Глава 12. Генерал/Оля

Генерал

– От каких ещё пальцев? – вылупила на меня голубые глаза.

Медленными движениями массирую клитор, хочу нащупать на нём самую чувствительную точку.

– От своих, – ответил, не прерывая движений, и она тут же отвернулась, сказав:

– Вы решили меня окончательно унизить?

– Закрой глаза и сосредоточься на ощущениях, если не хочешь, чтобы я тебя просто трахнул – мне надоело с тобой возиться. Закрой глаза. Да, молодец. А теперь скажи мне, сколько раз в неделю ты кончала от своих пальцев?

Она закусила губу в раздумье, ответить или нет. Почувствовал, что она увлажнилась, и немного изменил темп, продолжая массировать клитор.

– Один, – глубже задышав, тихо ответила девчонка.

– А я думаю, не меньше трёх.

Она уже достаточно стала мокрой, и я, не мешкая, перевернул её на спину, устроившись между разведённых ног. Ольга предпочла закрыть глаза, стыдясь своей наготы, не до конца принимая и понимая, насколько привлекательно её тело. Одним пальцем я проник в узкую дырочку.

– Ай…

– Тихо, ничего ещё не случилось, – затем подключил второй, разрабатывая узкое отверстие. Мне не хотелось отрывать взгляд от её промежности, наблюдая, как мои пальцы проникали вглубь. Наклонившись, навис над ней:

– Оля, обними меня ногами за бёдра.

– Боюсь, – прозвучало тихое, но подчинилась.

– Не бойся, – одной рукой приставил член между её ног, раскрывая головкой половые губы, и стал медленно, миллиметр за миллиметром, проникать внутрь. – Дай мне свой чувственный рот, – ухватил её за скулы, заглядывая в глаза, – сейчас надо максимально расслабиться, – сказал и напал на безупречный рот, и одновременно резко, до упора, вошёл в лоно. Крик, который сорвался с губ девчонки, утонул во мне. А я прочувствовал на своём плече весь спектр боли, которую она испытала и передала мне, воткнув в него свои острые ногти. И именно в левое плечо, туда, где старая рана. – Прекрати брыкаться… – сквозь зубы проговорил, освободив её рот и уставившись строгим взглядом в полные слёз глаза, но она притихла. Губы девчонки дрожали от плача.

– Всё уже.

– Мне больно, – прошептала, и две слезы из небесного цвета глаз скатились по вискам.

– Иначе никак, сейчас боль утихнет, – сам не знаю, зачем я это ей говорю.

– Почему должно быть так больно? Это же несправедливо, чтобы женщина страдала.

– Такова природа женщины.

– Всё равно это несправедливо. Встаньте уже с меня.

Я усмехнулся:

– Мы только начали.

– То есть как? – хлопая мокрыми ресницами, удивилась она. – Но ведь Вы… ведь Вы… уже…

– Я уже в тебе, и мы продолжим. Согласен, первый раз не сахар, – зафиксировав ей руки над головой своими, сделал первый выпад, – расслабься, больно уже не будет, – второй выпад, – я контролирую себя, чтобы не причинить вреда. Открой рот, – сказал, сбиваясь дыханием. Девчонка приоткрыла его и расширенными глазами наблюдала за моими эмоциями. Запустил язык в горячий рот, исследуя каждый влажный уголок. Стенки её лона плотно обхватили мой член, находиться в ней – одно удовольствие. Я стал входить резче, ускорив движения. Когда ещё приходилось целовать женщину с такой страстью… Мой секс раньше больше походил на совокупление животного, а тут девочка… я не мог иначе… не смог… несмотря ни на что. Ещё немного, и я кончу. Оторвался от её губ, а она всё так же с любопытством продолжает изучать моё лицо. Опустив голову, соприкоснулся с её лбом, из горла рвались рычащие звуки.

– Ещё немного… – какого-то хрена оповестил девчонку и через два выпада вышел из неё, обильно кончив под её ошарашенный взгляд ей на плоский живот. Обессиленный, рухнул рядом с ней.

Оля

Генерал упал на кровать, а я смотрела на свой живот, который был весь в его сперме. Фу, какая гадость.

– Перестань так брезгливо смотреть, это всего лишь сперма.

«Всего лишь? Ну для кого как», – мысленно сказала я и повернулась к нему лицом.

– Как себя чувствуешь?

Он серьёзно? Ему вдруг стало небезразлично, как я себя чувствую?

– Где-нибудь болит?

– Печёт, – коротко ответила ему.

– Сильно? – его лицо было невозмутимым.

– Ощутимо.

– Так ещё некоторое время будет, главное, чтобы не кровило. Сейчас пойдём мыться.

В каком это смысле? Пока я соображала, генерал встал с кровати, не стыдясь своей наготы, и отправился в ванную. Я почему-то сразу уставилась на подкачанные ягодицы с ямочками по бокам, покраснев, опустила глаза, но буквально через пару секунд вновь вернула их обратно, поднимаясь взглядом выше и исследуя широкую спину с бугрящимися мышцами. Не сразу сообразила, что это за россыпь следов на его спине… Это какие-то шрамы, и они совсем небольшие… Меня вдруг осенило – это может быть от пуль… Да, так и есть, я уже видела похожие по телевизору в криминальной хронике, только там показаны были свежие, а раны генерала затянувшиеся. Все слова и мысли разом улетучились, увиденное меня поразило до глубины души, я даже забыла, что между ног печёт. Генерал давно вышел из комнаты, а я всё ещё обдумывала увиденное. Что же ему пришлось пережить? Как-то сердце сжалось, несмотря на то что он меня принудил к близости. Я так и сидела, уйдя в себя, пока над ухом не раздался его голос:

– Ну что застыла? И что за девчонка… спермы испугалась… – проговорил он, вытирая влажной салфеткой свои следы на моем животе.

– Я не испугалась, просто вижу это впервые. Вам не кажется, что моя реакция вполне оправдана? – спросила, заострив внимание на его плече, на котором были похожие ранения, но к ним добавились свежие кровавые подтёки от ногтей…

– Не могу знать.

– Это сделала я? – вырвалось быстрее, чем я смогла подумать.

Проследив за моим взглядом, ответил:

– Угу… ты, оказывается, та ещё тигрица.

– Извините, я не специально, сама не понимаю, как так вышло.

– Не уверен, что не специально. Вставай, пошли… О-ол-ля, – нараспев произнёс моё имя. Интересно, а как его зовут? Мой первый мужчина старше меня в два раза, да к тому же я даже имени его не знаю. «Смешно…» – подумала с грустью, плетясь за ним в ванную и поглядывая на его ранения. Боюсь задать вопрос, где он получил их, так же как и спросить его имя. Ведь за эти две недели он впервые со мной хоть немного поговорил, и то непонятно, как вообще пришёл к этому решению… Мне кажется, из-за произошедшей между нами близости…

– Заходи, – генерал пропустил меня в прогретый душ первой. Я вздохнула и шагнула внутрь, сразу попав под струи горячей воды. Что тут скажешь, сегодня всё впервые. Налила на ладонь гель и, повернувшись спиной к генералу, стала намывать своё тело и с осторожностью мыть свою промежность от кровавых следов.

– Повернись ко мне, – я обернулась. Неужели он хочет снова? – Ни делай такое лицо, я не собираюсь тебя трахать, только посмотрю.

– На что? – но он, ничего не ответив, переключил ливневый душ на лейку, сняв его со стойки, и, опустившись передо мной на корточки, стал смывать гель с моей интимной зоны. Сообразив, что он хочет посмотреть, подалась назад, упёршись ягодицами о стеклянную стенку.

– Спокойно, – поднял на меня глаза, – хочу посмотреть, кровит ещё или нет.

– Я могу это сделать и сама.

– Хочу убедиться лично.

Во мне вдруг всё моё нутро взбунтовалось. Он сказал это так обыденно, словно это есть норма, и тут меня прорвало:

– Я Вам не товар, чтобы меня щупать и трогать! «Повернись, наклонись, раздвинь, расслабь». Что ещё прикажете сделать? А ведь я даже не знаю, как Вас зовут! – я была в негодовании.

– Прекрати истерику, – спокойно сказал и плавно вошёл в моё лоно средним пальцем. Вытащив его через три секунды, встал и, показывая мне, произнёс: – Кровит, завтра к врачу, – и покинул душ, оставив меня наедине с собой…