Глава 21

Саня никогда до этого вечера не был так недоволен своей квартирой. На огромной кровати спит мальчик, не рядом же с ним ему заваливать Иришку? И не в кабинет же ее вести.

Хотя, кабинет тоже подходит как вариант. Потом. В следующий раз. Сейчас он код от замка не вспомнит. Сейчас, кажется, вся кровь, что есть в его организме, прилила к другой его голове.

О да! Такого возбуждения он давно не испытывал.

Остается ванная комната, хоть какое-то уединение. Да! Точно! Там и ванна большая, на двоих, имеется в наличии, и душевая кабина.

Оказавшись в ванной комнате, Саня первым делом включил воду и заткнул слив в ванне с джакузи. Пузырики он сейчас запускать не собирался, а вот ее размерам откровенно порадовался. Повернулся к Иришке как раз в тот момент, когда она уже собралась испугаться всего этого черного великолепия на стенах и позолоты на металлических поверхностях, стояла и удивленно оглядывалась.

– Полностью согласен с тобой, девочка, переборщил со всем этим великолепием! Будем исправлять! – взял ладонями ее лицо и повернул к себе, отвлекая от всей этой показухи его благосостояния. Перетащил ее внимание на себя:

– Иди ко мне, девочка-веточка. Не могу больше. Первый раз такое чувство, что сдохну, если ты не поцелуешь меня еще раз. Как там, в кафе!

И Иришка его услышала, поняла. Потянулась к нему на встречу всем телом.

Он любил ее нежно и ласково. С ней он не мог, да и не хотел, быстро и грубо. Ее и в объятиях-то сжимать было страшно – такая она была худенькая и почти невесомая. Не сломать бы!

Иришка удивительно отзывчиво реагировала на его ласки. То, как она принимала его ласки, то, как дарила свои в ответ, невольно вынуждало Саню задуматься, а была ли хоть одна из его прошлых девиц честна с ним?

Да, будто бы кончали под ним, спину расцарапывали, стонали и даже кричали – это все было. А вот по-настоящему ли?

Иришка ему спину не царапала, выгодные позы не принимала, стонала в его губы, вибрируя всем телом и отзываясь на его толчки в ней ответным движением. Взорвалась оргазмом, сжимая его там, внутри, усиливая удовольствие от их близости, приближая и его к финишу.

И Саня больше не в состоянии был оттягивать свой финал, взорвался в ответ, едва почувствовав ее сжатия там, внутри. Иришка затихла на его груди, замерла, а потом вдруг поцеловала его в шею и прижалась к ней носом. Вдохнула всей грудью и улыбнулась – это он ощутил кожей в том самом месте, где она только что его поцеловала. Почувствовал, что губы ее расползлись в улыбке.

– Ириша, почему ты улыбаешься?

– Потому что мне хорошо с тобой. Разве это не очевидно? – удивилась искренне. Подняла свою головку и смотрит своими невозможными глазами.

– Тебе разве не хочется улыбаться, когда тебе хорошо?

– С тобой мне всегда хочется улыбаться! – вернул ее голову на свою грудь, прижал к тому месту, где она лежала.

Ни одна из его женщин не улыбалась просто так, потому что ей было хорошо с ним.

На улице началась канонада.

– Пойдем фейерверки посмотрим? – предложила несмело.

– Пойдем. С тобой куда угодно. Куда захочешь пойдем!

Саня вылез из ванны первый, поднял и поставил ее на коврик, подал Иришке свой халат. Завязал пояс на талии, хотя ее всю можно было завернуть в его халат еще раз, усмехнулся:

– Девочка-веточка. В чем душа только держится?

За фейерверками соседей они наблюдали уже из окна гостиной и в махровых халатах. Точнее, в халате была только Иришка. В халате Сани, а он сам в одном полотенце.

Женщины часто надевали его халат, но он всегда заставлял их снимать, говорил открыто, мол, халат на ней лишний. На самом деле он просто терпеть не мог эту женскую привычку ходить в мужских вещах. Его вещах.

На Иришке его халат тоже был лишним, ее хотелось прижать к своему телу и опять ласкать до сладких стонов, от которых он сам дурел.

Обнимая ее сзади и зарывшись носом в ее волосы, смотрел на фейерверки, что запускали соседи, и наслаждался. Да, у него тоже никогда не было такого праздника.

– Ой, а что, уже первый час ночи? – Иришка произнесла это испуганно и как-то без радости в голосе.

– Да. Вот и наступил следующий год. С Новым годом! – Саня сжал ее сильнее и, наклонившись к ушку девушки, начал его целовать – С Новым счастливым годом нас всех! Черт, чуть не забыл!

Саня отступил, резко расцепив объятия и шагнув куда-то в сторону. Иришка удивленно развернулась и смотрела, как мужчина куда-то быстро ушел. Вернулся быстро, ступая бесшумно. Он вообще очень плавно двигался – так двигаются хищники, например, барс. Сравнение с барсом пришло само. Такой же сильный, гибкий, с перекатывающимися под кожей мышцами. Иришка залюбовалась им: звучит странно, но татуировки ему шли. Без них – это уже был бы не он.

– Так себе из меня романтик, уж прости! Но какой есть! – Саня смущенно открыл бархатную коробочку и протянул ее Иришке. На подушечке лежали серьги – изящные, с нежно-голубыми камнями вытянутой формы и в белом золоте. Пояснил:

– Искал под цвет твоих глаз.

Саня никогда так не волновался, даря женщине подарок. Наверное, потому, что все прошлые женщины были не те и не его? Совершенно точно и не те, и не его. Вот чтоб так, до последнего вдоха и слезинки от счастья. Ни одна из них так не реагировала на его подарки. Да и с чего бы? Они получали свои собственные хотелки. Улыбались, на шею кидались с поцелуями и ответным сексом, но чтоб вот так? Увидела подарок и расплакалась.

А Иришка смотрела на серьги и боялась вздохнуть, подняла взгляд на Саню и поняла, что плачет, только когда услышала:

– Ириша, девочка моя! Ну что же ты, а? Это же всего лишь серьги. Не нравятся?

– Нравятся. Очень! – выдохнула одними губами.

– Примеришь?

Девушка кивнула и несмело протянула руку к коробочке.

– У меня и для Никитки подарок есть. Только он еще в машине. Надо принести и положить ему под елочку. Утром проснется и порадуется. Я надеюсь. Таскал сегодня с собой полдня, как дурак, не знал, как ему подарить! – Саня смущенно хмыкнул.

– Та огромная коробка – это подарок Никите? – ахнула Иришка, забыв о серьгах.

– Да, ему. А почему тебя расстроило, что уже первый час ночи? Что не так? Или ты Золушка? – Саня попытался пошутить, сменив тему.

– Желание хотела загадать под бой курантов, – удивила его девушка своим ответом.

– Что? – он думал, что ослышался.

– Желание. Теперь то уж что его скрывать! Хотела загадать, чтоб все у нас получилось, – Иришка вздохнула.

– Ты о твоем усыновлении Никиты? – уточнил, тут же став серьезным.

– Да. О нем.

– Получится. Я помогу! – сказал уверенно. – Надо только мать Никитки найти и получить ее отказ от сына. С остальным я тоже тебе помогу. Есть у тебя ее номер телефона?

– Есть, но я не знаю, вдруг она его поменяла.

– Пошли! – он ухватил ее за руку и потащил в кабинет, – серьги, кстати, тебе очень идут!

– Саша, я не могу их принять! Они же очень дорогие! – Иришка послушно пошла, влекомая им.

Саня опять открыл шкаф купе, где была та самая дверь с кодовым замком, вроде как не особо спрятана, но и не на виду у всех. Набрал код и шагнул в ту, другую свою квартиру, потянул Иришку за собой. Девушка вошла и опять застыла в прихожей, оглядываясь. Саня наблюдал за реакцией девушки, не торопил, давая ей оглядеться. Странно, что ж она так не хочет сюда заходить?

– Это же соседняя квартира, верно? – догадалась. Ступила несмело, заглянула в бывшую кухню, объединенную сейчас с гостиной, в которой у Сани был оборудован зал с тренажерами.

– Да, она самая. На нашей лестничной площадке только я и Наталья Анатольевна живем. Ты ее видела, когда мы в квартиру входили.

– И все? Только вы двое? – ахнула удивленно.

– Да, только мы. Не люблю столпотворения, но и перебираться за город, в Куево-Дудуево, как Гарик, я точно не готов. Я городской житель. Но всему есть предел, – Саня усмехнулся, а Иришка кивнула, принимая его ответ.

– Ириша, проходи! Не стесняйся! – Саня потянул девушку за руку, но она уперлась.

– Ириша, что случилось? – Саня остановился, удивленный тем, что девушка не хочет проходить в квартиру.

– Саша, это твоя территория. Святая святых. Как-то странно мне здесь находиться.

Вот как она поняла, что он сюда гостей не водит?

– Глупости! Пошли, раз уж я сам тебя веду, значит, все хорошо! – и затянул ее в эту квартиру, довел за руку до кабинета, распахнул дверь, вошел первым, затянул Иришку за собой.

– Забирайся на диван с ногами. Не холодно? Здесь нет теплых полов, здесь они лишние.

Иришка послушно забралась на диван с ногами, Саня укутал ее пледом и активировал компьютеры. Иришка смотрела с любопытством.

– Говори телефон этой кукушки. Сейчас найдем ее! – посмотрел на девушку, что сидела сейчас испуганным воробышком на его диване в его же халате, надетом, между прочим, на голое тело. Это он точно знал – сам же и одевал ее в свой халат! Но об этом Саня запретил сейчас себе думать. Сначала дело.

Иришка продиктовала номер телефона Дарьи. Память на цифры у нее была хорошая. Уникальная даже. Стоило один раз увидеть номер телефона, запоминала легко и сразу. Саня открыл какую-то программу, вбил номер телефона, запустил поиск.

– Если повезет, то не только ее саму найдем, но и то, чем ее к стенке прижать, чтоб отказ от ребенка написала. А то знаю я таких кукушек, как она. Проходили, и не один раз! То, что она сама о ребенке не вспоминала – это нормально, а как только кто-то захочет усыновить, так сразу заботу включаем. Истерим, согласия на усыновление и даже опеку не даем. Ну, как же! А вдруг обидят те, чужие! И не важно, что сама с ребенком не живет и его жизнью не интересуется! – Саня проговорил это все, не глядя на Иришку. Его пальцы летали по клавиатуре, набирая одному ему известные параметры.

И почему-то Иришке сейчас казалось, что Саня о ком-то близком говорит. А может, это с ним самим вот так же? Хотели забрать, усыновить, но не получилось? Иришка придвинулась на диване к столу Сани и, выпутав руку из пледа, дотронулась до его кисти, лежащей сейчас на компьютерной мышке. Дотронулась и погладила пальчиками, успокаивая и ничего не спрашивая и даже не говоря.

Сане хватило этого простого касания. Его поняли. Ему сопереживали, может, даже жалели, но сделано это было деликатно. От этой девочки-веточки с не менее сложной судьбой, чем у него самого, Сане было не стыдно принимать поддержку.

– Иди сюда, маленькая, – перетянул к себе на колени легко, будто она совсем ничего не весила, чмокнул в шею, запустил руку в запах халата, нащупал сладкое местечко между ног, погладил. Иришка судорожно вздохнула и раздвинула ножки, впуская его пальцы, давая ему свободу. Его тело тут же отозвалось на ее разрешение, приглашение к большему. Подхватил Иришку на руки и перешел с ней на диван, положил, развязал пояс ее халата и замер, глядя на нее – худенькую, с впалым животиком, проступающими ребрами и торчащими вверх розовыми сосками. Понял, что у него от этой картины опять стоит колом. Навалился всем телом, вжал, вдавил, накинулся на губы с жадным поцелуем, продолжая ласкать Иришку сначала рукой, а едва она застонала, ворвался, вошел в нее и остановился, увидев рваный выдох.

– Больно?

В ответ она лишь двинула бедрами ему навстречу.

Шепот, стоны, поцелуи, ответные ласки. Его словно унесло в водоворот. Их унесло.

В этот раз пика наслаждения они достигли одновременно. Иришка со стоном, прижимаясь всем телом, будто ища защиты. Саня с рыком как зверь. Едва кончил, тут же перекатился на бок, боясь раздавить своим телом ее, хрупкую и невесомую. Перетащил Иришку себе на грудь и замер, тяжело дыша и держа девушку на своей груди.

Он лежал сейчас спиной на холодной кожаной обивке дивана, пытаясь восстановить дыхание, собрать мысли и всего себя в кучу. Лежа вот так, под этой худенькой и невесомой девушкой, Саня впервые понял, осознал, что нашел свою женщину. Ту единственную, за которой он, Саня Сиплый, готов идти, как бы это пафосно сейчас не звучало, и в огонь, и в воду. Лишь бы она позвала.

Тяжело дышали оба. Лежали молча, приходя в себя, возвращаясь в этот мир.

Саня провел пальцами по спине Иришки, по торчащим острым позвонкам и проговорил:

– Ириша, я знаю, что тебе для усыновления Никитки надо быть замужем, иметь стабильную работу и нормальное жилье. Можно съемное. Главное, чтоб удобства были не во дворе, – усмехнулся, проговорив эти условия.

Девушка лишь кивнула.

– С жильем я помогу, даже с работой могу помочь! С нормальной работой. По твоей специальности. Хватит тебе уже в баре пьянь обслуживать, как считаешь, а?

– Но не с замужеством, так, да? – перебила, не дала договорить. Подняла голову с его груди, вгляделась в глаза. Видно, что-то увидела она там, в его глазах, напряглась всем телом и стала медленно сползать с его груди.

Как она поняла, почувствовала его ответ? Он лишь сглотнул, почувствовав, как изменилось ее настроение. Поймал, не давая ей сползти со своей груди.

– Не сейчас, Ириша. Сейчас вам с Никиткой надо держаться как можно дальше от меня. Не дадут усыновить, когда узнают. Мое присутствие в вашей жизни только все усложнит. Но я знаю, как вам помочь! – Саня потянулся за Иришкой следом, как за магнитом, уговаривая, убеждая, объясняя.

Иришка замерла, боясь поверить в услышанное. Он же сам подарил ей надежду, назвав единственной. Что-то там о семье говорил, о детях. Для чего? Только ради секса? Да она и так была готова разделить с ним постель. Зачем же врать, давать надежду?

И в этот момент на компьютере Сани раздался какой-то странный звук, отвлекая ее и его от разговора.

Саня поднялся в одно движение, пересел за компьютер, нажал пару клавиш.

– Есть! Нашли мы вашу кукушку!

– Я Никитку проверю! – встала, повернулась к Сане спиной. Укутала сама себя в халат, словно это броня, завязала пояс. Движения были четкие, но какие-то странные, механические. Так действуют люди, когда думают о чем-то совсем другом. Нерешительно замерла, будто очнулась, потом все-таки спросила:

– Саша, может, тебе чай сделать? Или бутербродов? Скажи, чего ты хочешь?

Саня наблюдал за Иришкой, а сам понял, что девушка уже что-то там для себя решила.

– Тебя хочу! – потянулся к ней, – чувствую себя маньяком рядом с тобой.

– Ясно, значит, бутерброды! – Иришка выскользнула из его объятий, – не буду мешать!