Маша,

17 июля, понедельник Проснулась от нежного касания губ моей ладони. Мирон. У нас вчера был секс… Первый секс без Саши. Мне захотелось почувствовать, как это. В полной мере ощутить разницу темпераментов моих мужчин, которая и так была ясна, но моя пытливая душа возжелала большего. Или тело? Без разницы, не хочу разделять. Я – это я. И я вчера получила то, что хотела. И даже больше! Я за один день прочувствовала столько нового! Сводящая с ума вибробабочка, удовольствие от подчинения, боль, доводящая до оргазма и нестерпимая нежность. Новые грани секса, новые грани меня и моих мужчин… – Солнышко, я чувствую, что ты проснулась… – тихо заговорил Мирон, – открой глазки. – Ммм… Не хочу сегодня, хочу ещё одно вчера, – зажмурившись отвечаю я, но по лицу, помимо воли расплывается улыбка. Мои сказочные принцы… А где, кстати, Саша? Открываю глаза и оглядываю комнату. Его нет. И я не чувствовала его присутствия ночью, хотя уже начала привыкать к теплым объятиям и щекочущему затылок дыханию. – А где Саша? – спрашиваю у Мира. – Ему пришлось срочно уехать вчера вечером, пока ты спала. А когда он ночью вернулся… – Мир замялся, – В общем, он увидел, что мы переспали, развернулся и ушел. – Что? – я вскакиваю на кровати и поворачиваюсь к Мирону, – Почему ты его не остановил? Он же… – Взрослый мальчик, – перебивает меня Мир, – который сам разберётся со своими тараканами. Или ты думаешь, что он ушел в закат и больше не вернётся? Последняя фраза сопровождается фирменной ухмылкой Мирона. – Но я должна ему объяснить, что у нас с тобой… – Тссс… – к моим губам прижался большой палец, – он прекрасно видел, что у нас, тут нечего объяснять. Малыш, ему просто нужно принять ситуацию. Успокойся. Сейчас я сделаю тебе вкусный кофе, ты пойдешь на работу и там увидишься с Сашей. Ты не будешь оправдываться, а просто скажешь, что игрушка попалась очень самостоятельная. Хорошо? – подмигнул Мирон. Палец прошелся по контуру моих губ и вместе с ладонью спустился к груди. – Ты не игрушка… – возразила я, – ты мой мужчина. И Саша… тоже. – Ага, я помню. Инь и Янь. – Он тебе рассказал, да? – Ага, – хохотнул Мир, – только вот, солнышко, у меня вопрос. Я в твоём видении мужская энергия или женская? – Женская? При чем тут?.. Ааа!!! Нет, Мир, я не в том смысле это сказала! Я имела в виду сочетание светлого и темного и их переплетение. Понимаешь? Саша такой добрый и внимательный в жизни, но внутри у него спрятана темная сторона, которая просыпается в постели. А ты, наоборот, внешне такой весь холодный и саркастичный, истинный темный, но в постели неимоверно нежный и ласковый. И вы идеально дополняете друг друга! – я эмоционально объясняла свои ощущения, жестикулируя и рисуя на груди у Мирона круги и волнистые линии, – А я нахожусь между вами, в центре! Идеальный баланс. – Маша, если ты сейчас не прекратишь это делать, то кофе отложится минимум на полчаса, – поймал мою руку Мир. Я замерла. Нет, сейчас нужно поскорее увидеться с Сашей, не опоздав при этом на работу. – Прости, увлеклась… – я убрала руку с его груди и, закутавшись в одеяло, слезла с кровати, – Сделай, пожалуйста, мне кофе, пока я одеваюсь… И бровки домиком. Я перед зеркалом репетировала, получается очень умилительно. Мирон нехотя встал с кровати, демонстрируя свой красивый член в полной боевой готовности. Ммм… Захотелось дотронуться до него, ощутить бархатистость нежной головки, упругость ствола… Провести языком от основания к самому кончику, почувствовать, как он реагирует на прикосновение, каменея ещё сильнее… Маша, ты превращаешься в нимфоманку, остановись! Я перевела взгляд со столь желанной части тела на лицо Мирона и увидела, что он внимательно наблюдает за мной. И ему определенно нравится моя реакция. А мне нравится его. Теплая волна возбуждения пробежала от кончиков пальцев на ногах к затылку. Ещё секунда, и я наброшусь на это мускулистое тело, облизывая кубики пресса и оставляя засосы на шее, чтобы пометить территорию. Мой принц №2. Нет! Стоять, прынцесса озабоченная! Сначала надо увидеться с принцем №1. Я подобрала с пола разбросанную одежду и скрылась за дверью ванной комнаты. Когда же вышла оттуда одетая и причесанная, то Мирон уже хозяйничал на кухне, готовя завтрак. По квартире разносился аппетитный запах свежесваренного кофе. Быстро перекусив горячим бутербродом и залив в себя кружку вкуснейшего напитка, я побежала к лифту, чтобы спуститься на работу. Как же удобно жить и работать в одном здании. Не нужно думать о погоде, о теплой одежде, грязной обуви. Красота! Зайдя в кабинет, здороваюсь с коллегами. Почему-то я почти всегда прихожу последняя, хоть и не опаздываю на работу. Смотрю в дальний конец офиса и понимаю, что Саши тут нет. Подтверждают это и слова Марьи Петровны: – Машенька, а ты почему не вместе с Сашей? Он уже с утра по делам убежал, да? К планерке вернётся? – А он разве не пришел ещё? – Нет, – качает головой Марья Петровна, – не видела его. Ой, если к планерке не вернётся, то придется мне идти… Так не хочется лишний раз с нашим котиком встречаться! Машуль, а может ты ему наберёшь и узнаешь, когда он приедет? Я достаю телефон и набираю номер Саши. Конечно, мне хотелось бы сначала увидеться с ним лично, но сейчас нельзя давать повод для сплетен нашей главной сороке. В трубке короткие гудки и механический голос. Абонент не абонент… – Телефон выключен… – Ой, наверное, на важной встрече с какой-нибудь звездулиной! – машет рукой Петровна, – Такие не любят, если телефонные звонки отвлекают от разговора. Они думают, что редактор – это их раб! Бедный мальчик… Я осторожно прошла на своё место. Не нравится мне, что у Саши телефон не отвечает… И не говорил он ни о какой важной встрече с автором… Как на иголках я просидела до обеда. На планерку ушла Марья Петровна, так и не дозвонившись до Саши. Стоило минутной стрелке начать отсчёт обеденного времени, как я вскочила, собираясь пойти искать Сашу. Но в дверях столкнулась с Котляревским. Он, перегородив мне дорогу, улыбнулся. Его глазки забегали по моей фигуре. Как хорошо, что Саша заставил меня вчера одеть длинную юбку. Не хочу, чтобы этот масляный взгляд гулял по моим ногам. Нет, Маша, ты точно не стала нимфоманкой. Вот к Котику ни капли симпатии не прибавилось, даже не интересно, что у него там под модным костюмом скрывается, брр! Какое облегчение… – Машенька! Рад тебя видеть! – раскинул руки для объятий Виталий Игоревич. Ну уж нет, фигушки! Я сделала шаг назад и вежливо кивнула головой. – Здравствуйте. А вы не знаете, где Саша? – Саша? А вот это я хотел спросить у тебя… – хитро улыбнулся Котляревский, – ты же у нас его девушка. Скажи, пожалуйста, где нашего начальника отдела прикопала? А то он работу никогда не прогуливал раньше… – Я-а-а… не знаю. Можно я схожу к нему домой? Вдруг он заболел или случилось что? – Если успеешь за обеденный перерыв, – уже серьезно заговорил Виталий Игоревич, – Не хватало мне ещё, чтобы и ты работу прогуливала! Дел много, Мария! А увидишь этого прогульщика, передай, что он в этом месяце остаётся без премии. Отчеканив это, Котляревский развернулся и вышел из кабинета. Всё-таки иногда он ведёт себя как начальник, а не мартовский кот. Удивительно… Не задерживаясь, я практически бегом припустила на стоянку, проверить тут ли Сашина машина? Соренто стояла на своём месте. Так, значит он не уехал. Может он у себя в комнате? Поднимаюсь на предпоследний этаж и стучу в железную дверь. Тишина. Звонить бесполезно, телефон по-прежнему выключен… И ключей у меня нет… Как бы попасть внутрь? Саша говорил, что ему тут предложил пожить охранник. Может спросить у него запасные ключи? А вдруг их нет?.. Крыша! Крыша должна быть открыта! Я позвонила Мирону. – Мир, ты в Башне? – Да, солнышко, я в офисе. Что-то случилось? Почему голос взволнованный? – Поднимись, пожалуйста, в квартиру. Я тут жду, – сказала я и отключилась. Бегом поднялась по лестнице на верхний этаж, чтобы не занимать лифт и стала ждать Мирона. Он поднялся через пару минут. Вышел из лифта и оглядел меня с ног до головы. – Жива. Вполне здорова. Что случилось? – Саша! Я не могу до него дозвониться с утра! Машина на парковке. Пожалуйста, давай залезем к тебе на крышу! – Зачем? – Так мы сможем к Саше в комнату спуститься… – У него здесь комната?! – удивлённо восклицает Мирон, тыкая пальцем в пол, – там же техническое помещение. – Да… Это долгая история, Саша тебе сам расскажет. Пожалуйста, давай залезем на крышу, я переживаю, вдруг он тут и с ним что-то случилось?! – Ну давай попробуем, – ответил Мирон, открывая дверь в квартиру. Он достал из гардеробной стремянку и вынес на веранду. Приставив её боком к окну, залез на самый верх лестницы и дотянулся до прутьев ограждения крыши. Подтянувшись, шустро перелез через перила. – Куда идти? – свесился он через край ко мне. – В будке с обратной стороны дверь. Она должна быть открыта. Там лестница вниз. Как спустишься, поверни направо и открой мне железную дверь. – Понял. Спускайся. Я побежала из квартиры, опять бегом по лестнице. Спустилась и оказалась у двери практически одновременно с Мироном. Он открыл мне изнутри, и я мимо него бросилась к Сашиной комнате. Дергаю ручку и распахиваю дверь. Богиня, что здесь произошло? Что за бардак? Металлический стеллаж, стоявший у стены напротив кровати, упал. Комната узкая, поэтому он верхней полкой попал на кровать и лежал наклонно. Все вещи с него, естественно, свалились и валялись по всей комнате. Но самое страшное было то, что под стеллажом неподвижно лежало Сашино тело! Я не смогла сдержать крик и бросилась к нему. Сзади подошёл Мирон и одним движением поднял пустой стеллаж, поставив его на место. Я присела рядом с Сашей и положила руки ему на грудь. Живой! Дышит! Слава богине! – Саша! Саша! Трясу его за плечи, насколько это возможно с его весом и габаритами. Наклонившись ниже, почувствовала, что от него просто-таки разит алкоголем. Он напился! Просто напился и вырубился, свалив стеллаж и напугав меня до чёртиков! Руки затряслись то ли от облегчения, то ли от злости. Я уже хотела отхлестать его по щекам, заставив придти в себя, но меня остановил Мирон. – Маш, смотри, кажется кровь… Он показал на Сашину голову. Действительно, на волосах была запекшаяся кровь. Видимо, он ударился о кровать, когда падал. Потому что стеллаж точно не мог ударить его по голове, так как Саша был выше него ростом… Злость улетучилась. – Мир, что же делать? – испугалась я. – Надо привести его в чувство. Тут вода есть? – Есть, в туалете… Как выйдешь по диагонали направо. – Ок. Мирон поднял с пола кружку и вышел из комнаты. Я же осторожно приподняла голову Саши и ощупала рану. Череп вроде целый. Небольшая шишка и ссадина. Не глубокая. Думаю, швы накладывать не нужно. Мирон вернулся с полной кружкой воды и вылил её Саше на голову! – Ты что делаешь?! – возмутилась я – Привожу его в чувство. Видишь, помогает. Саша действительно принялся отфыркиваться и открыл глаза. – О-о-о, при-ивет… – Сколько пальцев? – выставил Мирон руку перед лицом Саши. – Много! – пьяно ответил Саша и улыбнулся, вновь закрывая глаза. Я посмотрела на Мирона. – Может его в душ отвести? – Да тут от душа одно название… Ладно, пошли ко мне. Мирон взял Сашу за руки и потянул на себя, заставляя сесть. – Пойдем, дружище… – Куда? – пробубнил Саша. – Лечиться. – Бесполезно… Идиоти-изм не ле-ечится… – Зато пробитая башка лечится. Вставай! – грозно прикрикнул Мирон, и Саша послушно поднялся, но так пошатнулся, что опять чуть не упал. Мирон подхватил его под руку и повел на выход. Я, как заправский мажордом, забегала вперёд, открывала двери, потом закрывала двери… Хорошо ещё, что ключи нашлись у Саши в кармане штанов, а то мне пришлось бы закрывать дверь изнутри и потом прыгать с крыши… До ванны в квартире Мирона мы дотащили Сашу без приключений. Аккуратно усадили его на пол, прислонив к стене в большой душевой кабине. Мирон попробовал его раздеть, чтобы не намочить одежду, но столкнулся с бешеным сопротивлением. – Отвали на хер, педик… – ворчал Саша и не давал снять с себя майку. – Сам придурок, – беззлобно парировал Мирон, – за шмот мне потом не высказывай, стесняшка. Саша всё это время сидел с закрытыми глазами. Ровно до тех пор, пока на него из лейки не полился прохладный дождь. Глаза распахнулись, взгляд осмысленный. Он осмотрелся, увидел Мирона, держащего над ним душевую лейку, и прикрыл глаза рукой. – Какого хрена? Убери воду, холодная. – А тебе потеплее надо? Скажи спасибо, что не ледяная! – хохотнул Мирон, – пришел в себя? – Что тебе надо? – Мне ничего, а вот Маша переживала за тебя, долбоёба. Саша тяжело вздохнул и потёр пальцами виски. Костяшки пальцев тоже были все в ссадинах. Надеюсь, это последствия драки со стеллажом, а не с каким-то человеком… – Башка трещит… – Конечно трещит. Ты её разбить пытался! Мирон выключил душ. Видимо, надоело перекрикивать шум воды. Да и Саша пришел в себя. – Да ничего я не пытался… – опять вздохнул Саша и, задрав голову, посмотрел сквозь стекло на меня. Я сделала шаг в сторону двери душевой и молча протянула ему полотенце. Он так же молча его принял, не переставая смотреть мне в глаза с немым вопросом. Спрашиваешь, зачем я это сделала? Не знаю, мой принц. Просто захотела… Прости, но вот такая я неправильная у тебя. А ты обещал не бросать меня такую. Вот и держи слово! Это всё я тоже отвечала ему молча… Протянула руку. – Пойдем, надо ссадины обработать. Он протянул мне руку и попытался встать. Безрезультатно. Пришлось Мирону снова помогать ему подняться. Я осторожно сняла с Саши майку, стараясь не задеть рану на голове. Мне он не сопротивлялся, да и в мокрой одежде теперь было не так комфортно. Штаны тоже были насквозь мокрые, а вот трусам повезло больше, и их я решила пока оставить. Мы довели Сашу до кровати. Мирон принес аптечку, и я обработала антисептиком ссадины на руках и голове. Саша сидел спокойно, только вздыхал тяжело и закрыл глаза, чтобы не видеть меня. – Саша, посмотри на меня, – тихо попросила я, дотронувшись ладонью до его колючей небритой щеки. Он открыл глаза и на меня выплеснулось море обиды и боли. Я продолжила: – Мне нужно вернуться на работу. И я очень тебя прошу быть тут, когда я вернусь. Не прячься больше, хорошо? – От тебя спрячешься… Вы как ко мне в комнату вообще попали? – Через крышу, – пожала я плечами. – Сумасшедшая… – Я очень за тебя волновалась. И не зря, как оказалось. Ты зачем дрался со стеллажом? – Я не помню… – поморщился Саша. – Вот, выпей таблетку и поспи немного. Я вернусь после работы. – Эй, а меня никто спросить не хочет? Я, может, не хочу их своей квартиры лазарет устраивать?! – подал голос Мирон. – Хочешь, Мирон, – твердо ответила я, повернув к нему голову. И кивнула для надёжности. Он тяжело вздохнул и, махнув рукой, вышел из спальни. – Я буду в кабинете… – Саш, Котляревский в бешенстве, что тебя на работе нет, обещал премии лишить… – вернулась я к разговору с Сашей. – Срать на него, ничего он не сделает. – А что мне ему сказать? – Ничего не говори. – оживился Саша, – Вообще не ходи к нему! – Хорошо… – согласилась я, – Он сегодня так на меня смотрел, бррр, мне аж противно стало… – А от моего взгляда не противно? – тихо спросил Саша. Я аж поперхнулась от таких слов. Что он там себе напридумывал ночью?! Какие тараканы в его голове марш играют? Придвинувшись ближе, я осторожно поцеловала его. – Ты мой принц, Саша. И ты обещал быть рядом, помнишь? – прошептала ему в губы. Он сделал глубокий вдох, запустил пальцы мне в волосы, крепче прижимая к себе мою голову и поцеловал. Как обычно жадно и требовательно. Запах перегара парализовал мои рецепторы, и я рефлекторно попыталась отстраниться. Саша остановился и отпустил меня. Я подняла палец к его губам, не давая сказать очередную глупость. – К моему приходу ты почистишь зубы и выпьешь кофе. Я хочу целоваться с тобой, а не с выпитым тобой алкоголем. Кивнул. Я обвила его талию руками и прижалась к груди. Так не хочется уходить на работу и оставлять его. Моего светлого принца с темной душой нельзя оставлять одного, чтобы тьма не побеждала. Не хочется думать, что эту тьму пробудила я… Принесла Саше стакан воды, убедилась, что он выпил обезболивающее, улегся поудобнее и уснул. Обеденный перерыв уже закончился, и я не знала, что говорить в издательстве, чтобы не подставить Сашу и не получить по ушам самой. Спустившись вниз, я зашла к нам в кабинет и подсев к Марье Петровне, рассказала ей практически полностью выдуманную историю о том, что Сашу я нашла у него дома. Он сильно заболел и с температурой сорок валялся в полубреду. И я не знаю, как сообщить об этом Котляревскому, ведь он грозился наказать Сашу за прогул, а тот не виноват! И вообще я переживаю, как он там один, ведь мужчины такие не самостоятельные, когда болеют… Марья Петровна пообещала сама сходить к Виталию Игоревичу, но у меня не получилось выбить себе выходной. Пришлось сидеть до конца рабочего дня, проверяя на орфографические и смысловые ошибки очередной великий литературный шедевр. Еле дождавшись шести часов, я попрощалась с коллегами и побежала в ближайшую аптеку за ранозаживляющими средствами. Выдуманная температура не шла ни в какое сравнение с реальной раной на голове у Саши. Позвонив Мирону, и узнав, что Саша ещё спит, я поднялась к нему в комнату, ключи были до сих пор у меня. Навела относительный порядок, сложив вещи на стеллаж, выкинув разбитые бокалы и пустые бутылки из-под виски. Две штуки. Чувство вины и непонимания грызло меня всё сильнее. Ну он же сам позвал Мирона и сказал, что хочет, чтобы я была счастлива. И я счастлива с ними двумя. Зачем он усложняет?.. Тут же нашелся Сашин сотовый, который я поставила на зарядку, но включать не стала. Сам включит. Закончив с уборкой, я поднялась на крышу и подошла к перилам, под которыми раскинулась веранда Мирона… Сразу вспомнилось, как я стояла тут в чем мать родила в объятиях Саши под жгучим взглядом тогда ещё незнакомца. Кажется, что это было так давно, хотя прошло меньше двух недель. Жалею ли я сейчас о том импульсивном поступке? Точно нет. Поменяла бы что-то, если бы была такая возможность? Тоже нет. Вот и не стоит рефлексировать. Пусть всё идёт так, как идёт. Приняв решение, я ещё раз окинула взглядом сад-веранду, отбросила сумасшедшую мысль перелезть через перила и спрыгнуть туда, устроив парням сюрприз с появлением, и спустилась вниз по лестнице, как нормальный человек. Лекарства, Сашин телефон, ключи. Вроде ничего не забыла. Закрыв дверь техэтажа, я пошла к Мирону. Сегодня должен состояться разговор, который определит, только ли я считаю, что у нас втроём всё отлично и так и дальше должно продолжаться, или моих принцев такая ситуация не устраивает.