ГЛАВА 6

Я и Маги изучали распоряжение, подготовленное Сибиллой.

— Сухо, как в пустыне в самый засушливый период. Мисс Лав однозначно не хватает ярких эмоций, — осуждающе покачал головой друг.

— Даже не думай. Она на тебя в суд подаст за оскорбление чести, достоинства и нарушение личного пространства.

— А как твоё личное пространство нарушать, так она первая, — пренебрежительно фыркнул Мага.

— И я согласен с ним. — Алан всё еще был недоволен. — Какие-то мужчины будут виться вокруг моей королевы. И как прикажешь защищать тебя, чтобы не устроить политический конфликт? Если хоть кто-то из них посмеет тронуть тебя… — голос Алана звучал довольно угрожающе, а желваки на шее чуть вздувались.

— Алан, никто не посмеет приставать ко мне без моего разрешения, а его я давать не намерена. — И почему я как будто оправдываюсь перед ним. И Маги подозрительно ухмыляется.

От дальнейших объяснений и выяснений отношений, которых нет и быть не может, меня спас сигнал браслета, оповестившего о прибытии Генриха фон Роу — герцога из округа Кварца.

— И чего мы тут ждем? — увидел Маг. — Бежим скорее встречать!

Алан нахмурился, но промолчал. А мне очень больших усилий стоило не поддаться эйфории Мага и спуститься в приемную залу размеренным королевским шагом.

* * *

Генрих — мой хороший добрый друг. Как же я соскучилась по нему. К счастью, сейчас будет не очень официальная обстановка: из свиты с Генрихом приедет лишь несколько сопровождающих. И мы сможем пообщаться. Хотя, конечно, более формально, чем когда наедине или с Магой и девочками.

Однако в приемном зале меня ожидал сюрприз. Рядом с Генрихом стоял высокий, немного сутулящийся худой бледный юноша с длинными темными волосами. Такой странный контраст — со светлоглазым и загорелым блондином Генри. Судя по костюму с вышитой синей розой — гербом рода фон Роу — он родственник Генриха.

— Аделаида, с вступлением на престол, Ваша Светлость, — соблюдая протокол поклонился Генрих, — позвольте представить моего двоюродного племянника Филиппа фон Роу.

О, да. Генрих как-то рассказывал, что один из кузенов вдвое его старше, и вот как удивительно получается: дядя и племянник почти ровесники.

— Через месяц Филиппу предстоит начать обучение в Университете Права, и меня попросили заранее показать ему и столицу Лилии, и нашу с вами альма-мате.

Меж строк я прочла: «прости, они меня заставили, ты же знаешь моих родственников».

— Рада приветствовать вас, Филипп, — ласково улыбнулась я, но наткнулась на строгий, холодный взгляд юноши. Словно он видел врага во мне.

— Взаимно, — тем не менее ответил он легким поклоном.

Генрих, сглаживая возникшую неловкую паузу, галантно взял меня под руку.

— Путь был долгим, — «признался» он с трудом пряча хитрую улыбку, — а транспорт душным.

— В таком случае вам просто необходимо прогуляться и подышать свежим воздухом в нашем саду, — подхватила я и посмотрела на его свиту из троих сопровождающих, — сейчас придет один из управляющих, он поможет расположиться вам, — обратилась я к ним, уводя поскорее Генриха от чужих ушей.

* * *

— Ада! Какой царственный голос! Настоящая правительница!

Как только мы покинули дворец и вошли в сад, Генрих стиснул в объятиях меня, а потом Мага. Высокие деревья и дарили тень и оставляли место теплому солнцу. Мы так любили играть здесь детьми, бегая кругами, срывая яблоки, под снисходительными взглядами родителей. При мысли о них мне сразу взгрустнулось.

— Мне так жаль, — тут же произнес герцог: никогда не могла скрыть от него своего истинного настроения, — я уверен, король с королевой вернутся. Они же у нас такие сильные и умные.

Я благодарно улыбнулась и немного с подозрением покосилась на мрачную фигуру Филиппа, державшегося неподалеку. Но раз Генрих так свободно ведет себя при нем, значит, этому юноше можно доверять.

— Я теперь должна быть строгой, холодной и непоколебимой, — вздохнула я.

— Куда уж больше!

От одновременных ухмылок Генриха и Мага я и сама рассмеялась. Обожаю их.

— Генрих! — возвела я руки к небу и пожаловалась: — Совет чуть было не устроил для меня смотрины женихов!

— Хоть кто-то о твоей личной жизни думает, — сделал тот философское выражение лица. — Но, Ада, моя светлость, только скажи, и я готов поиграть роль твоего фаворита, — подмигнул он.

— Нет уж, хватит с нас одной несостоявшейся помолвки, — ласково улыбнулась я.

— По мне, так тебе ни фавориты, ни помолвки не нужны.

Генрих с недоумением посмотрел на хмурого Алана, вставшего совсем близко ко мне и, готова поспорить, в голосе Воина слышалась ревность. Дай волю, и он по-хозяйски обнимет меня. О, нет, Ада, глупые фантазии. И стыдно: я ведь не представила их. Пришлось исправить это.

…

— Это защитник? — недоуменно переспросил Генрих.

— Именно! И моя задача защищать Аду, — буравил его взглядом Алан, — и не подпускать к ней малознакомых герцогов.

— Алан! — сурово одернула я Воина. — Генрих — мой друг!

— Я Аду так-то дольше тебя знаю, — заметил Генрих, — а вот если ты будешь себя вести так на приеме, у нашей молодой королевы будет много проблем. Мага, Ад, вы его вообще не воспитываете?

Какое тут воспитание, я уже взвыть готова.

— А на приеме с ней в формальной обстановке общаться будут, — парировал Алан.

— О, мой друг, поверь, формальность флирту не помеха.

— Генрих! — теперь уже его сурово одернула я.

— Скажешь, что я не прав?

Нет, тут мне возразить нечего.

— И какие же у вас с Адой отношения на самом деле? — продолжил допрос Алан. Маг же тихо хихикал в сторонке, явно не собираясь усмирять свое творение.

— Нас предлагали обручить еще в детстве, — не стала скрывать я. Но почему решила начать именно с этого факта. Ада! Ты, что, провоцируешь? Тебе это нравится? — Но этого не произошло, — сразу же исправилась я.

— О, да, — кивнул Генри, снисходительно посматривая, — звездочеты говорили, что мы идеально подходим друг другу: общие интересы, стремления, прорицатели видели нас в загородной резиденции, стоящих рядом и счастливо улыбающихся.

— Однако и мои, и его родители отказались, считая подобные помолвки — дикими, изжившими себя традициями, — продолжила я. — Они дружны меж собой и, думаю, больше хотели, чтобы эта дружба передалась и нам. Так и случилось. Мы с Генри дружили детьми, а потом учились в одном Университете, на одном курсе.

— Где оба ушли в загул, — сдал нас Мага, врет и не краснеет: у Генриха за все время учебы было три девушки, а у меня и вовсе один парень. Но об этом я Алану рассказывать не намерена.

— Сам ты загул, — отмахнулся от него Генрих.

И хотя слухи о помолвке до сих пор не смолкают, наши с Генри отношения скорее брато-сестринские. Но в этом я тоже Алану не намерена отчитываться. Хватит с него информации, что мы просто друзья.

Тут рядом кто-то мяукнул. Опустив взгляд, мы увидели серого упитанного кота.

— Лапка! — Генрих тут же радостно взял его на руки. Следом выбежали еще несколько разноцветных кошек. А за ними и собаки. Конечно, дворцовые любимцы, услышав голоса, поспешили за угощениями, и Мага не замедлил их сколдовать.

— В общем, друзья мы с Адой, — улыбнулся Генрих, почесывая Лапку. Алан продолжал смотреть с недоверием, а одна из кошек потерлась об его ногу. — Возьми на руки, она это любит, — посоветовал Генри, — вот теперь за ухом ее чеши, — продолжил напутствовать он, видя как Алан добреет на глазах, — и под шейкой. Она очень любит ласку.

И спустя всего несколько минут мы все, даже молчаливый Филипп, развлекались игрой и кормлением зверей. Как же хотелось, чтобы это продлилось подольше, но браслет подал сигнал, напоминая о делах.

— Мне нужно откорректировать заявление Сибиллы, — вздохнула я. — Отдохните с дороги, завтра будет торжественный прием первых гостей, а потом, надеюсь, послезавтра, встретимся с девочками и поболтаем обо всем.

— Пойдем, я вас до покоев провожу, — Маг похлопал Генриха по плечу, а родственник герцога как-то с неодобрением на них покосился. А ведь Генрих один из немногих, с кем Мага не заигрывает, признавая его абсолютную гетеросексуальность.

Я с грустью посмотрела им вслед и направилась в закрытую беседку рядом: не хочу покидать сад, а в ней есть необходимые для работы панели.

…

— Значит, в университете Генрих влюбился в другую. А ты?

Наивная Ада, решила, что Воин даст тебе заняться делами. Я почувствовала, как краснею.

— У меня был молодой человек.

— И всё серьезно было? — Алан расселся напротив.

— Алан, мне нужно работать, — я с самым сосредоточенным видом смотрела с отображенные на панели документы, вот только смысл слов в них абсолютно ускользал, заменяясь непрошеными воспоминаниями.

Я признаю себя и прошлое как неотъемлемую часть меня, живу в гармонии с внутренним я, контролирую поведение на людях. Для пустых слез есть подушка. Для потаенных грез — звездный вечер на ложе на подоконнике.

Во времена учебы меня переполняли романтические мечты. И я верила каждому слову, каждому взгляду, что Оливер де Гросс бросал на меня. Оливер — он всегда был столь учтив и серьезен. Темноволос, с идеальной укладкой, и всегда в идеально элегантном костюме.

На курс старше.

Родители, Маг и даже Генрих заранее предостерегали меня, что многие молодые люди будут пытаться завоевать внимание и сердце юной крон-принцессы, но лишь ради собственного престижа. Но разве я слушала. Ведь у «взрослой девочки» был за плечами колледж, а там всё было не так: юные мы совмещали безобидные шалости с напряженной, ответственной учебой; там в мою жизнь вошли Беатрис, Ванда и Гелла. И они же перешли в Университет Права, как и я; со мной дружили просто потому, что я это я. Разве могло быть иначе в Университете?

И Генрих обещал присматривать за мной, но сам потерял голову, попав в цепкие сети гормонов.

Генрих был поглощен новыми, ранее не известными, чувствами, ощущениями — отношениями с Клер Сол. А я на втором году обучения попалась на крючок Оливеру.

Говорят, первый раз в жизни каждой девушки — это нечто невероятное, неповторимое, наполненное трепетными чувствами и обжигающими эмоциями. Мне было просто любопытно.

Клер бросила Генриха ради более выгодной партии. А Оливер окружал меня заботой и обожанием. Генрих начал встречаться с Люси. Оливер по рассказам нравился моим родителям, хоть лично я так и не представила их друг другу. У Генриха уже были отношения с Марри.

«Как только ты закончишь учебу, я надену кольцо на твой палец», — обещал мне Оливер. …

«Я хочу съездить в удаленные районы, посмотреть и убедиться, что жизнь там не уступает столичной», — говорила я.

«Зачем? Ведь есть официальные отчеты», — удивлялся Оливер, а тревожный колокольчик сделал первый звонок в душе. …

«Я хочу плотнее пообщаться с дипломатами из других стран, может быть перенять что-то из опыта».

«Доверь всё советникам», — а звонок стал громче. … «Ты красива Ада, красива как никто. Тебя и так все будут любить» … «Доверься мне, Ада» … «Я возьму на себя все проблемы» … «Тебе ни о чем не надо будет беспокоиться, как только я стану королем»…

«Мага! — пришла я к верному другу, — покажи мне возможные варианты будущего в моем союзе с Оливером».

«Ад, — сразу начал уклоняться тот, — да зачем оно надо, да там технология не точная, да и магии предсказаний я никогда не доверял, да мало ли… Ада, — с укоризной посмотрел он на меня, — и разве у тебя своих мозгов нет? Что говорят твои сердце и разум?».

…Последний год обучения я провела без Оливера. Отношений с другими мужчинами тоже особо не было. Не считая тех ночей, в которые меня утешал Мага. Утешал, как мог. А мог только одним способом. Но Маге дорога я, сама по себе, а не титул, не престол.

Верю ли я сейчас в любовь? Возможно. Но я точно до сих пор верю, что меня ждет счастливое замужество.

— Что ни было бы у тебя в прошлом, — выдернул из воспоминаний голос Алана, — если оно тебе неприятно, не вспоминай. Просто используй его как опыт.

И что я без твоих советов делала.

— Ты у меня умненькая, Величество.

И почему от этого наглого фривольного тона становится так тепло на душе? И даже грядущий торжественный прием гостей не так пугает. Ведь Алан будет рядом.

* * *

Наш главный зал сверкал. Я ходила, стараясь уделить внимание каждому гостю. Лучшие наряды, лучшие вина и закуски. Элита из всех стран прибыла почтить новую королеву Лилии. И очаровать ее.

Верные Маг и Генрих то и дело приходили на выручку, видя, когда очередной кавалер начинает мне надоедать. Впрочем многие тактично уходили под суровым взглядом Алана.

Я немного увлеклась разговором с Магой и Генрихом. А повернувшись в какой-то момент, увидела, как Алан что-то горячо шептал одной из официанток. И это явно были не невинные шутки.

Но Алан? Но почему?

И тут его губы невзначай коснулись ее шеи. А всё вокруг словно превратилось в белую расплывчатую пелену.