44. Сердце дракона

Мы отбыли через пару дней, и принцессу под тяжелой фатой проводили в комнату, где раньше ночевала я. Мне очень хотелось поговорить с невестой дракона еще раз, чтобы убедить ее не совершать ошибки, но служанки не допустили меня, пояснив, что перед свадьбой полагается выдерживать пост, сейчас принцесса усиленно молится, поэтому не следует ей мешать.

Прошло еще два дня. Мы с Гидеоном любовались морем, которое сейчас было похоже на игривого котенка, и кормили чаек. Я не рассказала дракону о своих родных, но не смогла промолчать о намерениях принцессы покорить Рихарда ради победы. Он выслушал, но не проникся героизмом Сильванской красавицы. Не проникся он и моим беспокойством за нее.

— Пусть делает, что хочет, — сказал он, забрасывая куски хлеба в самую стаю птиц. — И он, и она.

Ко мне робко приблизилась одна из служанок принцессы и сообщила, что ее высочество желает меня видеть для беседы.

— Пойду, — сказала я, виновато посмотрев на Гидеона.

— Удачи, сестра Виенн, — пошутил он.

Я вошла в комнату принцессы с поклонами и приветствиями. Ее высочество сидела у туалетного столика, набросив на лицо фату и отвернувшись к зеркалу. Служанка оставила нас, забрав подсвечник, и теперь все освещал один-единственный светильник, горевший тускло, красноватым светом.

— Вы хотели видеть меня, госпожа? — спросила я, останавливаясь у порога.

— Проходи, Вив, что топчешься там? — спросила принцесса весело и отбросила с лица фату, оборачиваясь. Это был Веспер, а на кушетке в углу сидел мой отец.

— Вы как здесь очутились?! — изумилась я. — А где принцесса?

— Видишь ли, — брат скинул фату и женское платье, в которое был обряжен, оставшись в штанах и рубашке, — она передумала ехать. Не ты ее отговорила?

Я соединила ладони, вознося пылкие молитвы. Принцесса проявила здравомыслие! Хвала небесам!

— Досадная заминка, — сказал Веспер, прохаживаясь по комнате. — Мы рассчитывали на ее помощь.

— Рассчитывали погубить нежную девушку ради ваших бредовых идей? — спросила я. — Вы сошли с ума, и сами себя загнали в ловушку. Здесь полно людей короля, нас ждут в порту, как вы намерены скрыться?

Отец и брат переглянулись, и мне очень не понравились их взгляды.

— Люди короля? — спросил Веспер с улыбкой. — Да брось, Вив. Сели бы мы на этот корабль, если бы тут были предатели, продавшиеся драконам? Это все наши люди. Фу, как ты нас недооцениваешь! — он взял со стола кинжал с ониксовой ручкой и длинным трехгранным тонким клинком. — А теперь иди сюда…

Он приобнял меня за плечи и проводил к отцу.

— Поймите, — пыталась я убедить их, — наша страна и так долго страдала от войны! Села разорены, столько нищих бродит по дорогам! Теперь все вернулось на круги своя, и Рихард — не самый дурной король. Он отменил смертную казнь, и не развлекается, как наш дядя, четвертуя преступников прилюдно.

— Говори уважительно о моем брате, — сказал отец угрюмо.

— Но ты сам это знаешь, — бросилась я к нему. — Дядя повысил налоги, чтобы начать войну с драконами, призвал всех в солдаты… Люди не хотят этого! Люди не хотят войны! Им безразлично, кто ими правит, лишь бы был мир!

— Люди? — отец приподнял брови. — О ком ты говоришь, Вив? О простолюдинах? Да они сами не знают, что хотят! А мы знаем! Мы должны вернуть свое. Веспер — наследник короны, ты — принцесса крови, у вас будет великое будущее.

— Мое будущее ты уничтожил, когда бросил одну! — вспылила я.

Отец потемнел лицом и встал, возвышаясь надо мной на целую голову, но я не отвела взгляд и не склонилась перед ним. Веспер встал между нами, призывая к спокойствию.

— Не будем ссорится, — сказал он, — мы — одна кровь, нам надо быть вместе.

— Никогда не буду заодно с вами, — резко ответила я.

— Хорошо, — он снова обнял меня, кивая отцу. — Ты ведь всегда любила театр, Вив? — спросил он, посмеиваясь. — Давай разыграем маленькое представление?

Я не успела спросить, какую подлость они замыслили, когда снаружи раздались шаги и в комнату вошел Гидеон. Тоже в одной рубашке, как и Веспер, с поднятыми руками и… хохочущий. Дверь за ним захлопнулась, а отец жестом уличного фокусника достал припрятанный в подушках меч.

— Вот так история! — забавлялся дракон. — Вы, трусы, напали на меня, прикрывшись женщиной! Даже бабские тряпки напялили?! Дармартены в бабских тряпках! Такого я отродясь не слышал! А чего переоделись-то? Женские платья вам больше к лицу, — и добавил небрежно: — Отпустите Виенн, если жизнь дорога.

— А мы ее не держим, — ответил Веспер любезно, не отвечая на насмешки, и вложил мне в руку кинжал с ониксовой рукояткой. — Мы долго к этому шли. Давай, сестренка. Ударь его. Докажи, что ты Дармартен. Иди до конца.

— Так ты с ними заодно? — спросил дракон, и меня бросило в жар, а потом в холод.

Я облизнула пересохшие губы, чтобы убедить Гидеона, что не замешана в предательстве, но Веспер меня опередил:

— Она — Дармартен. Люди верны зову крови.

— А сам что не ударишь? — спросил Гидеон, он не сводил с меня глаз, а я все не могла произнести ни слова. — Так ты была со мной не по собственному желанию? — спросил он, уже без тени смеха. — Значит, ты не случайно появилась передо мной?

Его сомнения обидели меня до глубины души, и я возмущенно выдохнула:

— Нет! Я ничего не знала!

Но он перевел взгляд на кинжал в моих руках и усмехнулся:

— Когда-то я сказал, что если ударишь ты, то не стану сопротивляться. Бей, — он развел руки и приподнял подбородок, открывая шею.

— Бей, Виенн! — зашипел отец, подталкивая меня вперед.

Веспер наблюдал за этим, скрестив на груди руки, и улыбался. Боже! Он улыбался! Будто происходило что-то забавное. А Гидеон… меня взбесили его несправедливые слова! Обидели. Ударили в сердце посильнее ножа.

Я посмотрела на брата, на отца, потом на дракона и сказала, бросив кинжал:

— Как вы могли подумать, что я способна на такую подлость? Вы все мне противны — и драконы, и Дармартены. Вы еще хуже драконов.

— Виенн, — протянул отец и поморщился, как от зубной боли.

— Я же тебе говорил, она не сможет, — сказал брат. — И говорил, что он не превратится в дракона.

Гидеон теперь не смотрел на меня, а наблюдал за Веспером — цепко, пристально, но тот словно не замечал драконьего взгляда.

— А знаешь, сестренка, — сказал брат, поднимая брошенный мной кинжал, — что мешает милорду маркграфу прямо сейчас обернуться чудовищной тварью, разломать этот корабль в щепки и утопить нас всех?

Я промолчала, чувствуя себя точно так же, как на драконьем пиру, когда еще не знала, что меня ожидает — смерть или позор. Но тогда я была во власти захватчиков, драконов, а теперь… во власти собственных отца и брата. И это оказалось пострашнее, чем стоять перед королем Рихардом.

— Он не хочет причинить вред тебе, — сказал Веспер.

— Какой догадливый, — заметил дракон.

— Что за бред, — сказала я устало.

— Это не бред, — брат обнял меня за шею свободной рукой, а кинжалом указал на дракона. — Он не задумываясь прикончил бы нас с отцом, но ты — другое дело. Любовь? Да, Венатур?

Дракон широко улыбнулся.

— Не желаю этого слышать, — я попыталась освободиться от объятий брата, но он еще крепче прижал меня. — Прекратите совершать глупости, — взмолилась я. — Всё кончено, вы не победите драконов, только сделаете хуже! Люди не хотят войны, поймите. А для них нет большой разницы, кто ими помыкает — драконы или вы…

— При чем здесь люди? — изумился Веспер. — Это ты бредишь, сестра! Мы лишь хотим вернуть то, что у нас отняли! Мы — законные правители, а не эти черви!

— Они сами уйдут, — сказала я. — Небеса лишили их женщин возможности рожать детей. Драконы скоро вымрут, и останутся только в легендах.

— Но и мы к тому времени умрем! — закричал отец. — За кого ты, Виенн?! Мы — твои кровные родичи! Или ты предала нас этим гадам?

— Это вы предали меня, — сказала я резко. — Я была не нужна вам, когда вы бежали. Бежали и прихватили все драгоценности и золото — забрали все. Разве вас тогда заботило, как я буду жить? Что будет со мной, когда придут… — я замялась на секунду, — драконы? А теперь вспомнили о нашем кровном родстве? Тебе должно быть стыдно, отец.

Дракон не мешал нашей семейной сцене, и я втайне понадеялась, что он воспользуется этим и сбежит, но Гидеон не двигался с места.

Веспер засмеялся, и смех был ужасен — как будто клекот хищной птицы. Я раньше никогда не слышала, чтобы он так смеялся.

— Я же тебе говорил, папа, — сказал он, захлебываясь весельем. — А ты мне не верил!

Отец становился все мрачнее и смотрел на дракона с ненавистью.

— Представь, мы ведь даже убить его не сможем, — доверительно поведал мне Веспер. — Двоим нам с ним не справиться, да и десятерым едва ли. Отец предлагал посадить в засаду лучников, но я сказал, что есть идея получше. Есть средство, как пробить его чешуйчатую шкуру и добраться точно до сердца.

— Да что ты? — дракон улыбался, но глаза загорелись безумным огнем.

— А, ты догадался? Не веришь, что я это сделаю? — спросил Веспер и ударил меня в грудь кинжалом.