Глава 8 Шоу

За шторой раздались странные звуки. В отгороженную зону вошли четверо человек. Двое из которых оказались Пожарские, третий какой-то бесцветный тип с рыбьими глазами, а последней вошла женщина, которую я узнал. Ею оказалась моя преподавательница по актерскому мастерству. Гости уселись у стены, за стол, застеленный красной скатертью, и выглядели донельзя серьезными. Следом явился ведущий и громко, на камеру заявил:

— Сегодняшнее испытание «Маска» смогут пройти только самые достойные. Мы пригласим тех участников, которые поняли, что за ширмой скрывается живой человек. Остальные же покинут наше шоу.

Потом он повернулся и театрально указал в мою сторону.

— Итак… А почему сверху не набросили пелерину? — взвизгнул он, всплеснув руками.

— Стоп камера, — послышалось сверху. — Скройте Маску под накидкой.

— Это разве так сложно? — продолжал разоряться ведущий. — Почему я должен тратить время на повторы? И не только я, — спохватился мужчина, вспомнив об остальных присутствующих.

Меня уже обернули в подобие геройского плаща на завязках вокруг шеи такого же алого цвета, как и маска. Но ведущий продолжал разоряться, словно ничего не видел.

— С кем приходится работать? Бездари! Бесталанные! Никчемные… — он потер виски и скорчил страдальческую мину. — Неужели непонятно, что у меня разболелась голова? — проорал он.

Даже меня перекосило от истерики этого паяца. Посмотрев на Пожарских, я убедился, что им тоже не доставляло удовольствия разыгранный фарс.

Тощая ассистентка подбежала к мужчине и протянула стакан и блистер с таблетками.

— Выньте ее сами, — слабо простонал ведущий и подставил ладонь, а потом пискнул, — Быстро!

Затем выпил лекарство и несколько секунд простоял, запрокинув голову. В белом холодном свете, который бил сверху, стали заметны мешки под его глазами, набрякшие щеки и полоса тонального крема на тяжелом подбородке. Я с трудом сдержал язвительный комментарий о том, что часики тикают, а он не молодеет.

— Я готов, — выдохнул он наконец и провел пальцами по залаченным волосам. — Включайте камеру.

— Камера. Мотор, — напряженно прозвучало надо мной.

Ведущий вмиг преобразился, вновь став участливым, и указал на меня:

— Итак, перед нами некто, скрытый под маской. Некто, о ком никто из участников ничего не знает. Никто и ничего не знает о Маске, — весомо уточнил актер. — И только я, Ринат Барашкин, знаю правду. Однако, участники должны убеждать не меня, я всего лишь ведущий, — он развел руками, словно показывая свою непричастность к происходящему. — Они должны убедить человека под Маской. И наших экспертов. А сегодня за ходом испытания следят…

Свет переместился к гостям и вычленил рыбоглазого.

— Бывший глава безопасности Синода — Абрам Климов.

Названный мужчина важно склонил голову.

— Неподражаемая Роза Вавилова, из школы которой вышли многие актеры Империи, в том числе и ваш покорный слуга.

Женщина лучезарно улыбнулась и послала ведущему воздушный поцелуй.

— И сегодня у нас вместо третьего приглашенного эксперта сразу два великолепных мастера ведьмачьего дела! — воскликнул Барашкин. — Неподражаемые в своей силе и ловкости Иван и Марья Пожарские!

Близнецы взялись за руки и подняли их вверх, приветствуя зрителей по ту сторону экрана.

— Я рад видеть на нашей передаче таких достойных людей. Именно они являются гарантом того, что у нас все проходит без обмана. И если кто-то из участников сможет перехитрить, к примеру, меня, — Ринат прижал ладонь к груди, — меня, простого актера театра и кино, то не сумеют ввести в заблуждение наших экспертов, Маску и вас, дорогие телезрители.

— Стоп, снято.

— Прошу перерыв пару минут, — капризно потребовал Барашкин.

Затем подошел ко мне и слащаво улыбнулся.

— Здравствуйте, юноша. Вы не должны тушеваться. Пусть вокруг вас столько известных людей. Но постарайтесь не пялиться на всех, когда вам придется снять маску. Также попробуйте говорить достаточно связно.

— Я умею вести себя, господин Барашкин, — мягко ответил я. — Вавилова дает мне уроки мастерства, а Леснов занимается со мной риторикой.

— Да? — удивленно уточнил мужчина. — Вам повезло с учителями. Не всем по карману… — он скривился, словно сказал то, чего не хотел.

Но меня это не обмануло. Ринат контролировал себя.

— Чужие карманы меня мало интересуют, — все тем же тоном произнес я. — Сейчас я хочу не подвести команду и хорошо сыграть свою роль.

— Безусловно. Вам стоит беспокоиться об этом, — кивнул мужчина и занес руку, чтобы хлопнуть меня по плечу.

Но вовремя ее отдернул и провел пальцами по своим волосам. Я понял, что воздух вокруг нас стал прохладным. Ринат торопливо отступил, вернулся в центр площадки и выкрикнул:

— Я готов. Включайте камеру.

Первым в студию вошел высокий парень со взъерошенными волосами грязно желтого цвета и янтарными линзами.

— Ва Дим Фаро, — произнес Барашков торжественно, сделав ударение на последнем слове фамилии.

«Он говорит с духами, впадая в транс. Сейчас будет орать и танцевать. Постарайтесь не дернуться от неожиданности», — послышалось в моем ухе.

Парень раскинул запартаченные дешевыми татуировками руки в стороны и начал вращаться вокруг себя. Он кружился все быстрее. Его расшитый цветными нитями халат поднялся, образовав тугой купол вокруг бедер. Из-под него показались тощие лодыжки, украшенные потекшими чернильными рисунками. Парень взвыл, и голос его возносился к потолку, становясь все пронзительнее. Хотелось закрыть уши. И похоже не мне одному. Ринат с трудом сохранял на лице маску безмятежности. Пожарские скривились. Вавилова продолжала улыбаться. А Климов откровенно скучал, осматривая собственные пальцы.

Наконец, парень перестал орать и кулем свалился на пол. Произошло это так неожиданно, что Марья даже охнула и подалась вперед, чтобы рассмотреть бедолагу.

Тот глубоко и часто дышал. Пьяно качаясь, он стал подниматься, но похоже, кружение сказалось на его вестибулярном аппарате. Именно потому претендент на звание победителя шоу не сумел подняться на ноги и остался сидеть. Но смог притвориться, что так и было задумано. Ва Дим начал покачиваться из стороны в сторону и замычал. А потом раскрыл глаза и уставился на меня.

— Вижу…- с придыханием выдал он, — вижу… девушка зовет и плачет. Она…

— Вы говорите о Маске? — вкрадчиво спросил его Ринат.

— Да… это о ней… о нем… — парень тряхнул головой, словно пытаясь собраться. — Духи слишком громкие. Они говорят сразу все. И я никак не пойму.

— Постарайтесь, — неожиданно холодно потребовал Климов и спокойно выдержал колючий взгляд ведущего.

— От Маски исходит сила… мужчины, — проскулил Ва Дим.

— Он мужчина? — допытывался бывший безопасник.

— Женщина кричит, — вновь заныл Фаро и стал раскачиваться.

Но неожиданно замер и потом вскочил на грязные от растекшихся татуировок ноги и ткнул в меня пальцем.

— Это он. Мужчина. Молодой… — парень принялся топтаться на месте. — Он приехал издалека. Издалекааааа…

Мне хотелось подойти к нему и двинуть по крысячьей морде. Даже без подсказок было очевидно, что Фаро — обыкновенный проходимец. Наверно насмотрелся всяческих передач, вроде битвы, выкрасил волосы, купил цветные линзы, придумал себе легенду и решил попытать удачу.

Пока я рассматривал экспертов и стоящих в тени ассистентов, клоун продолжать бормотать.

— Парень. Приехал издалека. С деревни. Сел на высокий стул.

Он взмахнул руками и попытался вновь начать крутиться, но Ринат его остановил резким уточнением.

— О каком стуле речь?

— Титул, — выпалил разгоряченный своим выступлением Ва Дим. — Он приехал и получил фамилию. Стал высоко. Занял свое место.

Я невольно подумал, не видна ли этому пройдохе моя обувь. Но посмотреть я не решился. Еще примут за знак, который я подаю этому оборванцу.

— Что-то еще вы можете сказать про Маску? — мелодичным голосом спросила Вавилова. — Сосредоточьтесь, любезный.

Фаро горделиво вскинул голову и недовольно посмотрел на женщину. Только она легко выдержала этот взгляд и ласково улыбнулась:

— Уверена, вы сможете сказать больше.

— Духи не любят вмешательств, — обиженно фыркнул он и принялся выдергивать нитки из потрепанных манжетов халата. — Я больше не слышу их.

— Уверены? — спросил Климов с ехидной усмешкой.

— Да, — парень поджал губы и обиженно посмотрел на меня. — Я знаю, что это парень, из деревни приехавший. И титул здесь получивший.

— Ну что ж, — Ринат развел в стороны руки и повернулся ко мне. — Я попрошу Маску показать нам свое лицо. Мы готовы узнать, правильный ли ответ духи дали Ва Диму Фаро.

Тут снова объявили короткую паузу, во время которой меня снимали крупным планом со всех сторон. Кто-то делал фото, и мне приходилось щуриться от вспышек.

— Маску снимайте, взяв ее за подбородок и потянув наверх. Чтобы волосы не растрепались, — тихо подсказала мне девушка, которая приподняла маску и проверила, не блестит ли кожа. — Вы хорошо выглядите.

— Спасибо, — я тепло улыбнулся ей. — Вы мне льстите.

Претендент в это время выглядел совершенно отрешенным. Он не нервничал, словно знал, что не ошибся. Я заподозрил, что ему сообщили некоторые сведения о Маске, которые он и выдал за подсказки духов.

— Итак, — возвестил о новой сцене Барашкин. — Пришло время сбросить маску.

Я снял морду демона, явив свое лицо и парень ахнул.

— Мне знаком этот человек, — залепетал он. — Я видел его. Это ведь темный ведьмак! Верно? Теперь понятно, почему духи были так встревожены.

— Вы говорили о крике женщины, — иронично напомнил ему Пожарский.

— Я и сейчас слышу эхо ее плача, — насупился Ва Дим. — Молодой ведьмак обидел женщину, которую оставил в деревне. Она стенает и плачет. Я боюсь, что она уже неживая. И это ляжет проклятьем на плечи Морозова.

— Она была жива, когда я ее обидел? — участливо уточнил я. — Или вы говорите, к примеру, об упырихе, которую я невежливо упокоил?

Фаро сглотнул и покосился на Рината. Но тот продолжал изображать любопытство.

— Не понимаю, — проворчал парень. — Если вы позволите мне взять вас за руку…

Я представил, как недоумок прикоснется ко мне. От этой мысли внутренне передернулся. Что не укрылось от внимания Барашкина. Он тут же хитро ощерился:

— Раз вам нужно…

— Нет, — добродушно улыбнулся я и выставил перед собой ладони. — Я боюсь, что этим смущу духов, которые помогают Фаро. Если они кричали только в моем присутствии…

— Согласен, — торопливо закивал парень. — Мне не пристало касаться темного. Это может мне навредить.

Ринат с трудом скрыл разочарование и нехотя попрощался с претендентом.

— Что ж, эксперты решат, насколько близок был к правде Ва Дим Фаро. А что скажет нам княжич Морозов? Вы обидели девушку в Муроме?

— Об этом стоит спросить девушку, — я пожал плечами. — Мне кажется, что я был учтив и приветлив со всеми, кто жил по соседству. Но я пристрастен и не могу быть объективным.

Вавилова едва заметно кивнула, явно одобряя мой ответ. Пожарский открыто усмехнулся и довольно громко проговорил:

— Кто из нас не обижал девушку, когда сбегал от нее поутру.

— Иван, — шикнула на него Марья, но в ее глазах скользнуло лукавство.

Климов посмотрел на часы и вздохнул. Уточнив:

— Долго еще? Сколько там еще этих одаренных?

Одаренных с приставкой «особо» было немало. Но запомнились они не все. Лишь некоторые запали в память. Одна из них была дородная бабища, называющая себя шаманкой. Она обладала громким голосом, была увешанная небольшими колокольчиками поверх широченного платья. Баба неожиданно бойко скакала по площадке и умудрилась свалить осветительный прибор. После чего получила выговор. Но это не сбило с нее боевого настроя. Женщина заявила, что во мне сидят две души мужская и девичья, при этом одна позаимствованная у моего близнеца, погибшего после родов. Может она решила, что все именно так, из-за экспертов Пожарских. Но балов за это от княжеских детей она явно не получила. Те скривились и с отвращением следили за уловками претендентки. Которая не стала отказываться от своих слов, когда увидела меня без маски.

— Вы же подкидыш, — нагло заявила отбитая баба. — Откудава знать такому, скоко приплоду было в матери? В брюхе мамском была еще девка, которую удавили при родах, чтоб не кормить лишний рот.

— Я знаю свою мать, — холодно усмехнулся я и отчего-то посчитал нужным добавить. — И Морозовы ценят своих. Никто бы не посмел поднять руку на дочь князя.

Баба забурчала что-то под нос и собрала разбросанные по полу колокольчики, которые сыпались с нее как иголки с высушенной после праздников новогодней елки. Провожала ее действия напряженная тишина. Даже Барашкин не посмел хоть как-то прокомментировать ее уход. Лишь потом неуверенно спросил:

— Она точно не сбежала из дома скудоумия? Как-то неловко вышло. Простите княжич.

— С блаженных спроса нет, — сухо ответил я.

Однако заметил, как из павильона за бабой вышла пара охранников мрачного вида.

Затем явился старец с белесыми глазами, которого под руку вел небольшой скрюченный мальчонка. Правда, я засомневался, кто кого водит, когда старик толкнул ко мне своего поводыря. Видимо, он ожидал, что из-за этого с меня слетит мантия или я подам голос. Но я остался неподвижен, а ассистенты тотчас оттеснили от меня предприимчивого юродивого.

Потом какой-то бородатый мужик совершенно обнаженный, вбежал на площадку. Но его быстро вывели охранники. При этом мужик яростно отбивался и орал, что женится на бабе с трона, потому как видел ее во сне и знал, что у них родится великий полководец.

Под конец устали все. Даже Барашкин, который продолжал бодриться под камерами. Я невольно подумал, что он и впрямь профессионал, несмотря на истерики, которые ведущий закатывал между сценами. Даже умудрился уволить одного и того же ассистента, которого потом сердечно благодарил за помощь.

— Вот перед тобой подходил чудак, — горячо сообщил Ринат парню. — Был бы он как ты — я бы и слова не сказал. Теперь на его место встанешь ты и будешь работать.

— Спасибо, — работник даже не дрогнул после такого заявления и вновь был обруган на следующей паузе между сценами.

Сотрудники студии реагировали на это поведение спокойно, видимо, привыкли к выходкам Рината. Впрочем, и эксперты вели себя отстраненно во время перерывов.

— Господа и дамы, есть возможность сделать долгий перерыв, размяться и перекусить, или поднажать и доснять материал. Какой вариант вас устроит? — спросил голос режиссера.

Мы все едва ли не хором выразили желание быстрее закончить съемку. Я лишь попросил воды.

Именно в этот момент на площадку зашел странный мужик, замотанный в светлую ткань. Он напомнил мне монахов, живущих в горах. Капюшон одеяния скрывал часть лица, широкий пояс был обмотан вокруг торса, делая его халат довольно тесным. Узкие штаны от стоп до колен были обмотаны шнурками, которые удерживали кожаные тапочки, сплетенные на манер лаптей. В руках вошедший сжимал деревянный посох.

Мне было сложно испытывать любопытство, после всех увиденных за день фриков. Но все же я сохранил прямую спину и ждал начала представления.

«Этот мужчина зовет себя Отступник. Он считает, что принадлежит к ордену каких-то борцов… за что-то…», — я слышал, как суфлер листает страницы с записями.

— Я пришел, чтобы восстановить мировой порядок, — произнес мужчина, постепенно повышая голос. — Вижу, что под покрывалом скрывается тьма.

Мне подумалось, что дома сегодня на обед были макароны по-флотски. Наверно еще и булочки с тмином. Осторожно сглотнул голодную слюну и выдохнул.

— На троне сидит пришлый! — продолжил мужик. — Он враг нашего мира. Ворвался в него против воли небес,

«О, как», — подумал я и посмотрел на экспертов.

Те откровенно скучали и не были впечатлены выступлением Отступника. Кажется, только подписанные контракты заставляли их не бросать в бедолагу помидоры. Или отсутствие самих помидоров.

— Он пришел из-за грани, и за нее должен уйти! — воскликнул мужчина.

Затем Отступник бросился в мою сторону. И я вскочил с кресла, активируя плетение. Боковым зрением заметил, как встают из-за стола Пожарские. В воздухе разлилась Сила.

Но возможной драке помешала охрана. На площадке появились двое крепких парней в строгих черных костюмах. Один из них взмахнул рукой и Отступника окутала сеть. Парень упал на пол и резко обмяк. Видимо, способность парализовала умение обращения с Силой. Бойцы подхватили его и потащили к выходу.

— Стоп! — крикнул ведущий.

И я ждал очередной истерики по поводу срыва съёмок, но Ринат сиял как начищенный рубль.

— Отлично, — крикнул он. — Идеально! Зрители такое любят. Потасовка на съёмках! Небольшой перерыв и продолжим!

Я устало плюхнулся в кресло. Значит, это было частью сценария? Или импровизация одного из местных чудаков? Но как он догадался, что я пришлый? И что за грань имел в виду? А, ладно. Осталось дождаться, пока закончатся съёмки. И я наконец доберусь до дома.

К счастью, больше происшествий не было. Несколько фриков исполнили свои номера под унылые зевки экспертов. И режиссер наконец объявил:

— Стоп. Снято. Все прошло идеально. Всем спасибо.

После чего я тепло попрощался Вавиловой. Она шепнула, что сегодняшнее выступление пойдет в зачет экзамена, и добавила, что рада моим успехам. Климов вышел прочь ни с кем не говоря. Пожарские казались немного сонными, что не мешало сестре напомнить мне про нашу договоренность о встрече. Но больше всего меня удивил Барашкин. Тот пожал мою ладонь и сообщил, что давно ему не работалось так легко, как сегодня. Я не стал воспринимать его слова всерьез, но нашел в себе силы ответить:

— Я смотрел ваше шоу и был рад оказаться с вами на одной площадке.

— Эх, жаль, что у меня с собой нет моей последней книги. Но я обязательно при случае подарю вам ее с автографом! Вам будет полезно почитать на досуге “Волшебный жезл всевластия”.

— О, — не нашелся я с ответом.

— Она о том, что мир принадлежит мужчинам, — многозначительно добавил актер и подмигнул мне.

Пришлось улыбнуться и кивнуть. Иначе он принялся бы цитировать свой бестселлер. Вряд ли я сумел бы вынести подобную пытку.