Глава 4 Дома лучше

Тема разговора сменилась на обсуждение прошедшего фестиваля и остаток дороги Никон не возвращался к речам о заговоре. Синодника заинтересовало, что я думаю о состоявшемся мероприятии. Виктор же молчал, следя за дорогой.

— К слову о семьях, — продолжил Никон. — Сергей Петрович неплохой боец, который может усилить ведьмачью семью.

Я поморщился, понимая, к чему клонит куратор. Принимать Суворова в мои планы не входило. Да и Денис скорее всего тоже будет против. В последнее время у него много работы, в которую он не посвящает даже меня. К тому же с новым членом семьи будет сложно скрывать одного из Морозовых, который долгие годы живет в склепе.

— Боюсь, трое ведьмаков — плохое число, — уклончиво ответил я. — Работа в парах подразумевает четное число бойцов.— Ну, если Суворову дать нескольких подмастерий — он вполне сможет брать несложные контракты, — не согласился Никон. — К слову о подмастерьях. Мастер Морозов, вы не думали открыть ведьмачью школу?

Я едва слышно выдохнул, благодаря куратора за то, что он сам сменил тему. И охотно ответил:

— Эта идея давно не дает мне покоя, мастер Никон. Но всегда находятся более важные дела, чтобы обсудить с братом открытие школы.

— Я слышал, Денис Владимирович теперь очень занятой человек, — кивнул Никон. — Часто выезжает из Снежинска и мотается по Империи.

Я насторожился, а куратор меж тем продолжил:— Это, конечно, его дело. Главное, чтобы причиной его путешествий не заинтересовался еще кто-нибудь из Синода. Все же в Империи настали сложные времена…

— Полагаю, что они всегда были таковыми. Или бывают легкие?

— В этом вы правы, княжич. Спорить не стану. Однако…

Машина подъехала к воротам особняка, избавив меня от неудобного разговора.

— Ну, рад был повидаться, — улыбнулся на прощание Никон, когда я вышел из машины. — Берегите себя, Михаил Владимирович.

— Вашими молитвами — ответил я и захлопнул дверь.

Авто выехало на дорогу, я же направился к крыльцу особняка, где меня уже ждал дворецкий:

— Как прошел фестиваль, мастер? — уточнил он, когда я поднялся по ступеням.

— Достаточно интересно, — ответил я. — Мне понравилось. Где Лилия? Мне нужно с ней поговорить.

— Она читает, — с готовностью ответил слуга, открывая дверь.

Лилия нашлась в малой гостиной. Она сидела в глубоком кресле рядом с камином и держала на коленях большую книгу. Каждую страницу она переворачивала с величайшей осторожностью, взявшись за уголок двумя пальцами. И когда я вошел, отложила на столик и накрыла салфеткой.

— Не помешал? — уточнил я, входя в комнату.

— Все в порядке, Михаил Владимирович, — подчеркнуто вежливо ответила Водянова и сложила руки на груди. — Вы вернулись не под утро, княжич. Решили для разнообразия начать вести себя прилично?

— Можешь мне не верить, — я покачал головой, — но я буду скучать по тебе.

— Ты опять уезжаешь? — нахмурилась девушка и схватилась за подлокотники кресла. — Что случилось? Ты что-то натворил?

— Или не буду, — задумчиво протянул я и занял второе кресло у камина —

— Не будешь что? — уточнила секретарь.

Я откинулся на спинку:

— Скучать. Иногда ты бываешь на редкость стервозной.

— Просто я неудобная, — фыркнула девушка и поправила волосы. — Не умею быть покорной и услужливой. Потому тебе это не нравится.

Я не стал ей говорить, что именно эта черта в ее характере казалась наиболее привлекательной. Пожалуй, поняв это, Лилия начнет тиранить меня с большим энтузиазмом. И превратит мою жизнь в филиал ада.

— Сирены всегда поступают по-своему, — продолжила девушка и нервно усмехнулась. — И тебе повезло, что я помогаю тебе.

— Спасибо, — вежливо поблагодарил я.

— Мне нужно кое-что с тобой обсудить, — Лилия внимательно посмотрела на меня.

— Внемлю вашим словам, — произнес я.

— На фестивале ко мне обратились представители одной крупной компании по созданию чайных сборов, — начала девушка. — И я хотела бы обсудить с тобой их предложение.

— Неужели первый рекламный контракт? — в притворном удивлении ахнул я.

Лилия кивнула:

— Именно. Они хотят, чтобы ты стал лицом их бренда.

Я нахмурился, не совсем понимая, что значит стать “лицом бренда”.

— Они просили несколько рекламных роликов для телевидения, парочку более коротких для социальных сетей, — объяснила Водянова. -А также ты будешь делать рекламные посты с логотипом их фирмы. И пить отвар при журналистах ты будешь исключительно из фляжек того самого бренда.

Я задумался. Звучало это не так уж и сложно.

— И сколько они заплатят? — уточнил я.

— Семьсот рублей, — ответила девушка и тут же добавила:

— В месяц. С последующим повышением суммы.

Я задумчиво потер подбородок ладонью. Сумма была неплохой. Семьсот тысяч рублей, если перевести на деньги моего мира. Нормальная такая зарплата. Но на всякий случай я уточнил у Лилии:

— А это много или мало? Я пока слабо ориентируюсь в суммах.

— Средний ценник для ведьмака твоего уровня, — ответила секретарь. — Можно, конечно, попробовать запросить больше. Но сильно наглеть не стоит.

— Тогда потребуем, — решительно ответил я, и Водянова хищно улыбнулась:

— Почему-то я была уверена, что ты так скажешь. Контракт на твоих условиях?

Я только пожал плечами:

— Зачем идти на поводу, когда можно попробовать диктовать свою волю? Они желают рекламить темный чай с помощью темного ведьмака. Сейчас я единственный из этой касты.

— Резонно.

— Не выйдет — всегда можно отступить на старые позиции.

Лилия кивнула:

— Хорошо. Тогда завтра я обсужу все условия, и если они одобрят — подпишем контракт.

Между нами повисла тишина. Полено в камине хрустнуло, и сноп искр ударился в ажурную кованую решетку. Небольшой уголек покатился по выложенном камнем очагу и замер, постепенно чернея.

— Теперь твоя очередь, — прервала молчание Лилия.

— Ты о чем? — не понял я.

— Ты хотел мне о чем-то рассказать, — напомнила Водянова.

И ведь точно! После беседы с Никоном у меня совсем вылетело из головы то, что я говорил Лилии на фестивале.

— Хотел. Как секретарь семьи ты обязана знать о моих планах.

— Именно, — подтвердила девушка.

— Мне придется на время уехать. И как раз об том я и хотел с тобой поговорить.

— Продолжай, — невозмутимо потребовала Лилия.

— Мне нужно будет покинуть Империю, — начал я.

— По делам Синода? — уточнила девушка.

Я покачал головой:

— По личным.

— Это каким «личным»? Ты поедешь один? — встрепенулась девушка и под моим тяжелым взглядом прикусила губу.

— Да. И хотел, чтобы ты мне помогла. Мне нужно, чтобы ты прикрыла меня перед Синодом, пока я буду отсутствовать.

Девушка задумалась:

— Если скажешь, куда направляешься… — протянула она.

— За океан. В Мезоамерику. Но при этом нужно, чтобы Синод считал, что я в городе.

— Попытаюсь, — ответила Лилия, немного подумав. — Но я не смогу покрывать тебя долго.

Я кивнул, понимая, что рано или поздно Синод обратит внимание на мое отсутствие. Задумчиво забарабанил пальцами по столешнице, размышляя, как можно пересечь границу, чтобы этого никто не заметил.— Я вернусь к русальной неделе.— Решил посмотреть мир? — настороженно уточнила Лилия.

— Ну, можно сказать и так, — уклончиво ответил я.

Девушка поднялась на ноги и подошла к каминной полке. Над ней висел герб семьи, с которого на меня взирал хмурый лев с огненной гривой.

— Почему лев? — спросил я, чтобы разрядить накалившуюся обстановку.

— Твой предок привез из дальнего путешествия шкуру хищника, которого смог победить в честном поединке.

— Льва?

Лилия улыбнулась, и блики огня сделали ее лицо моложе.

— Тот комок меха, засыпанный опилками и солью мог быть чем угодно. Даже ворохом белок. И таксидермист не сумел восстановить добычу Морозова. Сам князь не мог толком сказать, кто это был. Он лишь заявил, что зверь был свирепым и справиться с ним было нелегко. А потом нарисовал его в дневнике.

— Занятно.

— Вышло у него скверно. И животное напоминало не то суслика, не то бобра. И князь согласился, что животина могла быть львом. Его и нарисовали на гербе. А чучело сшили из подходящего по цвету меха. Ремесленник сваял морду из замши и овечьей шерсти, вставил стеклянные глаза. Это самое чучело простояло в кабинете твоего отца…— девушка запнулась и усмехнулась, — Оно стояло в кабинете старого князя до одной попойки, когда его брат, Александр, не спалил его на спор.

— То есть, он и фамильную реликвию сжег?

— Спроси своего наставника. Он наверняка будет рад поделиться подробностями того вечера. Я всего не знаю.

— Ясно, — я улыбнулся. — Старики умели отжигать. Это я уже понял.

— Это опасно? — неожиданно глухо поинтересовалась девушка.

— Что именно?

— Твоя поездка опасна?

— Ну…

— Понятно, что так и есть, — секретарша пригладила волосы, будто ей было нужно занять руки. — Ты должен помнить, что себя надо беречь.

— Я ведь не ребенок и понимаю…

— Ты несешь ответственность за будущее семьи Морозовых. И твоя семья — это не только брат. Но и отступник в склепе. И Федор, тот прохвост — Тихон. Маришка…

— И ты, — негромко закончил за Водянову я. — Ты тоже часть нашей семьи. И если я видел контракт Тихона, примерно знаю обязательства Федора, то совершенно точно не в курсе, какие обязательства и преимущества имеет наша ручная сирена.

Прежде чем я договорил, в комнате похолодало. С последним словом с моих губ сорвался пар. Огонь сделался почти красным и затрещал на поленьях с удвоенной силой.

— Как ты меня назвал? — вкрадчиво уточнила девушка и в ее голосе зазвенел лед.

— Лилия Владимировна, прошу вспомнить, что я княжич Морозов и ваша обязанность — заботиться обо мне.

— Я думаю, что какая-то часть твоего тела вполне может оказаться запасной и необязательной деталью организма.

— Ты уже не переживаешь за меня? — я довольно ощерился.

— Какой же ты гад! И не заслуживаешь, чтобы я беспокоилась о тебе…

Я встал на ноги, преодолел расстояние между нами и сгреб девушку в охапку.

— Мне хочется знать, что ты ждешь меня дома. Не знаю, зачем мне это и нужно ли это тебе. Но просто жди меня, Лиля. Ясно?

— Пусти…— она порывисто вздохнула и стукнула кулачком по моему плечу.

— И ты вовсе не ручная, милая. Ты дикая сирена. Просто дичайшая.

— Сволочь, ты, Морозов.

— Спасибо.

Я мягко коснулся губами ее порозовевшей щеки и добавил:

— Пожелай мне удачи. И мне этого хватит.

— Иногда я жалею, что согласилась с Денисом и позволила вызвать тебя из твоего жуткого мирка. Но с другой стороны, тебя же должен кто-то перевоспитать.

Она наконец оттолкнула меня и отошла на пару шагов назад. Мне показалось, что глаза сирены стали ярче. Их глубина завораживала и тянула к себе. Я решил, что обязательно узнаю, какой контракт Лилия заключила с моей новой семьей. Выясню, что ее держит рядом с нами. И попробую освободить ее. Мне вдруг захотелось, чтобы она была тут по своей воле, а не потому, что обязана.

* * *

Занятие в склепе я решил сегодня пропустить. Прошел в комнату, поставил косу в угол, уселся в кресло и взял со стола планшет. Открыл поисковик и вбил “карта мира”, чтобы придумать, как пересечь океан.

Идею наняться юнгой на баржу, чтобы переплыть в Мезоамерику, я отмел сразу. Мое лицо пусть и нечасто, но все же мелькало на городских баннерах, и в Сети. Но и легальные способы, где нужно отмечать вылет, я не хотел. Так Синод быстро узнает, куда я делся. А дальше могут начаться неудобные вопросы. Можно было бы обсудить это с Виктором, но немного подумав, я отказался от этой идеи. Все, что знает Виктор, может оказаться у Никона. А я не хотел, чтобы даже куратор был в курсе моего отъезда.

На удивление, вариант нашелся довольно быстро. Причем он был вполне легальным. Из Снежинска в Мезоамерику летали чартерные рейсы. И в документах указывались только номера бортов, сохраняя личность отбывшего в тайне. Как говориться, на свой страх и риск, я мог отправиться за океан.

Этот вариант мне понравился, и полистав список компаний, предоставляющих такие услуги, я решил обзвонить завтра все конторы и узнать об этом поподробнее.

Я тяжело вздохнул и положил планшет на стол. Пододвинул к себе тарелку с пышными еще теплыми пирожками, которые кто-то заботливо прикрыл льняной салфеткой. Настоявшийся отвар в толстостенном чайнике тоже пришелся кстати.

— Сделал все, что запланировано на сегодня, — пробормотал я, пережевывая лакомство. — Пора отдохнуть.

“Что? Даже не хочешь посмотреть ролик, который смонтировали синодники для фестиваля”? — послышался из угла ехидный голос наставника.

А ведь точно. Выступая со сцены, я совсем забыл про ролик. Взял со стола планшет, с интересом вбил в поиске нужный запрос.

Результат нашелся почти сразу. И я с любопытством запустил видео.

“Эй, поставь так, чтобы и мне было видно. Я тоже принимал участие в том бою”! — потребовал Александр. И я выполнил просьбу. Не отстанет ведь.

Развернул планшет и включил трансляцию.

Синодники очень хорошо постарались, монтируя видео. От оригинала осталась только орда мертвецов, которая, хрипя и шаркая, брела к деревне. А на встречу с ним вышел парень в черном плаще. Он встал на дороге, снял с пояса косу. Усмехнулся и крикнул:

— Эй, уроды, вот вам мой совет. Разворачивайтесь и идите туда, откуда пришли.

Как и ожидалось, мертвецы никак не отреагировали на слова ряженого. Они остановились, таращась на темного ведьмака затянутыми белесой поволокой глазами. А затем, один из них метнул в меня ледяное копье. Которое я играючи отбил:

— Ну, я вас предупредил.

Дальше пошел вольный пересказ истории про ведьмака, который в одиночку защитил деревню. Мой герой ворвался в толпу, раздавая смертельные удары направо и налево и сея вокруг себя смерть и хаос. На дорогу упали первые упокоенные. Пролилась кровь. Парень же ловко танцевал в толпе, убивая все очередных противников. Некоторые зомби атаковали друг друга, но это было скорее потому, что ведьмак ловко уклонялся от их бросков.

“Синод как всегда в своем репертуаре, — прокомментировал это Александр. — Далеко от реальности. Но красиво”.

Наставник был прав. Видео было абсолютно неправдоподобным. Я бы даже сказал бредовым. Но смонтировано было зрелищно. Ролик захватывал внимание с первых секунд и держал в напряжении до самого конца. Кто-то проделал титаническую работу, посмотрев кадры не один десяток раз. Выбрав хорошие отрывки с зомби и склеив их с работой актера. Смотрелось это на одном дыхании.

Уже к середине видео на одной из ближайших к дороге крыш мелькнул силуэт. А затем в толпу рядом с героем ролика с гудением влетела огненная глыба. Темнейший ведьмак остановился, поднял голову. С крыши ему помахал рукой “Денис”.

— Явился-таки? — усмехнулся я. Один из упырей бросился на меня, но я даже не оборачиваясь рассек его пополам.

— Не одному же тебе сражаться, — прозвучал веселый ответ.

И бой закипел с новой силой. Пока количество противников на видео тем временем сократилось до нуля. А дорога была завалена трупами. Ведьмак выдохнул и опустил косу, с лезвия которой стекала кровь. И тяжело дыша прохрипел:

— Ну вот и все. Окончен бой.

— Ага. Беру портвейн, иду домой, — закончил я и открыл комментарии под роликом.

Шума там было много. Но к моему удивлению, почти все были в восторге. Лишь небольшой процент зрителей усомнился, что такой бой мог быть на самом деле. Но под каждым из таких заявлений были опровержения от “знающих” людей. И судя по их словам, все эти “свои в доску люди” жили в Бергардовке и видели бой лично.

“Синод из всего может устроить красочное шоу, — подытожил наставник. — Не удивлюсь, если в башне уже планируют снять фильм или даже сериал на основе реальных событий”.

Я только зевнул. Привычно уже включил сериал для Александра.

«Другой сезон запусти, олух», — потребовал он и дождался, когда я накину на косу наушники.

После этого я сходил в душ, а потом завалился спать. Снов я не видел. Видимо, совесть не собиралась меня мучать содеянным. Это и хорошо.