Глава 16 · Как стать самой худшей в мире сестрой… и послать все лесом!

– Я хотела рассказать, когда ты вернулась, – но тебя ведь тут же понесло во дворец… – протягивает Лила, поднимаясь по лестнице.

– И ты не догадываешься – с чего бы? – уточняю я ровным голосом.

– Ты говоришь со мной странным тоном, – замечает сестра.

– Да я вообще в трауре, – указываю пальцем на цвет платья.

– Я слышала о том, что произошло с семьей господина Сатиша. Но ответь мне, – Лила разворачивается ко мне, когда я вхожу следом в ее комнату, – ты-то здесь при чем?

– Я? – даже немного растерянно смотрю на нее. – Ты всерьез задаешь мне этот вопрос?

– До меня дошел слух, что на месте убийства старшего господина Кирона оказалась Неха. Ты ходила во дворец, чтобы разобраться, что там произошло? – спрашивает Лила, грациозно присаживаясь на край стула.

– Я пошла во дворец, чтобы увидеть своего друга, отец которого был убит, – произношу предельно четко: мало ли кто-то тут еще не в курсе?

– Он был убит во время проведения противозаконной сделки с врагами Галаарда. – Лила сводит брови, глядя на меня. – По последним данным, его обвиняют в измене.

– Я понять не могу, ты действительно не в курсе или так хорошо притворяешься? – выдыхаю пораженно.

– И вновь я должна заметить, что ты крайне странно общаешься со мной, сестра, – предупреждает Лила. – Мы и впрямь будем ссориться из-за предателя родины?

Медленно вдыхаю и выдыхаю.

Про предателей родины мне и в прошлой жизни басенок хватало.

– Почему Шехар? – спрашиваю, не глядя на нее.

– Потому что он предложил мне то, о чем я могла только мечтать, – звучит спокойный ответ.

– Выйти замуж? – невесело хмыкаю я.

– Стать частью Великого Дома.

– Мы и так скоро станем одним из Великих Домов.

– Ты в этом так уверена? Владыка уже подписал указ? – отстраненно уточняет сестра. – Но даже если подпишет… каким по счету Домом мы станем? Двенадцатым?

– Я не верю, что ты такая мелочная. – Прикрываю глаза, не в силах смотреть на нее.

– Почему я – мелочная, а ты нет? Разве мы желаем не одного и того же?

– Я делаю все ради семьи, – произношу устало.

– А я – разве нет? Почему ты думаешь, что наш Дом не получит никаких благ от этого замужества? – с откровенным удивлением спрашивает Лила.

– Ты – думаешь о семье? – сухо смеюсь и все же перевожу на нее взгляд. – Тогда расскажи мне, где наши родовые артефакты, которые ты тайно утащила из усыпальницы, так и не навестив могилу нашей матери?

– Не смей упрекать меня в том, о чем понятия не имеешь! – мгновенно ощетинившись, предупреждает сестра. – Тебя мать не бросала из-за ошибки молодости! Это я – ее первая дочь! И я должна была получать все знания и перенимать от нее все умения! А вместо этого мне досталась роль никому не нужного ребенка, ведь главной звездой нашей семьи всегда была ты! Ты привлекала к себе все взгляды, на тебе концентрировалось все внимание! У нас разница меньше двух лет, но про меня родная мать почти забыла, потому что в ее жизни появилась ты со своим отцом, разрушившим нашу семью, тепло которой я даже почувствовать не успела!!! – переходит на крик Лила, поднявшись на ноги.

Потрясенная, смотрю на нее и впервые понятия не имею, чем отбивать все эти нападки. По сути, она права – у нас не такая большая разница в возрасте. Роман Сати закрутился сразу после рождения Лилы…

Старшая сестра и впрямь имеет право злиться: она была лишена не только того материнского внимания, которое традиционно получает новорожденное дитя. Она была лишена и всего остального…

Как женщина, по уши влюбившаяся в другого мужчину, будет чувствовать себя в семье с нелюбимым мужем и двумя детьми на руках? Что-то подсказывает мне, что маленькая Аша получала намного больше любви и внимания, чем прекрасная и послушная во всем Лила…

– Я не могу вечно извиняться за свое происхождение. Полагаю, семнадцати лет жизни под давлением ненависти Сандара и твоей зависти – вполне достаточно, – произношу без эмоций.

– Я не завидую тебе. И должна признать: тебе было хуже, чем мне. Отцовской любви ты не знаешь вообще… но это не повод упрекать меня в моем желании сделать свою жизнь чуть приятней и комфортнее, – спокойно отвечает Лила.

– Рядом с Шехаром тебе будет комфортнее? Ты всерьез веришь в это?! После всех его демонстративных выходок с той девицей на смотринах? – пораженно спрашиваю, нахмурившись.

– Он не идеален. А кто идеален? – флегматично жмет плечами Лила.

– Он ненавидел Сатиша и обещал ему отомстить во время одной из наших встреч, – не выдержав, сообщаю ей выдержку из хроники. В той чайной мне стало ясно: Шехар не остановится, пока не добьется желаемого!

– Господин Сатиш оскорбил его при всех… полагаю, желание отомстить тоже возникло не на пустом месте, – отзывается сестра.

Какая убойная логика.

– Лила, кто угодно… кто угодно, только не он…

Глубоко вздохнув, закрываю лицо руками.

– Я готова ответить тебе тем же. Но, позволь я себе высказывание в адрес твоего друга, какой, по-твоему, будет твоя реакция? – мягко спрашивает сестра.

– Согласна. Но Сатиш – прекрасный человек и верный друг. А Шехар – бабник, сплетник и задира. И это я сейчас из уважения к тебе подбирала слова! – произношу с мукой.

– Я сделала свой выбор и оправдываться за него не буду.

– Ты так хочешь сделать меня своим врагом? – тихо спрашиваю, не поднимая головы.

– И опять ты говоришь какие-то глупости, – слышу ответ Лилы.

Затем по звукам определяю, что та отошла и выдвинула какой-то ящик.

– Артефакты, которые я увезла из усыпальницы, ты уже видела. Я пробовала пользоваться ими, но у меня не получилось. В перспективе я должна была услышать мысли окружающих: судя по добытой информации, наши предки умели нечто подобное… но до нашего поколения этот дар не дошел, растворившись в крови. Можешь забрать один на память, я сохраню второй: все честно. И прости, что не сказала о них. Я хотела хоть раз воспользоваться правом старшей сестры и проверить на себе родовую способность – первой. Увы, даже в такой мелочи меня ждал провал. Кажется, за мощь рода Гаварр у нас отвечаешь ты, а я так – на подхвате. Ладно… я пойду разыщу Тамару. Дел с этой помолвкой прибавилось: откладывать празднование не хочется, так что свободного времени почти не остается…

– Лила, мы найдем тебе мужа. Не торопись, прошу, – совсем тихо говорю ей.

– Мужа, который будет засматриваться на мою младшую сестру? Не надо, спасибо. В этом варианте я хотя бы уверена…

– Да как ты можешь быть в нем уверена?! У Шехара же вообще нет внутреннего стержня!!! – срываюсь, резко поднимаясь на ноги.

– Именно поэтому он и подчинился мне!!! – срывается и Лила, чье лицо становится обезображенным злостью и раздражением.

– Что? – растерянно переспрашиваю.

– Моим глазам подчиняются только слабые духом! На остальных не действует! Так что прости, сестренка, но я от Шехара не отступлюсь: таким слабаком я управлять способна! А тебе придется засунуть поглубже свою ущемленную гордость и скушать весть о моем замужестве! – топнув ногой, кричит Лила, впервые в жизни теряя контроль над своими эмоциями. – Да, еще тебе придется присутствовать на моей свадьбе, так что вытерпи и это! Ты же опора нашей семьи – тебе не впервой наступать на горло собственным желаниям! Из нас двоих только ты на это и способна, так гордись собой!!!

И сестра вылетает из комнаты этаким зефирно-воздушным ураганом, оставляющим после себя шлейф с запахом горелого десерта.

А я еще долго стою и пытаюсь выровнять дыхание.

Я, значит…

Гордиться должна…

– А пошло оно все!

Пинаю по стулу и, схватив со столика один из обручей, выхожу в коридор.

Добравшись до своей спальни, понимаю, что спокойный сон мне не светит: нужно сбросить напряжение.

Мой кинжал! Я хочу тренироваться с кинжалом – это здорово выматывает.

– Аниш-ш-ш-ш! – шиплю и, отшвырнув обруч, быстро спускаюсь вниз.

– Госпожа… – слышу голос Нехи.

– Я хочу побыть одна! Каме тоже намекни! И чтоб к моему приходу его биография уже была готова! – бросаю ей и покидаю дом, громко хлопнув дверью.

Затем возвращаюсь и заставляю Неху ровно подстричь мою челку: совсем не обязательно всем и каждому видеть, что произошло с моим лбом!

После этого вновь ухожу из дома – и больше не возвращаюсь.

* * *

Долго петляю по улицам квартала, прежде чем отправиться к дому Проклятого Клинка. Не знаю, скинула ли я Каму с хвоста. Если он все-таки ослушался приказа и пошел за мной… Но петлять еще дольше я уже не могу: так от усталости и злость до минимума сойдет – а мне еще с любовью этого тела разбираться надо!

Спрыгнув с телеги перед огромными воротами, сталкиваюсь с очевидной проблемой: хоть дело к вечеру, народу в парке все еще много. Придется идти открыто.

Впрочем… на что мне мой веер дан?

Отточенным движением открываю свой аксессуар и, обмахнув лицо, иду по тропинкам вперед – прямо к самому концу зеленой зоны для прогулок. Когда добираюсь до края, людей вокруг становится так мало, что я с облегчением выдыхаю. Понятия не имею, как бы я смогла завести разговор с Анишем при посторонних. Меня бы душевнобольной сочли…

Не тот уровень допуска.

Впрочем, это небольшое везение не отменяет другой проблемы: самого господина Второго Дома еще застать нужно! Не выходит же он на этот обрыв по часам?

Не…

Не выходит же…

Потрясенная, смотрю на темную фигуру Аниша, идущего к обрыву по извилистой узкой тропке от главного дома.

Так, Аша! Злись, ЗЛИСЬ! Нам нужно заменить чем-то этот щенячий писк внутри тела! Лила! Вспомни Лилу! Потом вспомни Шехара! А потом – о том, что Аниш спер твой кинжал!!!

– Вы больше не скрываетесь? – звучит негромкий вопрос, а я ловлю себя на такой тупости, что дальше уже и падать некуда…

Я ж скрывала, что именно это тело гоняло к обрыву, чтобы взглянуть на Аниша хоть издалека!

А сама стою тут и даже за стволом не прячусь! И, самое главное, не отрицаю его догадки, до нервной дрожи взбудораженная происходящим!

Как так вышло-то?..

Растерянно смотрю сквозь ветки на стройную фигуру, застывшую в двух метрах от меня – на свету и в своем праве… Хорошо хоть я сама стою ровно, не сгибаясь и не имитируя телом куст, как некогда Неха. Просто – в тени и по другую сторону границы парка.

– Вы забрали мой кинжал и не вернули. Я пришла за ним, – проговариваю слова сосредоточенно, стараясь сконцентрироваться на своей претензии.

Веер безвольно висит на запястье, а ладони сжимаются от стыда и смущения.

И надо же было так облажаться!

– Прошу прощения. Меня отвлекло важное дело. Конечно же, я верну вам кинжал. Вы позволите? – спрашивает Аниш.

Позволю?.. Позволю – что?

Напряженно киваю и невольно отступаю, когда известный высокопоставленный господин вдруг делает несколько шагов в тень и оказывается напротив меня.

Веер мгновенно скрывает вспыхнувшие щеки.

Почему он так близко?!

– Так… позволите? – вновь уточняет Аниш, приподняв ножны с кинжалом.

Округлив глаза, смотрю на них и понимаю, что мне предлагают… помощь?

Се… серьезно?..

Медленно приподнимаю подол, открывая ногу, и в полном шоке наблюдаю за тем, как господин Второго Дома становится на одно колено и… начинает пристегивать ножны к оголенному бедру.

Так, спокойно, он богатый-известный-могущественный, а у таких всегда есть какой-нибудь фетиш, мы это уже выяснили. И кто я такая, чтобы запрещать второму после владыки человеку в Галаарде помогать мне в креплении ножен?

ДЫШИМ, АША! ДЫШИМ!!!!

– Вы удивительная. И действительно не боитесь меня, – произносит Аниш, мягко касаясь моей кожи теплыми пальцами то тут, то там – отчего по телу ходит табун мурашек.

Неужели в таком простом деле подобные прикосновения неизбежны?! И почему он делает это так нежно – словно чулок на ногу любимой натягивает?..

Надо что-то сказать!

Как-то оправдаться за свое поведение!!

Объяснить, что позволяю ему делать все это скорее от шока, чем от распущенности!

Как ему вообще можно было отказать? Я смертница, что ли?!

Мягкое прикосновение губ к внутренней стороне бедра – чуть выше крепления для ножен – вынуждает меня застыть со сбившимся дыханием и красными щеками… в то время как мое сердце начинает выбивать себе путь наружу…

Он что… только что поцеловал меня?..

– Госпожа Аша, вы что-то испытываете ко мне? – слышу мягкий обволакивающий шепот и едва не теряю сознание от мощного выброса гормонов счастья в организм.

Это тело! ТЕЛО испытывает к тебе «что-то»! Не я!!!

Хриплый стон, сорвавшийся с моих губ против воли, вбивает последний гвоздь в крышку гроба девичьей чести… Опускаю взгляд и встречаю ответный – пристальный…

Если учесть, что красивое лицо Аниша смотрит на меня из-под складок моего подола, находясь в опасной близости от тех мест, которые сейчас пульсируют, подгоняемые больной фантазией… то можно понять, почему я искренне переживаю, что могу не выдержать происходящего.

Вопрос только один: обморок или инфаркт?

Тело начинает мелко содрогаться, когда растревоженной чувствительной кожи касается горячий язык. А за ним – и теплые губы, накрывшие часть зоны поражения…

– Всеблагой… – вырывается из меня, а голова начинает идти кругом.

– Вы возбуждены и хотите меня, – продолжает мучить мое сознание Аниш своим сексуальным низким голосом, а его мягкое дыхание ласкает мою многострадальную ногу… – Это интригует… Что вы знаете обо мне?

Что я знаю?.. Что я знаю?.. Я разве еще что-то знаю?! Кажется, мои мозги расквасились, потому что на расстоянии я еще могла контролировать процесс, но во время подобных прикосновений к телу это стало просто невозможно!

Аниш – слабое место прежней Аши. И мне не выдержать его атак, пока я полностью не подчиню себе эту оболочку!

– Аша…

– Я… я… – выдыхаю, едва не теряя сознание от звучания собственного имени в его устах.

Вскрикиваю, когда его зубы смыкаются чуть выше, и молю всех богов увести отсюда случайных прохожих: то, что творит сейчас господин Второго Дома – аморально во всех мирах! Я не смогу оправдаться за свое поведение, застань хоть кто-нибудь меня с мужчиной под юбкой! И не важно, что следы укуса будут красоваться на внутренней стороне бедра – пусть и в невообразимой близости от края нижнего белья. Господин Аниш в данный момент в буквальном смысле под моим платьем и в буквальном смысле творит абсолютные непотребства!!!

Постойте-ка, он действительно в такой близости от?..

Ноги вдруг перестают меня держать.

– Какое чувствительное тело. – Мгновенно выпрямившись, Аниш подхватывает меня за талию, прислоняет к стволу дерева и поднимает мой подбородок, вынуждая встретиться с ним взглядом. – Прошу прощения, но я не могу не воспользоваться этим. Вы подосланы ко мне кем-то?

– Нет, – полустон, потому что его губы слишком близко, а для меня этого уже слишком много.

– Вы желаете мне зла?

– Нет. – Я опускаю веки, пытаясь уберечься от той жадной тьмы, что пылает в его глазах.

– Смотрите на меня, Аша! – еще больше сокращает расстояние между нашими лицами Аниш. – Вы любите меня?

– Нет, – выталкиваю слова с силой, ведя борьбу с собственным ртом, и не на жизнь, а на смерть!

– А говорили, что влюблены… Выходит, вы не в ладу с собственным телом? – продолжает эту сладкую пытку Аниш.

– Да, – выдыхаю обессиленно.

– Еще интереснее, – с абсолютно серьезным выражением на лице произносит господин Второго Дома. – И много у вас таких любимчиков?

Звук гонга разрывает сиропную паутину, опутавшую мои мозги.

Направляю на молодого человека более осмысленный взгляд и отталкиваю от себя – пусть слабым движением, но руки мне подчинились, а это уже прогресс!

– Как вы смеете?! – не крик, шепот.

Но и рот я скоро отвоюю.

– Я задел чувство вашего достоинства, – замечает Аниш, лицо которого почему-то не стало безобразнее после возвращения моего рассудка.

Почему он такой красивый?!

– Прошу прощения за это – ваше поведение немного запутало меня. Итак, вы невинны?

– Конечно, я невинна! – а вот это уже почти крик.

Причем – с нотками праведного гнева!

– Вы на кого-то еще реагируете так же, как на меня? – продолжает задавать вопросы Аниш, внимательно наблюдающий за малейшими изменениями на моем лице.

– Я ни на кого никак не реагирую! И на вас – тем более! – еще больше повышаю тон, яростно обмахиваясь веером.

– Не осознаете собственных желаний? – негромко протягивает Аниш, задумчиво взглянув на меня.

– Я знаю, чего я хочу! И к вам это отношения не имеет! – возмущенно отвечаю, свободной рукой поправляя платье.

После чего врезаюсь спиной в дерево и не успеваю вскрикнуть от удара, тут же растворяясь в болезненном, глубоком и крайне собственническом поцелуе, от которого моя соображалка отключается полностью…

– Аша… Аша!

Открываю глаза, сидя на земле… позади ощущаю все тот же ствол дерева. Смотрю в темные глаза Аниша.

– Выходит, вы действительно невинны. От простого поцелуя сознание теряете.

Простого? Это он про свой-то поцелуй?!

Даже в моем мире, где нравы куда свободней, чем здесь, меня не целовали так распущенно, неприлично-бесстыдно и… и горячо до ужаса!!!

Почему?! Почему она выбрала именно его? Я бы и не столкнулась с ним ни разу, если бы Аша не выработала привычки лечить свою хандру взглядом на господина Второго Дома! Ведь я уже все продумала! И планов понастроила! А теперь сижу на земле и смотрю широко распахнутыми глазами на Аниша, понятия не имея, кому из нас этот поцелуй понравился больше – мне или моему телу?..

– Пожалуйста, можно я уйду? – прошу похитителя своего сердечка.

– Тебе всего семнадцать, верно? Ты еще не можешь принимать решение о браке… это хорошо, – продолжает размышлять о чем-то Аниш, пропуская мою просьбу мимо ушей.

– Мне нужно вернуться домой… – жалостливо протягиваю, всерьез испугавшись всего, что здесь произошло и еще может произойти.

– Я одобрю кандидатуру вашей семьи для вступления в состав Великих Домов, – уверенно произносит Аниш, наконец сделав вывод из своих размышлений. – Хочу посмотреть, что из тебя получится…

– Я сама всего добьюсь! Мне не нужна ваша помощь! – кричу, подскакивая на ноги.

Нашелся тут благодетель! Я столько сил вложила в наше продвижение не для того, чтобы мне снисходительно кивнули сбоку, разломав всю финишную прямую!

– Тебя еще раз поцеловать, чтобы вспомнила, с кем разговариваешь? – склоняет голову молодой человек.

– Не надо. – Я отступаю к дереву, вовремя опомнившись. – Прошу прощения за свою грубость. Но судьбой моего Дома позвольте заниматься мне: это мое право и моя обязанность! Ваши подачки мне не нужны.

КОШМАР!!! Что я несу?! И почему меня вообще несет?!

– Это не подачка. Это мое право – проголосовать за или против. Так… мне проголосовать – против? – уточняет Аниш, а на меня словно ушат холодной воды выливается.

– Нет! Голосуйте так, как считаете нужным. Не ориентируйтесь на меня, мои слова и свое отношение ко мне, пожалуйста! – произношу как можно спокойней и рассудительней.

– Но мой выбор полностью зависит именно от моего отношения лично к тебе. И даже от моего интереса к тебе, если хочешь… – протягивает молодой человек, на лице которого вдруг появляется милая и очаровательная улыбка… такая… светлая…

– Но это же неправильно, – перехожу на шепот, не в силах справиться с собой: его улыбка стала моим персональным магнитом.

ЭТО ТЕЛО! НЕ ТЫ! ВСПОМНИ!

– А ваша дружба с Сатишем – это правильно? А интерес Кишана к делам вашей семьи – это правильно? Хотите сказать, вы не имели никакого отношения к тем двоим? – склонив голову, интересуется Аниш.

Сатиш рассказывал, что имя моей семьи и мое собственное имя слишком часто звучали на совете неделю назад – именно потому я и умчалась в родовую усыпальницу от греха подальше!

Выходит, Аниш запомнил тех, кто упоминал обо мне…

– Позвольте мне уйти, – произношу глухо, опустив голову.

– Только если вы пообещаете вернуться, – слышу ответ.

– Вы… хотите увидеть меня еще раз? – Пораженная, поднимаю на него взгляд.

И ничего не могу с собой поделать, когда сердце вновь начинает барабанить внутри…

– Это желание настолько неочевидно для вас? – удивляется Аниш. – Вы заставили меня улыбнуться. – Он указывает пальцем на свои губы, на которые я тут же залипаю… черт! – Признаюсь, давненько я этого не делал. Конечно, я хочу увидеть вас вновь.

– Я… приду… – мямлит мой рот.

Хотела же в последний раз сюда прийти!

ДА ЧТО Ж ЗА ЖИЗНЬ-ТО?!

– Такое дитя, – вдруг хмыкает Аниш, возраст которого не превышает двадцати двух лет.

Нашелся тут взрослый, ага!

И все же я не могу не согласиться: рядом с ним Аша тупеет, а вместе с нею и я.

– Можно мне… – указываю рукой в сторону выхода из парка, начиная самой себе напоминать семилетку.

Кошмар какой…

– Хорошо. Раз вы пообещали, тогда идите, – спокойно отпускает меня Аниш.

На деревянных ногах разворачиваюсь и скрываюсь среди деревьев.

Вот это я влипла.