Глава 13 После боя
Больше всего мне сейчас хотелось попрощаться с Шереметьевой и тихо сбежать домой. Отмокнуть в ванной, а затем валяться на диване и тупо пялиться в телевизор. Посмотреть какой-нибудь сериал или ролики с видеохостинга. В общем, побыть одному. Разбираться в эмоциях не хотелось. Прямо сейчас мне нужен был покой.
И если бы я знал, что ждёт меня на пустыре — то без раздумий свалил бы из дома через окно квартиры маньяка. Но я толкнул скрипучую дверь и…
Сначала я услышал перешептывания. Но увидеть говоривших не успел. Потому что меня ослепила яркая вспышка.
— Михаил Владимирович, Алина Юрьевна, можно ли взять у вас интервью? — послышался знакомый голос.
— Эх, слово-то какое мудреное выдумали — «интервью», — пробормотал я, вспомнив старый анекдот про Илью Муромца, и несколько раз моргнул, прогоняя разноцветные круги.
В паре метров от нас на пустыре стояло пара десятков подростков, которые о чем-то оживлённо переговаривались. Многие снимали нас на телефоны. И как мне казалось, это была прямая трансляция на один из стрим-сервисов. А чуть поодаль от них, с камерой и диктофоном, стояла Ксения Васильевна Серова.
— Обычное слово, — не поняла она.
Видимо, девушка не знала пошлой шутки, а я быстро прикусил язык. Попытался было отпустить Алину, но Шереметьева словно прилипла ко мне. Она цепко ухватила меня под локоть, а на измученном лице появилась дежурная улыбка:
— Конечно, — защебетала она. — Бой прошел штатно, правда, противник оказался несколько… сильнее. Но теперь город может спать спокойно. Каннибал больше не выйдет на охоту.
Стримеры принялись перешептываться. А затем, от толпы отделился вихрастый паренёк. Подошёл к нам и робко попросил:
— Можно с вами сфотографироваться?
— С кем из? — уточнил я.
— С вами, — парнишка растерянно перевел взгляд с меня на Алину. — С двумя.
— Конечно, — улыбнулась Шереметьева
Она повернулась ко мне и заботливо сняла с моей головы капюшон, а потом провела по волосам пальцами. Наши глаза встретились и мне показалось, что ее зрачки увеличились. Повинуясь инстинкту, я отвел ото лба Алины упавшую светлую прядь. Шереметьева слегка покраснела и повернулась к зрителям. Это вернуло меня к реальности.
Мы сфотографировались с парнем, а вслед за ним потянулись остальные. И началась фотосессия. Со стримами я угадал, многие вели прямые эфиры, и мы с Шереметьевой улыбаясь махали в камеру и передавали привет подписчикам.
Ксении пришлось ждать, пока желающие не иссякнут. И лишь когда парни пошли прочь с пустыря, мягко оттесняемые охраной, она подошла к нам:
— Итак, на чем мы остановились? — с улыбкой продолжила она, включая диктофон. — Ах да. Как прошел бой, мастер Морозов?
Алина нахмурились. Видимо, такая формулировка вопроса девушке не понравилась. Шереметьева покосилась на Серову, но ничего не сказала.
— В штатном режиме, — повторил я слова напарницы и мягко привлек ее к себе.
— Алина Юрьевна сказала, что вы столкнулись с опасным противником, — уточнила девушка. — Можно узнать, с каким?
Я осмотрелся по сторонам:
— Мне кажется, пустырь на окраине Мануфактурного района плохо подходит для интервью. Нам нужно отдохнуть. И чуть позже мы сможем с вами пересечься. Как вы считаете, Алина Юрьевна?
Девушка сделала вид, что на секунду задумалась. Но я ощутил, как Шереметьева расслабилась:
— Конечно, — с улыбкой ответила она. — Мы просмотрим записи и сделаем совместный ролик. А уж потом встретимся с журналистами.
Серова выключила камеру и доверительно сообщила:
— Меня сюда направил ваш куратор, Михаил Владимирович. Все согласовано.
Мне не особенно понравилась эта попытка манипуляции, но я по-доброму усмехнулся:
— На задании я был не один. И потому решаю не сам. Княжна Шереметьева сказала свое слово, и я с ней согласен.
Алина буквально светилась от удовольствия и тепло со мной попрощалась, сжав пальца в своей прохладной ладони.
— Ты в порядке? — тихо спросил я, отвернувшись от журналистки.
— Спасибо, — шепнула Алина. — Все хорошо. Спишемся чуть позже. Мой секретарь даст советы, как раскрутить наше дело.
С этим она кивнула остальным присутствующим и нырнула в салон своей машины. Когда автомобиль отъехал, Ксения перестала широко улыбаться.
— Ты всерьез не дашь мне интервью? — недовольно уточнила она.
— Не делай из этого трагедию, — я пожал плечами. — Никон дал тебе координаты. Но я не обязан менять свои планы. А именно сейчас я хочу отправиться домой.
— Я бы могла составить тебе компанию, — настойчиво подступила ко мне Ксения.
— Что? — не понял я.
— Знаешь, я где-то читала, что у темных ведьмаков после боя иногда возникают особенные потребности, — сказала она, подступив ко мне вплотную.
Я отметил, что Серова сегодня очень хороша. Ее волосы были убраны в пучок на затылке, открывая тонкую шею. От девушки исходил едва ощутимый аромат ванили.
— Ты невероятно красива, — произнес я и покачал головой. — Но сегодня мне нечего тебе предложить. Я позвоню.
Я сел на заднее сиденье авто и успел заметить прищуренный взгляд журналистки. Наверняка она полагала, что это должно было меня насторожить. Вот только я успел заметить, как она закусила губу, прежде чем отвернуться.
— Не хочу ассоциировать сегодняшнее дело с тобой. Ты такого не заслуживаешь, — сказал я.
Девушка посветлела и подошла к двери. Наклонилась, продемонстрировав мне роскошный вырез декольте своей блузки и негромко заявила:
— Ты коварный тип, Морозов. Но я не могу на тебя обижаться.
— Мне повезло, что ты добрая, Серова, — усмехнулся я, когда она пошла к своей машине.
Мой водитель дождался, когда я подам ему знак и занял место за рулем.
— Домой, — скомандовал я и закрыл глаза.
Затем нехотя вынул из кармана телефон. Набрал номер Никона. Тот взял трубку тотчас же.
— Здравы будьте, — воскликнул мужчина. — Как вы, Михаил Владимирович?
— Вашими молитвами, — привычно ответил ему я, но тут же продолжил, — вы дали информацию обо мне Серовой. Стоило предупредить меня.
— Зачем? — беззаботно уточнил жрец. — Нам выгодно, чтобы популярная блогерша…
— Вы должны понимать, — перебил я Никона, — что это было неуместно.
— Ксения вам симпатизирует, как я понял, вам также приятна княжна.
— Это здесь ни при чем, — я начал уставать от этой игры. — Задание было общее с Шереметьевой.
— А девушка обиделась…
— Хватит, — неожиданным ледяным тоном прервал я очередные возражения жреца. — Вы все прекрасно понимаете. И знаете, что я имею в виду.
Мужчина молчал, но не прерывал звонок. Я также не проронил ни слова в следующую минуту.
— А как вам костюм? — осторожно спросил Никон.
— Он идеален, — ответил я и невольно восхитился выдержке жреца. — Я очень им доволен. Спасибо.
— Рад, что угодил вам, княжич, — мужчина громко вздохнул и добавил, — и мне жаль, что я не подумал о последствиях, когда дал ваши координаты госпоже Серовой.
Я ни на секунду ему не поверил. Ясно, что хитрецу хотелось, чтобы я совершил оплошность. Быть может, он потом сам предложил бы мне помощь. Ему явно было не по душе, что я сумел найти подход к Шереметьевым без помощи Синода.
— Я рад, что мы услышали друг друга, — сказал я и после короткого прощания положил трубку.
Надо держать ухо востро с этим человеком.
* * *
Дома меня встретила Лилия и цепко осмотрела мое лицо на предмет синяков.
— Я видела ролики в сети. Знаю, что все хорошо, — она покачала головой. — Ты немного бледен. Все в порядке?
— Ты меня пугаешь своей заботой, Водянова, — отмахнулся я и направился во вторую гостиную, чтобы сесть в кресло у камина.
Девушка проследовала за мной, но не села на диван напротив. Она встала у окна и принялась поправлять штору.
— Ты впитал в себя энергию той твари, верно? — глухо спросила секретарь.
— Да, — тихо сказал я, не зная, как отреагирует Лилия.
Но она бросила на меня короткий взгляд и отвернулась. Потом кивнула своим мыслям и подошла ко мне.
— Мне нужна камера, чтобы привести запись в порядок.
— Свяжись с секретарем Шереметьевых…
— Я знаю свою работу, Миша, — усмехнулась секретарша и рассеянно погладила меня по плечу. Потом словно очнулась и скрестила руки на груди.
— Вот, — я протянул ей устройство. — Надеюсь, что все вышло как надо.
— Не сомневаюсь, что материал будет отменный. Я подготовлю его и загружу в сеть с твоей страницы.
Потом она повела плечами, словно раздумывая о чем-то. Но лишь вздохнула и направилась прочь.
Секретарша вышла из гостиной, прикрыв за собой дверь. Я вытянул ноги к огню, раздумывая о том, что мне и впрямь не очень комфортно от бурлящей внутри чуждой энергии.
Спустя время Федор принес чай и бутерброды с сыром, ветчиной и грибами. Я тепло поблагодарил слугу, но есть отчего-то не хотелось. Однако я выпил чашку чая.
Меня привлек шорох у двери. Обернувшись, я увидел на пороге девушку в белом сарафане.
— Привет, — я улыбнулся Маришке, и та просияла.
— Княжич, — выдохнула она и подошла ко мне.
Замерла перед креслом, словно не решаясь сесть рядом.
— Все в порядке? — спросил я.
— Не верится, что вы решили меня оставить, — она качнулась с носков на пятки. — Я ведь уже собралась уезжать…
— Ты не обязана быть здесь, если хочешь уйти.
— Не хочу… — она мотнула головой и уселась у моих ног.
Маришка посмотрела снизу вверх, показавшись при этом трогательно беззащитной.
— Уходить не хочу, — пояснила она с готовностью.
— Лилия отдала тебе договор?
— Отдала, — компаньонка отмахнулась.
— Как тебе твоя комната?
На мгновенье девушка нахмурилась, а потом прямо спросила:
— Что-то не так? Вы мной недовольны?
— Все хорошо, — я погладил ее по волосам, ощущая себя неловко. — Просто не привык еще к мысли, что ты теперь моя компаньонка.
— Но вы не жалеете об этом? — с тревогой уточнила она. — Если вам нужно подумать…
— Ты ни при чем, милая.
— Я могу не подписывать бумаги, — девушка подалась ко мне, коснувшись коленей грудью. — Если у вас есть сомнения…
Протянул девушке руку, и она вложила свои пальцы в мою ладонь. Потянув Маришку наверх, я усадил ее на колени.
— Можно, я спрошу вас, — она закусила губу.
— Конечно, — мне вдруг стало тепло от ее близости.
— Почему вы отказались от меня в тот день, в душе? Я что-то сделала не так?
— Мне показалось неправильным воспользоваться своим положением.
— В каком смысле? Воспользоваться?
— Я подумал, что ты вынуждена мне угодить. Но сама этого не хочешь.
— Но я хочу, — с искренней улыбкой сказала девушка. — Вы мне очень нравитесь, княжич.
Затем она взяла мою ладонь и положила на свою грудь. Кожа была шелковистой и горячей. Я и сам не понял, как потянул ворот ее сарафана, ослабляя шнуровку, как скользнул пальцами под ткань.
Девушка тихонько застонала, неожиданно перекинула ногу через мое бедро и оказалась ко мне лицом.
— Мне очень хочется, — шепнула она, справляясь с ремнем на моих брюках.
— Сюда могут войти, — возразил я.
— Никто не посмеет, — она хитро улыбнулась. — Я предупредила, что вам надо остаться со мной наедине.
— Мне надо? — хмыкнул я, но тут же замолчал, потому как девушка коснулась самой чувствительной моей части.
— Точно надо, — довольно кивнула Маришка и тут же добавила, — я так боялась, что вы меня больше не захотите.
— Глупая, — я притянул ее к себе и жадно поцеловал в губы.
Она отвечала с жаром, но как только отстранилась, то тут же стянула с себя сарафан и оказалась совершенно обнаженной. Я слегка отодвинул ее, чтобы освободиться от своей одежды. Маришка нетерпеливо помогла мне, а затем вернулась на место с долгим стоном.
Мне осталось откинуться на спинку кресла и позволить компаньонке делать то, что ей хочется. Она мерно покачивалась на мне, приподнимаясь и опускаясь. Поначалу девушка держалась за мои плечи. А потом выгнулась. Я обнял ее тонкую талию и потребовал:
— Не останавливайся.
Она посмотрела на меня мутным от страсти взглядом, но подчинилась. И спустя несколько движений между нами качнулась тьма. Из меня выплеснулась сила и затопила все пространство вокруг нас. Маришка вскрикнула, беспомощно хватаясь за мои руки. Я прижал ее к себе, коснулся губам ее губ и наше дыхание стало общим.
Каждая мышца натянулась, а нервы напряглись. Меня встряхнуло, словно электрический разряд прошел сквозь тело. А потом его затопило удовольствием, несравнимым ни с чем.
Я очнулся, услышав тихие всхлипы. Маришка положил голову на мое плечо, и я отвел от ее лица влажные пряди волос.
— Все в порядке? — глухо уточнил я.
— Мне так хорошо.
Она доверчиво потерлась носом о мою шею. А потом смущенно посмотрела на меня и спросила:
— Вам понравилось?
— Да, — ответил я совершенно искренне. — И все же лучше было бы нам уединиться в спальне.
— В следующий раз так и сделаем, — Маришка не выглядела виноватой, и мне это пришлось по вкусу.
— Тебе надо в душ, — я погладил компаньонку по ягодице, когда она соскользнула с меня и наклонилась за сарафаном.
— Мне бы хотелось побыть с вами, — она неуверенно закусила губу. — Я могу потом вернуться?
— Моя душевая устроит?
— Конечно, княжич, — она буквально засветилась от радости.
— И еще, — я привел свою одежду в порядок, — Не могла бы звать меня на ты?
— Как можно… — пролепетала Маришка и принялась заплетать растрепавшуюся косу, будто это успокаивало девушку.
— Когда мы остаемся наедине, было бы здорово, — предложил я. — Так, мне будет нравиться куда больше.
— Да? — она сглотнула и робко улыбнулась. — Ну, если вам… тебе так лучше. Я постараюсь.
Не знаю, какой бес в меня вселился, но я подхватил девушку на руки и закинул на плечо. Она весело взвизгнула и засмеялась, когда я шлепнул ее по упругой попке.
— Княже, пощадите, — хихикала она, когда я нес ее по лестнице.
Уже будучи на верхней площадке, я увидел Лилию, которая недовольно фыркнула и демонстративно ушла в свой кабинет. Словно не она сама подослала ко мне компаньонку, чтобы сбросил чужую силу.
В спальне мы приняли душ, затем я дал Маришке свою футболку, что привело девушку в восторг. Маришка выглядела такой милой с влажными рыжими волосами. Осмелев, девушка забралась на кровать, и я залюбовался тем, как компаньонка прыгала на матрасе.
— Ты голодна?
Она помотала головой.
— Слушай, — я задумался, глядя на то, как моя футболка облегает ее грудь, — а ты любишь фотографироваться?
Маришка смутилась и густо покраснела. Уселась в изголовье кровати и обняла подушку.
— Мы открываем интернет-магазин, и ты могла бы стать моделью.
— Кем? — недоверчиво переспросила девушка.
— Нам надо будет фотографировать одежду, и я уверен, что она будет шикарно смотреться на тебе.
— Все будет прилично, княже? Вы ведь не просите о чем-то… — она запнулась под моим внимательным взглядом и поправилась, — ты…
— Никогда бы не оскорбил тебя чем-то нехорошим, — уверил я компаньонку.
А потом вспомнил кое о чем. Вскочил и подошел к столу. Там стояла бархатная коробочка, которую мне вручила Водянова какое-то время назад.
Я протянул ее Маришке. Та неуверенно взяла ее в руки и неловко открыла, не сразу найдя защелку. Глаза девушки расширились.
— Это мне? — шепотом уточнила она.
— На браслете наша фамилия. Если ты наденешь его, то станешь частью семьи Морозовых. Мы будем заботиться о тебе. Никто не причинит тебе вреда. Ты будешь моей компаньонкой. Но сможешь уйти, когда посчитаешь нужным.
Ее глаза стали влажными. Маришка вынула браслет из коробочки и приложила к запястью.
— Поможешь? — попросила она и я с готовностью застегнул украшение на ее руке.
— Нравится? — спросил с улыбкой, и девушка кивнула.
— Я ведь не буду сниматься раздетой?
— Ни в коем случае. Ты станешь лицом нашего мерча, если тебе понравится.
— А Лилия Владимировна позволит? — Маришка зевнула, явно утомленная событиями.
— Она наверняка будет рада, что не придется нанимать посторонних на работу.
Угукнув, девушка потерла глаза.
— Ты хочешь спать?
— Как-то я разомлела после… всего, — смущенно призналась компаньонка. — Можно я пойду к себе?
Я потрепал ее по голове и проводил до двери.
— Спасибо, — сказала она и прильнула ко мне перед тем, как уйти по коридору.