Глава 5 · Происшествия

Я рванула на улицу. Дурацкий скользкий пол, идиотские тяжелые двери!

Вылетела на крыльцо и увидела, как двое парней пытались посадить упиравшуюся Эльку в мобиль. Один зажал ей рот, второй пытался впихнуть на сиденье…

— Ублюдки!

Я чудом сдержалась, не выпустила черноту. Ударила чистой энергией — и ближайший урод с воплем отлетел в сторону, врезался в чужой мобиль и рухнул на землю. Его подельник замер, и Элька, воспользовавшись моментом, укусила его за руку. Новый крик, уже выше — подруга не растерялась и пнула между ног. Оттолкнула — и рванула ко мне.

Тьма в шрамах бесновалась. Ближайший скот в приличной одежде поднялся на ноги и шагнул ближе, с улыбкой разведя руками.

— Простите, случилось недоразумение…

Я позволила тьме выйти в мир. Немного, чуть-чуть. Чтобы эта мразь испугалась, как никогда не боялась в своей жизни, чтобы погрузилась в худший кошмар…

Позади хлопнула дверь, и я отозвала хищника. Не время кусать, не время! Эти двое — падаль, не враги!

Ильич за час до приема почти силой влил в меня какой-то настой, заверив, что это поможет «избежать худшего исхода». Хищника я с трудом, но запихала подальше. С огромным трудом.

— Что здесь происходит? — к нам подошел лощеный господин. — Иван, Антон — в чем проблема?

— Она на нас напала! Укусила! — тот, которого Элька пнула в пах, оправился и поковылял к мужчине. Судя по лицам — родственники. — Мы хотели ехать домой, а эта ненормальная увязалась за нами, укусила меня, пнула, и…

— Вы же сами… — голос Эли сел. — Вы…

— Вы пытались похить мою подругу! — я постаралась вложить в слова всю ненависть.

— Уверен, произошло недоразумение.

— Саша…

— Я все видела, — процедила я, смотря на мужчину. — Назовитесь, чтобы я знала, кто пытался похитить вассала моего рода.

— Госпожа, уверен, вы все не так…

— Я. Все. Видела! Назовите себя.

Хищник скребся, желая вырваться на волю. Что-то позади, в доме словно бы лопнуло… Что-то, до того бывшее натянутой струной. Сработала ловушка в библиотеке? Сейчас⁈

Мужчина бросил испепеляющий взгляд на «покусанного» и, вновь улыбнувшись, представился:

— Марк Мерцевский, глава рода Мерцевских. Мои сыновья — Иван и Антон.

Мерцевские… Знакомая фамилия… А, да, вроде тут, в Твери, мэр то ли из их рода, то ли из вассалов. Да и плевать.

— Ваши… отпрыски, — хотелось выразиться иначе, — дегераты. И сядут надолго.

Хотелось дать в рожу, но это ж не интернат, тут же высшее общество. Хотя кулаки чесались, хищник уверял, что надо растерзать всех трех.

— Госпожа Морозова, — Мерцевский улыбнулся одними губами, — уверен, произошло недоразумение, не более. И все же мы готовы щедро компенсировать потраченное вами и вашей, кхм, подругой, время на этот разговор. Скажем, сотня золотых.

— Издеваетесь?

— Лишь не хочу отвлекать вас от дел. Вся эта шумиха, разговоры… И финал, в котором выясняется, что ваша… подруга сама желала общения, а мои сыновья были вынуждены защищать себя. Уже было такое, и не раз, глава тверской полиции только головой покачает. Сотня золотых. И, если хотите, то возможность помолвки с моим младшеньким, он пока свободен. Немаг, конечно, но ваша… подруга лучшего себе не найдет.

Эль сглотнула и бросила на меня умоляющий взгляд.

Хищник рыкнул, переполняя чашу терпения. Пощечина вышла такой сильной, что щит Мерцевского лопнул, и кончики моих пальцев коснулись холеной кожи. Кажется, я неосознанно вложила энергию… Ну хоть не дар.

Вспышка щита отрезвила. Я отскочила назад, лихорадочно соображая, что за такое будет и как может ответить Мерцевский. Тот медленно провел пальцами по коже и бросил на меня полный холодной ненависти взгляд.

— Нападение при свидетелях… Вы так юны, Морозова, что мне почти жаль делать это. Но честь требует. Я, Марк Мерцевский, защищая честь и достоинство моего рода, вызываю на поединок Александру Морозову.

Перстень на руке Марка вспыхнул красноватым сиянием родовой силы. Она потянулась ко мне, словно ожидая ответа. Требовательно, зло… Хищник давил на разум, гоня в бой, в атаку, сейчас же, быстрее…

— Ты можешь выбирать условия, — шепнула Элька.

Точно, точно! Но какие? Вон этот Мерцевский как улыбается. Дар у него есть, наверняка хороший. Может, и фехтовать умеет? Ходит с тростью, но что если да? Нас учили сражаться с тварями, не с людьми…

Но на самообороне мы боролись друг с другом.

— Я, Александра Морозова, принимаю вызов, — чужая энергия устремилась ко мне. Голос подрагивал, ритуальные слова еле-еле вспоминались, — и докажу свою правоту поединком без даров, оружия и артефактов.

Я пропустила энергию через кольцо, направив ее, в ответ, на Марка. Тот мгновение выглядел растерянным, но быстро взял себя в руки.

— Да будет так.

Сила, и моя, и его, вернулась к владельцам.

— Место выбираете вы, — выплюнул Мерцевский. — Жду завтра вашего секунданта. Благодарю за радушный прием, — бросил он и направился к мобилю.

Покусанный сел за руль. Всего пара мгновений — и Марцевские отбыли, по пути едва не зацепив соседний мобиль.

— Нехорошо, — покачал головой неизвестно сколько стоявший у дверей Михаил. — Только стали главой — и сразу дуэль.

— Стоило спустить ему это с рук? — рыкнула я, разворачиваясь.

Михаил на мгновение отступил, но потом выпрямился. Занавески в гостевом крыле дергались — наблюдавшие за представлением вспоминали о правилах хорошего тона.

Дворецкий неопределенно покачал головой.

— Говори я с вашим отцом или сестрой, то напомнил бы о компромиссах, — негромко произнес он. — Но у вас все иначе.

Я фыркнула.

— Иногда отличаться полезно, — продолжил дворецкий. — Но Марк Мерцевский — племянник мэра и первый богач Твери после вас. Мерцевские — давний соперник рода Морозовых, уже пытавшиеся конкурировать с нашими производствами. Уверен, он выставит вместо себя лучшего бретера из всех, кто есть в городе.

— Черт… А его самого я не могу заставить драться?

— Право главы — защищать себя… — глухо проговорила Элька. — Прости. Ты из-за меня так…

— Я так из-за этих уродов, — я обхватила подруга за плечи. — Идем, выпьешь чаю и расскажешь все как было.

Элька закивала. И тихо призналась:

— Они хотели купить меня.

— Что⁈

— Купить. В жены. Родители отказались. Старший этот, Иван, сказал, что надо говорить с тобой, брат его — что видел тебя у мобилей… Я и сама не поняла как здесь оказалась. Про артефакты даже не вспомнила.

— Идем, — я чуть сжала плечо Эльки. — Пускай этот урод выставляет кого хочет, все равно получит в рыло. И в суд его деточки отправятся, никуда не денутся.

Местный глава полиции может у Мерцевского и в кармане, но типам вроде Распутина любой род не указ. Вызвали меня за пощечину, попытка похищения — это другая история. Даже если и проиграю, в суд все равно подам.

Я глянула на часы, на Михаила, и попросила:

— Закругляй все.

— Сейчас?

— Нет. Полчаса, час. Все равно многие уже разъезжаются.

Во время беседы с Вавиловым я видела в окно покидавшие особняк фаэтоны и мобили. Так-то холодно на улице, снежно.

И салюта не будет, как и всяких акробатов с танцорами. Прием ради знакомства — понятная штука, но зачем пыль всем в глаза пускать? И так ко мне и целители тверские подошли, и попечители местного музея истории, и владелец картинной галереи, и даже представитель охотхозяйства, заверивший, что с деньгами рода «от зверья и охотников отбоя не будет».

Целый список уже просителей… Хотя даже это охотхозяйство, если деньги в дело пустит, и то лучше, чем салют просто чтобы был.

И кто-то из визитеров залез в библиотеку. Хотелось бежать туда, но магия должна была удержать воришку. И не бросать же Эльку?

Незаметно наведаться в крыло для слуг, где «заседали» охранители с Ильичом, не вышло — в холле меня ждали родители подруги. Хищник вновь поднял голову — даже не вмешались!

Но стал бы их этот Мерцевский на дуэль вызывать, или поговорил бы со своим дружком-полицаем, на которого так намекал, и Элька оказалась бы во всем виноватой?..

— Спасибо, — тихо проговорила мать подруги, старавшаяся делать вид, что все в порядке. — Мы — ваши должники.

— В следующий раз сразу меня ищите.

— Я вернусь на прием? — предложила выпрямившаяся Элька. — Все нормально. И всем стоит это знать.

— Хорошо, — кивнула я после небольшого раздумья.

Что-то требовало моего присутствия. Ощущение было странным, неприятным, словно комар, зудевший где-то рядом и далеко одновременно.

— Только найди Макса и никуда сама не ходи, — попросила я, сообразив, откуда шел «зуд». От хозяйской части второго этажа. От комнат, где никого не должно было быть.

Оставлять Эльку не хотелось, но к нам удачно спустился явно торопившийся Макс.

— Эля? В чем дело? Ты кричала, я…

— Потом. Потанцуете? Пока есть время, — предложила я. Не стоит привлекать внимание к произошедшему.

— Эм… Ну я не… Да. Ладно, да. Идемте.

Мне тоже стоило идти. Зуд усиливался.

Благо, подняться можно не только по парадной лестнице. Стоило поторопиться, но не вызывать лишних вопросов.

К кабинету деда я почти подлетела. Распахнула запертую — не для меня — дверь и замерла. В центре комнаты зияла подергивающаяся, наливающаяся сиреневым светом прореха в реальности, затянутая в прозрачный кокон. Рядом с ней висел, не пытаясь «стоять» на земле, Ильич, взирая на Разлом со смесью тоски и удивления.

— Это… — голос сел.

— Это — совершенно безопасно. К тому же он зарывается.

И правда — зуд уменьшался, да и свет словно бы бледнел. Я потерла руками лицо, не зная, что сказать и как реагировать. Дуэль — проблема? А ничерта, Разлом в комнате — вот это, блин, проблема! Ладно хоть знакомые Ильича из Корпуса щиты поставили.

— Как это возможно? — тихо спросила я.

— Понятия не имею. Но предположу, что мы сейчас видим ход, по которому девять лет назад пришел убийца Владимира и через который же ушел.

— Вы думаете…

— Еще когда Константин ставил защиту, предупредил, что пространство нестабильно. Я списал на эксперименты, мало ли чем твой дед тут занимался. Хотя открывать Разломы в собственном кабинете — паршивый план, но подобную нестабильность многие ритуалы могут дать. Но сама видишь.

— Почему сейчас?

— Тебя отвлекли, — я завидовала спокойствию Ильича. — И младший Смирнов полез в библиотеку, а кто-то еще решил подкинуть проблем отсюда.

— Илья Ильич, но вы же не думаете, что кто-то открыл Разлом с Той Стороны? Измененные ведь на куски порвут!

Ильич обернулся ко мне, оторвав взгляд от затухающего света, так и не вырвавшегося из защиты.

— Мага — да, Саш. Но не своего собрата.

— О чем вы?

— О тех, кто отдался Той Стороне. Ушедших.

— Они обращаются в Измененных, так? А, значит, неразумны, и…

— Ничего это не значит, — с сожалением проговорил Ильич. — Никто толком не знает, что происходит с теми, кто остается Там, Саша. Но я видел человека, чья плоть рассыпалась и восстанавливалась, человека, руководившего целой дюжиной Сшивателей. И когда-то я звал этого человека другом.

Я сглотнула.

— Думаете, кто-то разумный из таких Ушедших работает на «Око»?

— Может быть. Может и нет. Но я почти уверен, что в квартире Смирновых тоже будет нестабильность пространства. И куда более свежая и сильная.

— Черт…

— Не ругайся, — попросил Ильич. — Иди, поговори с Распутиным насчет Смирнова и Мерцевских утырков, пускай сразу на контроль берет.

— Вы видели? Видели и не…

Ильич поднял руку.

— Прежде чем ты в чем-то меня обвинишь, подумай, зачем мы все это затеяли. И если бы все зашло далеко, то я бы вмешался, конечно. Но ты справилась и без меня. Так, как пристало главе рода.

— Только не говорите, что это было очередной проверкой.

— Нет. Разумеется, нет. Но я, Саша, не могу быть везде и сразу, еще и так, чтобы меня никто не заметил. Когда я оказался рядом и собирался приструнить обоих, появилась ты и все решила по-своему. Достойно. Ты не против визита Константина? Лучше чтобы он все зафиксировал.

Я кивнула. Константин Гердов был давним знакомым Ильича. Недавно уволившийся из Корпуса, он вместе с парой старых знакомых ставил тут защиту. Благодаря которой у меня по дому не бегают десятки измененных, а прием не превратился в бойню.

— Думаете, они специально? Мерцевские.

— Не знаю. Возможно, кто-то просто воспользовался случаем.

И я даже знаю кто. Один блондинчик. Пора подключать Распутина и брать этого умника.

Оба охранителя вместе с Тимофеем Смирновым обнаружились в библиотеке. Сработавший ритуальный рисунок-ловушка заставил парня прилипнуть к полу. При моем появлении он побледнел и проблеял:

— Здрасте…

— Игорь Евгеньевич, можно вас на два слова?

Распутин кивнул. Брамс обернулся ко мне, тихо гавкнул — и продолжил вместе с Еленой гипнотизировать пленника.

— Сразу говорю: он — исполнитель, — заверил меня охранитель, едва мы вышли за дверь. — Неизвестный в одном из игровых клубов, где Тимофей проматывает родительские деньги, предложил простую работу — забрать книгу, нужную для коллекции деда. Отдал щедрый аванс, обещал еще больше заплатить за сам том, описал план поместья и намекнул, что может начаться шум, дал хороший артефакт для двери. Смирнов, услышав крик, рванул в библиотеку, артефакт использовал — и попался.

— Я даже знаю, кто этот неизвестный.

Пересказ много времени не занял. И разговора с этим Бобриковым, и истории с Мерцевским.

Распутин застонал.

— Александра, вы… Вот не могли вы сдержаться?

— Его сыновья тащили Эльвиру в мобиль, словно она — вещь! А этот ублюдок предложил деньги и стоит, улыбается, намекает, что его неодаренный сынок — лучшая участь, и, и…

— Спокойно, — Распутин поднял руки. — Давайте без кошмаров, мне и так хватает.

Я ругнулась, сообразив, что едва не надавила на его вновь, вон холод уже поднялся.

— Ублюдок он. И намекает, что глава полиции у него в кармане. И вообще — я выбрала поединок на универсальной, без оружия, без даров и артефактов. Как в интернате, нас учили сражаться. Получит свое.

Распутин покачал головой.

— Вы не знаете Мерцевских. И Андреев, коль не вмешался, похоже, тоже. Если бы вы сражались с самим Марком, то я бы даже мог поверить в успех. Он — опытный фехтовальщик и стрелок с агрессивным даром, но поединки на одной только универсальной магии редкость. Но такие проводятся, даже соревнования по ним есть. И у Мерцевских есть деньги на то, чтобы нанять кого-то, кто в них участвует.

— Только не говорите, что он все продумал, — я скрестила руки на груди. — Его перекосило от условий.

— Не факт что все. Но, уверен, едва он приедет домой, как займется поиском подходящего человека. Убить — не убьет, но наверняка потребует извинений и брака своего сына на вашем вассале в качестве мировой.

Черт!

— Хотите сказать, что до завтра он найдет какого-нибудь чемпиона по боям на универсальной?

— Деньги многое решают. И связи. У меня есть пара знакомых…

— Ни за что, — отрезала я. Подумала и спросила: — он вызвал меня. Принял условия и сказал, что завтра ждет моего секунданта. Я могу потребовать поединка сейчас?

Распутин задумался.

— Это невежливо, — наконец признал он.

— Но возможно?

— Технически — да. Вы — вызванная сторона, и коль вызывающий не обозначил сразу место и время поединка, то договариваться будут секунданты.

— А если мой будет настаивать?

— Чего вы хотите? — в лоб спросил охранитель.

— Не дать ему никого выставить, да и все. Поедем к нему с Максом и Еленой, скажем, что надо решать все сразу — и пускай дерется, вот.

— Допустим Макс — ваш вассал, — кивнул Распутин. — Но Елена тут причем?

— Я не знаю, где он живет. И мобиля у меня нет.

— Может сработать. Но только если сумеете перехватить Марка до того, как он доберется до дома — пускать вас к себе он не обязан, и наверняка попробует потянуть время.

Черт!

— Спасибо!

Я рванула в библиотеку. Надеюсь, Елену удастся уговорить.

Затухавший Разлом за защитами, — погано, но сделать Эльку заложницей этого дерьма — еще хуже!