29-3

Личина упала в тот момент, когда дворецкий назвал моё имя. Кулон резко нагрелся, и тут же остыл, не в силах сделать хоть что-то. Присутствующие услышали моё имя, а значит, знали, кто перед ними. Чары, наложенные на кулон, перестали работать.

Последним, как ни странно, сообразил Алистер. Я даже заметила момент, когда у него на лице озадаченность сменилась шоком. Одновременно с этим кулон в последний раз нагрелся и окончательно остыл, больше не предпринимая попыток к сопротивлению.

Пожалуй, если бы не этот момент, я бы точно решила, что Лис всё подстроил. Потому что не бывает таких совпадений, просто не бывает. Однако оно произошло. Уж не знаю, судьба это или происки Мудрейшей… Да, впрочем, какая разница? Вопрос теперь был в другом: что делать?

Потому что после того, как секрет раскрылся, оставаться на виду было нельзя. Пожалуй, учитывая обстоятельства, лучшим решением будет отправиться из столицы не в Лейквуд, а в противоположную сторону. В Хитбрук, например. Или ещё дальше, за Железный перевал…

Жаль, конечно, было оставлять всё, чего я добилась. Но выбора особо не было. Либо так, либо возвращаться в Лейквуд, в тёплые родственные объятия дядюшки. Этого совершенно точно хотелось избежать.

Сидя за столом с безупречно прямой осанкой, я прокручивала в голове варианты действий. После ужина мы с Лисом планировали ехать в гостиницу, и уже оттуда с утра отправляться в путь.

Что ж, это был отличный шанс уйти тихо. Номера с Лисом у нас были раздельные. Так что оставалось дождаться, пока он уснёт – и выскользнуть  за дверь. Вещей с собой я взяла достаточно. А ещё, что особенно важно, прихватила мешочек с деньгами, переданный отцом. Этого должно было хватить на первое время. Снять комнату, найти подработку… Учитывая мои навыки, я бы запросто могла устроиться помощницей аптекаря.

О чём я по-настоящему жалела – так это о том, что оставила Морока в академии. Всё-таки старого товарища мне совершенно точно будет не хватать. Впрочем, уверена, он всё поймёт.

Кайле с Роджером тоже надо будет отправить весточку. Возможно, получится воспользоваться гостиничной почтовой шкатулкой. Или оплатить общественную пересылку в одном из отделений Соларии…

— …Виктория, дорогая, надеюсь, ты не возражаешь?

Вздрогнув, я обернулась к Констанции. За годы, что я её не видела, леди Блэк почти не изменилась. Да, морщин прибавилось, да и волосы окончательно поседели. Но она всё ещё была той самой энергичной старушкой, которую я довольно часто видела в детстве.

— Бабушка говорила, что уже отдала распоряжение, и вещи из экипажа отнесли в наши комнаты, — тихо проговорил Алистер. — Сегодня мы с тобой ночуем здесь.

— Спасибо, Себастьян, — фыркнула старушка. — Виктория, милая, я понимаю, что ты устала с дороги. Уверяю, скоро комнаты будут готовы, и вы сможете пойти отдыхать. Здесь вам будет намного удобнее.

Упс… А вот это были плохие новости. Потому что незаметно выскользнуть из защищённого магией особняка было куда как сложнее, чем из обычной гостиницы… Но едва ли у меня был шанс отказаться.

— Это честь для меня, — мягко улыбнулась я. — Благодарю за ваше гостеприимство.

Не в силах скрыть напряжение, я осторожно поправила накидку и словно невзначай коснулась кулона. Раньше этот жест дарил спокойствие, давал почувствовать защищённость… Но артефакт больше не работал (во всяком случае, против присутствующих). И я снова чувствовала себя обнажённой.

— Я помню этот кулон, — подала голос леди Блэк. — Он принадлежал твоей матери. Чудесная была девушка. Знаешь, если бы не он, я бы точно решила, что Алистер всё подстроил, чтобы меня обмануть.

Ну вот. Как знала, что его нужно спрятать. И вовсе не из-за лунара. Не увидь Констанция этого амулета – возможно, и не узнала бы. Решила бы, что Лис врёт, и личина всё еще была бы со мной… Хотя какой смысл теперь жалеть.

— Я тоже помню этот кулон, — подала голос старушка, сидевшая рядом с ней. Леди Паркинс. Её я тоже помнила по нашим с бабушкой выездам.

В общем-то, среди присутствующих я знала практически всех. Кроме, пожалуй, приглашённого мага, господина Уокера, наблюдавшего за происходящим с вежливым любопытством. И ещё поверенного. Который, впрочем, за ужином не присутствовал. Услышав, что сделка о ритуале отменяется, он сослался на неотложные дела и покинул нашу компанию.

— Элеонора была такой хорошей девочкой, — вздохнула третья старушка, леди Фостер. — Так жаль, что она связалась с этим… Хатрвеллом.

Я закаменела. Если они сейчас станут ругать моего отца…

— Бенедикт был хорошим мальчиком, — мягко возразила Констанция. — И мне жаль, что всё так вышло. Возможно, если бы его всё же приняли в род…

— Он был обычным работником на фабрике её брата, — с пренебрежением возразила леди Фостер. — Из простолюдинов. Как его можно было принять в род?

Я изо всех сил стиснула приборы. Безумно хотелось запустить вилкой в одну из сплетниц, но я пока держалась.

— А ещё, насколько мне известно, Бенедикт Хартвелл был очень сильным магом и прекрасным алхимиком, — подал голос Алистер, и женщины удивлённо замолчали. Лис же вежливо улыбнулся и продолжил. — Насколько мне известно, подобные союзы – не редкость. Хотя не слишком поощряются обществом.

В душе взметнулась волна благодарности. Почему-то я не думала, что Алистер вступится за моего отца. Тем приятнее было получить поддержку.

— Не редкость, — поджала губы леди Фостер. — Но не для знатных родов. Взять хотя бы вас, лорд Грейвуд. Виктория очаровательная девушка, без сомнений. Но разве вы бы польстились на неё, не принадлежи она к роду Уинтертон?