Глава 21

Всего секунды хватило, чтобы шаены позабыв о сарказме, и нелюбви к друг другу образовали передо мной полукруг прикрывая от приближающейся стаи.

Молиться я не умела. Как не умела и пользоваться своей силой. Потому просто возвела глаза к зимнему, ставшего хмурым, небу.

О, Боги! Не для того же вы меня готовили, чтобы вот так глупо попасться и погибнуть от рук государя шаенского. Да, я не самая хорошая девочка и к вам обращаюсь крайне редко, понятия не имею как молиться, а об использовании магии только слышала. Но ведь я столько пережила и прошла, неужели не удостоилась хоть каких-то крохотных плюшек. Ну хоть чуточку везения!

Проговаривала это все про себя и одновременно думала.

«Миленькие мои, хорошие гариконы, уходите. Я в безопасности, а вот вы, нет. Уходите. Прошу. Умоляю».

— Мне ведь не кажется, они уходят, — была вырвана я из собственных мыслей и молитв голосом государю.

Выпрямилась в стремени пытаясь рассмотреть из-за широких спин, что там происходит. А гариконы, будто и правда услышали меня. Остановились не менее чем в пятидесяти шагах от нас. Вперед выступил один крупный, повел носом в воздухе, тихо рыкнул, прижал уши к голове и развернувшись свернул в сторону. Вся стая последовала следом. Уже через минуту их не было. И только следы говорили, что нам пришлось столкнуться с целой стаей самых хищных и быстрых зверей шаенского мира.

— Они ушли? — повторил Горд с недоверием. — Странное поведение. Обычно гариконы не оставляют своих жертв. А мы явно легкая жертва.

— Легкая? Уверены? Я бы так не сказал? — Крепче сжал рукоять меча в ножнах Хайн. — Вашу с Астешем смертоносную магию они точно учуяли. А гариконы, насколько знаю, не дураки. Попусту рисковать жизнью не будут.

— Нашу ли? — Неоднозначно произнес государь. — Наша их не могла напугать и заставить отступиться.

— Вы явно принижаете свою силу, — с самым заискивающим видом выдал Хайн. — Вот я бы точно отступил. Вот посмотрел бы только на вас, мой владыка, и сразу же ноги в руки и подальше бы подался.

Горд посмотрел на Хайна с сомнением, Астеш с облегчением, а я с уважением. Впервые с уважением и на Хайна. Сегодня он точно заработал от меня одно очко в свою пользу. Я даже готова была ему простить издевательство над тем несчастным гариконом, которого впоследствии, кстати, вылечили и выпустили обратно в лес. Так что, особенно, мне предъявлять начальнику стражи теперь было нечего, а после сегодня так я даже стану лучше к нему относиться. Может и не такой уж он и плохой.

— Но кто их знает, — тут же добавил блещущий «логикой» Хайн. — Может они за подмогой направились. Нам лучше вернуться в замок. Да и погода портится.

Горд оглянулся на меня. Я демонстративно поежилась и, будто подтверждая, по лесу потянуло зарождающейся вьюгой. Слегка зашумели вершины деревьев, по снегу поползла поземка.

— И верно портится, — отозвался Астеш. — Пора возвращаться.

Горд, под общим давлением, так ничего больше и не сказал. Был задумчив и угрюм.

Назад в замок мы возвращались молча.

***

А вечером нам предстоял ужин с государем.

Уже собранная и готовая спуститься в столовую я все же не выдержала гложущего переживания и, вместо того, чтобы торопиться к ужину, направилась в комнату Дарьера.

Не могла я больше молчать и мучиться от подозрений к своему слуге. Он не заслужил такого недоверия. А в моей жизни события стали происходить слишком стремительно, чтобы я могла сама решить, что мне делать и как поступать.

Уверенно прошла по коридору и, достигнув комнаты Дарьера, уже взялась за ручку.

Меня остановили тихие стоны, доносящиеся из-за двери. Я так и замерла держась за ручку. Слишком уж неоднозначные были звуки.

Краска бросилась мне в лицо.

Минуту я стояла не в силах ни отпустить ручку, ни открыть дверь, понимая происходящее за ней и краснея все сильнее. Но хуже было другое, сквозь стоны и приглушенный вскрики, я отчетливо узнала голос надрывно выдохнувший.

— О, Дарьер!

Сахли! Это была она.

Все, стоять дальше и слушать было верхом неприличия.

Я отвернулась и направилась в столовую.

Когда зашла щеки мои все еще алели.

За столом уже сидели Астеш и Горд. Хайн отсутствовал.

Я буркнула что-то извиняющееся за ожидание и подошла к столу.

Оба мужчин разом поднялись со своих мест и шагнули ко мне. Я, в растерянности, посмотрела сначала на одного, потом на другого.

Горд откашлялся и все же уступил Астешу. Тот вежливо помог мне присесть.

— Благодарю, — была тактична я.

Хотя от меня не укрылось как неравнодушно проследил Горд за действием генерала.

Астеш вернулся к своему месту напротив меня. Слуги начали неспешно обслуживать нас.

— Как вам прогулка, леди Киара? — Начал государь взяв в руки бокал с красным вином.

— Прекрасно, — ответила кротко.

— Мне кажется, мы можем немного выпить за столь замечательное знакомство. Вы очаровательная девушка, леди Киара. Генералу очень повезло встретить вас. — Сладкий голос Горда не мог обмануть, в нем отчетливо слышался вызов. И совсем не мне.

Я бросила взгляд на молчавшего Астеша. Он нехотя поднял бокал. Хотя глаза его заметно потемнели и шрам стал отчетливее виден.

Я последовала его примеру.

— За прекрасную леди Киару! — Провозгласил государь и выпил залпом.

— За самую прекрасную леди когда-либо появившуюся в моем замке, — Астеш хмуро усмехнулся и тоже опустошил бокал.

Я только пригубила. В воздухе ощутимо пахло подступающей грозой. Тут главное, чтобы меня рикошетом не убило.

Мужчины не смотрели на меня. Их взгляды были сосредоточены друг на друге. Мне хотелось срочно исчезнуть, вот взять и испариться куда-нибудь подальше от двух высших шаенов.

— Леди Киара любезно приняла мое приглашение в замок, — медленно, не без язвительного удовольствия в голосе начал Горд, отрезая себе от куска мясо и отправляя в рот.

Астеш перевел взгляд на меня. Убийственный взгляд.

Похоже грозового удара мне избежать не удасться.

— Для меня честь быть приглашенной вами, — ответила с трудом выдерживая мысленное убийство Астеша.

«А что я должна была ответить?» — Постаралась ответить ментально.

Грозовые блики сверкнули в темно-синих пасмурных глазах.

— Леди Киара, — Астеш вернул взгляд государю. — Безгранично вежлива и тактична. Но она упустила из виду тот факт, что в нашем обществе считается невозможным посещение чужого дома без сопровождения своего мужчины. Я же в ближайшее время не могу был рядом. Потому увы, мой государь, леди Киара, не сможет принять ваше приглашение.

— Я учел это, — спокойствия Горду не занимать. — И поэтому приглашение действует и на вас, мой генерал, — как же саркастично у него выходило это говорить. — В ближайшие дни вы освобождены от каких-либо государственных дел. Думаю, вас это должно порадовать.

Судя по выражению лица Астеша, его это совсем не радовало.

— Уже сегодня, я покидаю ваш гостеприимный дом, — продолжал государь будто не замечая мимики Астеша. — Завтра, прекрасная леди Киара, жду вас с генералом Райеном у себя. В запланированных мною мероприятиях будут, знакомство с Шаразаром, поездка по достопримечательностям нашей столицы. Музеи, театры. Я покажу вам жизнь шаенского высшего общества.

Взгляд Астеша снова переметнувшийся ко мне, уничтожал и разрывал меня на куски, будто это не Горд предлагал увеселительное времяпровождение, а я.

— Вы слишком щедры и добры ко мне, государь, — выдавила, думая о том, что неплохо бы мне вообще рот не открывать, а сидеть и молча есть. И вообще, почему Горд обращается ко мне, я здесь вроде как со своим мужчиной. Вот только он молчит, как в рот воды набрал. И это бесит. Приходится самой отвечать. — Не стоит уделять мне столь много внимания и вашего драгоценного времени. — Эх, сюда бы Хайна с его логикой и доводами. — Мое положение в обществе может скомпрометировать вас.

Смех государя заставил меня поежиться. Горд смеялся раскатисто, громко и как-то зловеще.

— Поверьте, моя дорогая Киара, в шаенском государстве ничто не может скомпрометировать меня. А вот вам такая прогулка точно пойдет на пользу, добавит уважения в обществе. Ни каждый день сам государь позволяет себе обратить внимание на… — вот тут наигранная радость стерлась с его лица сменившись на серьезность. — Человеческой женщине. И оно дорогого стоит.

И отчего мне показалось будто на меня сейчас ведро грязи вылили? Наверное, потому что недвусмысленно дали знать кто я и что из себя представляю для шаенов. И так же намекнули, что я должна по гроб жизни быть благодарна благосклонному отношению государя к собственной особе.

— Так может и не стоит делать столь широкие жесты, — не выдержал Астеш. Я успела заметить, что за все время, как я, так и он, не съели ни одного кусочка. — Леди Киаре вполне хватает моего внимания. Высший свет может навредить её утонченной натуре.

— Утонченной? — усмехнулся Горд. — Мне кажется леди намного энергичнее и горячее, чем пытается нам показать, «дорогой» Астеш. Видимо вы плохо изучили свою… Возлюбленную.

— Будущую жену, — вставил Астеш, прожигая взглядом государя.

Вилка с куском мяса застыла у рта Горда. Он зубами по воздуху лязгнул. И выдавил тихо.

— Неожиданно.

Но тут же пришел в себя. Расплылся в далеко недоброжелательной и открыто язвительной улыбке.

— Это прекрасная новость, Астеш! Поздравляю! — Тоном Горда сейчас можно было отправлять на казнь. — Великолепный выбор. Тем более настаиваю на приглашении. Сразу по возращению, прикажу собрать прием по поводу вашей помолвки. Вы же, Астеш, я так понимаю еще никому не сообщили? Это прекрасный повод. Леди Киара достойна того, чтобы такой момент надолго запомнился ей. А я уж приготовлю вам подарок.

Мне от последнего предложения дурно стало. Так и почудилось, что слышу в голосе Горда свист падающего лезвия эшафота. А он, напустив на себя наигранное равнодушие, все-таки сунул кусок в рот и начал жевать. Медленно и неторопливо.

Мы с Астешем сидели двумя каменными изваяниями следя за государем и изредка мрачно переглядываясь. Ситуация выходила тупиковая. Мы оба это понимали. Как и то, что отказа не будет. Нет у нас права отказаться.

Не знаю, как долго мог продолжиться этот напряженный ужин, где Горд с показным удовольствием ел нахваливая поваров рода Райен, а мы просто созерцали сиё действие и угрюмо молчали. Но в это время в столовую вошел Хайн.

Государь даже подавился от такой наглости. Начальник стражи даже не извинился.

— Срочное сообщение генералу Астешу. — Отчеканил тот, с самым серьезным лицом, судя по которому минимум что могло произойти это нападение на государство шаенское.

Астеш порывисто поднялся.

— Леди Киара, — произнес строго.

Надеюсь, что я правильно поняла тон и в обществе шаенов даме не пристало оставаться один на один с чужим мужчиной.

Я встала. Отвесила легкий поклон застывшему за столом государю. У него скулы свело, но он постарался ответить улыбкой. Вышло натянуто.

— Приношу извинения, — с подчеркнутой вежливостью резанул Астеш. — Мне придется срочно удалиться. Леди Киара, — он приблизился, взял мою руку, слегка коснулся моих пальцев губами и выпрямляясь тихо шепнул. — Постарайтесь не выходить из комнаты. — Вслух же произнес. — Вас проводят, моя леди.

Щелкнул пальцами. К нам тут же подбежал мальчик слуга.

— Проводите леди Киару до наших покоев.

Я вежливо попрощалась перед хмурым госудрем и направилась к выходу.

А Астеш снова повернулся к Горду.

— Приношу свои глубочайшие извинения. Дела безотлагательные.

Что ответил государь я уже не слышала. И ответил ли вообще.

Мальчишка слуга провожающий меня из столовой прикрыл за вышедшей мною дверь.

***

— Худшее решение согласиться на приглашение Горда посетить его замок.

«Спасибо Астеш, я рада что вы оценили мое независимое решение. Вот только был ли у меня выход? Горд не принимает отказов. Уж кому-кому, а вам это известно лучше меня».

Мы находились в кабинете Астеша. Хайн угрюмо молчал стоя у окна.

Как оказалось, едва он вернулся, сразу направился искать нас. И нашел. Благо, что сообразительности Хайну не занимать.

— Донесли, так же, что и северный выход тоже перекрыт стражей Горда.

— Значит они по всему периметру? — Мрачно переспросил Астеш.

— Да. Похоже у нас негласная осада.

— Чтобы не сбежали. — Тяжко выдохнул Астеш.

— Очень милое приглашение, — не сдержалась я, кожей ощущая витающее в воздухе напряжение. — И стража, чтобы уж точно не отказались от «гостеприимного» предложения посетить замок государя. Он со всеми так любезен?

Хайн оглянулся на меня и усмехнулся.

— Исключительно к отдельным личностям. Что произошло за завесой, леди Киара? Должно было что-то такое произойти. Нечто выходящее за понимание Горда, настолько, что он выставил стражу в попытке удержать вас.

Я нахмурилась.

— До прихода гариконов? — уточнила.

— Хотя и их вполне хватало, чтобы у государя возникли подозрения. Но ведь еще что-то произошло, так? Что-то очень важное, — напористо повторил он.

Я руки в замок сцепила. Мысли скакали галопом. Я напряженно вспоминала прогулку с государем и, чем более подробно пыталась нарисовать в памяти каждый момент, тем вероятно сильнее бледнела.

— Киара, — ко мне, сидящей с ногами в кресле, подошел Астеш, присел и взял мои руки в свои. Слегка сжал. — От того, что вы сейчас расскажете, зависит как нам вести себя дальше, чего бояться.

У Астеша руки очень теплыми были и нежными. Он слегка поглаживал мою кожу успокаивая. Вот только спокойствие не приходило и отчаянно хотелось вскочить, убежать, спрятаться. И пусть Астеш будет рядом и вот так же гладит, но только знать бы, что нам ничего не грозит.

С ним?

Почему мне так сильно захотелось оказаться подальше отсюда? С ним. Я подняла взгляд и тут же окуналась в темно-синие озера глаз Астеша. Ласковые, окатывающие разум туманящей дымкой.

— Завеса, — тихо шепнула я.

Озера всколыхнулись, стали совсем темным, настолько, что я у видела в них собственное испуганное отражение.

— Я не хотела, — прошептала побледневшими губами. — Даже не поняла, что это я сделала. Только сейчас. Я просто хотела, чтобы она пропала. Хотела, чтобы вы пришли. Горд так странно посмотрел на меня. Я не поняла тогда, там. А теперь… Он ничего не делал, он просто стоял и смотрел на меня, а я очень желала, чтобы завеса пропала. — С отчаянием посмотрела на генерала. — Что теперь будет?

Пальцы Астеша крепче сжали мои.

— То есть, я правильно понял. Вы одним желанием сняли стихийную завесу, поставленную Гордом?

Я, словно в спасительные, вцепилась в пальцы генерала.

— Да. — Голос заметно задрожал — Вроде так. Наверное, я. Да, точно, я.

От окна раздался тяжкий вздох Хайна.

— Теперь понятно почему вокруг замка выставлена стража. Человеческая девочка без задатков магии, снимающая легко и непринужденно завесу государя шаенского, высшего мага.

Астеш выпустил мою руку и подошёл к Хайну. Меня начало заметно знобить.

Я сидела прижав к себе ноги и слушая как два шаена ведут тихий, но до холода под кожей, напряженный разговор.

— Есть предложения, Хайн?

— Были. Но вы меня не услышали. Сделали по-своему. Теперь остается надеяться только на милость богов. Без неё жить нам всем осталось ровно до момента как попадем в замок Горда.

— А если убедить его что завесу все-таки сняли мы?

Хайн хмыкнул.

— А если он снял слепок? А он его однозначно снял. И может на нем и нет отчетливого отпечатка леди Киары, но и нашего тоже нет. Очень сомневаюсь, что Горд дурак. Хотя если вы настаиваете…

— Перестань иронизировать, Хайн. — Резанул Астеш.

— Это не ирония. Больше всего я бы сейчас хотел, чтобы наш государь был полным идиотом.

— Увести Киару из замка уже не возможно?

— Только если она умеет становиться невидимкой. А этого даже Горд не умеет. И замечу, даже если мы сможем её вывезти из замка, то это окончательно убедит Горда в его подозрениях и тогда вас казнят, мой генерал. И леди Киару тоже. Всю стражу на уши поставят, найдут и все равно казнят. А так же всех, кто знал и был причастен. Единственное, что могу посоветовать, это вывести из замка слуг. Под любым предлогом. Обвините их в несоблюдении правил замка и выгоните. Потом можно всегда сказать, что де они знать не знали о происходящем. Это хоть как-то их обезопасит. Вы же понимаете, что если дело коснется… А оно коснется. Не рискуйте хотя бы жизнями преданных вам шаенов.

Взгляд Астеша стал совсем сумрачным.

— Сейчас же объяви, что все уволены, Хайн. В замок мы не пойдем. Это чистое самоубийство.

Хайн усмехнулся.

— Значит, завтра сюда войдет государственная стража и вас выведут насильно.

Генерал поморщился.

— До этого момента ты уже уволишь и выведешь всех слуг. Попробуем замаскировать Киару под служанку, и она уйдет с ними. Если повезет, то на какое-то время скроется.

— Сомнительный вариант, Астеш. — Хмыкнул Хайн. — Её все равно будут искать.

— У неё будет хоть какой-то шанс. Со мной уже никакого. Завтра всех выведешь.

Хайн отвернулся и уже не смотря на генерала, произнес.

— Сахли выведет. Она знает тропы в лесу, уведет в горы, может там пересидят какое-то время.

Астеш бросил быстрый взгляд на своего начальника стражи.

— А ты?

Хайн повернулся, выпрямился.

— Для меня всегда было честью служить вам. Будет честью и умереть. Как и моим ребятам. Мы принесли вам присягу, и ни один не посрамит свое имя.

То, с какой спокойной гордостью это было сказано, заставило меня покрыться ледяными мурашками. Я вскочила.

— Нет! Так нельзя. То есть, да, слуг необходимо обезопасить. Но я никуда не пойду. Я… — на секунду смолкла собираясь со словами. — Будущая жена лорда Астеша Райена. И это из-за меня мы все в этом положении оказались. Значит, я остаюсь. Но и хоронить нас раньше времени не позволю! Нет!

— Есть другие, более жизнеутверждающие предложения? — Повернулся ко мне Хайн. Астеш продолжал стоять смотря мимо нас и заложив руки за спину.

Я молчала, тяжело дыша и старясь не зарыдать от бессилия.

— Есть. Пока Сахли будет выводить слуг, мы пойдем в замок. Это даст слугам время скрыться.

Астеш посмотрел на меня. Такого бледного лица я у него никогда не видела.

— Вы понимаете, что говорите? — выдавил сухо. — Там вас точно без суда и следствия…

Я вскинула голову.

— Я не думаю, что нас будут ждать прямо у ворот с секирами наперевес. Если бы государь желал, то мы уже красовались бы без голов. Вместо этого, он угодливо приглашает нас в замок. Горд не уверен, ему нужно убедиться в своих подозрениях. А это время. И откуда вам знать, что хотел бы предпринять государь подтвердись его опасения. Может узница? В любом случае, пока открытых обвинений нам не предъявлено. Если же я сбегу или мы откажемся от приглашения, то можно сказать сами распишемся в собственной вине. И что тогда? Осада? Дадим бой? Не думаю, что мы сможем противостоять паре сотен обученных вояк с государем во главе. Даже семья Салтьер не смогла, — сказала это и на секунду смолкла. Что-то тонкое и очень болезненное скребнуло по душе. Будто я неосознанно сказала нечто важное и теперь не могла понять, что же так резануло в моих собственных словах. Договаривала уже без особого пыла. — Трое против сотни? Не завышена ли ваша самоуверенность, генерал Астеш?

— Почему же трое? — Хмыкнул Хайн. — А как же мои ребята? Три десятка крепких, лично генералом и мною обученных.

Я смерила Хайна насмешливым взглядом.

— Готовы положить их головы рядом с нашими?

Хайн и Астеш переглянулись. А я, хоть и неуверенно, но все же продолжала.

— А если мы сможем убедить Горда, что я не опасна? Там, за завесой, он сказал, что не ощущает во мне магии. Так может её нет, и наши опасения бессмысленные? А завеса… Может я стихийница? Они же вполне безопасны, их сила только и может что взаимодействовать со стихиями. Её даже магией нельзя назвать.

Глянула на сомневающиеся лица мужчин и уже с мольбой произнесла.

— У нас есть шанс, крохотный, но есть!

— Шанс быть казнёнными на главной площади при тысячной аудитории? — Усмехнулся Хайн. — Веселенький такой шанс.

— А лучше здесь? — Я разозлилась твердолобости шаенов. — Бессмысленно и глупо, без надежды на спасение? Я же предлагаю пусть и отчаянную, но возможность избежать смерти и преследований Горда. Всего то и нужно, доказать, что я не опасная темная шаенка!

Хайн и Астеш переглянулись.

— Я иду предупредить Сахли, чтобы собирала слуг, — скупо сказал начальник стражи, направляясь к двери.

— Я иду предупредить мадам Гошри, чтобы пораньше посетила леди Киару, нужно создать ей приличествующий образ. — Бросил генерал. Посмотрел на меня. — Киара, ложитесь спать.

Я не выдержав кинулась к нему, но в шаге остановилась, не насмеливаясь прижаться, обнять. Слов у меня не было. Зато сердце билось так отчаянно, что вероятно моё переживание отражалось и на лице. Никогда уже я не смогу вот так смотреть в чьи-либо глаза. И никто никогда не будет смотреть так, как смотрит на меня Астеш. Шаен, который сегодня показал, что готов отдать за меня жизнь. А я поняла, что за его жизнь готова сама пойти на эшафот. И возможно, эти два страшных желания в скором будущем исполнятся.

В глазах генерала мелькнула невысказанная нежность.

Он шагнул ближе, прижал мне к себе и, тихо, в волосы шепнул.

— Все будет хорошо, Киара. Верь мне, моя девочка, просто верь. Ты будешь жить.

Поцеловал в висок и отстранился. Как же мне хотелось остановить этот момент. Остаться рядом с ним.

Но мне оставалось лишь смотреть как Астеш и Хайн выходят из комнаты.

С трудом сдерживала готовые вырваться слезы.

Но нет. Дочь генерала Лавон не может рыдать в такой ситуации. Будущая жена генерала Райен не имеет права распускать нюни, она должна думать о том, как решить проблему и каким способом защитить близких и родных. Она должна…

А где-то далеко-далеко тоскливо и горестно завыли гариконы.

Я подошла к окну, прикрыла глаза вслушиваясь в их тягучие голоса, заполонявшие мою душу неизмеримой тоской.

Гариконы. Хищные, ловкие, твари тьмы и ночи. Принявшие меня как свою. С глазами звездами и умными мордами. Они стоят на страже таких как я, повинуются, слушаются. Они чувствуют меня и мое состояние.

И снова мне показалось, что откуда-то из недр сознания пытается выскользнуть некое понимание.

Таких как я?

Гариконы!

Распахнула глаза всматриваясь в ночную тьму.

Они защищают таких как я!

Попыталась вспомнить рассказ Астеша о гибели семьи Салтьер. Что же там такое было… Было! Нет, наоборот. Не было. В его рассказе не упоминались гариконы. Почему они не защищали семью темных шаенов?

Не защищали, потому что…

Озарение острой молнией резануло по моему сознанию.

Мысль, недавно ускользавшая, внезапно стала яркой картинкой.

И мне стало жутко. Жутко настолько, что я вцепилась руками в подоконник.

И все же.

Гариконы!

Все это время бывшие рядом. Тенями ходившие в лесу и у стен замка.

Они были, там, в темноте ночи. Ждали меня и вслушивались в каждое движение, ощущали каждый мой шаг, слово, чувствовали ментально.

Они должны были быть с семьей Салтьер. Но их не было.

Я кинулась к выходу. Чтобы там ни внушал мне Астеш, теперь я точно была уверена, мне необходимо поговорить с Дарьером.

В его комнату я вошла с высоко поднятой головой и тяжело бьющимся сердцем.

Он стоял посреди комнаты, спиной ко мне.

— Доброй ночи, — произнесла дрожащим голосом.

— Я ждал вас, моя леди, — тихо ответил он.

— Я пришла.

Мой преданный слуга повернулся. Старческие морщины практически стёрлись с его лица. Он был все тем же Дарьером и совсем не похожим на него. Прямой, с темным взглядом, в котором я только теперь увидела те самые глубоко спрятанные искорки. Едва различимую воротку искр. Вернее было сказать, он позволил мне их увидеть.

— Хотите узнать почему я все это время молчал?

— Хочу. — Сказала, вдруг отчетливо понимая, что до ужаса боюсь его ответа. — Я знаю, что кроме меня выжил еще один темный шаен. И подозреваю, что он виновен в гибели семьи Салтьер.

Дарьер невесело усмехнулся.

— Совершенно верно, моя маленькая леди. Но всего один вопрос, перед тем как я все расскажу. Как вы догадались?

Я подошла ближе, старясь присмотреться к новому для меня Дарьеру.

— Гариконы. Они пошли за мной. Они ценой собственной жизни защищали меня перед Астешем, без страха, без тени сомнения. Так же они должны были защищать и семью Салтьер. Но я как-то упустила из рассказа Асеша, чтобы они там были. Или не упустила? Гариконы не защищали семью. И вот тут мне пришла мысль… Очень страшная мысль. Они не защищали род Салтьер, потому что у них был приказ. Приказ того, кого они слушались беспрекословно. Приказ очень сильного тёмного шаена.

— И вы решили, что этот шаен — я!

Я хмуро смотрела на Дарьера.

— У вас есть другое объяснение?

— Есть, — каким-то странным глухим голосом ответил слуга. — И, пожалуй, вам пора знать. Я знаю о приглашении государя Горда. И чувствую, что это не самое худшее, что вам предстоит. От того как вы сейчас поймете меня и насколько поверите, зависит ваша жизнь и не только.

Я встала напротив Дарьера. Посмотрела ему прямо в лицо и произнесла.

— Говори. Я слушаю.

Он ответил мне столь же прямым взглядом и сказал с чувством какой-то гордости.

— Во-первых я рад, что вы дожили до этого дня. Честно признаюсь, иногда сомневался, что смогу вас обезопасить.

Я нахмурилась.

— Во-вторых, — он помолчал и добавил. — Поздравляю вас, моя леди, с днем рождения!