Глава 6

Демон встретил меня как истинный хозяин замка — сидя в огромном зале, освещенном пламенем трех каминов, и на высоком троне. Впрочем, это были не все спецэффекты. Когда коридор вывел нас с Альтой к массивной двери, девушка застыла, покорно опустив голову, а потом нехотя сказала мне:

— Хозяин разрешает войти.

Наверное, между ней и демоном ментальная связь, наличие которой я заподозрила еще в начале нашего пути и, наверное, она надеялась, что демон меня все-таки не впустит. Чем я успела ее задеть? Я замешкалась, рассматривая эту симпатичную девушку и гадая: права ли я на счет ее истинных отношений с Мельхасом? А она, видимо, подумала, что я жду ее, и поэтому с оттенком обиды отрывисто сообщила:

— Он разрешает войти только вам.

Альта скрылась в тени коридора, а я толкнула на удивление легко подавшуюся дверь, и вошла.

Никогда не была в этом зале раньше, но сейчас демон, скорее всего, хотел подчеркнуть свое и мое положение в этом замке. Когда я подходила к трону, мои шаги гулко раздавались в пустынном зале и, казалось, отскакивали от такого высокого потолка, что заболит шея, если искать его взглядом.

— Я тебя слушаю, — милостиво склонил голову демон, едва я остановилась перед ним.

Даже сидя, он был значительно выше меня, да еще этот трон, и приходилось поднимать голову, чтобы смотреть не в черную грудь, скрытую темными одеждами, и не в черный подбородок, а в глаза.

— Мельхас, — переборов отвращение, я назвала его по имени, помня, как он требовал, как он когда-то настаивал на этом, — я бы хотела, чтобы мы с тобой договорились…

— О чем? — после длительной паузы.

— О том, чтобы я могла свободно видеться с сыном.

— Договорились? — еще одна долгая пауза и усмешка. — Интересно…

Демон резко подался вперед, и мне стоило труда не дернуться в страхе в сторону.

— Ну что ж, Илия. Попытайся со мной договориться.

Помимо насмешки, в его голосе звучало превосходство, но не моя задача воспитывать демона или учить его жизни. Моя задача сделать так, чтобы он не мешал жить мне.

— Я понимаю, что ты на меня злишься… — начала я. — За то, что скрыла беременность, за то, что сбежала. Скорее всего, тебе не понять, почему я так поступила… — выровняла дыхание, которое норовило предать меня. — Но Стэнли — мой сын. Он — все для меня.

Демон не комментировал, и уже за одно это я была ему благодарна. Быть может, ему просто было лень шевелить языком, а на самом деле он давно все решил, и как мой отец, не меняет решений. Да, могло быть и так, но я хотела попробовать. В конце концов, нормально разговаривать с тем, кого ненавидишь — не сложнее, чем стоять на коленях перед тем, кто лишил тебя крыльев.

— Мельхас, — я готова была сотню раз повторить его имя, лишь бы был толк, — мне не нужна горничная, мне ничего от тебя не нужно. И та огромная комната, в которой ты меня поместил… Я вполне могу обойтись меньшим, гораздо меньшим. Когда-то я даже спала на постели горничной, и у меня не было возможности сменить белье… — осознав, что не время снова нырять в воспоминания, качнула головой, отгоняя их. — Для меня не важно где, гораздо важнее — с кем. Для меня главное, чтобы мой сын был рядом.

Я замолчала, с трепетом ожидая решения демона. А он, протянув руку к камину, позвал кусочек огня к себе на ладонь и начал перекидывать его между пальцами, словно успокаивая нервы. Потом накрыл пламя второй ладонью, и кусочек огня, жалостливо всхлипнув, исчез. Демон потер ладони, и вернул свое царственное внимание мне.

— Рядом? Стэнли уже слишком взрослый, чтобы жить с тобой в одной комнате.

Демон шутит? Сомнительно, он ведь лишен чувств, поэтому юмор, пусть и черный, ему не знаком.

— Он жил в одной комнате со мной только когда был совсем крохой, — вспомнив, каким маленький и серьезным было лицо моего сына в младенчестве, я невольно улыбнулась. — Я просто хочу видеться с ним. Прошу тебя, Мельхас, не разлучай нас. Я люблю Стэнли.

— Любишь?

— Да.

Демон перевел взгляд с меня на огонь, и когда наши взгляды снова встретились, в его полыхало пламя.

— Так сильно любишь, что готова жить в замке, из которого когда-то сбежала?

Перед глазами промелькнуло видение — как я бегу, бегу по бесконечному пустырю, окружающему замок. Вокруг темно: здесь никогда не бывает солнца… Мне страшно, я не знаю местности, не знаю, в какую сторону бежать, ноги просто несут меня прочь. Дальше, как можно дальше от замка, где я провела два месяца… У меня только одно желание: я не знаю, что случится со мной… Вернее, я думаю самое худшее, потому что Наб — скопление темного. И я мечтаю только об одном: выжить и никогда больше не возвращаться в тот замок, из которого я бегу…

Но даже когда маг по приказу отца лишил меня крыльев, мне не было так страшно, как в эту минуту, когда прошлое пронеслось болезненным вихрем, а настоящее взирало на меня черничными глазами, в которых полыхал огонь.

Демон ждал от меня ответа, а что могла ответить мать? Только одно.

— Да, — сказала я.

Я готова жить в этом замке. Я готова знать, что рядом, совсем близко со мной — Мельхас. Я готова бороться с призраками прошлого, которое не отпускало все десять лет и в итоге притянуло меня к себе. Не знаю, смогу ли, но я готова.

Демон встал с трона, приблизился ко мне, его когтистая ладонь провела по моей щеке, и у меня даже не подогнулись колени. Я вздернула голову вверх, впиваясь с надеждой в огненные глаза, который разгорались все ярче. Демон медленно, не пропуская ни единой эмоции, склонил лицо к моему, перевел взгляд на мои губы.

— Ты готова терпеть даже это, Илия?

Я промолчала, потому что не знала, смогу ли пережить близость с ним еще раз. Смогу ли после этого отказаться от заманчивой смерти? У меня нет стержня демона, у меня даже нет крыльев анкер, теперь я обычная женщина, которая может легко сломаться, которую можно легко сломать. Если я буду знать, что со Стэнли все хорошо, что Мельхас о нем позаботится… Смогу ли я пережить близость и… не поддаться соблазну покончить с позором, который навлекла на семью, с камнем чужого предательства, который носила с собой, с утратой крыльев… моих белых крыльев…

Я не знала. Только сильно надеялась, что в ближайшее время мне не придется это узнать.

Мой сын снова ходит, он снова ходит своими ногами, а я… Я так хотела хоть немного увидеть его счастливым, здоровым, увидеть моего мальчика прежним…

— Странное чувство — любовь, — демон убрал руку от моего лица, и снова вернулся на трон. — Наступаешь на горло себе ради другого.

— Не тебе судить! — снова не удержалась, знала, что лучше смолчать, но не удержалась…

— Да, — вопреки моим ожиданиям, спокойно согласился демон. — Не мне.

Огонь потрескивал, разбивая наше молчание. В какой-то момент я поняла, что уже давно стою у одного из каминов, и любуюсь его беззаботной игрой. Иногда дающей жизнь, иногда убивающей. Я обернулась, и встретилась взглядом с демоном. Да, огонь чем-то похож на Мельхаса — демон растоптал меня, уничтожил, но оставил во мне новую жизнь. Он подарил мне сына.

— Итак, Илия, ты хочешь остаться в замке и видеться со Стэнли, — подвел итог нашей беседы демон. — Тебе не нужны условия, которые я тебе предоставил, я правильно понимаю?

— Да.

— Так категорично, — он усмехнулся. — Может, ты уже подумала и решила, на каких условиях хочешь остаться? Ну, кроме того, чтобы видеться со Стэнли.

— Да.

— Ну-ка, ну-ка, — огненные глаза обернулись черничными.

— Я многое умею… Многому научилась…

— Все интересней, — медленно протянул демон и подался вперед, ко мне. — Что ты умеешь, Илия?

Я — анкер, дочь Илланиара альх анкер Свалье, которая до семнадцати лет была уверена, что руки только для того, чтобы наносить на них ароматный крем, многое поняла с тех пор. О чем и сказала демону с ноткой вызова в голосе:

— Я умею работать.

Не знаю, какой реакции я ожидала, но та, что последовала, громко кричала мне, что я сделала что-то не так. Что я где-то ошиблась. Но я упорно не понимала, где. Собственно, ничего страшного не случилось: демон продолжал смотреть на меня, но его глаза утратили интерес. Он молчал, просто предлагая мне высказаться, раз уж начала, но что бы я ни сказала дальше, ему это не было интересно.

— Я могла бы… — неуверенно продолжила я, — могла бы помогать в замке.

Пламя в камине фыркнуло, поднявшись вверх, и неохотно опустилось обратно под взглядом демона. Я чувствовала, что качусь вниз, что совершаю один неправильный поступок за другим, но как шар, сброшенный с горы, не могла остановиться.

— Я могла бы…

— У меня не надо мыть окна! — процедил демон.

— Я многое могу… Не обязательно окна… — затараторила я, боясь, что демон выставит меня вон.

Меня несло, сердце гулко стучало о ребра, я чувствовала, что все, на этом надо остановиться, но язык мой продолжал произносить вслух все то, что я успела заготовить, пока мерила шагами комнату и шла по длинному коридору, готовясь к серьезному разговору. При чем здесь окна? Такое ощущение, что он в курсе, и знает, что последняя моя работа — мытье окон в замке герцогини… Чушь. Бред. Как и то, что я продолжаю нести. Но поворотов нет, и я качусь по наклонной дальше…

— Поверь, Мельхас, за десять лет я многому научилась, — горячо убеждала я. — И я могла бы помогать на кухне, к примеру.

— А ты в курсе, что меня нельзя отравить? — полюбопытствовал демон.

— Я даже не думала об этом! — вскинулась я.

— Никогда?

— Да, — пожала недоуменно плечами, и по слогам, чтобы дошло, сказала: — Я никогда не думала отравить тебя.

— То есть, — к демону вернулась капелька интереса, — ты придумывала для меня более изысканные способы смерти?

Не то, чтобы изысканные, фантазия меня в этом плане не сильно баловала — я боялась жестокости и крови, но в своих мечтах часто видела то голову демона на серебряном блюде, которую я с нескрываемым удовольствием самолично закапываю. То его черные крылья, висящие у меня на стене в качестве трофея, которые я иногда беру полетать. Знаю, что невозможно, но мечты мои вообще мало граничили с реальностью. Мне иногда мерещилось, что демон меня зовет, уговаривает вернуться обратно, дать ему шанс, что он хочет что-то исправить…

— Я прав, Илия? — демон снова подался вперед, показывая заинтересованность. — Может, озвучишь способы моей смерти, которые так долго вынашивала, и я сразу скажу тебе: надо ли прилагать усилия и стоило ли вообще тратить на это время?

Мои губы, несмотря на всю абсурдность ситуации, дрогнули в улыбке. Я качнула головой и вернулась к более безопасной теме.

— Я неплохо готовлю. Я знаю любимые блюда Стэнли. Но я могу пригодиться поварам и на подхвате: помыть-подать-почистить.

— Помыть-подать-почистить? — задумался демон.

— Мне все равно, какую ты мне поручишь работу, Мельхас. Главное, чтобы я могла быть рядом с сыном и не чувствовать себя обязанной за пищу и кров, пока нахожусь в этом замке.

Демон испытывал меня пронизывающим взглядом и молчанием, и я старалась выдержать его испытание. На кону слишком многое. Позже, закрывшись в комнате, я могу трястись от ужаса и дурных воспоминаний, а пока я старалась ничем не выдать, как он мне противен.

— Хорошо, — мой выдох скрылся за следующими словами демона, — у тебя не будет личной горничной и такой большой комнаты, я разрешаю тебе помогать по кухне и видеться с сыном. Все как ты хочешь, Илия?

— Да. Спасибо, — выдавила, не подавилась. — Мельхас, когда я могу увидеть Стэнли?

— Да хоть прямо после того, как взвалишь на себя новые обязанности, переедешь из комнаты, которую занимаешь: я вселю туда другого жильца, который это оценит. А у Стэнли, думаю, как раз закончится тренировка.

— Как мне найти его? — спросила я, помня, что помещения в замке сменили свое расположение.

— Я приведу его к тебе, когда он освободится, — пообещал демон.

Я кивнула, расцветая в улыбке. Я увижу своего сына! Снова увижу, как мой мальчик ходит!

— Альта проводит тебя на кухню, — демон кивнул мне за спину, и обернувшись, я увидела, что девушка стоит в приоткрытых дверях. — Илия захотела работать на кухне, — пояснил он ей. — Ты больше не ее горничная. И еще, ты можешь занять комнату, которую она сейчас освободит.

— Спасибо, хозяин, — глаза девушки алчно загорелись. — А вещи?

— Илия, тебе нужны вещи, которые я приготовил для тебя?

Я поежилась и качнула головой.

— Вещи твои, Альта, — равнодушно сказал демон, — ты немного стройнее, но можешь попросить портного — он подгонит одежду. Или обратись к Илии, — пришла ему в голову демоническая идея, — она уверяла, что у нее много талантов.

— Я не умею шить, — отрезала я, не сумев подавить раздражения.

Мне только не хватало устроиться швеей его любовницы!

— А готовить-то хоть действительно умеешь? — усомнился демон.

— Да, — процедила сквозь зубы.

— Ладно, попробуем. Альта не прихотлива, а я пока предпочту не изменять своему повару. Он слишком раним, не хочу расстраивать его.

Я недоуменно покосилась на демона — расстраивать повара? Его что, могут волновать чьи-то чувства? Мельхас выглядел серьезным, как и всегда, но я ему не поверила. Ложь — основная черта его сущности.

— Если ты и дальше будешь меня так внимательно рассматривать, Илия, — демон растянул губы в усмешке, — ты рискуешь задержаться здесь, и тогда вряд ли что-то успеешь из задуманного. А Стэнли освободится примерно через полтора часа.

Решив, что мешаю ему уединиться с любовницей, я быстро пошла к выходу.

— Альта, проводи Илию в комнату, соседствующую с твоей, потом на кухню.

— Но, хозяин, моя комната ведь тоже будет свободна…

— Альта, — в голосе предупреждение, и девушка тут же меняется на глазах, покорно опускает голову и произносит подобострастно:

— Да, хозяин, как скажете.

Альта опередила меня, и почти бросилась в темный коридор. Мне же пришлось чуть задержаться за закрытой дверью, чтобы начать видеть при полном отсутствии освещения, и поэтому я услышала странный звук чего-то бьющегося в зале, из которого только что вышла.

— Неужели упал с трона? — пробормотала я, и чтобы не уподобляться Эбби, моей бывшей напарнице в замке герцогини, поспешила следом за Альтой.

— Хозяин не любит долго ждать, — этими словами девушка встретила меня на одном из поворотов коридора.

— Меня он точно не ждет, — пожала я плечами.

Девушка бросила на меня странный взгляд и уже медленней пошла вперед, указывая дорогу. Она даже соизволила меня подождать у закрытой двери, и только потом эффектно помахать у меня перед лицом связкой ключей и открыть комнату.

— Ну как? — ехидства девушке не занимать, но комната мне понравилась.

Да, гораздо меньше той, где я спала раньше, да, здесь не было такого большого старинного зеркала и пушистого синего ковра — имелось небольшое настольное зеркальце, маленький коврик у скромной кровати, только чтобы поставить на него голые стопы, выныривая из обуви. Но камин… камин был огромным, как два камина в зале, где восседал демон на троне. И именно к камину я подошла в первую очередь, удивляясь, что он разожжен, несмотря на то, что комната пустовала.

— Мне нравится, — осторожно, чтобы не обжечься, я поднесла руки к огню, и поздоровалась с верным приятелем: — Ну, здравствуй…

Огонь поднялся вверх, словно желая ответить на приветствие, но не коснулся моих ладоней.

— Я уже говорила, что хозяин не любит долго ждать! — вскипятилась Альта. — Пойдем, заберешь вещи из моей комнаты, и я отведу тебя на кухню.

— У меня нет там вещей.

— Никаких? — не поверила девушка.

— Никаких.

— Как знаешь, — фыркнула она. — Мне больше достанется! Тогда бери ключ и пойдем, покажу тебя повару.

— Пойдем, — спрятав усмешку, я взяла ключ и вышла из комнаты.

Идя следом за Альтой по темному коридору, я думала о том, как же быстро она перешла с вежливого обращения на панибратское, начав «тыкать» мне. И ее с головой выдавала пренебрежительная и якобы случайная оговорка — «я покажу тебя повару». Я. Покажу. Тебя… Как зверька?

Но ссориться с Альтой я не стала. Да, она мне не нравилась, и не обманываясь, я понимала, что это взаимно, но она — здесь уже даже не приходилось гадать — любовница демона. А я не хотела с ним враждовать: у нас и без того натянутые отношения.

— Вот, — сказала Альта, ткнув на массивную дверь, от которой тянулись ароматные запахи.

Я с удовольствием отметила, что кухня располагалась неподалеку от моей новой комнаты. Большая удача. Наверное, проживи я в этом замке десяток лет, и тогда бы путалась в хитросплетениях коридоров, что уж говорить об одном дне? Я только сильно надеялась, что демон не расценит близость кухни к моему временному жилищу как дополнительное благо и не задумает внеплановой перестановки?

Альта открыла дверь, и зашла первой, поведя плечами и бросив на меня взгляд с ехидцей, мол, ты же не думаешь, что я открывала дверь для тебя?

Я вошла следом за ней, и сразу же поняла, что главным в этом царстве (а иначе огромное светлое помещение с большими печами и разнообразием посуды, в котором юрко работали повар и три девушки, назвать нельзя) был лысый суховатый мужчина с пышными светлыми бровями, отдающий звонкие поручения. К моему удивлению, он оказался человеком, обычным человеком, а я никак не рассчитывала, что представитель самой слабой расы будет в такой близости от демона. А присмотревшись к трем девушкам, кружившим подле кастрюль, поняла, что и они тоже — люди!

Впрочем, вряд ли они здесь добровольно. Или провинились, или попали под руку демону, а иначе бежали бы прочь без оглядки.

— Обед через два часа. Я уже говорил, что не потерплю, чтобы меня торопили! — возмутился повар, удостоив нас всего одним взглядом.

— Мэтью, будь добр, оторвись на минуту, — недовольно и надменно протянула Альта.

— Хорошо, — он бросил половник на стол, и обернулся к нам. — Если ты уложишься в минуту, сообщаю, что обед будет через два часа и одну минуту. Ну? Чего тебе?

— Хозяин сказал, что она будет вам помогать, — вместо представления в меня ткнули пальцем.

— Это все? — спросил повар.

— Да.

— Тогда уходи. Минута прошла.

— Ты… — начала закипать девушка.

— Обед будет через два часа и пятнадцать минут. Сама скажешь хозяину, из-за кого задержка.

— Но почему пятнадцать минут? Если я заняла всего минуту или, ладно, две?

— Потому что одну минуту я и мои блюда могли тебя вытерпеть, а теперь мне еще четырнадцать минут после твоего ухода придется проветривать помещение. Твоя злость просто сочится из тебя, и если не избавиться от нее, это испортит вкус моего очередного шедевра!

— Ты слишком много…

— Два часа и двадцать минут! И теперь я лично объясню хозяину, почему ему придется ждать.

Поджав губы, девушка выскочила из кухни, громко хлопнув дверью, а повар смерил меня внимательным взглядом, что-то прикинул, было видно по движению кустистых бровей, и дал шанс:

— Как тебя зовут и что ты умеешь?

— Меня зовут Илия, — ответила я, все еще улыбаясь после этой милой перепалки. — Я довольно неплохо готовлю, но могу делать все, что поручите.

— Посмотрим. — Он обернулся к девушкам и велел им немедленно открыть все окна, потому что пища должна впитывать только хорошие чувства, а здесь все пропахло Альтой.

Слышать такое по поводу запахов от человека было немного странно — будь он хотя бы анкер или оборотнем, или драконом… Но Мэтью, заметив мой взгляд, словно догадался и принялся объяснять, что пища впитывает в себя те чувства, с которыми ее готовишь, и не зря иногда кусок в горло не лезет. Это может быть связано не с настроением или отсутствием аппетита, а с защитой организма от тех эмоций, которые повар вложил в свои блюда.

Я подумала, что в этом что-то есть. Почему-то мне всегда казались самыми вкусными блюда в замке моего отца. И хотя, живя одна, я научилась печь булочки с маком, которыми нас с сестрой баловала повариха, никогда у них не было того незабываемого вкуса. Впрочем, может, это просто был вкус детства и беззаботности, но с тем, что все надо делать с душой, я согласна. У меня никогда не получалось с душой заниматься уборкой, а вот готовила я с удовольствием. Для сына ведь.

— Так, ладно, — пока проветривалось помещение, мы с поваром и девушками ушли в соседнюю комнату, и Мэтью всучил мне ломоть свежего белого хлеба, лично испеченного им, сыр и чашку ароматного чая, мотивировав тем, что работники не должны падать на его кухне в обморок. Это станет пятном на его репутации. И когда я с аппетитом все съела, уточнил у меня: — Когда хочешь попробовать себя в работе?

— У меня есть свободный час, — призналась я, — потом я должна буду уйти. Может быть, завтра? С утра?

К тому же, я все еще была слаба. Разговаривая с демоном, держалась, по-моему, даже не чувствовала боли, а сейчас о себе напомнила, кажется, каждая клеточка моего тела. И еще дико хотелось спать — может, от того, что я довольно плотно поела, и меня разморило? Может, сказывались недавние побои и тот карамельный отвар, которым поил меня Стэнли.

— Хм. — Пушистые светлые брови повара поползли вверх. — На особом положении?

— Нет, я просто недавно болела, — не хотелось настраивать против себя коллектив с первого же дня, — и иногда я все еще чувствую себя не совсем хорошо.

— Тогда зачем ты пришла? Нужно отлежаться. Набраться сил. Я уже говорил, что блюда впитывают в себя чувства и эмоции тех, кто готовит. Кстати, что ты болела — очевидно, до сих пор местами синюшная.

— Синяки скоро сойдут, а сегодня я зашла познакомиться, так сказать, узнать расположение, а то в этом замке легко затеряться.

— И стать очередным привидением, — вклинилась в беседу одна из девушек.

— Так это правда, про привидения? — усомнилась я.

— Конечно! — горячо поддержала вторая. — Я сама видела двух!

— Так, хватит болтать! — вмешался повар. — Помещение проветрено, ну-ка все по местам. Хоть и не люблю я эту свиристелку, а хозяин ждать обед из-за нее не должен!

— А свиристелка — Альта?

— Догадливая, — подмигнул повар, — авось сработаемся. Давай, отдыхай, приходи в себя, а уже завтра… В общем, мне болтать некогда, работы много, а время у меня отняли, так что до встречи. Иди, иди, отдыхай!

Мэтью и его помощницы перешли в зал, где готовили, зашумели, засуетились, а я, глядя на них, устыдилась. Сама напросилась и сама же на другой день отодвинула работу! К тому же, из-за меня им приходится торопиться, поили меня тут чаями, рассчитывали на еще одни руки, а я поболтала и что, с чистой совестью спать?

— Я могу приготовить морковный пирог, — выйдя из комнаты, предложила я.

— С десертом мы не успеваем, конечно, но вряд ли хозяин оценит твой, — усомнился Мэтью.

— Вряд ли, — согласилась я. — Думаю, он вряд ли его вообще попробует, зная, что готовила я, но зато этот пирог любит Стэнли.

— Молодой хозяин? — брови повара поползли вверх, а глаза внимательно всмотрелись в меня. — Похож на тебя, надо было мне сразу признать. Это меня твои синяки отвлекли. Ты его мать?

— Да. Но это ничего не меняет, я все равно хочу работать на кухне.

Мэтью кивнул, отошел, а вернулся с кулем муки, большой горстью моркови, теркой, и поставил на отдельный маленький столик.

— Держи. Остальное, что может понадобиться — в верхних ящичках. Готовь. Даже если у тебя не получится, — все-таки кухня для тебя новая, а с плитой надо уметь договариваться, все равно для ребенка самая вкусная еда та, что приготовила мать.

— Спасибо, — я растроганно улыбнулась, одна из девчонок, прислушиваясь к нашему разговору, громко вздохнула, но Мэтью быстро навел на кухне порядок, прикрикнув, что нечего рты разевать, что хозяин, если останется недоволен едой и голоден, может и одной из них перекусить.

Девушки прониклись, я тоже, и работа заспорилась. Через сорок пять минут я вынула из духовки ароматный пирог, восхищаясь, что он даже ничуточки не пригорел, и как раз вовремя, потому что дверь кухни открылась, и ко мне бросился темноволосый вихрь с голубыми глазами.

— Мамочка! — Он уткнулся лицом мне в живот. — Я так соскучился по тебе! Ты как? Почему ты не хочешь лежать? Папа мне сказал, что ты на кухне, и я так разозлился…

Он притих, но вместо него сказал демон, который стоял в дверях:

— Так разозлился, что пытался спалить отцу крылья.

— Не удалось? — я погладила своего храброго мальчика по волосам, и тот прижался ко мне сильнее.

— Зато я узнал, что спалить его невозможно, — похвастался сын.

— Не попробуешь — не узнаешь, — поддержала я.

— С другим противником это стоило бы ему жизни, — нахмурился демон.

— А чем так вкусно пахнет? — Стэнли отодвинулся от меня и посмотрел на пирог. — Для меня?

Его лицо озарилось улыбкой, и я не удержалась от поцелуя.

— Конечно, мой родной.

— А можно я не буду ждать обеда, пап? — Он обернулся к демону, тот сделал вид, что принимает решение, а не все уже решено, и позволил.

Я собиралась отрезать большой кусок и позвать Стэнли к себе в комнату, но приказ демона изменил мои планы, а заодно вывел из оцепенения застывшую четверку на кухне.

— Принесите пирог и чай в мою комнату.

Демон вышел. Следом за ним с радостным криком побежал Стэнли, а я осталась стоять на кухне, не зная, куда себя деть и старательно пряча взгляд, боясь увидеть в глазах четверых людей насмешку, иронию. Я так старалась для сына, я так хотела его увидеть, а он…ушел… и даже не оглянулся…

— Илия…

Подняв глаза, я увидела, что в дверях, скрестив на груди руки, стоит демон.

— Твоя встреча с сыном уже закончилась или ты все еще хочешь побыть с ним?

Демон развернулся и вышел, а я гадала, как быть? Я не могла, я не хотела возвращаться в комнату демона. Снова. Даже десять лет не стерли моего страха и отчаяния. Но я очень хотела еще хоть немного побыть со Стэнли. Еще хоть чуть-чуть. Пока я нужна ему. Потому что нельзя не заметить, что теперь ему гораздо больше, чем я, нужен отец…