Глава 11

Время, пока демон меня рассматривал, тянулось улиткой. От напряжения у меня заныла спина, напомнила о себе боль в висках, вспотели ладони, и я по возможности незаметно вытерла их о платье. Еще несколько минут под придирчивым взглядом в полном молчании и мне срочно понадобится душ и смена одежды, а так как из одежды у меня только ночная сорочка…

Я уже продумывала и такой вариант, вспомнив, что сегодня мне велено на кухню не возвращаться, а перед портным все равно придется раздеться, как демон заговорил, и я облегченно выдохнула. Поначалу я только определила — он спокоен, голос с нотками лени и равнодушия, а уже потом уловила суть: слишком велико было мое волнение.

— Вот что, — сказал демон, — я понял, что ты хочешь покончить с этим как можно скорее…

— Да, — решительно подтвердила я.

— И я не против пойти тебе навстречу…

— Спасибо, — процедила сквозь зубы, а моя уверенность дрогнула, но осталась.

— Но… — демон тяжко вздохнул и развел руками, — вынужден отказать.

— Что?!

Уверенность пошатнулась, и мысленно я уже неслась прочь по темному коридору, мимо кухни, мимо чужих дверей, лишь бы подальше отсюда. Но… Да нет, скорее всего, я ослышалась. Переволновалась — вот и почудилось всякое… Демон сам говорил, что близость неизбежна, хочу я или нет, а придется… Или… а, может, я не так поняла и нет смысла бежать? Может, наоборот, есть надежда остаться и обойтись без близости?

— Нет, Илия, — прочитав все по моему лицу, сказал демон, — жаль тебя разочаровывать, но нет, расплатиться придется.

— Почему не сегодня? — вскипела я, ничуть не веря, что ему жаль.

И с трудом удержалась от того, чтобы не уточнить: «Почему не сегодня? Пока я не сбежала?!».

Даже не верится…

Я целую ночь думала, как поступить, даже во сне не могла избавиться от демона — он непременно оказывался рядом, а когда я предлагаю себя, добровольно, он мне отказывает!

— Подожди, — осенило меня, — ты тоже не слишком этого хочешь?

— Я бы так не сказал, только видишь ли… — он плотоядно улыбнулся Альте, проходящей обратно с пустым подносом, — на сегодня у меня уже есть планы.

Девушка проплыла королевной, наградив меня взглядом победительницы, а я посмотрела на демона, как на ненормального. Нет, я не оспаривала его предпочтения, меня более чем устраивало, что ему нравится Альта, но растягивать неизбежное невыносимо. Я решилась, это было нелегко, но я решилась, а он… А он здесь хозяин…

— Хорошо, — я постаралась не поддаться панике, напомнив себе, ради чего все это. — Когда?

— Хочешь, чтобы я назвал точную дату?

— Да.

— Не получится.

Черное лицо демона старательно изобразило сожаление, даже слегка скукожилось, имитируя складки у рта и на лбу, а мне так сильно захотелось ударить его, хоть куда-нибудь, даже зная, что вреда ему не причиню! Он издевался, попросту надо мной издевался!

— Я — демон, а демоны непостоянны и не держат слова. Они не спрашивают, они просто берут, Илия. Впрочем, что я тебе объясняю? Ты ведь сама это знаешь, да, Илия?

Да, я знала, и вспомнила эти слова, сказанные Маргусу, когда он пришел в мой дом и просил с ним остаться, не менять на демона. С силой сжав кулаки, которые буквально просились удариться о надменное лицо демона, я молча смотрела на того, кто растягивал мой кошмар. Я так не выдержу, сорвусь, подамся в бега, несмотря на угрозу смерти и расставание с сыном. Или проще — просто выйду ночью на улицу, тем самым предложив себя нечисти. Я не смогу долго бояться. Я слабая, я просто женщина, мне легче пережить кошмар, чем жить в его ожидании.

— Мельхас, когда? — выговорила с трудом.

И не теша его самолюбие, не стала объяснять, почему для меня так важно узнать точную дату. Пусть даже от демона, пусть даже он мне соврет.

— Я же сказал тебе… — начал он резко, а потом всмотрелся в мое лицо, качнул упрекающе головой и после долгой паузы, сжалился. — Хорошо, как только у меня выдастся свободный вечер, я дам тебе знать.

Еще одна долгая пауза, и я не могла понять, то ли он ждет от меня «Спасибо!», то ли ему просто нравится стоять в коридоре, любуясь моим бледным лицом, то ли ему в удовольствие меня мучить.

— Я постараюсь как можно скорее, Илия, — он громко вздохнул, показывая, как ему нелегко освободить вечер для таких пустяков, как плата, вызов и я. — Но в ближайшую неделю точно не жди.

— Неделю?

Я испытала и разочарование — была ведь настроена на сегодня и даже сейчас; и поток сильной радости — потому что еще целую неделю я в безопасности, и мне не нужно прислушиваться к звукам в соседней комнате или в коридоре, ожидая, что дверь откроется и войдет демон.

— Минимум неделю, — недовольно уточнил он. — Пойдем, пообедаем, надеюсь, сегодня ты порадуешь Стэнли своим аппетитом.

Он взял меня за руку, и повел к столовой, негромко упрекая, что в прошлый раз сын был расстроен моим отказом сесть с ними за стол. Я слушала и немного раскаивалась, хотя у меня и были причины так поступить. И только когда мы вошли в просторную комнату в бело-синих расцветках, я заметила взгляд сына на наши сплетенные руки с демоном, и тут же убрала свою. Демон от едких комментариев воздержался, махнул рукой, предлагая сесть рядом со Стэнли.

— Я уже думал: вы заблудились, — улыбнулся тот, с интересом поглядывая то на меня, то на демона.

— Нам надо было поговорить, — сказала я.

— Надо было, — поддакнул сын. — Как по мне, вам надо разговаривать чаще. Вам это явно идет на пользу.

Мы с демоном промолчали. В приоткрытую дверь вошла Альта с подносом.

— Лазанья! — радостно встретил ее появление Стэнли. — Спасибо, мамочка!

Он повернулся ко мне, чтобы поцеловать, я расплылась в улыбке, а в эту секунду послышался непонятный звон, и… Когда мы обернулись, то увидели, что моя лазанья лежит на полу, рядом с упавшим подносом, а над ней, понурив голову, испуганно замерла Альта.

— Хозяин, — залепетала она, не поднимая головы, — хозяин, я не специально! Просто мальчик так громко крикнул…

— Ты не специально, — повторил за ней демон. — Значит, виноват мой сын?

— Нет, хозяин, — голова девушки опустилась ниже. — Простите меня, хозяин.

Демон вопросительно посмотрел на меня, а я понятия не имела, чего он ждет.

— Как ты хочешь, чтобы я наказал ее?

Я посмотрела на Альту, а та, пользуясь тем, что демон ее пока не видит, сверлила меня довольным взглядом. Но стоило демону глянуть на нее, тут же опустила лицо.

— Илия? — поторопил демон.

Но я не знала, стоит ли наказывать Альту и как? Она — его любовница, у них свои отношения, довольно запутанные, но это не мое дело. Хорошо бы он разобрался сам.

— Ладно, — устав ждать моего решения, сказал демон, — Альта, уберешь за собой и пока свободна. Вечером я озвучу твое наказание.

— Нет! — выкрикнула я, и сама вздрогнула от своего голоса и отчаянной идеи, посетившей меня. — Нет, — повторила я, и девушка, мечтавшая ускользнуть, вынуждена была остаться. — Мельхас, я придумала наказание для нее.

— Ну-ка? — он поставил локоть на стол, оперся на него и с интересом посмотрел на мои губы, словно подталкивая договорить, словно ожидая и готовясь впитать каждое слово.

— Я хочу, чтобы сегодня вечером она не приходила в твою комнату.

— Поясни, — еще больше заинтересовался демон.

— Легко. Сегодня вечером она не приходит в твою комнату, следовательно, у тебя появляется свободное время… для того, чтобы пришла я.

Поднос второй раз упал из рук Альты, а мой демоненок восхищенно шепнул:

— Мамочка, ты крутая!

Мельхас молчал и чего-то ждал: то ли того, что я передумаю, то ли того, что исчезну от одного его взгляда. Не срослось.

— Альта, уйди — приказал он, — придешь убрать, когда я тебя позову.

Девушка вышла, но демон, не поворачивая головы, сказал:

— Я просил уйти, а не стоять под дверью.

Через минуту он обвел сначала Стэнли, потом меня пытливым взглядом, и сказал:

— Если мать моего сына хочет посетить мою комнату, я не могу отказать, — а услышав мой облегченный вздох, добавил: — Только наказание должно было быть для Альты, а не для меня, поэтому…

— Поэтому что?

— Поэтому ничего, — туманно пояснил демон. — Ты придешь в мою комнату, как и хотела, но… ничего.

— Демон! — возмущенно прошипела я.

— С нетерпением буду ждать вечера, — любезно ответил тот. — Может, тебе и понравится.

— Мне? С чего бы?

— Я подобрал несколько книг. Твои «Хроники» ведь уже заканчиваются.

Заполучить новую книгу мне очень хотелось, но дать знать об этом демону — нет.

— У меня сейчас мало времени на чтение.

— Как знаешь, — не стал настаивать он, и обратившись к тем, кто, видимо, стоял под дверью, распорядился: — Вносите.

Вошли две незнакомые девушки с подносами. Я мимолетно отметила, что они симпатичные, молодые и светловолосые, а еще что они опять же куда привлекательней Альты. Но вкус мужчин не понять, а уж демона и подавно.

На столе появилось такое разнообразие из мяса, мяса и опять же мяса, что я с тоской посмотрела на притомившуюся на полу лазанью.

— Альта, — сказал демон небрежно, — зайди, убери.

Девушки удалились, вместо них поспешила явиться Альта, но с уборкой она справлялась не расторопно. У меня даже мелькнула мысль ей помочь, но демон посмотрел на меня так красноречиво, словно догадался и заранее предупреждал не делать глупостей. Глупо, да, всего лишь порыв, я и сама это понимала, просто отвыкла сидеть, когда другие работают.

— Поешь, Илия, — обратился ко мне демон, — а то через неделю от тебя одни кости останутся.

— Переживаешь?

— Конечно. Если ты не заметила, я люблю мясо.

— А что будет через неделю? — заинтересовался Стэнли, с завидным аппетитом поглощая мясное рагу.

— Ооо, — многозначительно протянул демон.

— Мельхас, надеюсь, ты не собираешься…

— Где-то через неделю, да, думаю, за неделю управлюсь, у нас будет бал, — не заметил моего возмущения демон.

— Бал? — восхитился Стэнли. — Настоящий?

— Конечно.

— А там будут только взрослые или девочки тоже?

— Ну, если ты хочешь, некоторые демоны могут появиться с дочерьми.

— А у них уже есть крылья и рога?

— У некоторых.

— Тогда хочу! — воодушевился Стэнли.

— Если собираешься поразить их тем, как быстро выпускаешь крылья, тебе придется много тренироваться эту неделю.

Стэнли кивнул и начал есть торопливо, явно намереваясь сбежать на тренировку.

— А играть ты сегодня будешь? — спросила я.

— Нет, некогда, ты же слышала.

— Стэнли, я считаю, тебе нужно не только много заниматься, но и отдыхать временами.

— А я не устал. Ленюсь иногда, — признался он. — Но сейчас я заинтересовался. Мамочка, а вот тебе хорошо бы отдохнуть. Хочешь — я заведу тебя в игру, в беседку?

— Без тебя?

— Ну и что? Тебя никто не обидит, я запрещу даже приближаться.

Признаюсь, мне в игре понравилось: зелено, солнечно, беседка уютная, гамак и книга… Там накатывало ощущение умиротворения, там я могла забыть о реальности.

— Хорошая идея, — поддержал сына демон.

— А портной?

— Придет, когда отдохнешь, — пожал плечами Мельхас. — Но отдых после того, как поешь. Вон, бери пример с нашего сына.

Я с улыбкой посмотрела, с каким удовольствием ест Стэнли и взяла несколько кусочков рагу. Вкусно. Мэтью прекрасный повар, я поняла это, едва попробовала хлеб, испеченный им. Странно, что обычный человек работает в замке демона, но хорошо, потому что Стэнли надо нормально питаться.

И еще одну странность я, пусть и запоздало, но отметила. У меня не возникло чувства неприятия или сопротивления, когда Мельхас обмолвился «наш сын». Факт его отцовства хотела бы, да не оспоришь, но удивило меня другое. Слишком спокойно я восприняла из его уст слово «наш». Похоже, я устала плыть против течения и позволила себе нырнуть в водоворот, даже зная, что обратно вряд ли удастся выбраться.

Обед прошел спокойно, каждый был занят своими мыслями и тарелкой, и это позволило мне надеяться, что после водоворота тоже есть жизнь, и опасаюсь я ее не потому, что там страшно, а потому что не знаю как там.

Всего лишь.

Да, иллюзия, самообман. Но без надежды на лучшее я бы давно выгорела изнутри. Не потому, что я — анкер и сильные представители нашей расы могут сжечь более слабого. А потому что жизнь без надежды, без веры пуста и поэтому затягивает. Любого, кто попадется. Любого, кто разбавит ее пустоту.

— Ну что, идем? — с надеждой посмотрел на меня Стэнли, и я в который раз поняла, что вот оно, мое лучшее, моя надежда и свет во тьме. Без него я не смогла бы сделать и шага на пути своих испытаний.

— Идем, — я поднялась, с радостью отметив, что Мельхас остается в столовой.

Немного неправильно входить в комнату хозяина без него, но он ведь в курсе и сам разрешил. Когда Стэнли нажал на красную кнопку, и мир игры ожил, зашелестел травами, запах полевыми цветами, огласился голосами людей и блеянием овец, у меня в груди будто тоже что-то включилось и загорелось.

— Мамочка, я пойду? — отпросился Стэнли.

Поцеловала его в макушку, проследила с нескрываемым удовольствием, как быстро он бегает, а потом закрыла глаза, запрокинула голову, расставила руки в стороны и позволила искусственному солнышку коснуться лица. Тихо, спокойно, хорошо.

Я знала, что у меня всего одно платье, и что надо его беречь, я знала, что сын специально для меня сделал беседку, но мне захотелось вот так, лечь на траву и лежать, ни о чем не думая, и в то же время, думая о самом важном.

Захотелось — и сделала, не отказывая в желаемом…

Итак, надо признать, мое отношение к демону изменилось. Прошло всего несколько дней, как я здесь, между нами стена из десяти лет и совместной ночи, он обмолвился, что убил Дитру, он сказал, что вторая ночь неизбежна, но… Ненависти к нему больше не было. Был страх, неприятие, несогласие, возмущение, боль. А ненависть прошла.

Думаю, это из-за его отношения к Стэнли. Со мной он довольно резок, а к сыну начал привязываться, и старается, чтобы он его принял.

Хотелось верить, что после того, как демон возьмет с меня плату за вызов, мы сможем мирно существовать в одном замке. Я замуж не собираюсь, мешать ему с любовницами тоже, так что… почему бы и нет?

А когда Стэнли подрастет, когда я перестану быть нужна ему…

Не верилось, не хотелось верить, что когда-нибудь так и будет, но все мальчики вырастают. В их жизни появляется другая, не менее важная женщина, а мама… мама поймет и отпустит.

Все-таки хорошо в этой игре: спина перестала ныть, головная боль отпустила, упадническое настроение прошло, и я даже могла размышлять о возможном расставании с сыном, о своем отношении к демону.

Отдохнув, я встала и прошла к беседке. Увидев в гамаке книгу, которую читала, невольно улыбнулась и задалась вопросом: Мельхас или Стэнли? Рядом с гамаком стоял маленький деревянный столик, уже с новой скатертью, но тоже на цветочную тему, а на нем — графин с водой и стакан. Я действительно хотела пить, и поэтому, налив воды, сделала несколько жадных глотков. Вкусно, вода пахла весной.

Легла в гамак, раскрыла книгу, прочла последнюю повесть, в которой оборотень спешил найти свою суженую, иначе ей грозила беда, и со вздохом закрыла книгу. Жаль, что в жизни так мало романтики. Но, может, у оборотней действительно так? Хотя бы отчасти. Оборотни — не демоны.

Ни с того, ни с сего накатила грусть, и я встала с гамака. У выхода из комнаты обернулась, впитала в себя солнечную картинку, нажала на красную кнопку, как делал Стэнли, и вышла.

— Илия, — приветствовал меня кивком высокий худосочный мужчина в черной несуразной шляпе, прикрывающей кучерявые волосы. Шляпу я поначалу приняла за птичье гнездо, но потом поняла, что ждать из нее птенцов бесполезно и посмотрела в прищуренные глаза мужчины. — Я — Слайт, портной. Хозяин сказал, что вам нужно платье.

— Мне он сказал то же самое.

— Где вам удобней? Снимем мерки здесь или в вашей комнате?

— А вы хорошо осведомлены.

— Спасибо, — без тени смущения отозвался он. — Ну так?

— Лучше в моей комнате.

Тем более что идти недалеко, а раздеваться в комнате демона, пусть даже пустой, не хотелось. Портной без возражений перешел за мной в соседнюю комнату, но как только дверь за нами закрылась, его покладистость закончилась. Что тут началось…

Я уже сто раз пожалела, что поддалась на провокацию, и когда он попросил меня показать свой гардероб, чтобы сложить правильное мнение о моем вкусе, призналась, что у меня только одно платье. Да, именно это. Да, мрачное, и что?

— Невзрачное, — поправил он: — И ничего. Ничего хорошего. Мать молодого хозяина не может ходить в таком… в этом… откуда это у вас?

— От демона, — под недоверчивым взглядом я уточнила: — Правда, от него.

— Щедро. А из одежды он выделил вам только это?

— Еще ночную сорочку.

— Покажите.

Скривившись, он ожидал увидеть нечто такое же мерзкое, как мое платье, но когда я продемонстрировала полупрозрачную и невесомую сорочку, с подозрением уставился на меня.

— И вы это носите?

— Да.

— Точно?

— Конечно. — Он молча пытал меня взглядом и я призналась: — У меня нет другой.

— Ясно. — Он вздохнул. — Случай запущенный, вы явно отвыкли жить хорошо, зато привыкли выпячивать гордость на пустом месте.

— С чего вы взяли?

Я даже не успела обидеться, просто стало любопытно, с чего такие выводы.

— С того, что я не вижу в вашем, с позволения сказать, гардеробе ни одного нового платья, над которыми я столько работал! И ничего из белья, над которым трудился. Что, не вспоминается? А где вы жили до того, как переехали к хозяину под бочок? И что было в шкафах в той комнате?

И тут я вспомнила. Когда я захотела переехать из большой комнаты в более скромную, демон спрашивал, хочу ли я оставить себе одежду. Я отказалась, и все досталась Альте.

— А та одежда была для меня?

— Конечно!

— Именно для меня?

— А как иначе? — гнездо на голове портного качнулось, но удержалось, возможно, зацепилось за его пышные кучерявые волосы. — Я же как проклятый демонами работал без сна всю ночь, шил и магичил, магичил и шил, чтобы матери молодого хозяина было в чем показаться перед слугами и хозяином. А вы показались! Да уж, показались! Пожелали работать на кухне, да еще в этом! Так, все, я начинаю закипать, а портить отношения с хозяином не хочу. И так обещал ему, что смолчу и не покажу обиды, но не сдержался. Не смог. Когда я увидел свой шедевр на этой белобрысой выскочке…

— На Альте?

— Что, память вернула и логику? — огрызнулся портной. — Да, на ней. Когда я увидел свое творение на ней, думал, что не смогу что-нибудь сшить на вас еще, думал, что выскажусь, несмотря на обещание хозяину и гордо, как умеете вы, хлопну дверью. Но когда я увидел вас в этом… в этом убожестве… Нет, вы будете носить мои платья, слышите? И вы будете достойной парой хозяину! Вы, а не эта…

Пока портной выговаривал мне, я стояла, кивала и улыбалась — на душе было легко, с меня словно сдирали слои старой пыли. Душно, немного неприятно, но дышится вольно. Но когда он заговорил, что я стану демону парой…

— Мы с ним не пара!

— Без комментариев, — меня кольнули булавкой в бок, и засопев, портной закружил вокруг меня, рассматривая, что-то продумывая, бормоча что-то себе под нос.

— Почему без комментариев? — спросила я, когда я он заявил, что сеанс окончен и все свободны.

— Потому что я разозлюсь, и заколю вас булавками.

— Вы ведь уже сняли мерки.

— И что? Булавки мне для этого не были нужны.

— Но зачем тогда все это было?

— Я — творческая личность, я не обязан объяснять свои поступки! Платья и женские штучки получите… ну, спешить я теперь не буду, некуда торопиться, вы так небрежно отнеслись к моим прошлым шедеврам…

— Я вас и не тороплю. Мне вполне хватает одного платья. А когда это сносится, я куплю другое.

— Знаете что? — гнездо на голове портного не удержалось и полетело на пол, когда он резко обернулся ко мне и сделал неопределенный пас рукой, словно хватая воздух. — Я передумал! Завтра же у вас будет первое платье и первый комплект женских штучек! И попробуйте только не надеть их!

— Что тогда?

— Тогда я проникну к вам в комнату и ночью, пока вы будете спать, украду это ваше безобразие цвета синьки и эту сорочку-скромняжку. А взамен оставлю нечто такое прозрачное и не оставляющее простора для воображения, что когда хозяин войдет к вам в комнату узнать, почему вы сидите там и никуда не выходите, у вас просто не останется выбора. Альта будет послана к черту, а вы перестанете сомневаться: пара вы с хозяином или нет!

Выдав всю эту тираду на одном дыхании, портной элегантно подхватил свое гнездо и вышел из комнаты. А я какое-то время не могла прийти в себя и, глядя на закрытую дверь, думала: интересно, он правда мог бы все это сделать?

Не знаю.

Но я решила не расстраивать творческого человека (кстати, да, опять человека) и надеть его платье завтра. Если он успеет его сшить, конечно. И я очень сильно понадеялась, что к платью не будет полагаться какая-нибудь экстравагантная шляпа вроде гнезда. Как-то это нелогично — с собственным гнездом на кухню.