Глава 27

Морок.

Зверь внутри успокоился окончательно, не выступал вовсе. Иван сидел на одном из диванов у камина. Витя развёл огонь и подал на маленький столик пепельницу.

В стороне от камина на маленькой тахте приютилась истинная парочка. Очень удачно найденная Света, которую следовало бы поблагодарить, но, подумав, Иван решил, что девушка обойдётся. Её боец поможет забыть любовные встречи и будет гарантом, что Света предъявлять ничего не станет. Они уже ждут, не дождутся, когда им выделят комнату. Ни капли не завидовал их будущим любовным играм. У него другие заботы.

О Лёше собран почти весь материал. По сведениям ему шестьдесят восемь лет, мотался в поисках Светки по стране, пока не приблудился в его стаю. Опытный боец, пригодится в ближайшем конфликте. Немного странный, зверь Ивана невзлюбил парня, подозревал в нём шпиона или ещё кого. Но сегодняшний день показал, что Морок в очередной раз ошибся. На то он и зверь, чтобы не любить пришлых волков. Теперь сидит спокойно внутри человека, охраняет свою девочку, малышку, которую давно ждал.

Пламя в камине разгорелось, затрещала смола на поленьях, в гостиной стало гораздо светлее.

Послышался стук каблуков по паркету. Витя напрягся и отошёл в тень комнаты, присел в кресло. Влюблённый в Алёну с двадцати лет, Верницкий был честной шестёркой Мороку только за одну надежду быть с королевой. И альфа собирался оплатить работу. Возможно, Виктор бы получил Белкину целиком и полностью, если б не допустил ошибку. Рассказал Лёше, куда делась Света. Кончилось всё превосходно, но Морок таких вещей не прощает, а это значит, Витя должен страдать. И самые страшные страдания по сладкому, когда дают понюхать и лизнуть, а потом отбирают.

На Алёне не было халата, в приталенной блузке и обтягивающей юбке она выглядела великолепно. И эти влажные волосы, струящиеся витками по пояс, вызывали дрожь. Красивая, статная, бесподобная королева. Витя рехнётся. Придётся его отдалить, чтобы не угрожал своему коварному альфе.

«Хороша, конечно. Но наша лучше. Похожа на Лихо. Вот, помяни моё слово, вырастет копия Нила», — сказал внутренний голос.

«Заткнись», — настроение у Ивана испортилось. Он хотел мягко с Алёной поговорить, теперь не получится.

Ярославна села напротив, сложив ножки вместе.

— Говори, — произнесла она. Шёпот, как наждачка по коже.

— Мне нужна Проня, ты же мне не нужна, — заявил Иван, желая сделать больнее. Но на лице малышки-королевны ничего не отобразилось. — Даю тебе три варианта. Первый, ты уезжаешь к мужу немедленно. Разрешаю. Но ребёнок остаётся здесь. Второй, ты остаёшься здесь с дочерью, но живёшь с одним из моих бойцов…

— Я даже слышу, как ты затаил дыхание, Витя, — усмехнулась Ярославна и расслаблено отвалилась на спинку дивана. — А третий вариант это моя смерть.

Морок кивнул.

— Не сможешь меня убить, — нагло заявила девица, и альфа стал быстро гадать, что она имеет в виду.

«Я же говорил, что она когтём тебя разодрала», — подсказывал зверь в голове.

— Смогу, — улыбнулся Иван и предложил ей сигарету.

— Не сможешь, на тебе клятва, — она взяла сигарету и, прикурив, хитро прищурилась.

Зашевелился Лёшка и Витя подошёл ближе к камину.

— Не может быть, — тяжело выдохнул Соколов, вставая рядом с Верницким, который во все глаза рассматривал вожделенную самку.

— Как? — Ивану стало плохо. Значит, вакцина, оборачивающая людей в оборотней, не выдумка.

Алёна нервно вдохнула дым и больше не улыбаясь, стала рассказывать. И с каждым словом становилось жутко, даже ему Высшему, что говорить о двух бойцах, которые замерли в накатывающем ужасе.

— Этой зимой я попала в аварию, — начала рассказывать Алёна, не глядела ни на кого, курила, нервно покручивая сигарету в пальцах. — Ехала за рулём, в меня влетел грузовик. Чистый гололёд. Меня всю переломало. Повреждения были несовместимы с жизнью, я умирала медленно. Нил пытался поделиться регенерацией, но не смог. Когда я уже была одной ногой на том свете, он вколол мне дрянь, которую Даня Баюн притащил из секретной лаборатории семнадцать лет назад. Неделю я прибывала в аду, а потом увидела свою волчицу.

Бойцы у камина не выдержали, и дружно ухнули.

— Он обернул тебя, — можно было не говорить, но Морок не выдерживал напряжения, странного волнения, толи восторг, толи опасение.

— Обернул, себе на голову, — она подняла на него красивые глаза, и в свете огня в них танцевало жёлтое пламя. — Я плохо себя чувствовала, долго не могла привыкнуть к тому, что во мне зверь. Боролась с волчицей, приручала. А потом…

Алёна нервно рассмеялась.

— А потом появился в моей палате чужой мужик. Нет, я его помнила, но первое, что я сказала мужу, что он не моя пара. Он мне не истинный и находится рядом с ним для меня сущее наказание. Можно заняться сексом, сам понимаешь, оборотни себе такое позволяют.

Морок быстро взял сигарету, и жадно вдыхая дым, тоже откинулся на спинку, глядя на свободную женщину-оборотня. Таких ещё нет, все девчонки, она самая старшая, сорокалетняя. Ей нет цены. Высшие в очередь выстроятся за ней.

Тут у Ивана зародился коварный план. Он продаст её. И сделает это с большой выгодой.

— Что с оборотной вакциной? — строго спросил Иван.

— Нил решил, что от неё одни беды и уничтожил.

— Есть доказательства? — это спросил Лёша.

— У меня нет, — приподняв одну бровь, снисходительно обратилась к нему Алёна. — Но после того как я его отвергла, он разнёс к чертям всю свою лабораторию и вернулся в Джейкоб. Он вообще, не любил всю эту историю с вакцинами. В тягость была ему эта работа. Кому-то могло показаться, что Лихо Нил Ильич жизнь положил, чтобы исправить ситуацию с девочками-оборотнями, но это не совсем так. У него был спортивный интерес, сможет или нет вернуть оборотням жён, но относился к девочкам он отрицательно. Допустим… родную дочь ни разу за шесть лет, не взял на руки, не назвал её по имени. А когда моя девочка попыталась к нему приласкаться, напугал её так, что при слове «папа» заикаться начинает. У нас ещё сын, зовут Илья, вот им Нил занимается, всего себя отдаёт.

— Тварь, — рыкнул Морок. — Если ты права, И Лихо знал с её рождения, что она моя пара, то это он мне мстил.

— Зря ты так, — Алёна взяла в пальцы окурок и отправила его в камин одним щелчком. — Если Нил займётся воспитанием дочери, ты свою истинную не получишь. Сама не пойдёт.

— Тут ты права, — согласился Иван и достал свой телефон. — Звони ему, говори, что хочешь. Убивать я тебя не стану, конечно же.

— Я должна звонить? — и так посмотрела на Ивана, что заскулило у него на душе в голове и на сердце кошки заскреблись от несчастного взгляда этих красивых глаз.

— Я обещал, — тихо сказал он и отдал ей трубку телефона.

Алёна выдохнула и взяла телефон.

— Да, — строгий громкий голос.

— Нил, что мне делать? — спросила Алёна. Хитрюга. Никаких претензий, вся ответственность на Лихо.

— Останься в живых любой ценой, — приказал альфа вражеского клана, и Морок заметил, как блеснули глаза Вити. — Я вытащу тебя, девочка моя.

— Я поняла, — она отключила звонок и кинула Ивану телефон. — Слышал? Только я нужна. А я расставаться с дочерью, не намерена. И ты не разлучай нас. Кроме меня у неё никого нет, отец отверг. Поэтому она так боится, что я уйду. Я тебя знаю, Морок. Ты меня попытаешься продать…

— Что за глупости, Алёна, — улыбнулся Иван во весь рот.

— Только ты ей психику переломаешь, — предупредила она. — Не заменит меня никто. — Алёна зло глянула на собеседника. — Морок! Выйди, Морок!

Зверь внутри человека всполошился и стал забирать власть над телом.

— Ты что творишь?

Как? Как она это делает?! Это невозможно! Иван впервые с таким столкнулся. Нет, был слух, что люди придумали психотронику заставляющую оборотней трансформировать в зверей, но чтобы призывать. А королева призывала, и зверь шёл на её оклик.

— Морок!

— Заткнись! — последнее, что сказал мужчина, уже окончательно решив, что эта опасная гадина рядом с ним и его па́рой не останется.

Руки заломило, вытянуло. Треснули штаны и футболка. Горбом вскинулась спина, и лицо насильно вытягивалось в волчью морду. Под мощными лапами хрустнул миниатюрный столик с пепельницей. Высший выпрямился и посмотрел горящими глазами на свою королеву.

Лёша метнулся к перепуганной Свете и укрыл собой. Витя замер по стойке смирно, как рядовой перед генералом. И только Алёна Ярославна смотрела снизу на Высшего, как на слугу, взглядом полным надменности.

— Морок! Клянись! Клянись, что не причинишь вреда моей девочке, что будешь оберегать и не обидишь, не напугаешь. А самое главное, что не дашь поганому человечишке осквернить малышку. Клянись, что не тронешь её до совершеннолетия.

Зверь тут же вспорол когтём свою вену и на исчерченной красными полосами морде начертил ещё один крест.

— Клянусь, — утробно пробасил Высший.

Несколько мгновений потребовалось Ивану, чтобы вернуть себе прежний образ. Сидел на диване в остатках своей одежды и скрипел зубами от злобы.

— Теперь никаких качелей до небес, пицца раз в месяц, обязательный режим дня и не надо пони в спальню.

— Зря ты, это сделала, — прошипел Иван.

— Нилу пожалуйся, — нагло хмыкнула Алёна. — Вы друг друга стоите, уже войну затеяли. Два дебила, это сила!

Она подняла с пола пачку сигарет и зажигалку. Решила уйти.

— Пойдём, Верницкий, — усмехнулась Белкина. — Я тебя выбираю.

Витя расплылся в улыбке и догнав Белкину, привлёк её к себе за талию.

Морок растянул руки по спинке дивана и закинул ногу на ногу. Был он почти наг. И вдруг рассмеялся.

— Бля, а ведь она моя тёща! Я-то думаю, что меня так колотит в её присутствии! — Он посмотрел на парочку в тени. — Лёша, займите комнату рядом. Она может Витю грохнуть. Не известно, в какую тварь она оборачивается, простая волчица так бы руку мне не вспорола.

Лёша поклонился и, взяв свою Светку за руку, убежал следом за Витей.

Принесли кофе. Женщины работающие в его доме знают, что хозяин странный, их голый Морок не сильно напрягал.

Ярославна похоже решила оторваться. Изменяла своему неистинному Лихо так, что до гостиной крики долетали. Ласкай её Витя, скоро всё закончится для вас двоих.

Появился Лука. Удивлённо рассмотрел своего альфу и сел на место, которое недавно занимала Алёна.

— Что у тебя стряслось? — недоумевал бета, разглядывая переломанный столик.

— Развлекались. Нашёл этого Финиста?

— Да, — кивнул Лука и достал свой телефон. — Звонить будешь?

— Набирай, — решительно ответил Морок. Алёну оставлять с Прошей нельзя.

— Кто у тебя там совокупляется? — усмехнулся Лука, подав трубку альфе.

— Алёна с Витей.

— Да, ладно, — не поверил Бабай.

— Сам в шоке.

— Слушаю, — ответил, лукавый мужской голос в трубке.

— Доброй ночи, Это Морок Иван Фомич, — настроился на разговор, стряхивая с колен остатки джинсов.

— Очень хорошо, что вы позвонили. Слышал, что Прасковья Ниловна у вас гостит.

— Прасковья Ниловна моя истинная пара, и Лихо знал об этом, когда вам её обещал.

— Как не хорошо, — слащаво и фальшиво расстроился на другом конце оборотень.

— У меня предложение.

— Весь во внимание, — плутовски тянул собеседник.

— Предлагаю женщину-оборотня, королеву нашу Алёну Ярославну Белкину.

— Потрясающе!

— Она сейчас у меня, — невольно улыбнулся Иван, — не бесплатно. Это нужно для того, чтобы я был уверен, что вы не вернёте её мужу.

— Она оборотень?

— Нил обернул каким-то образом, а она оказалась ему неистинной.

Финист рассмеялся, залился смехом и не мог успокоиться.

— Лох.

— Всегда им был, — усмехнулся Морок.

— Называй цену, я забираю старшую.

Лука поиграл бровями, в очередной раз довольный своим альфой.