Глава 2. Мой самый тайный страх

Незнакомые мужчина и женщина в тёмных деловых одеждах стояли напротив кровати, а я лежала сплошь в гипсе в лёгкой прострации под действием обезболивающих.

— Ваше падение было спланировано. Эксперты установили, что все тросы надрезали острым орудием. Мы установим за вами слежку, но не можем гарантировать полную безопасность.

Тяжело смириться с мыслью, что кто-то так сильно желал моей смерти. Что я сделала? Кому перешла дорогу?

Женщина и мужчина представились как ФБР: специальный агент Митчел и агент Томпсон. ФБР, блин! Такое внимание к моей персоне пугало больше, чем прилипалы-бандиты. Святые ёжики! За что мне такое наказание?!

— С учетом прошлого покушения на вашу жизнь, это тот же исполнитель. Только действовать стал грубее. Что он хотел от вас?

— Не знаю. Он не успел сказать, я сбежала.

— Через окно!

— Да.

— Вы спрыгнули с четвёртого этажа!

— Я так и сказала вашим коллегам, которые приходили несколько дней назад. Что вам не понятно?

— Нет, мисс Карпушко, с вашими показаниями всё в порядке, — агент Томпсон замялся, нервным движением поправил очки к переносице.

— У нас к вам есть предложение, — подхватила агент Митчел.

Интуитивно я поняла, что, несмотря на низкий рост и принадлежность к слабому полу, в их тандеме она руководит.

— Что бы от вас ни хотел заказчик, он не оставит вас в покое, пока не добьётся желаемого ответа. Вы должны согласиться на его требования, втереться к нему в доверие.

— Но вы же сказали, что установите за мной слежку! Зачем соглашаться на какие-то услуги для бандитов? Наверняка они окажутся незаконными!

— Только так мы сможем поймать его с поличным. Хорошие адвокаты с огромными деньгами смогут из квадрата сделать нолик с палочкой, нужны неоспоримые доказательства. Жалобы, угрозы не причинят заказчику серьёзный вред, а до вашего убийства дело доводить нам бы не хотелось. Внедриться к нему — лучший вариант. Кроме того, его подозреваем ещё в нескольких крупных подозрительных сделках, а также в организации преступной группировки.

— Мне нужно подумать.

Я не заметила, как кивнула: их слова казались правильными. Опасность меня страшила, но мне бы очень хотелось добиться справедливости и наказать бандитов.

— Хорошо. Наш человек свяжется с вами, если вы решите остаться. Запомните, ваш позывной — «Камикадзе».

Я подозрительно уставилась на агентов:

— Это шутка?

— Запомните, ФБР не шутит.

— И кто такой умный придумал мне позывной?

Мужчина смутился под замораживающим взглядом оскорблённой девственницы, пожал плечами, извиняясь:

— Остальные классные прозвища были заняты.

Женщина открыто улыбнулась и призналась:

— Мы прозвали вас так всем отделом после того, как прочитали ваши показания, — женщина мне начинала нравиться, сразу почувствовала девичью солидарность и тому подобное. — Ваш поступок нас поразил, в сложной ситуации вы мыслили нестандартно, но повторить его наши агенты не отважились бы, сами признались.

В её глазах я прочитала уважение, восхищение и малую толику зависти. Или мне показалось? На душе разлилось приятное чувство самоудовлетворения.

После их ухода я приняла решение, взвешенное такое решение, вымученное. Сергей сидел рядом, пытаясь словить мой взгляд, но пока безуспешно.

— Я остаюсь в Нью-Йорке.

Парень замер, мнение о моих планах я увидела на его лице раньше, чем он их озвучил.

— Нет. Тебе нельзя здесь оставаться.

— Это мне решать, не тебе.

Злость, растерянность, страсть — всё смешалось в его взгляде, который обжигал меня. Сергей теперь уже не скрывал своих чувств.

— Тебя убьют. У них почти получилось в прошлый раз, — мольба в его голосе задела меня за живое.

На глазах выступили слёзы, я кусала губы, пыталась сдержать влагу в себе. Сердце кровью обливалось, когда я поняла, что не хочу быть обузой для цирка. Мои переломы будут заживать ещё пару месяцев, о тренировках на кольце не может быть и речи, и ФБР просило помочь. Поймать людей, которые чуть меня не убили, мне казалось важнее всего. Как я могла жить дальше, ожидая встретить смерть на каждом углу? Вернуться в цирк я смогу, когда решу все свои проблемы, когда одержу победу над своими страхами и помогу поймать плохих ребят.

— Так надо, Серёжа. Я всё решила.

— Ты останешься здесь совсем одна. Ты уверена?

Твёрдо кивнула. Он успокоился, сцепив руки о чём-то размышлял. Я успела расслабиться, когда он огорошил меня в ответ:

— Нет, я не могу оставить тебя такой беспомощной. Я останусь с тобой.

Я хотела возразить, но рот открывался и закрывался, а я не могла выдать ни звука от шока. Никогда не думала, что между цирком и мною Сергей выберет меня. Для него тигры были детьми, их дрессировка стала смыслом жизни, как и воздушная гимнастика для меня. Что я без неё? Я надеялась, что однажды вернусь в цирк, но для него оставить своё призвание — всё равно что потерять себя.

Мужчина уверенно смотрел на меня, не спрашивал, не предлагал помощь, просто познакомил с планами на будущее. Я ведь ещё не решила, что чувствую к нему, а он уже жертвы приносит направо и налево! И вообще, не люблю, когда на меня давят!

— Ты бросишь своих кошек? — нашлась, наконец.

Мука отразилась в его глазах, парень обречённо кивнул.

— Тебя сегодня выписывают. Найду нам новое жилье, заберу твои вещи из гостиницы, для тебя там небезопасно. Поедешь со мной. Одевайся.

И вышел из палаты. Он просто, блин, вышел из палаты! Не дал мне ни единого шанса переубедить себя, не позволил вставить мне ни слова! А может, я не хочу его видеть рядом с собой? Он даже не поинтересовался моим мнением.

Я загорелась праведным гневом: не стану плясать под его дудку! У меня свои планы на будущее. Вот!

Но всё же… где-то в глубине души мне было приятно знать, что на свете живёт человек, который ставит мою безопасность выше своих потребностей и амбиций. Что я всегда смогу положиться на него. И пусть мы не вместе, но мы и не одиноки. Да, себе я могу признаться, что не равнодушна к нему. Но только себе.

Я всё ещё надеялась вернуться в цирк. Сердце защемило от благодарности за слова коллег. Не собирались они меня сбрасывать со счетов. Друзья помогли перебраться на кресло и отправили нас с Сергеем обживаться на новом месте, сами остались оплачивать больничный счёт.

Машина уже ждала нас, когда я торжественно вышла с больницы. Чёрная крыша такси просто слепила блеском. Стоп! А где опознавательные знаки такси? Даже водителя нет!

Я непонимающе посмотрела на друга:

— Это мы что-то перепутали, или нас надули?

— Ни то, ни другое. Садись, по дороге расскажу.

Ключи от машины сверкнули в руке мужчины, признавая принадлежность к стоящей чёрной красавице. Раздался пик и следом синхронный щелчок, двери автомобиля разблокировались.

— Откуда у тебя дорогущее авто? Банк успел ограбить?

Нетерпеливо махнув на град вопросов, Сергей, как пушинку, поднял меня на руки и усадил внутрь. Утонув в мягком кресле, я довольно втянула приятный запах кожи, смешанный с ноткой лаванды. Мой нянька скользнул в салон, мотор приятно замурлыкал, набирая скорость. О боже! В руках этого мужчины даже машины мурлыкали. Подавленное настроение от прощания с дорогими людьми улетучилось. Я не сдержала смешка.

— Что?

Мой шофёр гладко вёл крутую машину, как будто всю жизнь ездил на ней.

— Ты приручил даже эту малышку.

— Ревнуешь? — он глянул на меня из зеркала заднего вида, чёртики в глазах отплясывали джигу.

— Нисколечко. Помнишь, ты сам решил остаться? Моё мнение тебе было не интересно.

Ему шпилька не понравилась, я повела плечами: «А нечего раздавать команды направо и налево, командир нашёлся!»

Молчание затянулось. Оно меня не напрягало, я просто наслаждалась атмосферой шика и комфорта, лениво рассматривая вид из окна.

Никогда я не ездила в дорогих машинах, вечно экономила на одежде. Когда стала работать в цирке, зарабатывать стала гораздо больше, чем раньше, но тратить на себя много так и не стала, привыкла обходиться минимумом. Сейчас в банке у меня накопилась неплохая сумма, на год в Нью-Йорке должно хватить, если, конечно, распорядиться ею с умом и экономией.

Я вспомнила, что дорогая тачка, которую сейчас так уверенно вёл Сергей, ни мне, ни другу точно не по карману. Так какого лешего мы в ней расселись?

— Серый, а Серый, ты чего это мне не договариваешь? Чья это машина? — я на него подозрительно уставилась.

— Моя.

Я ожидала длинного объяснения, возможно, лапшу на уши, даже думала, просто решит в молчанку и дальше играть.

— М-м-м… Как так? — от удивления забыла все слова.

— Обычно так. Пришёл, увидел, купил.

Да он издевался надо мной! Как будто я не знаю, как шоппингом люди занимаются!

— Ты мне зубы не заговаривай! На какие шиши ты её купил, миллиардер недоделанный?!

Взбесить меня сложно, но страх за бывшего коллегу поднялся во мне быстро. Что он успел натворить, пока меня собирали по кусочкам в больнице?

— Где ты взял столько денег?

Собеседнику мой допрос очень не нравился, но сесть за наркотики или другую хрень ему понравится ещё меньше. Лёгкие деньги обычно заканчивались небом в клеточку.

— Не ори на меня, — еле сдерживая гнев, сквозь зубы прорычал мужчина. — Мои деньги тебя не касаются.

— Очень даже касаются! Вдруг меня за соучастие посадят, а я тут ни сном, ни духом?!

— Какое соучастие, женщина?! Это деньги моей семьи, — он немного остыл, когда понял откуда у моих вопросов растут ноги.

— Понятно.

Вопросов у меня только прибавилось, но тема для Сергея казалась непростой. Глядя на сжатые зубы и играющие скулы, мне хотелось побыстрее выпрыгнуть из машины, подальше от него, чтобы со злости не укусил. Случайно, конечно.

— Ничего тебе не понятно. Отец хотел, чтобы я после университета занимался бизнесом вместе с ним, а я мечтал о тиграх и славе. Я сделал всё по-своему, отказался с ним работать, но он открыл на моё имя счёт и каждый месяц делает на него значительные отчисления. До этого дня я не притрагивался к этим деньгам.

— И что изменилось? Почему передумал? Зачем тебе эта машина? Я же вижу, тебе неприятно брать эти деньги.

Парень повернул голову ко мне, и я вскрикнула. Теперь только аварии моему бедному телу не хватало! Он понял мои опасения и без споров вернул внимание на дорогу.

— Ты.

— Что я?

— Твоё падение. Мне понадобились деньги для тебя.

— Я не просила, — не знаю, зачем стала оправдываться.

— Я знаю, — сказал Сергей, — знаю, Кошка. И ты ни в чём не виновата, я сам принял решение, тебе эти деньги нужнее.

— Нет, — я резко мотнула головой, — я не возьму твои деньги, у меня свои есть!

Возмущённо приподняла подбородок, гордость мысленно дала мне пять. Если бы правая нога не была замотана в гипс до бедра, ещё и ногой топнула.

— Я что, на содержанку похожа?

— Извини, ты меня неправильно поняла, — могу поспорить, он чувствовал сейчас себя, как на минном поле. — Я знаю, что деньги для тебя не проблема, но на хорошую реабилитацию нужно намного больше. Ты же хочешь вернуться в цирк, верно? С твоими травмами тебе тяжело придётся. Гимнастика — это не детишек клоунским носом веселить, а только это и останется из вариантов.

Сергей озвучил то, в чём я себе не решалась признаться. Я боялась, что дело моей жизни для меня теперь закрыто. Закрыла глаза, чтобы справиться с накатившей истерикой. Нет, я выше этого. Я должна быть честной хотя бы сама с собой.

— Кать, прости меня, это было грубо.

— Нет, ты прав, — мой безжизненный голос звучал глухо, казался чужим.

— Ты справишься, ты всегда со всем справляешься! Всё будет хорошо!

— Это ты сейчас со мной разговариваешь? Или с ребёнком? Серёжа, ты правильно подумал. Я не злюсь на тебя.

На меня вдруг свалилась многотонная усталость: не хотелось никого видеть, только скрутиться в калачик и молчать. Но и это гипс мне не позволит!

Свежеиспечённый миллиардер не знал, что ещё мне сказать, чтобы разрядить обстановку. Всю дорогу стрелял в меня глазами, а я молчала. Молчала и думала, пока он не остановил автомобиль у входа в шикарный отель. «Пять звезд» — красовалась надпись на названии, перечёркивая все мои внутренние границы. Смирилась, что сбережений не хватит на выздоровление, но жильё… Я хочу сама за себя платить.

— Как это понимать, Серёга? Мне это не по карману!

— Угомонись, кошечка! Оплачиваю я. В здании установлена лучшая система безопасности, я навёл справки. Ты же слышала детективов: на тебя устроили охоту!

— Ты!.. Это подло с твоей стороны прикрываться моей безопасностью!

— Но это правда, — пожал плечами. — И я сделаю всё, что в моих силах, чтобы ты осталась цела и невредима.

Ох! Знал бы он, как ошибался! К сожалению, не знала и я.

Дверь открылась, и Сергей усадил меня в новенькое кресло-автомат. Мне повезло, что он оказался рядом, заботился обо мне, однако был последним человеком, которого я прочила бы в няньки. Я и до происшествия его не особо жаловала, а сейчас меня бесила его властность и навязчивость. Ненавижу.

Портье вежливо поприветствовал нас у входа:

— Мистер и миссис Василевский.

Я возмущённо повернулась к своему ухажёру: что это он надумал? Сергей невозмутимо взял ключ у портье.

— Пентхаус готов к вашему приезду, сэр.

Тщедушный паренёк уже тащил наши чемоданы в направлении лифта. А я, ошарашенная, глотала воздух.

Святые ёжики, пентхаус! А я ещё думала вернуть ему часть денег за номер. Да мне всей жизни не хватит расплатиться за ночь там, что говорить о нескольких месяцах, на восстановление может понадобиться целый год!

Я не заметила, как Сергей закатил кресло в лифт, и очнулась только на двадцатом этаже, когда он остановился и открыл двери в наши апартаменты.

Стоп! Так ведь мы будем жить в одном номере! Я и Сергей наедине, вместе! Караул!

Пентхаус оказался огромным. Современная мебель из массива, настоящие картины на стенах, огромные панорамные окна. Сергей закатил мою коляску внутрь, дал чаевые носильщику и закрыл дверь.

Я с открытым ртом рассматривала всё это великолепие не в силах оторвать взгляда. Тёмное дерево роскошно оттенялось на фоне стен цвета слоновой кости, стильный белый диван стоял в центре комнаты, освещение причудливо разделяло пространство на зоны. Мне показалось, что я попала в современную сказку про Золушку, только моя карета вместо тыквы превратилась в инвалидную коляску. М-да! Так себе сравнение.

Хотелось пересмотреть все комнаты, кружиться до упаду, пальцы чесались исследовать благородную текстуру дерева. Шикарная ткань дивана манила мягкостью, молила зарыться в его бесконечные подушки и распластаться, напрыгавшись, как ребёнок. Меня наполнило радостное волнение, в нетерпении стала перебирать кнопки своей чудо-машины.

— Вперёд, назад, повороты, остановить, — пальцы мужчины управляли моими, перебирая кнопки управления, а возле уха раздался его насмешливый низкий голос, посылая толпу мурашек по телу.

Его терпкий запах смешивался с ароматом корицы одеколона, близость тела напрягла меня. Я поняла, что золотая клетка захлопнулась, оставив меня, беспомощную, наедине с настырным ухажёром. Я прикрыла глаза и посчитала до пяти. Хотел загнать меня в угол, усыпить бдительность и воспользоваться беспомощностью? Плохо он меня знает! Нет, мало. Пришлось догнать до десяти.

— Руки убрал. Отошёл на метр назад. Живо!

Моё ледяное спокойствие остановило бы глобальное потепление. Эх, жаль, нет у меня суперспособностей!

— Кошка, ты чего?

Сергей вздрогнул от неожиданности и убрал от меня руки. Молодец! Хороший мальчик!

— А теперь отойди. Мне тесно дышать!

Я отъехала сама, не дожидаясь выполнения очередной команды. Хорошего понемножку, глядишь, через месяц команду «сидеть» выучит, а через два и голос подавать начнёт только по требованию. Ладно, мечты-мечты… Руки не распускает, и то хорошо.

— Итак, мистер Василевский, ты не хочешь мне объяснить, почему сменил мне фамилию и статус?

Мужчина небрежно пожал плечами, поморщившись.

— Так проще объяснить наше проживание вдвоём, вопросов меньше у персонала, как и информации у бандитов. Для начала им придётся хорошо прошерстить город, чтобы найти тебя под чужой фамилией. А это даст нам время.

— Время? Для чего?

Его слова имели смысл, только он не знал, что я хотела, чтобы меня нашли.

— Я нанял детектива, мы должны разобраться с ними раз и навсегда.

Ох как мне нравилась эта мысль! Но здравый смысл скептически смотрел на эту затею, боюсь, не по зубам окажутся злодеи. Ой не по зубам!

Я согласилась подыграть, скрепя сердце, но пятой точкой чувствовала, пожалею я о решении.

Управлять коляской то ещё искусство, но я старалась, сбила только пару предметов, лишь разок не вписалась в проём. Прогресс!

Комнат на этаже в нашем распоряжении оказалось пять, самую уютную застолбила себе. Здесь не было панорамных окон, вполне себе милые шторки красовались, спокойные цвета умиротворяли. Над кроватью висела картина с абстракцией, что я на ней должна рассмотреть, ещё не сообразила, но меня ждали долгие месяцы восстановления, я не теряла надежды понять современную живопись.

Я не услышала, как звонили в дверь, и обернулась на разговор Сергея с какой-то девушкой. Они быстро приближались к месту моего окопа.

— Катя, ты не занята?

Я кивнула, приглашая зайти.

— Я тут подумал, тебе понадобится женская помощь по дому и так… Короче, я нанял сиделку. Знакомься, Кэролайн. А это моя жена, Екатерина. Выполняйте все её просьбы.

Девушка лет двадцати мило улыбнулась, я ей в ответ. Умеет, гад, удивлять, слова все из головы вылетели, пока я соображала, как это кто-то за меня будет что-то делать. Как-то неудобно даже.

Наше чопорное молчание прервал Сергей:

— М-м-м, девушки, думаю вы тут разберётесь без меня. Я поехал по делам.

Что? Какие у него дела?

— Пока, — на автомате вернула я, косясь на новоиспечённую сиделку.

Поразилась, что Сергей занялся делами отца, когда только сегодня рассказывал о сложных отношениях с ним. Неужели передумал и решил бросить цирк навсегда?

И тут до меня докатило, ЧТО сделал этот засранец! Он меня поцеловал! Специально при свидетеле! Уже локти кусаю, что согласилась поиграть в счастливую семью. То ли ещё будет!

Несколько секунд потратила, чтобы подавить в себе раздражение от поступка псевдомужа. Что он себе возомнил? Брошусь в его объятия для достоверности? Теперь на людях постоянно будет пользоваться моей беспомощностью и согласием? Где мой дзен, когда так необходим?

Вспомнила, что теперь я под наблюдением. Рассматривая юные черты сиделки, думала, кто за кем будет присматривать? Кареглазая брюнетка с опаской поглядывала на даму в бинтах, ассоциация себя с мумией помогла успокоить разбушевавшиеся нервы.

— Приятно познакомиться, миссис Василевская, можете меня звать сокращенно Кэр, — девушка занервничала, прохладный приём её неприятно удивил.

— Мне тоже, Кэр, — смягчила голос: мне стало её жаль.

В самом деле, не виновата же она, что не могу терпеть Сергея.

— А меня зови Кэт, язык сломаешь с нашими именами, — усмехнулась я.

Если честно, мне английский вариант имени не очень нравился, но это лучше, чем постоянно слышать корявые вариации по-русски. Моя новая нянька благодарно улыбнулась, напугала я её вначале знатно.

— Хорошо, Кэт, — кивнула девушка. — Это твой чемодан у входа я заметила?

— Да, я только из больницы, как видишь, жизнь меня потрепала знатно, — вновь осмотрела свои белоснежные доспехи из гипса.

Я подняла голову как раз, чтобы увидеть сочувствующий кивок. Слово за слово, и мы разговорились, пока Кэр разбирала чемодан. Она порхала с лёгкостью бабочки, несмотря на пухленькую фигуру, и, перекладывая вещи, поведала немного о себе. Я тоже. Так я узнала, что она приехала учиться в колледж из глубинки, родители оплачивали только обучение, а на проживание в мегаполисе вынуждена была подрабатывать официанткой в закусочной. С ней оказалось легко и весело.

— Хочешь поесть или, возможно, отдохнуть?

Не успела я подумать, сколько мы проболтали, желудок издал возмущённое ворчание. Поужинав, я решила помыться. Под гипсом у меня уже вся кожа чесалась, но, к сожалению, сегодня избавиться от него не удастся. Водные процедуры не обошлись без помощи Кэр, и тут я окончательно прониклась к ней благодарностью.

Подруга мастерски переложила меня на кровать, оставив пульт от освещения на тумбе. Распрощались мы с ней уже поздно, она пообещала вернуться завтра и закрыла дверь электронным ключом, который выдал ей Сергей.

Я лежала в одиночестве, перебирая события дня. Свет выключила, но сон всё не шёл. Сергей возвращаться не спешил, а я извелась от неизвестности. Шаги в соседней комнате удивили. Неужели не заметила, как задремала?

— Сергей, я тут! Зайди, поговорить надо! — крикнула от души, чтобы не смог проигнорировать.

Мне захотелось расспросить его, какие такие дела отца требовали присутствия глубокой ночью?! Скажете, веду себя как ревнивая жена? А мне по барабану! Пока мы в одной упряжке, я должна знать все подводные камни.

Шаги неторопливо приближались. В проёме показался силуэт мужской фигуры: статная, в чёрном пальто. В темноте лицо было скрыто, но походка насторожила. Прыжок из окна на злополучное дерево всё ещё ярким воспоминанием горел в памяти. Меня накрыло дежавю происходящего, только сегодня я была слегка не в форме.

— Кто вы? Как вы попали сюда? — голос прозвучал достаточно уверенно и строго, чтобы я мысленно себе поаплодировала.

Я теперь многое делала только в мыслях, закованная в гипс с головы до пяток.

— Прошу прощения за моих людей, мы неправильно начали с вами знакомство, — раздался властный глубокий баритон гостя. — Не возражаете, если я присяду? Разговор у нас предстоит долгий.