Глава 12

Дин не смог скрыть радость в голосе.

— Оставайся здесь. Для тебя приготовят комнату для гостей.

Я невольно обернулась на приоткрытую дверь, которая давала отличный вид на руины, оставшиеся после недолгого хозяйствования дракона, пока совладелец тела находился в отключке. Что-то мне расхотелось ночевать в комнате для гостей.

— Я прикажу приготовить другую, она находится в другом крыле особняка и, поверь мне, выглядит не хуже той, что пострадала.

— Мне нужно домой, Дин, а не комнату. Я слишком устала для твоих игр, а ещё хочу помыться и переодеться. Я сегодня чуть не умерла, лишилась волос, а вишенкой на торте стал твой дракон, который втемяшил себе в голову, что я его единственная и неповторимая пара! По-моему, достаточно потрясений для одного дня. А ещё нужно осмотреть раны, возможно, они нуждаются в обработке, хотя уже почти не болят, но поначалу казались серьёзнее.

Остаться наедине с властным боссом — единственная глупость, которую мне осталось совершить сегодня для полного фиаско. Как можно смотреть таким раздевающим взглядом, когда объект твоих желаний похож на подкоптившееся чучело, одеждой которого побрезговал бы и бомж? Бугага! Да, вот такая я страшная стала! Меня теперь даже на роль Голлума из «Властелина колец» взяли бы: на гриме можно сэкономить миллионы.

— Ты прекрасна. Даже в саже, без волос, такая дикая, необузданная, ты восхитительна!

Он перестал пытаться скрыть свои чувства, взгляд, полный восхищения и нежности, обрушился на меня, застал врасплох и украл моё дыхание. Дин устало вздохнул и добавил:

— Извини, я не хотел мешать вашим с Сергеем отношениям.

— Вы с Ашером похожи больше, чем думаешь, — заметила я.

Их настойчивость и темпы развития отношений пугали. Да и неожиданными оказались все эти ухаживания и признания после недели полного игнорирования Дином. Зачем все эти игры? Может, они с драконом веселятся, когда вводят в заблуждение девушек?

— И тебе не жаль, можешь не напрягаться. Муки совести и самобичевание тебе не к лицу.

Слабость перед этим мужчиной сыграла со мной злую шутку. Сергей обиделся на меня, теперь злился. Наша свадьба под вопросом, но есть ли у него выбор? Он сказал, что нуждается во мне. Значит, наша ссора ничего не изменит. Если я останусь в доме Дина, это только подольёт масла в огонь.

Он сдержал порыв приблизиться. И сделал правильно. Я не знала, как относиться к его переменчивому настроению «сегодня люблю, завтра холоден, как кусок льда», и боялась его. Я не выдержу, если наутро вдруг передумает и включит морозильную камеру для моего сердца.

— Отвези меня домой.

— Нет.

— Что?

— Я не стану рисковать сегодня. Один раз тебя чуть не убили, больше не дам шанса застать себя врасплох. Надо проверить остальные машины на бомбы: их попытка провалилась — они могут повторить. Сейчас опасно покидать пределы моей территории, ты останешься здесь. Обещаю, ночью тебя не потревожу, — он горько усмехнулся своим словам. — Если печёшься о нежных чувствах жениха, можешь не беспокоиться: он не дурак, поймёт. Твоя безопасность важнее уязвлённой гордости. Новые вещи привезут завтра, а пока прими ванну и отдохни. Скоро нам принесут ужин. Не знаю, как ты, но я чертовски голоден.

Я хотела возразить, поспорить, но так устала, что еле держалась на ногах, и просто кивнула.

— Идём, сам всё покажу.

Я поплелась следом, рассматривая интерьер. Ни дать ни взять настоящий дворец: на стенах висели картины в резных позолоченных рамах, имитация факелов по обе стороны коридора. Шла с раскрытым ртом, как будто в музей попала.

— Жаль, что комната пострадала, красивая была.

Дин небрежно махнул рукой:

— Отремонтирую. Завтра же приглашу дизайнера и бригаду рабочих.

Бесконечная череда дверей закончилась, и мы вошли в предпоследнюю, в самом конце коридора.

— Моя комната рядом. Если что-то понадобится, не стесняйся, говори. Здесь санузел, телевизор, ноутбук, — рукой указал на перечисленное, почесал голову, и добавил: — Сейчас принесу одежду, подожди.

Будучи грязной, не решилась присесть на кровать, потопталась на месте в нетерпении, заглянула в ванную. Всё блестело и благоухало, как в рекламе, на полках составлено множество бутылочек и флакончиков.

Дин уже вернулся и держал в руках аккуратную стопочку одежды.

— Вот. Кхм, одень это сегодня, а завтра пришлю тебе стилиста.

Я осторожно забрала предложенные вещи, радуясь, что наконец сниму свою испорченную одежду.

— Спасибо, мне пока больше ничего не нужно, — намёк покинуть комнату он не понял, сделала ещё одну попытку выпроводить радушного хозяина: — Ну, я в ванну?

— Нет, — я подпрыгнула на месте от неожиданности.

— Что?

— Подожди с ванной. Раздевайся.

— Ах ты мерзавец! Так и знала, что тебе доверять нельзя!

— О боги! — взревел босс, — Дайте терпения, море терпения, океан! Мне нужно осмотреть твои раны до того, как ты их намочишь. Не нужно фантазировать лишнее, Катя.

Меня мгновенно залил жар. По его словам, это я вешалась на него, а не он сводил меня с ума каждый раз. Подлец!

Со злостью сняла остатки джинсов и кофты. К счастью, бельё не пострадало, но от того ситуация не перестала смущать. Дин осторожно провёл пальцем по покрасневшим участкам новенькой кожи. Миллионы искр взорвались от мягкого прикосновения, спрятала взгляд, чтобы не выдать своей реакции. Моя гордость и без того пострадала достаточно.

— Не болит? — напряжённо спросил.

— Больше нет, — хриплость в голосе всё-таки выдала моё настроение.

Да что ж такое! Когда я уже врать научусь?!

— Удивительно! — Дин сосредоточенно рассматривал зажившие раны.

— Я же человек! Как такое возможно?!

Чем больше вглядывалась в них, тем страшнее становилось. Возбуждение от его прикосновения сразу смылось приступом паники. Теперь быстрая регенерация ассоциировалась у меня либо с магией, либо с принадлежностью к монстрам. От магии я отмахнулась сразу, оставалось одно:

— Я превращаюсь в монстра? — у меня кровь застыла в жилах от этой мысли.

Быстрая регенерация — хорошо, но её цена ни разу не устраивала. Не готова я была расстаться со своей человечностью. Но почему я превращаюсь? Неужели это заразно?!

— Ты меня поцарапал? Ты знал? Теперь стану превращаться в дракона, разрушать всё подряд и плеваться огнём? Святые ёжики! К такому меня жизнь не подготовила! Я н-н-не могу! Не хочу! — затараторила я в ужасе.

— Так вот какое впечатление оставил у тебя Ашер? — оскорблённо спросил Дин.

Конечно, это самая важная часть из сказанного мною. Но затем сжалился над моим состоянием и добавил:

— Нет, не думаю, что ты становишься монстром. Драконом можно лишь родиться, и про остальные виды существ Лимидора могу сказать тоже самое. К счастью, дар бессмертия или даже очень долгой жизни не доступен людям.

— Что тогда? Чем можешь объяснить моё чудесное исцеление?

— Сложно сказать. Магия — субстанция плохо изученная. Каждое существо договаривается со своей сущностью индивидуально. Магия бывает нестабильной, капризной, зависит от настроения, общего самочувствия и даже может пропасть. Я знаю такие случаи. Но чтобы она проявилась у человека и помогла излечится? О таком я никогда не слышал.

— Но ведь со мной что-то происходит?! Я стала странно себя вести ещё до взрыва, у миссис Дигл, помнишь? — нетерпеливо указала я, но стыд за своё поведение до сих пор жёг изнутри.

— Да. Но этому есть объяснение: Ашер признал тебя своей парой. Как бы невероятно это ни звучало, но это случилось, впервые в истории Лимидора, наверное.

— Это бред. Ты сам-то веришь в то, что говоришь?

Он вздохнул. Посмотрел мне прямо в глаза, показывая искренность своих слов, раскрывая свои чувства. Я оценила его силу воли: оторваться от созерцания прелестей полуобнажённой девицы и даже не моргнуть при этом — много стоит.

— Катя, ты мне тоже очень нравишься. Даже намного больше, чем очень. Наши отношения нельзя назвать простыми, и я понимаю твою обиду на мои нелицеприятные поступки, но наша встреча изменила мою жизнь. Теперь я просыпаюсь с мыслями о тебе, ежеминутно думаю, чтобы ты сказала на то или это. Высмеяла бы — мы бы посмеялись вместе. Удивилась — был бы счастлив приятно удивить тебя. Всё, что угодно, чтобы вызвать улыбку у тебя на лице. Я не знаю, что это может быть ещё, если не любовь.

Я застыла, не зная, как реагировать на такое интимное, трепетное признание. Сама даже не задумывалась о своих чувствах, я их боялась проявлять к нему. Да, покушение его людей на мою жизнь трудно простить. Откуда взяться хорошему отношению после такого?

— Когда взорвалась бомба и тебя сильно ранило, Ашер мне сказал одну вещь, которой я сразу не придал значения. Но теперь начал понимать смысл его слов, — тихо продолжил босс. — Он сказал: «Наша магия скоро соединит нас с парой, осталось недолго. С магией она получит выносливость, силу, быстрее излечится». Я считаю, это и произошло.

Вот так меня можно нокаутировать. Признание в любви оказалось цветочками по сравнению с записью в пары дракону.

— И что теперь? — я очнулась: уже настроилась на романтический лад, любовь-морковь, а он вдруг обухом по голове. — Ашер запрёт меня в своей сокровищнице и станет любоваться изо дня в день до моей старости? Мы с ним даже физиологически не подходим!

Это был последний аргумент в моей раскалённой до белого каления голове. Вспомнила, как дракон не отпускал меня в больницу, просто потому что не мог вынести других самцов рядом со мной. Это будет конец всему, если я сейчас не отстою свою свободу и независимость!

Мой взгляд, полный ужаса, заставил его вздрогнуть.

— Я не вынесу, если ты будешь смотреть на меня только таким взглядом. Нет, я не позволю ему такое с тобой сделать. И у тебя есть право голоса, это будет только твоё решение, я не стану давить и угрожать. Клянусь Лимидором, я не стану принуждать тебя ни к чему!

Не смогла сдержать истерический смех. Вот честное слово! Мой перевозбуждённый страхом мозг не смог поверить, что всё будет хорошо, если просто сказать пару приятных слов. По привычке запустила руки в волосы — мой смех тут же оборвался. Вспомнила, как легко лишилась шевелюры, короткие волоски даже не захватились пальцами. Мне ещё предстоит привыкнуть к новому облику, а пока даже в зеркало смотреться страшно. Не представляю, как появлюсь на банкете с лысой головой.

— Ты уже принудил работать на себя! — выкрикнула ему в лицо.

Меня не впечатлила его клятва. Я помнила слова Ашера про её действенность, но не особо поверила в благие намерения дракона-оборотня. Да и признание, которое на минуту лишило меня душевного равновесия, теперь казалось надуманным. Наверное, просто я выросла из романтических соплей и надежды на любовь до гроба.

— Завтра мне предстоит впервые в жизни украсть вещь. Меня это гложет. А ещё если поймают за руку… Ты знаешь, что сделает дракон с вором в его святая святых? Поджарит до хрустящей корочки, пережуёт и выплюнет. И после этого ты обещаешь мне заботу и свободу выбора?!

Дин помрачнел, морщил лоб от моих слов, но я знала, что права. Меня душило возмущение от его двуличности, не желала его видеть и слышать. Поняла, если не сбегу, наговорю лишнего. Нужно успокоиться и всё обдумать. Схватила с кровати стопку свежей одежды и рванула в ванную. Его попытка сгладить углы меня только разозлила. Когда перестанет прикрываться своим люблю-не-могу, отправляя делать черновую работу за себя, тогда и поговорим по душам!

Оставшись одна, я решила обойтись душем. Спрятала взгляд от зеркала, избегая отражения. Не знаю, когда смирюсь с утратой. Злость придала мне силы. Пятнадцать минут назад я еле переставляла ноги, волочась за боссом, а теперь яростно тёрла себя мочалкой. Мне было безразлично наполнение пузырьков и бутылочек, я нашла жидкость, похожую на шампунь и гель для душа, и теперь с остервенением пыталась стереть жуткий день с кожи.

Слёзы текли из глаз, я подставила лицо под струи воды. Я не плачу. Это просто вода, она вымывает моё горе, страх, ненависть. Да и ненависть ли я чувствую? Зачем злюсь? Только нервы себе порчу. За покушение в цирке? Уже поняла, что он не отдавал приказа меня убить. За шантаж родными? Чувствую сердцем, что не выполнил бы угрозу, не стал бы вредить слабым и пожилым людям. Достаточно его изучила за несколько недель нашей работы в офисе, ланчи и ужины, за долгие разговоры после работы. С уверенностью в порядочность босса я покинула ванную. Дина в комнате уже не было, я погасила свет и залезла в постель.

И наконец, перед тем как уснуть, задала самый трудный вопрос: «Что держит меня рядом с ним, если не страх и не месть?»