Глава 42

Луиза

И всё-таки я соврала. Меня жутко трясет, а из-за этого ещё и мутит. Содержимое, почти пустого желудка, прочитав наружу. Но я стараюсь держать себя в руках. Обещала же, что справлюсь.

Наверное, Артур замечает во мне перемены. Он не задает вопросов, а просто съезжает на обочину и паркуется. Каких-то пару секунд, и он уже открывает дверь с пассажирской стороны. Муж протягивает мне ладонь, и я сразу же её принимаю. А стоит подняться на ноги, как сразу же вжимаюсь в его грудь. Слезы стараюсь сдержать. Потому что если он посмотрит в мои глаза, я сразу разревусь.

- Лу, детка, ну ты чего киснешь? Передумала?

- Нет. Ты что? Я просто так сильно боюсь...

И всё-таки он поднимает моё лицо, и сразу же ловит взгляд. Теплом своим делиться, и как всегда, уверенность внушает. Вот бы всегда так на меня смотрел. Тогда бы я никогда ничего б не боялась. С ним не страшно. Не после всего, что мы прошли.

- Поделись. Прошу... Не держи в себе. А то, из-за этого я, весь себя извожу.

- Боюсь, что не справлюсь. Это же такая ответственность...

- Малыш, ты самая ответственная и смелая из тех, кого я знаю. То, на что ты решилась... Да, Боже, половина человечества не сможет решиться. А ты... И за меня, и за себя...

- Ладно. Поехали. А то опоздаем. Знаешь ли, не хочу, чтобы подумали, что безответственные.

- Тогда вперёд.

Машина снова трогается. В этом раз Артур включает музыку, и я даже подпеваю. Не то чтобы настолько было весело. Просто волнение нужно снять. Хоть немного расслабиться.

Детский дом встречает шумом. У деток как раз прогулка на свежем воздухе. Десятки детей выбегают к нам, когда Артур только открывает ворота. Благо мы не с пустыми руками. В пакетах сладости, и игрушки. Я готовилась заранее к этому дню. Несколько недель опустошала детские магазины. Я знаю тут каждого ребенка с младшей группы. И лично каждому приготовила подарок.

Эти дети...

Как я в прошлом.

Одинокие и никому не нужные.

В большинстве случаев, их никто не усыновит и им придется учиться самостоятельно, выживать. Улицы не прощают ошибок. Люди не прощают слабых. Выживает в этом мире сильнейший.

Хотя...

Если сравнить силы мои и Рафаэля, то он однозначно в разы сильней. Вот только я жива, а он...

Да, я знаю, что отец сделал с Доминикой и её сыном. Он написал мне об этом в письме. И это ещё одна причина, по которой я его простила. Он спас не только меня, а ещё и шестерых детей. А может и больше. Я не узнавала. Хотя первое время очень хотелось увидеть этих деток. Из-за людей, которые лишили меня детства и семьи, теперь живут другие дети. Что ж, это достойная плата для мерзких и отвратительных людей. На двух подонков меньше...

- Луиза, Артур, здравствуйте, - к нам на встречу идёт заведующая. Очень добрая и приятная женщина.

- Здравствуйте, - протягиваю ей руку для приветствия, когда она подходит к нам. Вместе с ней пятеро ребятишек, которые не отлипают от неё.

- Готовы?

Сегодня все знают этот вопрос. У меня нет на него ответа. Потому что мне кажется, к такому трудно подготовиться, когда ты не готов.

Какая-то противоположная тавтология получается.

Я сжимаю руку мужа сильнее, и мы следуем за заведующей. Чем ближе подходим, тем сильнее стучит сердце. Да где стучит... Выпрыгнуть хочет.

Звучит смешно... Выпрыгнуть хочет из меня, вставленное сердце. Ладно, юмор у меня сегодня так себе.

Помимо сердца, даже коленки трясутся. Я так сильно волнуюсь…

У заветной двери, даже шаги считаю.

Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два...

И всё-таки за секунду останавливаюсь. Зажмуриваю глаза и пытаюсь прогнать этот страх. Он слишком глубоко сидит. Он, как тот червь, грызет потихоньку. Но дыру делает большую. Всё больше и больше. Укус за уксусом.

Это страх... - быть плохой и... Одинокой.

Я тут не из-за своих страхов. Не потому что они мною руководят. Не из-за них пытаюсь казаться лучше.

Всё потому, что я не пытаюсь казаться - я такая и есть!

Я добрая!

И я этого хочу!

- Любимый, я готова! - говорю голосом, полным уверенности.

Дверь открывается и все пропускают меня вперед. Что ж, они словно чувствуют, что мне надо этот толчок.

Я вхожу первая. В комнате светло, стоит с десяток колыбельных. Сейчас тихий час, и дети спят.

Я знаю, куда надо идти. Где стоят нужные нам кроватки. Когда подхожу ближе, наклоняюсь к первой. Там спит маленькая принцесса, девяти месяцев. Она сложила свои губки бантиком, и умиротворённо спит. На голове розовая шапочка. Бровки светлые такие, что трудно разглядеть. Мне уже хочется взять её на руки.

Но я отступаю на шаг, и подхожу к другой кроватке. Там спит мальчик. Такого же возраста. И с таким же цветом глаз. Пусть они сейчас и закрыты. Родной брат Виктории. Принца зовут Виктор.

Оба имени означают - победу.

Этим крошкам, пришлось бороться за свою жизнь ещё в животе матери. Это такая жуткая история...

Валентина Крылова, мать эти двойняшек умерла в автокатастрофе вместе с их отцом.

Валя была подопечной фонда "Надежда". Она обратилась на третьем месяце беременности. Муж её был эгоистичным и ревнивым. Детей не хотел. Типичный абьюзер, с повадками альфы самца. Когда Валя узнала о беременности, он впервые её ударил. Бил, пока не согласилась сделать аборт.

Вот только УЗИ показало, что там два ребенка и Валя не смогла убить. Все эти месяцы мы удачно прятали её. Выезжать из страны она не захотела. Поэтому мы нашли тихий город возле моря. Всё шло хорошо, пока муж не нашел её. Валя допустила главную ошибку, она сказала подруге, где живет. Муж рассказывал подруге, что скучает, что исправится, и та дала адрес.

Приехал он пьяным, злым, обиженным, униженным. Короче не в себе. Он силой посадил её в машину и вез домой. Авария вышла случайной. Он банально не вписался в поворот. Сам погиб на месте. Валю доставили в больницу, но диагностировали смерть мозга. Она была уже не жилец. Но врачи решили побороться за жизнь двойни. Они, каким-то чудом, при аварии пострадали минимально. Врачи говорят это какое-то чудо. Муж вылетел через лобовое стекло. А Валя была пристёгнута, но разбила голову при перевороте машины.

Три месяца дети жили в животе матери, даже не подозревая, что родятся сиротами. После кесарево сечение, их помести в колбы, где ещё больше пяти месяцев выхаживали. Виктория родилась весом один килограмм, а Виктор, был немного сильнее, парень ведь. Его вес был, килограмм двести. Когда я впервые их увидела... Не знаю... Мне казалось - моё сердце разорвется от боли. Но уже тогда, я почувствовала сильное взаимопритяжение.

Почему-то хотелось их обнимать и целовать. И ни одного, а обоих. Словно мои. Словно родные.

Всё эти месяцы я была с ними рядом. Не было дня, чтобы не приехала. Артур приезжал реже. У него работа, а у меня... Они. Он сам предложил их усыновить. Предложил взять на себя ответственность. И я если честно, очень сильно испугалась. Одно дело приезжать их проведывать, а другое дело - взять всю ответственность на себя.

Я струсила. Отказалась, и перестала ездить. Дети как раз уже пришли в норму. Догнали своих сверстников. Но так как родных у них не было, их отвезти в дом ребенка. И тут меня прорвало. Я проревела несколько дней. Как представлю, что больше их не увижу, не обниму, не поцелую... Плохо становилось. Я извела не только себя, но и Артура.

И мы всё-таки решились на это. Мы станем родителями. В двадцать три года у нас будут двое прекрасных двойняшек. Сын и дочка. Так как мне, скорее всего не светит, выносить нашего ребенка. На суррогатную мать Артур не согласился. Я читала о беременности с пересадкой сердца. Недавно вот как раз девушка родила, здоровую девочку. Но это долговременный процесс с постоянным наблюдением врачей и правильным приемом лекарств. Артур и тут отказался. Ведь сердце может не выдержать нагрузки.

- Я сказал "нет", - на эмоциях кричит, но лишь ближе подходит, и за лицо меня хватает ладошками, - я уже раз тебя чуть не потерял. Больше я на такое не пойду. Даже не думай, что я соглашусь. Никогда!

И вот сейчас, у нас будут дети. Свои, не чужие. И не менее родные. Я была с ними рядом, с тех пор, как Валя пришла к нам. Мы с ней сдружились. Думаю, она рада, что они будут с нами, а не в детском доме, куда их отправят после трёх лет.

Мы станем одной дружной семьёй!