Глава 31

План дочери показался метрессе Зильберт вполне приемлемым. Почему бы не попытаться соблазнить самого завидного жениха в округе? Да что в округе, в Империи! Наличие в доме молодой привлекательной девушки не сможет оставить лорда Фарела равнодушным. Тем более что Октавия отличается редким умом и при желании может соблазнить даже монаха. Альфред одобрил план. В их положении выбирать не приходится. Если лорд Ричард переспит с их дочерью, это уже даст повод к женитьбе. А уж если влюбится и сделает предложение, будет вообще отлично. Даже если Октавия станет просто любовницей Фарела тоже не плохо. Она сумеет как следует потрясти сбережения лорда. Прошло два дня, и пока лорд Ричард вел себя сдержанно. Не мудрено, он же отлично воспитан и не станет сразу кидаться на девушку. Октавия призналась – ей не понравилось, что в дом ее отнесли слуги, а не молодой лорд. И поселил он ее не на своей половине, а в гостевом номере клуба. Но это мелочи. Главное, что Октавия останется в замке надолго. Молодой Фарел сначала привыкнет к Октавии, потом обратит внимание на ее аппетитные формы. Ну, а потом уж как получится. Или соблазнит, или влюбится. Норберта не сомневалась – перед чарами ее дочери он не устоит. Настала пора пристроить сына. Время не ждет. Еще немного, и все узнают о том, что Зильберты на гране нищеты. Норберта вернулась из замка к обеду. Сразу же велела позвать сваху. Та явилась незамедлительно. Сваха подтвердила, что дочь пекаря интересовалась Леопольдом. Она давно сохнет по молодому красавцу. Денег у ее отца немерено. Он открыл свои пекарни во всех окрестных деревнях. Сейчас ищет подходящее помещение в Остене. Дела у пекаря Артуса идут в гору. Единственная дочь ни в чем не нуждается. Ей в приданное кроме солидной суммы, столового серебра и золотых украшений на любой вкус он дает крепкий двухэтажный дом в деревне. Эльза правая рука отца. Метта Артус умело управляет пекарней. А главное, что для любимой дочке пекарю ничего не жалко. Хочет она красивого мужа? Будет. Парень не слишком богат? Неважно. Лишь бы дочка радовалась. Леопольд присутствовал при разговоре матери со свахой. Он недовольно морщился. – Ах, метр Леопольд, – сваха с удовольствием пила вино и закусывала его печеньем. – Эльза – сущее золото. Уж поверьте. Богата, хороша собой, И, что самое главное, покладиста. Очень воспитанная девушка. – Насколько она покладиста? – тоскливо спросил Леопольд. – Она почитает отца, будет почитать и мужа. Вы ей так нравитесь! Когда говорит о вас, краснеет как маков цвет! – Уж очень она полная… – заметил Леопольд. – Это признак здоровья. Родит вам крепких детей. – Терпеть не могу детей. – Дом, что отец дает ей в приданное большой. Вы их видеть не будете, – заверила Леопольда сваха. – Тебе необходимы наследники, – наставительно заметила Норберта. – Пора думать о продолжении нашего рода. – Я не ожидал, что это произойдет так скоро, – признался Леопольд. – А зачем откладывать? – сваха залпом допила вино и протянула бокал Норберте. Та налила ей еще. – С таким делом тянуть нельзя. Эльза – завидная невеста. Хватайте удачу за хвост, метр Леопольд. А то улетит, не поймаете. У нее от женихов отбоя нет. А она по вам вздыхает. – Ладно, – недовольно буркнул Леопольд. – Надо посмотреть на Эльзу поближе. Я согласен. – Тогда завтра нас будут ждать, – сваха осушила очередной бокал вина. – Я как к вам ехать, заглянула к Артусам. Сегодня к ним еще один жених придет. Но Эльза ждет только вас, метр Леопольд. Так что пока ответа никому не дает. Не говорит ни «да», ни «нет». Чего время тянуть? Невеста завидная, приданное богатое. Что вам еще надо? – Завтра так завтра, – кивнул Леопольд. Сваха допила вино, сгребла остатки печенья. – Тяжелая у меня работа, – вздохнула она. – Надо на всех угодить, всех умаслить. Весь день на ногах. А благодарность грошовая… – Я бы так не сказала! – возмутилась Норберта. – Ваши услуги недешевы. – Побывали бы вы в моей шкуре, так бы не говорили, – слегка пошатываясь, сваха вышла из гостиной. – Вас ждут к обеду, не опаздывайте, – обернулась она на пороге. Норберта проводила ее взглядом. – Жаль, другой свахи в деревне нет. Берет втридорога, ест за четверых, и пьет как лошадь. – Так можно нанять в городе, – Леопольд разглядывал перстень на руке. – Может, из Остена невеста найдется. – Да уж, размечтался. Городская сваха нам не по карману. И у нас нет времени искать тебе жену. Эльза не жена для тебя, а находка. Послушная, богатая, все время проводит в пекарне. Будешь жить в свое удовольствие. А дети пойдут, вообще все печали забудешь. Жена детей нянчит, ты отдыхаешь с ее деньгами. – Да не уговаривайте меня, матушка, – отмахнулся Леопольд. – Я уже почти согласен. Посмотрю, если Эльза вблизи не слишком страшная и толстая, может и женюсь на ней. Приданное у нее и правда, отличное. Вечером Альфред вернулся из замка. – Мне не нравится, как лорд Фарел относится к нашей дочери, – недовольно начал он. – Разместил на половине мужского клуба, навещает редко. Что он о себе возомнил? – Дорогой, главное, что наша дочь поселилась в замке. И, надеюсь, она пробудет там долго. Наберись терпения, Октавия знает, что делает. Не переживай понапрасну. Сваха уже договорилась, и завтра нас ждут у метра Артуса. Леопольд хочет посмотреть на его дочь. – Хорошая новость, – потер руки Альфред. – Надеюсь, он не станет слишком привередничать. Девушка из состоятельной семьи, скромная. Что за нее дают? Кажется, дом? – И не только, – Норберта перечислила мужу все богатства Эльзы. – Думаю, Леопольд согласится. – Можно подумать, у него есть выбор, – огрызнулся Альфред. – Спустить на ветер целое состояние! – Ты слишком строг к мальчику, – вздохнула Берта. – Зато ты прощаешь ему все. Не забывай, что штраф за тебя и за него окончательно подкосил наше благосостояние. – Ах, не напоминай мне! – Норберта поднесла пальцы к вискам. – Мои драгоценности… Я так их любила… Она всхлипнула. – Успокойся, слезами делу не поможешь, – Альфред похлопал жену по плечу. – Женим сына, выдадим замуж дочь, и все наладится. Хотя не знаю, получится ли у Октавии ее затея с Фарелом. – Надо верить, и тогда все получится. Я не сомневаюсь в Октавии. А вот Леопольд может в последний момент передумать. Он недоволен, что Эльза такая пухлая. Не слишком она ему нравится, – вздохнула Берта. – Поговори с сыном. Завтра ответственный день. Надо, чтобы все прошло гладко. – Ладно, поговорю, – Альфред взял из ящичка в буфете сигару и закурил. – Как трудно жить. И тем дальше, тем все труднее и труднее. Куда катится мир? * * *Экипаж катил по деревне медленно, подскакивая на кочках и ухабах. Леопольд держал в руках букет алых роз. Норберта свысока поглядывала не попадавшихся по дороге селян. Она даже не кивала на их приветствия – много чести будет. Ее супруг иногда снисходительно улыбался в ответ. Когда-то они были тут едва ли не полноправными хозяевами. Но те благодатные времена ушил в прошлое – обширные земельные угодья проданы, дом заложен. Не хочется думать о печальном. Вот женится Леопольд, вытрясет из своей полнотелой супруги денег. Он мальчик добрый, поможет вернуть былое величие семье. Норберта поправила новую шляпку. Даже сейчас ее семья выглядит как сошедшая с модного журнала. Приятно ловить на себе завистливые взгляды. Дом пекаря располагался в центре села. Одноэтажный, с обильной лепниной на фасаде, большим карнизом и ажурным кованым козырьком над парадным подъездом. Башенки, завитушки, розы, ласточки – слишком много украшений, слишком ярко выкрашены наружные стены. Насыщенный голубой цвет фасада бросался в глаза. Дом словно кичился своей помпезностью. Дорогих гостей ждали. Не успел Альфред потянуть за ручку звонка, как дверь распахнулась. Горничная в белоснежном фартуке и такой же белоснежной наколкой на голове присела в коротком реверансе и проводила Зильбертов в гостиную. На большом диване, обитом алым бархатом сидели Артусы. Посредине раскрасневшаяся Эльза. Слева от нее отец, справа – мать. Вся семья Артусов отличалась полнотой. Метр Артус был совершенно лыс, зато с окладистой рыжей бородой. Его жена была увешена жемчугами как витрина ювелирного магазина. Роскошное ожерелье, серьги с грушевидным жемчугом, брошь, два браслета на полных руках. Норберта невольно вздохнула. На ней сейчас только цепочка с аметистовой подвеской и такие же серьги. Да еще обручальное кольцо. Элегантно, конечно, но не так роскошно, как у метрессы Артус. Модное бледно-голубое шелковое платье Эльзы неплохо смотрелось с ее пышными рыжими кудрявыми волосами. Украшений на девушке не было, но Берта сразу оценила – платье заказано за бешеные деньги в одном из модных салонов в Остене. Что-то подобное хотела себе на осенний бал Октавия. Но цена оказалась слишком высока. Рядом с диваном в кресле с высокой спинкой сидела сваха. Началось знакомство, как всегда, суетливое, шумное. Леопольд элегантно преподнес Эльзе цветы. Она покраснела до корней волос, засмущалась и от этого едва не расплакалась. Эльзе на вид было чуть больше двадцати. Полная, белокожая, с веснушками на лице. Девушку сильно затянули в корсет. Казалось, слишком глубокий вздох, и лиф лопнет по швам, обнажив грудь. Маленькие зеленые глазки Эльзы смотрели на Леопольда с испугом и восхищением. Норберте понравилось, какое впечатление произвел ее сын на возможную невесту. Конечно, второго такого красавца найти сложно. Немного поговорили о погоде, о наступающих холодах и грядущей зиме. Скоро гостей пригласили к столу. Угощенья не отличались кулинарными изысками. Все просто и сытно – жаркое из кролика, тушеные овощи, рыба в желе с зеленью, вяленый окорок нарезан полупрозрачными ломтиками, фрукты из собственного сада – яблоки, груши, виноград. Вино тоже домашнее, сладкое, не слишком хмельное. Зато тонкая фарфоровая посуда блестела золотом. Хрусталь горел яркими гранями. Видно, что в семье достаток. Интерьер дома богатый. Шелковые партеры на окнах причудливо задрапированы. Мебель обтянута алым бархатам. Безвкусно, но заметно – денег на обстановку дома не жалеют. После очень обильного обеда перешли к делу. Сваха вышла на середину комнаты и указала рукой на Леопольд. – Молодой человек восхищен красотой вашей дочери, метр Артус. Он просил меня узнать, не желает ли прекрасная Эльза осчастливить его согласием стать его женой? И будете ли вы согласны, если Эльза и Леопольд соединят свои судьбы? Старинный обычай простить руку и сердце девушки у ее отца через сваху до сих пор в обиходе у селян. Норберта поморщилась. Все так прямо, откровенно. Но, возможно, это даже лучше. Все решится быстро. Без длительных поездок друг к другу, без бесконечного чаепития и разговоров ни о чем. Вот князь Вилей Палмер ездил в гости, пил, ел как у себя дома, а в итоге, так и не сделал предложения. Эльза снова покраснела как вареный рак. Она смотрела в пол и ждала, что ответит ее отец. – Я согласен, – важно кивнул метр Артус. – Леопольд нравится моей дочери. Это главное. Что скажешь, Эльза? Хочешь замуж за метра Зильберта? – Да, – прошептала Эльза, не поднимая глаз и расплываясь в счастливой улыбке. – Вот и чудно, – потерла руки сваха. – Договаривайтесь о свадьбе, а мне пора. Сегодня надо помочь еще нескольким молодым парам обрести счастье. Метр Артус проводил сваху до двери и сунул ей в руку свернутые купюры. Сваха затараторила слова благодарности и выскользнула из гостиной. – Что ж, я человек дела, – приосанился метр Артус. – Пусть молодые погуляют, а мы с вами поговорим о предстоящей свадьбе и брачном договоре. Упоминание брачного договора не порадовало Берту. Да и у Альфреда лицо слегка вытянулось. – Вы хотите погулять по саду, или показать вам дом? Я могу сыграть для вас на клавесине… – пролепетала, запинаясь, счастливая девушка. – Я бы предпочел погулять по саду, – милостиво улыбнулся ей Леопольд. Молодой человек предупредительно накинул на пышные плечи Эльзы шаль, взял девушку под руку и они вышли через стеклянную дверь на веранду. – Очень красивая пара, – вздохнула Берта. – Мне тоже нравится, – кивнул метр Артус. Его жена за весь день едва ли сказала пару слов. Она смотрела мужу в рот и ловила каждое его слово. Хорошо, когда жена знает свое место. Эльза тоже немногословна. Смотрит со смущением, краснеет по любому поводу. Из нее выйдет отличная жена для Леопольда – послушная, покорная. Сваха не солгала: Эльза – настоящее сокровище. – Итак, – метр Аргус извлек из внутреннего кармана сюртука сложенную в несколько раз бумагу. – Это брачный договор. Ознакомьтесь, но я ничего менять не буду. Нравится – ваш сын его подпишет. Не нравится – разойдемся с миром. Как понимаю, у вас сейчас денежные затруднения? От такой прямоты Берту передернуло. – Это временные трудности, – заверил Альфред метра Артуса. – Это не мое дело, – равнодушно пожал плечами Артус. – Моя дочь хочет пышную свадьбу. Я люблю ее и сделаю все, чтобы Эльза была счастлива. Деньги на свадьбу давно отложены. Празднество будет роскошным, не сомневайтесь. – Леопольд не хочет откладывать свадьбу, – призналась Норберта. – Он очарован вашей дочерью. Видел ее несколько раз на праздниках и в сельском храме. – Да и мне Эльза все уши прожужжала о вашем сыне. Так что можем через неделю и обвенчать наших детей. И правда, чего тянуть? За неделю все успеем. Он вручил Зильберту брачный договор. – Пусть ваш сын прочтет. Жду ответ завтра. И сразу начну подготовку к свадьбе. Альфред взял бумагу, развернул ее и пробежал глазами. Норберта тоже заглянула в договор. Ничего необычного. Деньги принадлежат Эльзе, распоряжается ими она. В случае отказа от свадьбы все произведенные затраты ложатся на плечи Зильбертов. В случае смерти жены муж не наследует ничего. Дальше шел длинный список приданного Эльзы. Все, как и предполагала Берта. Стандартный брачный договор, ничего особенного, никаких подвохов. Ну, ну. Пусть Эльза думает, что будет распоряжаться деньгами. Леопольд быстро объяснит ей, кто глава семьи. Жаль, конечно, что он не станет наследником Эльзы в случае ее преждевременной кончины. Но и это пережить можно. А уж от свадьбы за счет Артусов Зильберты точно не откажутся! Очень щедрый жест с их стороны. Вот что значит иметь некрасивую дочь. Тут и свадьбу роскошную закатишь, и приданное за нее дашь богатое. Лишь бы дочку замуж выдать.