Глава 14

Первый снег. Белый и пушистый. Именно такой, как и в Эсварии.

Он всегда поднимал мне настроение, ведь стоило выглянуть на улицу и глазам представала белоснежная красота деревья с меловыми ветвями и переливающиеся на солнце первые мягкие сугробы.

И, наверное, так бы и было в это утро.

Но этого не произошло.

Я проснулась от доносящегося в комнату дикого рыка. В нем была боль, злость, и ярость.

Мне даже гадать не нужно было, кто был его обладателем.

Как была в ночной рубахе кинулась к окну.

Увиденное потрясло меня до глубины души и острой сердечной боли.

Кроваво-красный след тянулся через сад замка, отчётливо выделяясь на первом снегу и прокладываю в нем глубокую борозду.

У меня дыхание перехватило.

Я не в состоянии была думать. От бешенной пульсации в висках, потемнело в глазах.

Кинулась из комнаты.

Выскочила босиком на улицу.

Я бежала утопая по колено в первых сугробах, еще не расчищенных аллеях сада. Туда где страх и ярость, и болью отзывающийся во мне вой раненого гарикона. И я бежала на помощь с чувством будто меня саму ранили, готовая обороняться до последней капли крови.

Свернула с аллеи за правое крыло замка и замерла от ужаса перед увиденным.

Чёрный, грозный, хищный — гарикон бился в клетке, вгрызался в толстые прутья ломая зубы, пытался достать острым хвостом стоящих вокруг стражей. Те тыкали копьями в хищника и тут же отскакивали. У гарикона глаза кровью заплыли, бока тяжело вздымались, с пасти капала кровавая слюна. Я успела заметить несколько стрел под ребрами и тягучую кровь, размазанную по полу клетки. По всему, гарикон был молод, слишком сухопарый, с еще не полностью развитой мускулатурой.

— Твари! — Мой рык разнёсся над белесыми деревьями. Стайка мелких птиц испуганно взметнулась с ближайших кустов, разряжаясь тревожной трелью и унеслась в небо.

Стражи повернулись ко мне все и разом.

С неудовольствием отметила присутствовавшего среди них Хайна с горном в руке. Значит вот где он отсутствовал, и понятно на кого вели охоту.

На гарикона.

Теперь радуются, что смогли поймать, молодого и неопытного.

Горя негодованием и злостью я кинулась к несчастной твари, расталкивая удивлённых стражей. Встала перед клеткой закрывая гарикона спиной. Тот перестал рычать, уткнулся сквозь прутья мне разгоряченным носом в спину, словно ища защиты.

И он ее получит! Не знаю чем, хоть кулаками, я отстою эту тварь, как когда — то его сородичи отдавая свои жизни отстаивали меня.

На глаза попался слишком близко стоящий страж, с копьем в руке.

Прыжок. Я вцепилась в копье и рванула на себя. Страж от неожиданности копье мне с легкостью отдал. Я отшатнулась назад к клетке и направила острие на остальных стражей.

— Леди не пристало держать оружие в руках. — Очнулся один из «охотничков».

— Первый кто подойдет испытает какая я леди. — Рявкнула ожесточенно.

— Ну же, — вперед выступил Хайн. — Леди Киара, не стоит так переживать. Это всего лишь дикое, хищное животное.

— Животное здесь одно, — хрипя от негодования выкрикнула я. — Это вы, Хайн!

Он ухмыльнулся, пристально смотря на меня.

— Однако вы слишком близко к сердцу принимаете судьбу этого гарикона. Я же, как начальник стражи замка, должен уведомить вас, что гариконы слишком близко подошли к стенам, и мы приняли необходимые меры по избавлению от наглых тварей.

— Избавления? — Мой голос дрогнул. — Скольких вы убили, Хайн? И разве вынужденные меры включают в себя издевательство над обессиленным животным? — Мой голос разлетался звоном льда, бьющегося о каменные стены замка. — Разве гариконы нападали на стражей или других обитателей замка? Вы чудовище, Хайн, знайте это. Самое безжалостное и жуткое чудовище этого замка и отныне я буду вас…

Слова о презрении так и не прозвучали, потому что мою гневную реплику прервали не менее гневным.

— Что здесь происходит?

Прорвав толпу угрюмо молчавших стражей к нам выступил совершенно разъярённый Астеш. В длинном меховом тулупе, с глубоким теплым капюшоном, припрошенным снегом, лорд явно пришёл оттуда где намного холоднее. И глаза его сверкали похлеще того льда. В них виделся жесткий, непримиримый свет ярости.

— Леди, сейчас же оставьте копье. Где Сахли? Почему леди без присмотра? — от рыка господина стражи начали медленно оступаться подальше от клетки. — Сейчас же выпустить гарикона в лес.

— Он ранен! — Дрожа и чуть не палача выдавила я. Не смогла сдержаться и шмыгнула носом.

Астеш окинул меня мрачным взглядом, после чего гневно посмотрел на стражей.

— Приведите коновала. Пусть посмотрит, что там с… тварью. Я так понимаю, что леди способна её утихомирить и помочь с осмотром.

Я только кивнуть могла. Меня трясло и от самого происшествия и от холода, который я теперь начала отчётливо ощущать всеми оголёнными конечностями.

— Только сначала оденьтесь теплее, — приказал Астеш. — Хайн… — голосом генерала сейчас можно было резать сталь. — За мной! Объяснишься!

Хайн на меня посмотрел задумчиво серьезно, отдал честь и буркнув что-то неслышное направился за стремительно уходящим Астешем.

А я рухнула на колени перед клеткой. Тряслась гладя голову гарикона тихо поскуливающего и жалующегося мне.

От боли за него у самой сжималось сердце и дрожали руки.

Только мягкое:

— Леди Киара, я принесла вам теплую обувку и меховой плащ. — Заставило повернуться к Сахли с расстройством смотрящую на меня.

А потом пришел коновал. Крупный мужчина с серьезным лицом и крепкими руками.

Вой гарикона, из тела которого вынимали стрелы, я запомню навсегда.

***

Астеш диким зверем влетел в кабинет, с громким стуком захлопнул дверь за вошедшим следом Хайном.

— Для начала, будь добр объяснить, что здесь происходит? Зачем ты приволок в замок гарикона?

Хайн спокойно прошел по кабинету, уселся в кресло не дожидаясь приглашения, закинул ногу на ногу.

— Успокойся, Астеш, оно тебе сейчас нужно — спокойствие.

— Спокойствие! — Астеш сверкнул глазами и искры в них потемнели сворачиваясь в темные воронки. — Откуда бы ему взяться?! Мало того, что меня невесть зачем выдернули, так я еще и наблюдаю по возвращению интереснейшую картину. Что вы здесь устроили?

— Я могу объяснить последнее, — все так же неторопливо начал Хайн. — Ты присядь, Астеш, в ногах правды нет. А я расскажу тебе очень любопытные вещи.

Генерал с минуту стоял молча, потом прошел к своем столу и, усевшись в кресло, уже более сдержано спросил.

— Ты что-то узнал о нашей леди?

Хайн невесело усмехнулся.

— Узнал. И гарикона приказал поймать, чтобы убедиться в твоих словах и собственных подозрениях.

— Моих словах? — весь подался вперед Астеш. — Ты о её взаимодействии с тварями сумрака?

— О них самых, — кивнул Хайн и руки сложил на груди. — Наши подозрения по поводу леди Киары, скорее всего верны. Она по всем внешним данным имеет отношение к роду Салтьер. Пришлось порядком прошерстить архивы. Лорд Лавон на славу постарался скрыть её удочерение. Не мои бы навыки в таких делах, концов бы не нашел. Если без вмешательства родовой магии просматривать документы, то девочка проходит как его родная. Другой вопрос как она попала в семью Лавон. С этим еще предстоит разобраться. У меня есть кое-какие мыслишки. И вот они как раз тебе совсем не понравятся.

Астеш хмуро на Хайна смотрел.

— Что может не понравиться больше, чем то, что девочка и правда из рода отступников и врагов государства?

Хайн зловеще ухмыльнулся.

— Дарьер. Её милейший слуга.

— Ты испытываешь мои нервы. — Не выдержав поднялся из-за стола генерал.

— Спокойствие, только спокойствие, — Хайн порывисто встал следом. Прошел к окну и присел на край подоконника. — Мы кажется попали в куда как более серьезные неприятности, чем нам изначально казалось. Не удержусь и напомню, что я говорил: не стоит трогать девочку, её сходство слишком подозрительно.

Астеш молча прошел по кабинету останавливаясь напротив начальника охраны.

— Вызовем Дарьра, хорошенько тряхнём и…

— Даже не думай! — Резком соскочил с подоконника Хайн вставая рядом с генералом. Его рост позволял смотреть тому прямо в глаза. — Мне очень сильно кажется, что слуга нашей леди Киары совсем не тот за кого себя выдает. И если мы попробуем его прижать сейчас… Это будет не лучшим нашим шагом. Стоит присмотреться и стараться быть как можно более аккуратным с ним.

Воротки в глазах генерала начали вращаться быстрее.

— Не хочешь же ты сказать?.. — Сама мысль кто попал в его дом была пугающей, не говоря уже о последствиях.

— Хочу, — мрачно и отчего-то переходя на шепот произнес Хайн. — И если мои подозрения правы, то мы вляпались в худшее что только можно представить. Судя по поведению, девочка ничего не знает о своем прошлом и о том, кто она. В отличии от Дарьера. Не удивлюсь, если она всего лишь марионетка в его руках. Тогда объяснится и её схожесть, и нечаянное нахождение именно вами. Если он тот о ком я думаю, то сотворить из девочки копию Шиары за столько лет, а потом повернуть судьбу так, чтобы вы её нашли, ему было подвластно.

Астеш нервно откашлялся.

— Что ты предлагаешь?

— Это зависит от того, какие планы у вас на леди Киару. Лучшим решением было бы уведомить государя и власти.

— И отдать им её? — губы Астеша дрогнули в ненавистной ухмылке. — Хорошо решение. Ты же сам сказал, она не знает о себе ничего. Девочка даже не поймет за что её казнят.

— Все-таки прониклись? — Покачал головой Хайн.

— Сильнее чем хотел бы, — сухо выдавил Астеш. — Мало того, я не могу отделаться от чувства, что меня тянет к ней куда больше, чем я хотел бы себе позволить. А если она действительно еще и относится к роду Салтьер, то это просто мой долг чести перед Шиарой.

Хайн тяжело вздохнул.

— Тогда присматриваемся к Дарьеру. Исключаем любое их взаимодействие под самым не бросающимся в глаза поводом. Дарьер не дурак если смог провернуть такое, подвох почует. И есть еще плохая новость. Я не смог пробиться в гарнизон, чтобы успеть оповестить. Но как теперь вижу, кое кому закрытые гарнизоны не помеха.

Астеш еще не пришедший в себя от последних новостей обреченно посмотрел на начальника стражи.

— Добивай уж, а то я все не мог понять с чего вдруг такая спешка и зачем меня вдруг назад в замок отправляют.

— Вот за этим, — Хайн сунул руку внутрь камзола и вытащил письмо с витиеватой печатью.

— Что это? Личное письмо от государя?

Начальник стражи нахмурился.

— Даже боюсь подумать, что в нем, после того как здесь побывала Ларейна и видела вашу новую любовницу.

Астеш стал совсем белый, как стена. Взял письмо из рук Хайна. Всего пары минут хватило пробежать по написанному глазами. После чего глухо произнес.

— Этого не хватало. Хотя от Ларейны следовало ожидать. — Вскинул голову и уже глухо поинтересовался. — Как допустили их встречу? Почему запустили в замок?

Хайн изогнул брови.

— С каких пор твоя стража может приказывать дочери самого государя? — и тут же оскалился. — Плевать она хотела на все запреты. А Киара сама на неё наскочила. Защитница, её мать! За честь Сахли заступалась, из замка выгоняла. Смелости непомерный край, особенно без знания с кем говорит.

Астеш несдержанно улыбнулся и тут же снова стал серьезным.

— Государь приказывает прямо сегодня устроить прием по случаю захвата Эсварии. Приглашения всем уже отправлены. К закату начнут прибывать гости. Государь настаивает на присутствии моей… — Он словами поперхнулся. — Новой пассии.

— Так и написал? — Хайн искренне удивился. И даже попытался заглянуть в письмо, находящееся все еще в руках Астеша.

— Именно! — Выдохнул генерал и с обреченной усмешкой прочел. — Очень надеюсь на встречу с вашей новой пассией, лорд Астеш, и на её присутствии на приеме. Надеюсь, что слава о её необычности не преувеличена.

Начальник стражи нахмурился.

— Я так понимаю славу о необычности леди Киары уже успела распространить Ларейна. Но, ты же понимаешь, чем это может закончиться? — Практически прошипел последнее.

Астеш отшвырнул письмо на подоконник, щелкнул пальцами, тонкий пергамент вспыхнул и осыпался пеплом.

— Более чем. Но если мы её не покажем, то с Ларейны станется самой поставить отца в известность в чем же такая необычности девочки, даже рискуя получить жесткую неблагосклонность отца.

Хайн угрюмо смотрел на Астеша.

— И что делать? Отдать им её?

— Нет! — громом прозвучало в кабинете.

— Я так и думал, — невесело усмехнулся Хайн. — Тогда готовься и придумывай как ты будешь её защищать. Ты же понимаешь отказ государь не потерпит. Тем более с подачи собственной дочери. Ларейна на удивление мстительна и капризна. И как мне это ни прискорбно сообщать, но Шайра единственная кто мог поставить её на место.

— Шайры нет.

— Значит, будем надеяться на чудо.

Хайн встал плечом к плечу с генералом, и они оба устремили взгляды за окно, где крупными хлопьями шел снег. Начинающийся ветер порывисто кидал те из стороны в сторону. Кровавая тропинка, оставленная сумрачной тварью уже была скрыта свежим белым настом. И ничего более не говорило о произошедшем еще недавно.

— Кстати, — произнес начальник стражи хмуро. — Гариконы, действительно, слушаются леди Киару Не повинуются, а именно слушаются. И принимают. Такого не могла сделать даже Шайра. Только подумать, что будет, когда в девочке проснётся магия. А она проснется. Девочка шаен. Сильный, темный шаен.

Генерал, не отвечая, угрюмо смотрел в окно.

— И да, ещё, — Хайн не смог сдержать злорадного выражения лица. — Я мимоходом заглянул к её тетушке Ирен и немного поговорил.

Астеш наконец улыбнулся.

— Представляю тот разговор.

— Не представляешь. — Довольно сверкнул глазами Хайн. — Тетушку увезли на лекарской карете. После выхода она отправится в свое захолустье вместе с дочерьми. Она же не хочет встретить твой праведный гнев.

— Но она его еще встретит, — в глазах Астеша сверкнул неподдельный зловещий интерес. — Никому не позволено меня обманывать. А уж пользоваться шаенами в корыстных целя тем более. Не поленюсь и, как только решу насущные проблемы, наведаюсь узнать о её здоровье.

— Чувствую, после этого, оно окончательно подорвется, — с удовольствием подметил Хайн. Помолчал и добавил. — Поместье полностью восстановят. Так что если хочешь, уже через неделю я могу вернуть Киару домой. Она официально дочь четы Лавон и поэтому после восемнадцатилетия станет полновластной хозяйкой дома и всех сбережений семьи. А если исключить из её круга Дарьера, то, возможно, никогда и не узнает кто она. Магию запечатаем.

Астеш тяжело вздохнул, отворачиваясь от созерцания начинающейся пурги.

— С запечатанной магией она проживет не более двух лет. Та сожрет её.

— Зато спокойных двух лет, — парировал Хайн, поворачиваясь следом за генералом. — Думай, Астеш, пока есть время. Потом вернуть дым из сосуда будет невозможно. Кто знает, чему её все это время учил Дарьер и что он хотел сделать из Киары. Не зря же он её так смело отпустил босую и полунагую в глушь к гариконам. Он знал кто она. Как знал и то, что она вернется. Но трогать его сейчас опасно. После стольких лет воздержании от магии его сила должна быть просто колоссальна. Сунемся, костей не соберем по всему лесу.

Но, видимо, не собрать костей им было суждено уже в этот самый момент, потому как в кабинет, с яростью самого хищного гарикона в мире, ворвалась Киара.

***

— Хайн, вы безжалостный монстр и убийца. — Выпалила девушка горя негодованием.

Он совсем немного побледнел, но тут же взял себя в руки и выдал.

— У моей карьеры просто головокружительный взлет, от простого животного до безжалостного убийцы.

— А вас я смотрю это веселит! Так знаете, — у леди руки дрожали от непереносимой ненависти к этому «ужасному» человеку. Хотя нет не человеку — чудовищу. Это было написано на её искаженным презрением личике. — Я никогда не прощу вам того, что вы сделала с гариконами и…

Хайн склонился к пылающей гневом девушке и зловещим шепотом поинтересовался.

— А что я ними сделал?

— Вы убийца! — Посмотрела она с таким выражением, что на секунду Хайну показалось сейчас влепит ему по лицу, нет, не пощечину, кулаком влепит так чтобы зубы затрещали.

— Уверены? — Хайн выпрямился и нагло сложил руки на груди, всем видом показывая полное отрицание предъявленных ему обвинений.

— Я слышала раструб, и вы привели сюда раненого гарикона. Невесть скольких еще убили. — Не отступала Киара.

Хайн усмехнулся.

— Ни одного, леди Киара. — И медленно, по словам, добавил. — Мы не убили ни одного гарикона. Только поймали. Да пришлось его немного потрепать. Но уверен животное выживет. По поводу же жестокого обращения, — он насмешливо смотрел на Киару. — Гарикон в долгу не остался, пока мы его ловили он трех лошадей загрыз и хорошо покалечил славного Лори. За это и получал от моих ребят.

— Лошадей жалко, — согласилась девушка, но тут же поморщилась. — А ваш «славный Лори» сам виноват. Вас никто ловить гариконов не заставлял!

Хайн возможно и хотел еще что-то сказать, но как-то вовремя рот захлопнул под явно смеющимся взглядом взирающего на него Астеша.

— Обещаю, что это единственный раз, — буркнул нехотя.

— Не думайте, что этим получите мое прощение! — Задрав голову, чтобы смотреть прямо ему в лицо проговорила Киара.

— Ооо, я невыразимо расстроен, — протянул Хайн едва ли скрывая насмешку. Отвесил легкий кивок головы. — Думаю на этом разговор окончен, можно я пойду поубиваюсь от горя?

— Вы насмехаетесь? — Леди руки в кулаки сжала и начала наступать на мужчину, наплевав, что он значительно выше и крупнее.

— Обороняйтесь, Хайн, — прозвучало издевательски-весело от Астеша стоящего у окна и внимательно наблюдающего за всем происходящим.

— Как, мой генерал? Эта дикая кошка сейчас мне глаза выцарапает! Спасите, иначе останетесь без начальника стражи!

Они оба издеваются?! У Киары в глазах потемнело. Ах, если бы на была магом самым мало-мальским, она бы… Порчу на них! Проклятие! За все и за всех.

Медленно перевела полыхающий взгляд на Астеша.

Лицо генерала разом стало очень серьезным.

— Тихо, леди, тихо, — произнес он невероятно напряженно, при этом начиная приближаться к полыхающей яростью девушке. — Успокоитесь. Хайн уже получил свое за гарикона. Он более никогда не посмеет издеваться над животными.

— Так я и не издевался, — начал было начальник стражи и смолк смотря на Астеша. Что-то в лице высшего шаена его точно испугало. Он сделал шаг назад.

Астеш наоборот сделал порывистый рывок и заключил девушку в крепкие объятия.

— Что вы себе позволяете? — Тут же взорвалась она непримиримым гневом. — Вы же обещали?

Астеш продолжал стоять прижима с такой силой, что было слышно его гулкое биение сердца.

В кабинете полыхнуло. Словно темная пелена вырвалась из глаз Астеша окутывая его и стоящую рядом Киару. На секунду она задохнулась, чувствуя, как огонь ярости внутри внезапно замер, сворачиваясь в клубок. В следующий момент новая яркая вспышка ослепила. Киара закашлялась, вздрогнула теряя равновесие и силы.

— Успокойтесь леди. Только спокойствие. — Произнес генерал мягко, словами, сказанными ему до того Хайном.

— Спокойствие! — Рыкнула приходящая в себя Киара. Пелена вокруг неё с Астешем расплылась в воздухе. Совершенно неожиданно девушка со всей силы ударила генерала носком ботинка в подколенную чашечку.

Он в лице изменился. А она пользуюсь случаем ему на ногу со всего размаху каблучком.

— Что б вас, леди! — хрипя выдавил Астеш.

Она же гордо вскинула голову, освобождаясь от его объятий.

— Я думала вы человек чести и держите свое слово, а вы… Чудовище! — Выпалила полная злости.

Тяжелый, пронзенный горечью воздух кабинета, припорошённый тихим ругательством Астеша, можно было резать на лоскуты.

Его разрядила вбежавшая, раскрасневшаяся Сахли.

— Леди Киара, куда вы снова делись? Ох, что здесь происходит?

Остановилась, в непонимании смотря на происходящее.

— Леди нужно успокоиться, — хрипло выдавил Астеш. — Сахли уведите её в комнату. Я зайду к леди позже.

Киара голову гордо вскинула.

— Надеюсь, что ваш визит будет сугубо деловым. Не ждите от меня извинений. Вы сами виноваты…

— Идите уже, — грубо рявкнул Астеш, сжимая зубы и убийственно сверкнув глазами.

Сахли подхватила леди за локоть, но та выдернула руку, порывисто отвернулась и вздёрнув подбородок покинула кабинет. Камеристка выбежала следом.

— Ты это видел, Хайн? — прихрамывая направляясь к столу глухо спросил Астеш.

— Видел, — хмуро отозвался Хайн.

— Она из моего сковывающего заклинания спокойно вырвалась, даже не заметив, что сама практически обратилась к магии.

Начальник стражи почесал затылок.

— И это натолкнуло меня на неприятную мысль.

— Ей больше чем она думает. — Астеш рухнул в кресло, потер ушибленную коленку. — И откуда только силы? Маленькая, хрупкая, а бьет чувствительно.

Хайн задумчиво прошел и встал у стола.

— Леди Киара попала в дом лордов малюткой. Могу предположить, что с того времени и исчисляется её возраст. А если учесть поведение гариконов… Они очень близко подходят к замку.

— Чувствуют?!

Мужчины разом посмотрели друг на друга.

— Пожалуй, все совсем плохо.

— Пожалуй, нам надо поторопиться с решением что с ней делать.