлила секунду, но всё же положила пальчики на сгиб локтя. Впрочем, на меня она больше не смотрела.

Что ж, пожалуй, я это заслужил. И нам совершенно точно стоило поговорить. Но сперва – пережить этот безумно долгий ужин.-