Глава 9

– Извините, мой сын сегодня с температурой слег, пришлось соседку просить, чтобы посидела с ним. Обычно… – начала было объяснять, но оборвала сама себя на середине фразы и, сменив интонацию, кивнула на листок, что лежал перед ней: – Данная задача решена, а других заданий не поступало. “Ого! А дамочка-то с характером. Смотрит в глаза, не тушуется перед будущим работодателем, но и не заискивает, глазки не строит”, – Власов рассматривал женщину уже не таясь. Остальные претенденты, заинтересовавшись их разговором, стали поднимать головы от своих листков. – Ну если задача решена, то несите ее сюда и на сегодня Вы свободны. Листок свой подпишите, все как положено: имя, фамилия, телефон. Если Вы пройдете во второй тур, мы с Вами свяжемся, – проговорил он дежурные слова, наблюдая за женщиной. Виолетта Сергеевна, услышав, не бросилась подписывать свой лист, отнюдь! Она спокойно встала из-за стола и направилась к нему, держа лист в руке. Власов же приготовился к шоу. Он был уверен, что Виолетта еще подпишет свой листок, но сделает она это уже на его столе. И подписывать она его будет, красиво прогнувшись в спине, оттопырив попку и наклонившись вперед, давая будущему шефу возможность заглянуть в ворот своей блузки. И Власов даже приготовился играть по ее сценарию, предвкушая представление. А пока же он рассматривал подходящую к его столу женщину. Смотрел, отмечая плавные изгибы фигуры, стройные ноги, тонкие щиколотки, крепкие бедра, осиную талию, грудь размера “твердая троечка”. А ведь у нее классический тип женской фигуры – «гитара». Ах, ты ж! Ведь не так и молода уже. Точнее, в самом расцвете своей женской красоты. Когда уже знает себе цену и не смущается от мужских откровенных взглядов. И ведь она притягивает к себе взгляд. Его, Власова, – так точно. Эх, жаль, он не видит ее попку! Наверняка она у нее такая же аппетитная. Виолетта подошла вместе с облаком духов. Вполне себе ненавязчивый запах, даже приятный, свежий. Власов его и почувствовал-то только потому, что женщина подошла слишком быстро. Подошла, положила свой листок на его стол и чуть подвинула в его сторону. Многие из сидевших, кстати, бросились подписывать свои листки, явно не сделав этого заранее. У Виолетты же, судя по всему, листок сразу был подписан. Как понял это? А очень просто: на его оговорку про "написать свои данные" она не задержалась, а сразу встала и направилась в его сторону. Он-то, дурак наивный, думал, что она сейчас шоу устроит, подписывая на его столе, ан нет! Уже подписано всё у неё было. “М-да, просчитался ты, господин Власов!” – хмыкнул мысленно. Этот момент Власову даже понравился – это говорило в пользу Виолетты, указывая на то, что женщина привыкла оформлять документы и умеет делать это правильно. Хотя если уж быть честным самому с собой, этот же момент и разочаровал его. Он ведь уже настроился на демонстрацию женской груди. «Да какого рожна!» – ругнулся на себя мысленно и повторил: – С Вами свяжутся, Виолетта Сергеевна. Спасибо! Не смею больше задерживать. Тем более там у Вас сын… – оборвал не  договорив, постаравшись, чтобы его слова прозвучали как можно более нейтрально. На что женщина только кивнула и, развернувшись, направилась к выходу, давая уже наконец Власову возможность рассмотреть ее и сзади. И да, попка у Виолетты тоже была зачетной. Манящей её погладить, смять, почувствовать упругость ягодиц. Власов почувствовал, что возбудился. Да что за черт! Давненько не было с ним такого конфуза! На Виолетте была юбка классического офисного кроя и строго до колен. Юбка плотно обтягивала попку, небольшой разрез сзади выполнял свою функцию строго по назначению, давая возможность женщине передвигаться почти нормальным шагом, а не семенить японской гейшей. Белая, с короткими рукавами рубашка на пуговицах, которые, кстати, были расстегнуты задолго до намека на ложбинку груди. Туфли-лодочки на очень маленьком каблуке, в тон сумке, висящей на локте. Строгий макияж – чуть подведены глаза да блеск на губах. Все это Власов рассмотрел, лишь когда Виолетта подошла к его столу. В ушах аккуратные серьги с некрупным камнем, на шее тонкая цепочка с камешком-подвеской в тон камешкам в серьгах. Взгляд внимательный и почему-то настороженный и ни тени улыбки. А как же улыбнуться будущему работодателю? Глазки построить? Хотя нет, не это его зацепило в ней. Точно! Её взгляд! Она будто ждала от него какого-то подвоха. Не верит, что пройдет собеседование?  Ну да, вполне может быть и это. Виолетта подошла, положила листок и ушла. Власов положил ее анкету сверху на листок с решенной задачей, щелкнул степлером, скрепляя оба листка. Остальные претендентки заняли час его времени. И только двое еще из оставшихся не пытались построить глазки своему будущему шефу. Одна из этих двоих была мужеподобной особой, явно с уклоном составить ему конкуренцию в ухаживании за женщинами, а вторая – в очках с линзами такой толщины, что ее глаза через эти линзы казались выпученными. Даже тот парень, о котором говорила Клавдия, мило улыбнулся Власову, подтвердив подозрения в своей нетрадиционной ориентации. Анкеты всех были подшиты таким же образом к их листкам с задачами. Зачем Власов это сделал, он и сам не знал. Уж Зиночка-то точно не будет отбирать кандидатку на свое место по внешним признакам! Из зала совещаний Власов вышел злой: во-первых, непонятно, зачем надо было ему там сидеть, а не Зиночке, а, во-вторых, Нина умудрилась позвонить ему за этот час десять раз. Десять, вашу маму, раз! Вот ведь как деньги женщине нужны!! Палыч, видя, что шеф зол, махнул рукой: – Иди уж! Сам Зинуле всё это отнесу, – хохотнул, – пусть теперь проверяет контрольную работу. – Ну да, сама же обещала, что поможет отобрать, – Сергей усмехнулся, вспомнив обещание главбуха. И Зинуля не обманула: к концу дня зашла в кабинет Власова, держа в руках всего несколько листков. Сергей замер – почему-то ему очень хотелось, чтобы среди них был и листок Виолетты Сергеевны. Стыдно сказать, но мысли возвращались к ней в течении всего рабочего дня с завидной периодичностью. – Ну что тебе сказать, Сергей Владимирович, – начала свою речь Зинуля, – из всех сегодняшних красавиц я отобрала лишь четыре кандидатуры. – Всего? – Власов насторожился и даже внутренне замер, ожидая продолжения. – Не "всего", а “целых” четыре! Думала, и этого не наберу, – Зинуля положила листки стопочкой на стол и замолчала. – У самой предпочтение есть? – усмехнулся Власов, уже зная ответ. – Или Клава успела тебя предупредить, чтоб не советовала ты мне? – Успела, а то как же! – не стала отрицать Зинуля. – На вот, сам смотри. Власов взял листки и разложил их веером. Облегченно выдохнул, увидев листок с анкетой Виолетты. – Ну, обосновывай теперь мне давай, почему всех остальных отсеяла? – Ой, Сергей Владимирович, а оно Вам надо? Сказала, что помогу, вот и не спрашивай. Ты меня сколько лет знаешь? Считай, что я тебе отчет за квартал на подпись принесла, – усмехнулась Зинуля, уходя от прямого ответа, – подписал и забыл. Так и сейчас: вот с этими договорись на вторую встречу, а я, уж так и быть, поприсутствую на втором вашем свидании. Власов глянул на других претенденток: одну, вот эту блондинку, он тоже запомнил. В первую очередь за ее выдающийся бюст. Помнится, он опасался, как бы пуговка, сдерживающая сие величие, не выстрелила в него, отскочив от блузки в самый последний момент. Даже странно, неужели и впрямь обладательница такого богатства смогла обойти конкуренток? Одно из двух: либо блондинистость достигнута барышней при помощи краски, а потому мозги у девушки все-таки присутствуют, не смотря на цвет волос, либо Зинуля специально ее оставила. Вот Власов даже не удивится, что сия дама появилась здесь с легкой руки Клавы, решившей таким образом спутать все карты любимому шефу. “Что ж, подыграем!” – решил Власов, снял трубку телефона и бросил: – Клава, зайди. – Слушаю, Сергей Владимирович! – секретарь спустя минуту застыла с блокнотом в руках, даже не удостоив взглядом Зинулю. "Ну, блин, агенты!" – восхитился Власов мысленно, оценив выдержку секретаря и главбуха. – Вот этих барышень пригласи завтра на собеседование, на утро. И предупреди о том, что после собеседования у одной из них сразу же и начнется первый рабочий день. – Хорошо, Сергей Владимирович. Это все? – уточнила, видя, что Власов мнется. – Слушай, там у этой вот, – Власов сделал вид, что не запомнил имени, а потому уткнулся в листок с данными, – Чижовой Виолетты Сергеевны сын заболел. Так ты узнай у неё, сможет ли она завтра на работу выйти, если, конечно, наша Зинуля одобрит вдруг её кандидатуру! – добавил поспешно, переведя все стрелки на Зинулю. – Узнаю! – Клавдия сосредоточенно кивнула и вышла, а следом за ней и Зинуля покинула его кабинет. – И почему мне кажется, что они там сейчас празднуют победу? – проговорил, глядя в закрывшуюся за дамами дверь своего кабинета. – Могут ведь еще и дланями ударить, с них станется!