Эпилог 1

Семь лет спустя

Луиза

- Луиза Рустамовна, вы как себя чувствуете? Как спалось?

Молодая медсестричка входит в палату и сразу открывает окна, чтобы яркий солнечный свет осветил хмурую палату. С первыми же лучами настроение моё поднимается. Становится так и тепло и уютно, словно дома. Хотя дома я уже не ночевала больше двух недель. Да где там, месяц, как лежу тут.

- Доброе утро, Мишель. У меня всё хорошо, - улыбаюсь девушке в ответ. Она всего лишь интерн, и проходит в этой больнице практику, но так старается. Всегда улыбается, и беспокоиться о моем состоянии.

- Сейчас померяем давление и температуру, и пойдем завтракать. Вы голодны?

- Если честно не очень. Сильно волнуюсь, - поднимаю руки и показываю, как сильно они дрожат.

- Луиза Рустамовна, ну вы чего? Нервничать не стоит. Это плохо влияет на малыша. Мы всем коллективом с волнением ждали этого дня, все девять месяцев. Так что давайте, нервы, волнение, сомнения - в сторону. Улыбаемся и идем завтракать.

- Как скажете, товарищ врач, - шуточно поднимаю руки вверх.

- Я ещё не врач, но уже мечтаю закончить учебу и начать работать. Практика в этой клинике, это невероятный опыт. Благодаря вам и вашему случаю, я лишь убедилась, что выбрала правильную профессию.

Она продолжает тарахтеть, а я слушать. Вот только мысли мои далеко за этими стенами. Мысленно я сейчас за столом сижу и завтракаю со своими любимыми детками и мужем. Вика ест блины с творогом и джемом. А Витя мясо с салатом. Артур пьет кофе и кладет в боксы им обед в школу. Наши крохи уже так выросли, что даже не верится. Первоклассники, как-никак. А какие они самостоятельные. Я прямо нарадоваться не могу.

Пока я отлеживаюсь в больнице, Артур самостоятельно занимается двойняшками. Сказать, что мне повезло с мужем, это ничего не сказать. Заботливый и внимательный отец, любящий, оберегающий муж. Чего только стоило ему узнать о моей беременности.

Я долго решалась на это. Консультировалась с врачами, искала клинику, подбирала время. И всё это, я сама. Он даже не догадывался. Потому что был против. Свою позицию в этом вопросе, он сказал ещё в самом начале. Что второй раз, терять меня не хочет. Не переживет просто этого. И пусть двойнят он любил как родных, всё равно ему хотелось своего собственного ребенка. По крови. Я видела, как он смотрел на детей Ани и Мирона. Как сильно любил племянников. Как называл их монстрами в клане Горских. А когда собиралось всё огромное семейство Горских, они любили обсуждать деток, кто на кого похож. Артур принимал активное участие в обсуждении.

Он любил сравнивать дочку Карины и Ани. Они выросли под его присмотром, и конечно же, он их обожал. И пусть часто кто-то из семьи говорил, что Витя очень похож на своего папу характером, я всегда чувствовала что-то не то.

Да, я сама выросла в приемной семье, среди четырех братьев. Меня никогда не выделяли из-за этого, и не осуждали. Наши принц и принцесса, тоже растут в полной заботе и любви. Но... Этот гештальт, лично для меня - остался, не закрыт. Из-за меня и моей операции, я лишала любимого мужчины - наследника.

Нет, конечно, я не настолько эгоистична и безрассудна, чтобы идти на риск и рисковать жизнью, не будь уверена, что мне ничего не угрожает. Я консультировалась и в Лондоне, и в Америке. Но в итоге, я буду рожать тут, дома. Где медицина ничуть не хуже, чем там.

Мы планировали с Алевтиной Геннадиевной, несколько месяцев. Я очень хотела мальчика, и поэтому мы обращались и к астрологам, и к древнекитайскому календарю зачатия. Артур, мой сладкий и любимый мужчина, даже не подозревал ничего.

Мы отправились отдыхать на Майорку, в тихое место, где никто нам не будет мешать. Детвору завезли к моим родителям, где они пробудут весь наш отдых. Витя мечтает научиться кататься на лошади, Оливер обещал ему помочь. А Вика, просто хочет к бабушке и дедушке, очень за ними скучает.

Так вот, отдых был потрясающим.

Настолько, что временами я ловила себя на мысли: а вдруг это мой последний шанс прожить всё так ярко, так полноценно? Я же знаю, как бывает - сегодня ты смеёшься на палубе, солнце ласкает лицо, ветер играет с волосами… а завтра - стерильная палата, тревожные взгляды врачей и сжатые пальцы на белой простыне.

Но не сейчас. Не на этой яхте. Не в его объятиях. И уж точно, не в следующие несколько лет.

Мы плавали в открытом море, пили вино под звёздами, а днём, смеясь, устраивали брызговые бои прямо с трапа. Артур был беззаботен, как ребёнок. Такой, каким я его люблю. Без костюма, без этой вечной деловитости. Просто мой Артур. С мокрыми волосами, солью на коже и нежностью в голосе, когда он шептал моё имя.

Он даже не подозревал, что я с первого дня отдыха, бросила принимать противозачаточные таблетки. Что каждый наш секс, был не просто соединением наших тел и душ. Каждый наш секс - это шанс, для маленькой жизни. Шанс, о котором муж пока не подозревает.

Мне нужно было это сохранить в тайне. В себе. Ведь если что-то пойдет не так, Артур себя не простит. А так, вся ответственность будет на мне.

Что-то было волшебное в нашем отдыхе. Звёзды светили ярче, море было теплее, а солнце - щадящее. Я запоминала каждую секунду, каждое его прикосновение. Как он гладил мой живот, даже не подозревая, что внутри уже, возможно, кто-то растёт. Как целовал - бережно, влюблённо. Как смотрел, будто ничего на свете больше не существует. Как будто я - главный человек в его жизни.

Мы потеряли с ним три года, но обрели намного больше. Глубже. Мы прошли жизненные испытания, выдержали, не прогнулись. Остались теми же, влюблёнными и добрыми. Зло, которое хотело покрыть нашу душу черным перелом - развеялось. Оно не смогло сломить нас и поглотить.

Весь отдых, я держалась изо всех сил, чтобы не расплакаться. Эмоции зашкаливали, и мне смеяться хотелось, то плакать.

Потому что я не просто хотела ребёнка - я хотела продолжения нас. Нашей любви. Хотела доказать себе, что я могу. Что моё сердце справится. Что я - не только выжившая, но и живая. Способная любить, носить жизнь под сердцем и подарить её этому миру.

А может… просто отчаянно мечтала, чтобы меня кто-то называл "мамой" не по привычке, а потому что я дала ему жизнь.

Я лежала рядом с Артуром, слушала, как ровно и спокойно он дышит, и гладила свой живот, будто уже чувствовала что-то. Хоть бы получилось. Хоть бы судьба сжалилась и дала мне этот шанс.

Пусть даже я буду молчать об этом до последнего. Пусть он узнает потом. Когда всё будет наверняка.

А пока - я просто хочу жить. Радоваться. Верить. Быть с ним, без страха, без воспоминаний, без оглядки на «что если».

И да, в ту ночь мы не спали почти до рассвета. Именно в ту ночь случилось маленькое чудо. Молча, без пафоса, просто... между нами. Под стук волн, под ласку ветра, под любовь - ту самую, настоящую.

- Луиза Рустамовна, вы почти ничего не съели, - возвращает Мишель меня в реальность. - Вы, что, плачете? Что-то болит? Вам плохо? - суетиться она вокруг меня, увидев слезы на глазах.

- Нет, всё хорошо. Успокойся. Просто я вспоминала кое-что из прошлого, вот и поддалась эмоциям.

- Не пугайте меня так. Вы же знаете, я сразу начинаю нервничать.

- Я не хочу есть. Можно мне просто зеленый чай с сырниками? Или что сегодня в меню к чаю?

- Сегодня блинчики с творогом.

- Супер, неси. Почти что дома с детьми завтракаю. У них тоже сегодня блинчики, - улыбаюсь.

- А когда Артур Матвеевич приедет? Прямо перед операцией?

- Его не будет, - спокойно говорю.

- Как это? Он же мне говорил, что обязательно будет присутствовать.

- Знаю. Он хотел, но я не могу заставить его пройти это снова. Сидеть под палатой и молиться, чтобы я не умерла. Он думает, что операция через неделю.

- Вы очень смелая и сильная женщина, Луиза Рустамовна. Не каждая решиться на такой важный шаг.

Через восемь часов, этот мир встретит новую жизнь. Мальчика, который прожил в моем животе девять месяцев. Такой тихий и спокойный... За всю беременность, он не доставлял мне хлопот. Ни токсикоза, ни давления, ни головных болей - которые могли возникнуть из-за приема препаратов. Даже сердце моё... Оно ни разу не дало сбой и тревогу, для врачей. Беременность, как ни странно, прошла идеально. Да, я много пролежала в больнице. Последний месяц, так полностью, всего один раз, съездив, домой. Но это было, чисто для подстраховки. Чтобы не дай Бог...