Глава 11

К десяти вечера офис «Эвереста» почти вымер. Тёмные коридоры, едва слышно работающие кондиционеры, а запах кофе, въевшийся в стены, сменился пустотой. Я сидела в приёмной, уткнувшись в ноутбук, где мои наброски для сочинского отеля выглядели как бред пьяного маркетолога. Слоганы? Тоска. Идеи? Полная ерунда. Голова ныла, глаза слипались, а третий стакан кофе давно остыл. Надо было срочно собраться! Если я завалю это задание, Кравцов с его змеиной ухмылкой покажет мне, где раки зимуют. А Орлов… С ним сложнее. Его тёплый, почти не тиранский взгляд до сих пор не отпускал. Он дал мне шанс, на который я не смела рассчитывать, и моё отношение к нему кардинально изменилось. При мыслях о нём хотелось улыбаться, хотя я злилась на себя за это. Кажется, я заболела и у меня жар. Серьёзно. Схватив папку с черновиками, я поплелась в кабинет Орлова, чтобы, не создавая лишнего шума, оставить её на столе. Босс, конечно, тоже торчал на работе. До меня отчётливо доносились его шаги за дверью и низкий, с лёгкой хрипотцой голос, пока он говорил по телефону. С кем? Понятия не имею. Да и это не моё дело. Впрочем, любопытство всё равно кольнуло меня. Толкнув дверь, я ввалилась в кабинет Орлова, стараясь не шуметь. Он стоял у окна, спиной ко мне, с телефоном у уха. Его тёмно-бордовый костюм с расстёгнутой у горла рубашкой выглядел слишком… слишком притягательно. Я резко отвела взгляд, чувствуя, как щёки начинают гореть от смущения. Напомнив себе, что я здесь не для того, чтобы пялиться на босса, положила папку на стол и – о боги! – задела недопитый стакан кофе. Он пошатнулся и опрокинулся, заливая бумаги. – Только не это! – пискнула я и метнулась к столу. Вытащив бумажную салфетку из коробки, я промокнула пятно. Пока я нервно прикладывала салфетки к столу, документы быстро промокли. Просто браво! В панике рванула ящик стола, ища хоть что-нибудь, чтобы спасти ситуацию. Скрепки, ручки, блокнот… не то! Мне бы в идеале копию испорченных документов. И вдруг мои пальцы наткнулись на фотографию. Старую, глянцевую. Я вытащила её, не успев сообразить, что делаю. На фото был запечатлён Орлов – только моложе. И с улыбкой, от которой у меня спёрло дыхание. Он выглядел совсем другим. Более беззаботным. Сзади его обнимала блондинка, улыбаясь из-за его плеча. Если память не подводит, девушку звали Карина. Я её видела мельком на старых фотографиях в офисе. Они стояли вплотную и выглядели счастливыми. В груди неприятно кольнуло. Я, оглушённая, замерла, пялясь на снимок, и не услышала, как голос Орлова стих. – Дарья, ты роешься в моём столе? Поняв, что обращаются ко мне, я вздрогнула от неожиданности. Орлов стоял в шаге от стола. Его мрачнющий взгляд впился в меня, а потом в фото. На его лице застыла маска отчуждения. Лишь в глубине глаз мелькнуло нечто похожее на болезненное разочарование. Признаться, я не успела разобрать. Почувствовав вину, я пролепетала: – Я… я случайно разлила кофе. Искала салфетки. А это… само попалось мне в руки. Честно! Орлов молчал. Наступившая тишина была хуже любого крика. Медленно, как хищник, он шагнул ближе, протянув руку за снимком. Я сунула ему фотку, и наши пальцы соприкоснулись. Всего на миг. Но этого оказалось достаточно, чтобы по моей коже пробежали волнующие искры. Его пальцы были тёплыми, а мои, кажется, дрожали. Орлов взглянул на фото, его челюсть дёрнулась. А потом он негромко, почти вкрадчивым шёпотом, выдал: – Некоторые вещи лучше оставить в прошлом, Дарья. Его голос прозвучал не столь жёстко, как обычно, а скорее устало, как будто он говорил не мне, а себе. Я сглотнула, пытаясь хоть немного прочистить горло. – Вы совершенно правы, Даниил Петрович, – выдавила я. – Я не имела права открывать ящик вашего стола. – И только? – уголок его губ дёрнулся в намёке на улыбку. Настоящую, чуть горькую. – Вы про то, что я вошла без стука? Он наклонился ближе, и я застыла, чувствуя, как его дыхание касается щеки. Его пронизывающий взгляд вцепился в меня. Мой пульс ускорился, и я была уверена – он слышал моё учащённое сердцебиение. – Я про испорченные документы, Дарья, – хмыкнул он с лёгкой иронией в голосе. – Их нужно заново распечатать. Я хотела дерзко ответить что-то вроде: «Будет исполнено в лучшем виде», но слова застряли в горле. Орлов находился слишком близко. Воздух между нами искрил, как перед грозой. Я ждала, что на моё молчание он рявкнет что-нибудь едкое, вот только он неожиданно отступил, как будто сам себя одёрнул. – Знаешь что? Иди домой, – бросил он, направляясь к креслу. Я моргнула, пытаясь понять, что только что произошло. Мне точно не мешало уйти на больничный. Или хотя бы показаться врачу. Психиатру. – До завтра, Даниил Петрович, – пробормотала я, стремительно направляясь к двери. – Завтра меня весь день не будет, – ошарашил он меня. Останавливаться и выяснять подробности я не стала. Влетев в лифт, я всё ещё пыталась отдышаться после того странного столкновения в кабинете Орлова. Его усталый голос звенел в ушах, а перед глазами маячила та проклятая фотография – молодой, улыбающийся Даниил с Кариной, прильнувшей к нему. Почему эта картинка так меня зацепила? Я тряхнула головой, запрещая себе копаться в этом. Орлов – босс, тиран и уж точно не мой мужской типаж. Точка. Но, покидая здание, я понимала, что обманываю себя. Что-то в нём, в его взгляде, в том, как он наклонился ко мне, выбило у меня почву из-под ног. И это бесило. Добравшись до дома, я рухнула на диван и уставилась в потолок. Моя маленькая однокомнатная квартира с её уютным беспорядком казалась единственным местом, где я могла выдохнуть. Разбросанные по комнате декоративные подушки, недопитый вчерашний чай и стопка книг на тумбочке совершенно не раздражали меня. Они были частью гармоничного интерьера. И тем не менее даже здесь мысли об Орлове не отпускали меня. Я включила какой-то дурацкий сериал, чтобы отвлечься, но через полчаса поймала себя на том, что снова думаю о нём. Бред! Выключив телевизор, заварила ромашковый чай и легла спать, пообещав себе, что завтра начну день с чистого листа. Утро встретило меня солнцем, нахально пробивающимся сквозь шторы, и запахом кофе, который я сварила, чтобы настроиться на боевой лад. Я чувствовала себя на удивление бодрой. Помня, что Орлов сегодня не появится в офисе, я решилась на маленький бунт. Вместо стандартного строгого костюма я надела голубую блузку с широким вырезом-лодочкой и любимые джинсы. Плевать на дресс-код! Настала пора сменить унылый имидж на более яркие тона! Волосы оставила распущенными. Сделав повседневный неброский макияж, губы я накрасила алым блеском. Мне хотелось перемен. В офисе «Эвереста» всё было как обычно. Мариночка строила офисные козни на пару с Олегом, который таскал за ней коробки с папками. Креативный менеджер носился с какими-то баннерами. Другие сотрудники копошились в своих кабинетах и носа не высовывали в коридор. Я решила начать утро с визита к подруге в отдел маркетинга. Её рабочее место в огромном кабинете, соседствующее с другими сотрудниками, было завалено цветными эскизами и пробниками. Настоящий маленький оазис хаоса в стерильном мире «Эвереста». Как мне подсказали её коллеги, Ольга умчалась на склад выяснять, куда пропали их новые постеры. Оставшись одна, я удобно устроилась на широком подоконнике. Сквозь огромное окно лился мягкий свет, и я чувствовала себя почти как дома. Вытащив из стопки на столе глянцевый журнал, я с удовольствием погрузилась в его чтение. Листая страницы, я наткнулась на забавную статью: «Как завоевать сердце миллиардера Орлова за пять шагов». Серьёзно? Кто вообще читает этот бред? Я хихикнула, пробегая глазами текст. Пункт третий гласил: – Носите красный – это цвет страсти, который привлечёт его внимание, – зачитала я вслух и рассмеялась от нелепости совета. Орлов ничего и никого вокруг не замечает, кроме себя. Мы для него не более чем серые офисные мышки. Заметив на мне красный наряд, он скорее отправит меня переодеваться, чем проникнется моей красотой. Или наградит таким взглядом, от которого захочется спрятаться под стол. Хотя… Стоп, Дарья! Тебя опять не туда понесло! Я откинулась на откос подоконника и безмятежно качнула ногой. Услышав приближающиеся шаги, я прочитала для подруги вслух: – Оль, смотри, чем тебе не совет для наших фанаток босса? Сегодня в журнале о нём пишут. «Даниил Петрович Орлов оценит ваш тонкий вкус, если вы подберёте одежду в тон его голубых глаз. Или подарите ему галстук в тон глаз». Ничего нелепее не читала. Кто у них там отвечает за такой неправдоподобный креатив? У Орлова глаза как грозовые тучи – серые, а не голубые! И галстуки у него тёмно-синие, как будто он выбирает их по принципу «чем мрачнее, тем лучше». Я так увлеклась, что не заметила, как офис внезапно затих, как будто кто-то вырубил звук. Где-то на заднем фоне зашуршали бумаги, кто-то кашлянул, а потом раздалось паническое: – Добрый день, а мы вас не ждали! Я даже не подняла голову. Подумаешь, заглянул Никита. Что с того? Я тут не на параде, чтобы вскакивать. Тем более он не мой начальник. Тяжёлые, уверенные шаги раздались ближе. Они были неторопливыми и размеренными. Видимо, Никите приспичило со мной поговорить. Я, не глядя на него, перевернула страницу и зачитала очередную глупость: – Улыбайтесь боссу, даже если он кричит. Тем самым вы покажете, что лучше вас ему никого не найти. – Мне понадобилось некоторое время, чтобы осмыслить прочитанную чушь. Затем я поделилась своими мыслями вслух: – Да я скорее вылью кофе на Орлова, чем буду улыбаться под его рык. И, похоже, накликала на себя беду. – Дарья Алексеевна, – раздался неуверенный голос сотрудника сбоку. Он там что, из-под стола вещал? Украл мою идею. Мне частенько хотелось спрятаться от Орлова. Я беспечно пробормотала: – Ага… говори, чего хотел, – и продолжила листать журнал, зачитывая особенно глупые советы: – «Похвалите его стиль в одежде». Хм? Ничего умнее не придумали? Это что, мне нужно хвалить костюмы Орлова, от которых веет похоронным бюро? Хотя нет, вынуждена признать, выглядит он вполне прилично. Шаги замедлились. Мне показалось, или воздух в комнате сгустился? Наверное, кто-то увеличил мощность кондиционера. Придя к логичному умозаключению, продолжила чтение. А чего сидеть без дела? Кто бы ни пришёл, я тут сижу, никого не трогаю и ни от чего не отвлекаю. В общем, не отсвечиваю. Меня за такой подвиг не ругать надо, а премию выписывать. – Что там ещё пишут? – раздался низкий чеканный голос прямо над моей головой. По спине пробежал холодок, которому я не придала значения. С этими кондиционерами можно и в жару окоченеть. – Ничего интересного, – ответила я, не поднимая глаз. – Раздают советы, как покорить нашего непокоряемого босса. Вот девочки обрадуются. – А ты? – раздалось приглушённо. – Что я? – Ты обрадовалась? – И что-то безумно знакомое промелькнуло в этом голосе, отчего мои нервные клетки полным составом подали в отставку. Вдобавок кто-то кашлянул, и я наконец уловила, что творится что-то не то. Тишина в офисе стала совсем уж затяжной. Медленно опустив журнал, я посмотрела вверх. Моё сердце, сделав мощный кульбит, ухнуло в пятки. Передо мной стоял Орлов! В светло-сером костюме, который, клянусь, выглядел как униформа какого-то тайного ордена. Его серые глаза – точно не голубые! – смотрели прямо на меня. От неожиданной встречи с боссом я чуть не свалилась на пол. Швырнув журнал в противоположный конец подоконника, я попыталась сесть ровнее. Блузка сползла, обнажив плечо. Взгляд Орлова на долю секунды задержался на нём. Потом его глаза снова встретились с моими. – Даниил Петрович, – выдавила я, стараясь говорить уверенно. Он приподнял бровь, небрежно засунув руки в карманы брюк. – Вы рановато, – сказала первое, что пришло в голову, и, вспомнив, с кем разговариваю, поправилась: – Вы вроде не собирались сегодня приходить. Его губы дрогнули в едва заметной ухмылке, но глаза оставались холодными как лёд. – А ты, Дарья, говорила, что не покинешь своё рабочее место без крайней необходимости, – с сарказмом протянул он. – Я не хотела портить вам настроение с утра и сказала то, что вы хотели услышать, – призналась я честно. – Дарья, ты пришла в офис работать? Или вдохновлять своим беспечным видом отдел маркетинга? Я похлопала ресницами, пытаясь собрать остатки достоинства и разбегающиеся мысли. Мозг лихорадочно искал хоть какой-то выход из этой щекотливой ситуации. Но всё, что я выдавила, было: – Я… э-э-э… просто ждала Ольгу. А журнал… он сам в руки попался! Орлов шагнул ближе, и я невольно вжалась в стекло, грозя выдавить его наружу. Босс наклонился ко мне, упираясь рукой в стену рядом с моим плечом. Я оказалась в ловушке между ним и окном. Он, видимо, хотел меня запугать, но это не сработало. Его взгляд проникал в самую душу, а терпкий дорогой парфюм добавлял ситуации опасности и притягательности. – Журнал сам попался тебе, говоришь? – Его голос стал ниже, почти бархатным. – На подоконник ты тоже случайно забралась? Я заморгала, чувствуя, как мои уши пылают. Он что, будет теперь вечно меня этим попрекать? Расправив плечи, я с вызовом глянула на него. – Я проверяла, как хорошо помыты окна, Даниил Петрович, – заявила я, стараясь не запнуться. Орлов сурово свёл брови к переносице, но на секунду мне показалось, что он сейчас рассмеётся. Однако вместо этого он отступил и ничего не значащим тоном бросил: – Немедленно возвращайся в приёмную. – Он сделал паузу, и его взгляд снова скользнул по моему оголённому плечу. – Учти, Дарья, в следующий раз я не буду так добр. Я поспешно натянула блузку на место и соскользнула с подоконника. Орлов развернулся и направился к двери. Не желая плестись за ним, как нашкодивший котёнок, я осталась, намереваясь выждать паузу. Куда там! Он остановился на пороге, бросив напоследок: – Дарья, у тебя есть пять минут, чтобы принести мне проект с правками по Сочи. Он вышел в коридор, а я осталась стоять, глядя в пустоту, где он только что находился. Послышалось шуршание. Коллеги начали выползать из своих укрытий, бросая на меня взгляды, полные ужаса и уважения. – Лебедева, ты ненормальная, – прошептала Мариночка, высунувшись из-за своего монитора. – В таком тоне говорить с Орловым – настоящая дурость! Ты до конца месяца у него не доработаешь. Проигнорировав её ядовитое замечание, сделала вид, что вообще не слышала её. Дать ей повод для новых сплетен – последнее, чего мне хотелось.