Глава 22 Возрождение

Васса запрыгнул в лодку. Я собирался последовать его примеру, но остановился на залитых красным досках. Что-то не давало мне покоя. Я обернулся и взглянул на лежащее на палубе тела. Обомлел, но не смог отвести глаз. Заморгал, пытаясь отогнать морок. Но он и не думал исчезать.

Раскинувшееся на полу тело молодого парня начало изменяться. На перемазанном кровью лице проступали едва заметные мелкие морщинки, в красных слипшихся волосах засеребрилась седина. Мертвец начал быстро стареть. Он буквально на глазах сделался шире в плечах. Кости лица разъехались.

— Поторопитесь, мастер Морозов, — послышался за спиной голос императора. — Или вам так понравилась эта яхта? Могу вам её подарить. Только за клининг придется заплатить со своего кармана.

Пришлось вновь воззвать к хладнокровию, чтобы не сделать глупостей.

Я шагнул к летучему кораблю, перемахнул через борт, встал за штурвал.

— От винта! — со злым весельем крикнул Васса, и судно послушно взмыло в воздух.

Я покосился на стоявшего рядом императора. Лицо Васа менялось. Разглаживались морщины, плыли черты лица. Нос заострялся, челюсть стала уже. Повелитель молодел и становился похожим на сына, которого мы оставили мертвым на палубе яхты. И только теперь, я начал понимать, что задумал этот тип. Догадался, во что вляпался.

— Тот труп на корабле превратится в императора Васа? — уточнил я, кивнув в сторону судна.

Мой провожатый тяжело вздохнул и растрепал свои темнеющие волосы:

— От тебя ничего не скрыть, Михаил Владимирович.

— Он сказал, что вы пожираете его. Что этот парень имел в виду?

Мотор перестал урчать, и наш транспорт завис над водой. Под самым днищем лодки медленно проплыло что-то огромное со светящимися пятнами на темной шкуре. Спустя пару секунд чуть поодаль в воздух вырвался фонтан воды.

— Он имел в виду то, о чем сказал, — спокойно пояснил Васа. — Когда мои дети умирают, я могу впитать в себя их силу. Это особенность моего таланта.

— Зачем?

— Только цикл приношения жертв местным кровавым богам, позволяют мне жить практически вечно. Но вобравшего в себя столько силы, обезумевшего сынулю сложно убить. А тёмный ведьмак, да ещё и впитавший силу демона…

— То есть, я стал участником наёмного убийства? — перебил его я.

— И не первого в моей стране, не так ли? Или ты станешь отрицать, что вместе с той девкой убил жреца и сделал это преднамеренно?

— И все для того, чтобы жить вечно, — проговорил я с едва сдерживаемой яростью.

— Нет. Я делаю это не для себя, — с неожиданным жаром воскликнул мужчина. — Эта страна обречена. Она должна была сгинуть многие столетия назад. Культы развращают людей, традиции принуждают их проливать кровь. И только сильный правитель способен удержать Мезоамерику на плаву. Такой, который не поддается страстям, кто умеет управлять и контролировать.

— Как того парня на яхте? — ядовито осведомился я. — Контроль мощный, не поспоришь.

— Мой род не может дать хорошего потомства. Слишком долго страна была в изоляции и не пускала свежую кровь в свои фамилии.

— Зато пускала кровь друг другу, — добавил мстительно и скрипнул зубами. — Вы выбрали меня не случайно, так?

— Я следил за твоими передвижениями с момента появления в городе русского ведьмака. Не ожидал, что мне так повезет. Признаться, я хотел подставить Кавиля.

— Значит, вы знали, кем он являлся?

— Я повелитель этой страны не номинально, мальчик. И, конечно же, я знал, кого взрастил в себе глупый жрец. Я позволил ему крепнуть, чтобы однажды он смог подарить мне молодость.

— Почему так важно, чтобы убийство вашего потомка совершил кто-то другой?

Сейчас императору на вид было не больше двадцати лет. Он подтянул завязки на ослабшем поясе шаровар, отбросил за спину длинные черные волосы.

— Иначе сила станет отравленной. Она не будет мне полезной. Да и местные дознаватели смогут понять, кто убил «императора». Оттенок силы можно легко вычислить.

Я понимал, что Васа пользуется данной мной ранее клятвой. Она не позволит мне рассказать хоть кому-то о произошедшем. Удобный дар у местного хозяина.

— Детей у меня множество. Не каждый отдает мне свой облик, а только тот, чья сила достаточно развита.

— То есть вы позволили Дало набрать силу с помощью кровавых ритуалов.

— Все не так, — с недовольством проворчал парень и сплюнул в воду. — Я бы с радостью передал власть любому из своих отпрысков, если бы он был достоин. Я очень долго живу и устал…

— Вранье, — прервал я самодовольный монолог. — Если бы это было так, то императору хватило бы мудрости воспитать себе достойную смену. Но вам выгодно растить для себя мясо. Чтобы в нужное время отвести его на убой.

— Много ты понимаешь, мальчик, — Васа полоснул меня злым взглядом. — На моих плечах ответственность за целый континент. Если падет Мезоамерика, то рухнет и остальной мир.

— Неужели? — я иронично поднял бровь. — Или никто не заметит ушедших в небытие майя и продолжит жить, словно их и не было.

Император окаменел, и каждая мышца на его теле напряглась.

— Не стоит делать глупостей, повелитель, — холодно сказал я. — Вы живете в золотой клетке. Привыкли, что за вас исполняют грязные дела и подчиняются приказам. А я молод и голоден. Я дорого продам свою жизнь. И вырву у вас хороший кусок. У вас есть еще один подходящий потомок, которого можно принести в жертву вашему величеству?

Васа не ответил. Но по его виду я всё понял. Он собирался рискнуть. Поэтому развернулся к императору, и, сузив глаза, уточнил:

— Вы ведь знаете, как устроены эти миры?

— О чём ты, Михаил Владимирович? — сделал удивлённый вид Васа, но по предательски дёрнувшемуся веку я понял: он в курсе, о чём речь.

— Ты мироходец, — я отринул вежливость и указал на его предплечье со следами татуировки, которая проявилась на загорелой коже. — Рисунок не до конца перекрыт.

— Сделал по глупости в восьмидесятых, — скривился парень. — Это было много веков назад. При переходе время искажается. И там, быть может, прошло года два.

— Чуточку больше, — я не стал вдаваться в подробности. — Так вот: я тёмный ведьмак, как ты правильно сказал. И человек, когда надо, настойчивый. И хочу тебя предупредить: если со мной хоть что-то случится — я вернусь, Император. И я найду тебя. Я сменю власть в этой империи. Если у меня не получится с первого раза, я приду во второй. И в третий. Ты будешь жить вечно, но я никогда не умру. А значит, буду учиться. Чтобы однажды убить тебя.

Васа побледнел, что стало заметно даже на его смуглой коже.

— От тёмного сложно избавиться. Мы имеем талант договариваться со смертью. А мой компас, — я многозначительно посмотрел на часы императора, — поможет вернуться столько раз, сколько я пожелаю. Просто знай, Вася, что Морозов мстителен и плохо убиваем. И если поставит перед собой цель, то добьется. Надеюсь, мы друг друга поняли?

Желваки на лице императора заиграли. Он зло посмотрел на меня, но я спокойно выдержал его взгляд. А затем, парень расхохотался и хлопнул меня по плечу:

— У меня такого и в мыслях не было. Но я тебя услышал, мастер Морозов. Уважаю прямолинейность и честность.

В его словах чувствовалось, что он чего-то не договаривает. И впервые в жизни, я пожалел, что со мной не было скорби. И Александра, с его встроенным детектором лжи.

Парень стал у перил и склонился, поводя рукой над водой. Словно повинуясь его движениям, в глубине скользили светящиеся полосы, которые, как я понял, принадлежали китам.

— Во время перерождения во мне оживают способности всех, кто кормил меня. В эту ночь я особенно силен, — задумчиво произнес император и на его лице мелькнула печаль. — И одинок. Никто не разделяет со мной моего величия. У меня даже нет достойных врагов. Это очень грустно, Миша.

У меня пересохло во рту. Я подумал, смогу ли на самом деле вернуться, чтобы выполнить обещанное. Но тут же в моей душе появилось знание: «Еще как смогу. Куплю билет у хозяина перекрестков за любую цену и вернусь столько раз, сколько понадобиться». В этот момент я вдруг по-настоящему успокоился.

— Ты оставил на яхте тело императора, — напомнил я. — И его накидку. А еще там следы моей силы.

— Все это просто случайность, — Васа криво усмехнулся.

— И ты не задумал обвинить меня и Российскую Империю в попытке государственного переворота?

— Что за глупости? Я бы не стал предавать земляка.

— Мы оба знаем, что все куда сложнее, — не уступал я. — Я умру на допросе, а с новым возвращением смогу говорить правду, более не сдерживаемый клятвой. И я найду тех, кто захочет слушать темного.

— Мир сошел с ума, — покачал головой Васа. — Знаешь, я устал и хотел бы уйти на покой. Поселиться на небольшом островке, выложить очаг из камня завести овец, которых можно водить на пастбище и отгонять от них волков.

— Палкой, — закончил я за собеседника, но не улыбнулся.

Я напряженно смотрел на него, понимая, что ничего не закончено. Эта битва продолжается. И пока не в мою пользу.

— Кто-то должен убить императора, чтобы Дало стал новым правителем, — задумчиво произнес Васа, а потом хитро посмотрел на меня, — двойник старого повелителя может стать телом, которое возможно предъявить дознавателям и похоронить как императорское.

— На меня не рассчитывай, — я нахмурился.

— У бедолаги уже пару лет как стоит крохотный имплант в голове. Я предусмотрел этот вариант на случай непредвиденных обстоятельств. При особых условиях он уничтожится, разорвав пару сосудов.

Я содрогнулся, осознав, что император продумал даже это.

— И никто не узнает, что причиной была чужая воля.

— Твоя, — проговорил я, почти неслышно и внезапно похолодел, — Вагош обо всем знала? Она была в курсе твоего плана?

— Эта девчонка? — Васа развеселился. — Запомни, Миша: хочешь сделать что-то хорошо — сделай это сам.

«Вот только своего наследника тебе нельзя убить самому», — подумал я, но говорить такого вслух не стал. Не стоило продолжать эту игру.

— Осталось совсем немного… — сказал парень скучающе и предложил, — отойди-ка, Морозов. Дядя Вася сейчас сотворит большой бум.

Я сделал пару шагов вправо, а император расставил ноги шире и развел руки в стороны.

Не смотреть не вышло. Как завороженный я наблюдал, как вокруг яхты скользят тела китов. Неожиданно один из них с силой ударил по корпусу хвостом. Другой толкнул лодку широким боком. Вода окрасилась красным. Это я увидел отчетливо, так как включенное ночное зрение позволяло замечать все. Раненое животное отчаянно бросилось на яхту, погребая ее под своим телом. Треугольные плавники рассекали водную гладь, стекаясь со всех сторон на неожиданный пир.

— Как… — прохрипел я пораженно.

— Дало умел заставлять живых рвать друг друга на куски. Он любил это…

Я решил, что не стоит говорить Васе, что его сыночек набрался талантов от родителя. Было видно, что повелитель наслаждался моментом. Его кожа переливалась красными всполохами. Глаза горели фанатичным огнем. Губы кривила безумная улыбка.

Император перевел на меня шальной взгляд и спросил:

— Разве ты не желал бы испытать подобную власть? Не хотел владеть чужими жизнями и повелевать ими?

— Я хочу вернуться домой, — спокойно ответил я. — Сесть за стол со своей семьей и сказать им, что все будет хорошо. И не соврать при этом.

— Ты так молод, — фыркнул парень. — Однажды тебя перестанут волновать такие мелочи. Простые вещи больге не будут трогать душу…

Он продолжал говорить что-то пафосное и наверняка кажущееся ему важным. А я подумал, что Александр ждет меня в номере отеля и наверняка переживает. Особенно если сериал завис, как уже случалось. Еще вспомнилось, что стоит купить сувенир для Лилии. Какую-нибудь ракушку, которая будет ее раздражать всякий раз, когда запылиться. Маришке надо взять масло для волос. Федору понравится баночка специй. И брату следует найти какой-нибудь ножик в подарок.

— Загостился я у вас, повелитель, — сказал я негромко, когда мужчина затих. — пора и честь знать.

— Уже? — удивился Васа. — Мы же решили все разногласия. И предлагаю тебе съездить на имперскую охоту.

Я вспомнил кошечку — питомца Вагош и покачал головой. Хватит с меня кровавых зрелищ.

— Дела семьи ждут, повелитель. Может, в следующий раз я приеду к вам на более внушительный срок.

Мы оба понимали, что я не вернусь сюда по своему желанию.

— Я хочу попросить тебя об одолжении, — не унимался Император. — Моя дочь… сестра, — тут же поправился он. — Так вот, она будет рада понести от тебя.

— Что? — я опешил и с трудом заставил себя закрыть рот.

— Алиментов требовать с тебя никто не станет, — беззаботно продолжил Васа. — Я бы сделал нашего с тобой потомка наследником.

На моем лице появилось какое-то нехорошее выражение, от которого император откашлялся.

— Ты не так понял, — вкрадчиво продолжил он. — Я бы вырастил достойного преемника твоей крови.

— Я свинкой в детстве болел, — резко отчеканил я.

— И? — не сразу понял Васа.

— И детей иметь не могу.

— Точно? — нахмурился император.

— Точнее некуда, — вдохновенно врал я, ощутив, что теперь способен это делать.

Может причина в том, что силы императора сейчас были направлены на другие дела. Но получилось продолжить, тем более, часть была правдой.

— Мне девушка заявила, что беременна. Но оказалось, что не от меня.

— А что говорят врачи? — озабоченно допытывался разочарованный повелитель.

— Что на подгузники мне тратиться не придется. Но я могу стать хорошим приемным отцом. Ведь не тот, кто родил…

— Ну да, — кисло отозвался парень и равнодушно взглянул туда, где пировали акулы, поглощая трупы. — Тут мы уже не нужны. Пора возвращаться во дворец Михаил Владимирович. Ты готов?

Я кивнул, взялся за штурвал, и корабль, развернувшись, полетел в сторону пирамиды.

В спину дул стылый ветер. Плащ не давал мне замерзнуть, но внутри разливался холод. Реальность происходящего накрыла меня волной. Некоторое время мне казалось, что Никон и Синод — необходимое зло. Что именно их мне стоит опасаться. Потом появились хранители времени, грозящие выбросить меня из этого мира. Но оказалось, что у мрака есть другие лица. Одно из них было императором Мезоамерики.

Кажется, повелитель понимал, о чем я думаю и не мешал принимать новые открывшиеся мне правила игры. Он чему-то улыбался, накручивая шелковистый локон волос на тонкий палец. Потом, кажется, опомнился и снял несколько колец, чтобы сунуть их в карман.

— Не стоит показывать имперские перстни, — лениво объяснил он. — Пару дней после перерождения я не могу пользоваться своими силами. И меня будут видеть. Странно это.

Он пожал плечами, став похожим на хулиганистого мальчишку. А потом перегнулся через руль и приказал:

— Включить автопилот.

— Команда отклонена, — спокойно произнес электронный голос.

— Что? — возмутился Васа.

— Включить автопилот, — повторил я и аппарат тотчас снизил скорость и мягко поплыл по воздуху.

Император недовольно пыхтел, явно переняв не только внешность, но и порывистость сына. Интересно, что еще он заполучил от Дало? Хотя нет, неинтересно. Не хочу знать о наклонностях перерожденного повелителя.

Судно подошло к нужной пирамиде. Там я увидел у входа маленькую фигурку в белой одежде. Вагош ни с кем не получилось бы спутать. Среди ярких аборигенов она казалась особенной.

— Туда рули, — приказал Васа и я подчинился.

Авиалодка остановилась у порога, заставив стражу вытянуться по струнке, а ведьмачку попятиться. Но когда она рассмотрела меня, то шагнула вперед.

— Михаил Владимирович, вы покинули прием…

— Он катался со мной, — громко перебил ее Васа и спрыгнул на дорожку, перемахнув через закрытую дверь.

Мне не понравился взгляд, которым парень окинул Смертопряд. Девушка тоже заметила странный интерес венценосной особы и коротко поклонилась.

— Как насчет того, чтобы прогуляться, девочка? — спросил император расслабленно.

— Нет, — жестко оборвал его я.

— Что? — развернувшись на пятках, парень уставился на меня с яростью. — Мне не говорят такого.

— Вот станешь императором, тогда и заявляй подобное, — отмахнулся я с нажимом. — Дало, ты собирался отдохнуть после прогулки.

Лицо повелителя вытянулось, и лишь потом он медленно кивнул.

— Ты прав, дружище. Мне надо поспать немного. И наверно одному.

Он бросил на Вагош многообещающий взгляд и пошел прочь.

Я смотрел ему в спину и думал, что землячку стоит спасать. Васа заразился от своего сына безумием. Хорошо, если оно выветрится за пару дней. Но что-то мне подсказывало, что не стоит на это рассчитывать.

— Вагош, тебе надо собрать самые важные вещи и поехать вместе со мной на русалью неделю.

— У меня есть дела…

— Нет, — я покачал головой. — Нет у тебя дел.

— Ты чего? — нахмурилась она. — Что случилось? Ты не хочешь оставлять меня тут?

— Я своих не бросаю. Русские должны держаться вместе.