Глава 25

Глава 25

«Не верь ему. Не верь ему. Не верь»

Мягкий, бархатный женский голос доносился до меня сквозь вязкий, тягучий сон. Сердце сдавило. Я ведь не спала. Я лежала рядом с ним, обнаженная, после секса, я гладила его щеку подушечками пальцев, он царапал короткими ногтями мою спину. Такой тихий, любящий, мой Даня. Тот Даня, которого я всегда знала, в которого я бесповоротно влюбилась, и влюблялась каждый раз, когда приходило его письмо на электронный почтовый ящик.

— Уже спишь, Ев? — спросил он. — Ты засопела.

— Нет. Слышу голоса, — ответила я.

— Не слушай их. Проклятие не хочет быть снятым. Она может лгать тебе. Направлять на неверную дорогу. Не слушай, — он отнял мою руку от своей щеки и прижался губами к ладони. Он оставил дорожку поцелуев до самого плеча, хотел спуститься ниже, но почему-то остановился.

— Дань?

— Я дурак. Я не попросил у тебя прощения. Почему... — он словно говорил сам с собой. В темном номере я почти не видела его глаз, только отблеск от фонаря за окном. — Прости меня, — нежный поцелуй впечатался в ключицу. — Прости. — Накрыл губами шею. — Прости. Прости. Прости...

Минут тридцать назад, когда он закинул обе мои ноги себе на плечи, взял член в ладонь, провел рукой туда и обратно, чтобы, видимо, проверить свою готовность войти в меня, он был совсем другим. Словно убеждался, что я всё-таки сдалась. Да, он долго ласкал меня перед этим, целовал грудь, проникал языком в мои складочки, меня же не просил прикасаться к его члену, и вообще, делать ему приятно. Но этот жест... Он вошёл быстро и почти сразу на всю длину его члена.

А поскольку таблетки я не пила уже два дня, я испугалась, что он кончит внутрь — вспомнила я об этом уже когда он совершил несколько толчков, держа меня за талию, буквально насаживая на свой ствол. И я отпихнула его ногой — не сильно, не резко, просто вжала ступню в грудь и отодвинула назад. Член выскользнул из меня, а Даня был ошарашен. Он смотрел на меня так, словно я пыталась отнять то, что принадлежит ему. Дико. Безумно.

Он вернул меня обратно, пальцы впились в талию, его тело напряглось. Он снова толкнул в меня член и, несколько раз посильнее качнув бедрами, замер. Всё произошло молча. Возможно, если бы я чувствовала боль, не стала бы молчать, но я не возразила, когда он, наконец, взял то, что хотел. Я наблюдала за ним.

Оцепенение не продлилось слишком долго. Он встряхнул головой и, медленно склонившись надо мной, спросил, что случилось и не сделал ли он больно. Я сказала правду.

«Ничего, я не кончу в тебя» — ответил он на это и, накрыв мои губы влажным поцелуем, продолжил двигаться, но уже не так безэмоционально, как прежде.

Он был совсем другим.

— Дань, ты мне скажешь, что такое было во время секса? — спросила я. Ответ «прощаю» в мои планы пока что не входил. Даже «я люблю тебя» было проще произнести. Потому что это было правдой.

— Мне нельзя работать с Натаном, — ответил он, прикрыв глаза. Я чувствовала его дыхание на своей коже, но оно было прерывистым, нечетким, словно ему тяжело отвечать на мой вопрос. — Я всё принимаю на себя. Я... Во мне есть что-то, чего я иногда побаиваюсь сам. Мне так кажется. Отчасти поэтому я не хотел брать тебя. Натан сейчас боится за Аниту, но если бы не её беременность, он бы справился лучше меня. Я понимаю, что не являюсь родственником твоего предка. Но иногда мне кажется, что ещё немного, и я бы свихнулся так же, как он. Я бы действительно стал одержим тобой, и уничтожил бы твою жизнь.

— А как понять, что ты ещё не стал таким?

Мой вопрос вызвал в нем тот же ступор, что и во время секса. Даниил отстранился. Я видела только его приоткрытые губы. В глазах — темнота. Голос низкий, холодный и мрачный.

— Не знаю, Ев. Надеюсь, ещё не стал.

— Я тоже очень на это надеюсь, — пытаясь успокоить, прошептала я и потянулась к нему, чтобы осторожно прикоснуться к его губам. Это была единственная и последняя ночь, в которую мне было относительно спокойно. Несмотря на все его недостатки, на мои сны и его поведение, напряжение между нами постепенно таяло. Я не хотела, чтобы ночь заканчивалась и не смогла уснуть до самого утра. Даня спал. Постоянно просыпался и очень крепко прижимал меня к себе, будто проверял, на месте ли я, не ушла ли я, не исчезла ли, но я так и не погрузилась в сон. А рано утром его разбудил братец своим звонком, спросил, всё ли в порядке, и как скоро мы вернемся.

Я не хотела возвращаться. Но покорно села в его машину и позволила приковать себя наручниками к его руке. Чтобы доказать, что я, наконец, сдалась и покорилась ему.

Когда мы с Даниилом переступили порог дома, тяжелый запах старого дерева и чего-то пряного из кухни ударил мне в нос. Я чувствовала себя так, словно меня ведут на эшафот, хотя внешне мы выглядели почти как обычная пара, если не считать короткой блестящей цепи, соединявшей наши запястья.

«Меня бросят в подвал. Что ещё здесь сделают со мной? Даня переступит через себя и выпустит монстра наружу? Такого монстра, которого я еще никогда не видела в нём? Может, я зря ему поверила?» — тяжелые мысли роились в моей голове.

Натан уже был на кухне. Он стоял у стола, небрежно опершись на столешницу, и его взгляд тут же упал на наши скованные руки. Металл звякнул, когда Даниил сделал шаг вперед.

— Это еще зачем? — Натан вскинул бровь, и в его глазах промелькнула холодная насмешка. — Наша птичка снова пыталась упорхнуть из клетки?

— Просто страховка, — сухо бросил Даниил. Он не смотрел на меня, но я чувствовала напряжение в его руке. — Чтобы дорога была спокойнее.

Натан медленно оттолкнулся от стола и направился ко мне. С каждым его шагом мне хотелось вжаться в стену, но я знала: сейчас настал момент для моей главной роли. Если не хочу оказаться в подвале, я должна быть такой, какой они оба хотят меня видеть. Даже если это будет не совсем убедительно. Хотя бы попытаться...

Когда мужчина подошел почти вплотную, он заглянул мне прямо в глаза.

— Ну что, Ева? Будешь еще бегать? Или ты уже поняла, что мир снаружи гораздо опаснее, чем наш дом?

Я сделала вид, что вздрогнула. Мой взгляд метнулся к Даниилу, затем снова к Натану. Я выждала ровно две секунды, прежде чем сделать свой ход.

— Пожалуйста... отойди от меня, ты меня пугаешь, — прошептала я, намеренно дрожащим голосом.

Я не просто отступила. Я нырнула за спину Даниила, как будто он был моей единственной защитой в этом мире, и крепко обхватила его за пояс, прижимаясь лицом к его лопаткам. Я чувствовала, как Даня на мгновение замер от неожиданности, его тело стало каменным.

Натан остановился. На его губах медленно расплылась довольная, почти торжествующая улыбка. Он посмотрел на брата, затем на мои пальцы, вцепившиеся в ветровку Даниила.

— Ого, — протянул он, и в его голосе послышалось одобрение. — Кажется, наш суровый Даня нашел к ней подход. Снимай цепи, брат. Видишь, она теперь доверяет тебе больше, чем самой себе. Она не сбежит.

Даниил молча достал ключ. Щелчок — и тяжесть металла исчезла с моего запястья, оставив лишь слабый красный след на моей коже.

— Кстати, Дань, — Натан прищурился, — я тут подумал... Ты ведь не сболтнул ей лишнего, правда? Я же не зря на тебя рассчитывал?

Я мгновенно среагировала, чуть сильнее сжав руку Даниила и выглянув из-за его плеча с самым непонимающим и невинным видом, на который была способна.

— О чем это он, Дань? — спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал тихо и растерянно.

Даниил бросил на старшего Брата предупреждающий взгляд, но тот лишь рассмеялся, окончательно поверив в мою игру.

— Ни о чем, Ева. Мужские разговоры, — отрезал Даниил, и я послушно кивнула, делая вид, что удовлетворена ответом.

Анита уже была на кухне, когда мы вошли. Увидев меня, она замерла с тарелкой в руках. В её глазах читалось явное удивление и какая-то скрытая горечь, но она не произнесла ни слова. Мы сели ужинать. Тишина за столом прерывалась только звоном приборов. Я ела механически, чувствуя на себе внимательные взгляды обоих братьев. Натан, видимо, чувствовал себя победителем, он был в приподнятом настроении и делал вид, что всё в порядке. Это настораживало ещё больше.

Когда с едой было покончено, Натан куда-то отлучился, попросив нас подождать, а когда вернулся, небрежным жестом выложил на стол узкую картонную коробочку. Мое сердце пропустило удар.

— Пора снова проверить, насколько плодотворным был ваш союз, — произнес он, пододвигая коробку ко мне. — Иди в ванную, Ева, прямо сейчас, и возвращайся не с пустыми руками, если ты понимаешь, о чём я.

— Я делала тест недавно, — попыталась возразить я. — Он был отрицательным, зачем ещё? Я же пью таблетки.

— Анита рассказала мне, что результат был нечётким. Переделай, — приказным тоном сообщил он. Даниил молча сверлил коробочку взглядом. Кажется, он знал что-то, чего ещё не знала я.

Я взяла тест и ни слова не говоря, поднялась на второй этаж и зашла в ванную комнату, заперла дверь. Руки тряслись так сильно, что я едва не выронила тонкую полоску. Да, результат был не четким, но Анита уверяла меня, что при приёме противозачаточных такое бывает. Неужели ошиблась? Или она специально сказала это Натану? Зачем она вообще ему это рассказала?

«Только не это, пожалуйста, только не сейчас», — молила я, глядя на то, как жидкость медленно пропитывает реагент.

Прошла минута. Затем вторая.

Я зажмурилась, сосчитала до десяти и открыла глаза.

На белом пластике высветилась одна малиновая полоска. Затем начала проявляться другая. Слабая, бледная, но она была. В тот раз нам тоже показалось, что есть вторая, мы крутили тест как могли, под разными углами пытаясь высмотреть её. В итоге я решила, что занимаюсь ерундой и выбросила оба теста. Сейчас вторая полоска была заметна.

«Я беременна?»

Мир вокруг меня пошатнулся. Я прижала ладонь к губам, чтобы не закричать. Две полоски. Точно две, пусть и слабая, но вторая была. И эта полоска была моим приговором.