Глава 22

Весть об очередном неудавшемся покушении отцу Райена и Эсуми Айрек взялся отвезти сам. О таких вещах, как и о наших планах, лучше было говорить лицом к лицу. Айрек так же собирался уговорить брата подыграть: приспустить флаги на замке в знак того, что с членом семьи произошло несчастье, объявить слугам о внезапной тяжёлой болезни наследника (после долгих совещаний мы решили, что лучше инсценировать болезнь, чем смерть, иначе Райену будет сложно воскреснуть потом, когда всё закончится). О том, что на самом деле в его покоях никого нет, будет оповещён только Уссен, Май и герцогская семья.

А самого Райена мы превратили в черноволосого кареглазого красавца с орлиным носом. Это предложила я, вспомнив, как Эсуми назвала меня асмиянкой. Если сделать Райену похожую внешность, мы вполне сможем притвориться молодыми супругами, решившими навестить столицу в честь медового месяца. А направлялись мы именно в столицу: пришла весть, что Эсуми видели там вместе с Лероем.

Айрек поправил огромные круглые очки, похожие на подводные, ещё раз проверил, что шарф плотно обматывает шею, а кожаный шлем ни за что не расстегнётся. Его костюм напомнил мне лётчика начала прошлого века – или косплеера в жанре стимпанка: короткие клетчатые штаны, под ними плотные вязаные чулки, высокие сапоги, на плечах кожаная куртка. И всё равно, представив, как ему будет холодно там, на высоте, я содрогнулась. Бросила настороженный взгляд на ящерицу, смирно дожидавшуюся всадника. Вернее, это, пожалуй, следовало назвать уже драконом, раз у неё были огромные кожистые крылья, сейчас сложенные на спине. Когда Айрек лихо спустился вот на этом с башни, мне показалось, это громадное чудовище нас атакует. А потом выяснилось, что это всего лишь очередное «новое изобретение, штука пока экспериментальная, но мы уже её протестировали, работает зашибись» (перевод приблизительный, пропущенный через фильтр моего мозга). Тоже голем, но на этот раз летающий, и как только Айрек возьмёт патент, сразу пустит их в производство.

 — Ну, я полетел, а вы по старинке, – Айрек ухмыльнулся и поднял воротник кожаной куртки. Он идеально прилёг к шлему, прикрывая нижнюю часть лица. – До встречи в столице!

 – Не свались там, – Райен пожал дяде руку и похлопал по плечу. Я невольно улыбнулась той грубоватой нежности, с которой он это сделал. Было заметно, что племянник любит и уважает своего безбашенного дядю.

 – Не дождётесь, – из-под защиты голос донёсся глухо.

Дядя Айрек подождал, пока мы заберёмся в карету (новенькую, чистенькую, с нашими чемонадами, только зря прокатившимися до замка), и кучер цокнет языком, приказывая ящерицам тронуться в путь. Тогда отдал приказ своему транспортному средству, и в окна кареты ударила пыль, поднятая мощными крыльями. Раз – и ящер взмыл в воздух, два – тяжело взмахивая крыльями, набрал высоту, три – карета покачнулась, Райен поймал меня, не дав впилиться носом в стекло, а дядя Айрек стал чёрной точкой в небе.

 – Офигеть, – не найдя подходящего слова в местном, я сказала это на русском. Впрочем, тут же перевела: – Твой дядя невероятно крутой.

 – Мне начинать ревновать? – Рай шепнул это таким жарким шёпотом, что по коже хлынули мурашки, а внутри у меня сладко сжалось. Я бросила на него косой взгляд. В полумраке кареты его глаза загадочно блестели.

Я ещё не успела привыкнуть к его новому облику, и сердце каждый раз ёкало, когда я видела рядом с собой привлекательного незнакомца. Но тянуло меня к нему с той же силой.

О да, мне бы хотелось заставить его ревновать. Вот только под его взглядом я чувствовала себя как дикий зверёк. И казалось, что все мои ощущения и мысли были для него как на ладони: и то, как дрожит где-то в глубине души от звука его голоса, и как встают дыбом волоски на коже там, где её касается его горячее дыхание, и как сами собой приоткрываются губы, сохнет в горле и хочется прикоснуться, осторожно провести губами по его губам, почувствовать, как они раскрываются навстречу.

Когда я опомнилась, мы уже бешено целовались. Райен обнимал меня за талию, скользил руками по спине, словно пытаясь вжать в себя, жалил короткими острыми поцелуями, и я, невесть как очутившаяся у него на коленях, с разведёнными в стороны ногами, ощущая промежностью твёрдость его члена, а руками, шебуршившими его затылок – шёлк уже не рыжих волос. Оторвавшись друг от друга, мы оба тяжело дышали.

 – Нам надо скорее пожениться, я с ума сойду, – прерывистым голосом наконец проговорил Райен.

 – А в чём дело? – слабо спросила я. Зачем обязательно жениться, мы и без этого вполне можем прекрасно проводить время вместе.

Райен почему-то смутился.

 – Э-э… ну-у… – протянул он, отводя взгляд. – Я не хочу, чтобы наш первенец родился вне брака.

 – Боже, Рай… – горячая краска залила лицо. Какие ещё к чертям первенцы? Надо срочно узнать, как в этом мире предохраняются.

Зато его слова меня хорошо отрезвили. Я сразу слезла с Райена, неловко одёргивая платье, привалилась рядом. На плечи легла тяжёлая рука, ещё теснее прижимая меня к сильному телу.

 – Когда всё закончится, мы представим тебя родителям, – мечтательным тоном заявил Рай. – И сыграем роскошную свадьбу, так, чтобы все обзавидовались, какая ты у меня красивая.

Я сжалась. Ой, блин. Я не впишусь в эту семью строгого этикета и холодных взглядов.

Но в то же время я отлично понимала, что и не туда впишусь ради Райена. Он такой, каким родился, пусть я бы и предпочла, чтобы он был родом из менее… приближённой к королю семьи. Меньше было бы опасностей и соблазнов, меньше всяких девчонок, наверняка пчёлами роящихся вокруг него. Теперь, если я буду рядом с ним, тоже окажусь в центре внимания – и не всегда доброжелательного. К этому надо привыкать.

Но сначала главное: найти Эсуми, уговорить её, потом выяснить, кто этот маг – и зачем он всё это делает.

На ящерицах дорога была куда быстрее, но всё равно мы провели в пути пять часов. Шесть, если считать час остановки на поесть и размять ноги, – так что выехав в восемь утра, в столицу, ещё точнее – в академию, мы прибыли к двум часам дня. Айрека ещё не было, невзирая на его похвальбу, мол, новые големы летают быстрее птицы. Видимо, переговоры с отцом Райена заняли больше времени, чем он предполагал. Но дожидаться не было смысла. Первым делом мы бросились искать Лероя – и столкнулись с проблемой.

Внутрь-то мы попали, невзирая на изменённую внешность: в багаже была форма вместе с нагрудными значками академии, дававшими право безвозбранно пройти – но вот в мужское общежитие Райен не хотел меня пускать, а я не хотела, чтобы он шёл один. И он сам не хотел оставлять меня в одиночестве. Так мы и стояли, как два барана, у подножия лестницы: я уговаривала его плюнуть на условности, я же в его компании, хоть и девушка, и уже несколько раз бывала там, моей репутации это не повредит, а он, упёртый, как последний верблюд, качал головой и твердил, что не хочет, чтобы я заходила в «эти казармы».

Наверное, мы бы так и проспорили бы до скончания века, но сверху вдруг послышался дробный топот, и с лестницы ссыпался подручный Лероя.

Мы застыли с раскрытыми ртами, прервавшись в самом разгаре. Парень (я так и не помнила его имя, не Ивен, а другой, задиравший Райена на поле, где мы устроили пожар), окинув нас безразличным взглядом, устремился прочь. Он был одет с непривычной пышностью, не в форму, а в роскошный синий костюм, с драгоценной булавкой в петлице и ярким шёлковым платком на шее.

 – Эй! Постой, дружище! – окликнул его Райен.

Я спрятала усмешку: он говорил с акцентом. Вошёл в роль, что называется. Лишь бы «дружище» не расслышал, как мы тут выясняли отношения на вполне себе беглом ивлантском.

Парень остановился, обернулся, удивлённо спросил:

 – Вы мне?

 – Да, – Райен неторопливо зашагал к нему. Даже походка у него преобразилась, сделалась не такой кавалерийской, как обычно. – Мы ищем маркиза Варсена, ты не знаешь его?

Я сделала вид, что рассматриваю холл, а сама навострила уши.

 – Лероя? – растерянно переспросил парень. – Так он же…

 – Ректор хочет его видеть.

 – Ректор? – снова переспросил тот с глуповатым выражением лица. – Так они же все там, на свадьбе.

 – На свадьбе? – настала очередь Райена глуповато переспрашивать. Но сделал он это скорее от шока, уже в следующий момент пришёл в себя. – Ну да, свадьба! Я поэтому и спрашиваю. Где она?

 – Во дворце, – чем напористее становился Райен, тем растеряннее был его собеседник. – В королевском. Там пол-академии уже.

 – Ты сейчас туда?

 – Ну да…

 – Мы с тобой.

Парень, видно, смирившись с тем, что ничего не понимает, слегка пожал плечами. Повернулся и поспешил к выходу, а я подлетела к Райену.

 – Свадьба! – шепнула, стараясь, чтобы лероевский подручный не услышал. – Думаешь, Эсуми и Лерой?

 – Кто же ещё, – Райен, сбросив маску экстравагантного провинциала, зло сверкнул глазами. – Она всё-таки посмела! Позорище! И этот подонок! Всё-таки надо было проучить его, чтобы держал подальше от неё свои грязные лапы!

 – Тс-с, – я приложила палец к губам, не спуская с Райена любопытного взгляда. Я думала, ему по большому счёту плевать на сестру, но эта его злость очень походила на злость старшего брата, за сестрой которого ухаживает неподходящий молодой человек. То есть по-своему он очень даже ею дорожит.

Райен коротко кивнул и ускорился, заставив и меня убыстрить шаг. Перехватил парня за локоть, когда тот собрался свернуть к конюшням.

 – На нашей карете быстрее, – пояснил ему.

Тот удивлённо вскинул брови, но послушался.

 – Ух ты! Это же лиллеские големы! – восхищённо заметил он, увидев впряжённых в неё ящериц.

Я похолодела, а Райен как ни в чём не бывало улыбнулся и кивнул:

 – Ага, купили за большие деньги. Но они того стоят.

Я мысленно перекрестилась. Хорошо, что Айрек настоял, чтобы с кареты сняли опознавательные знаки дома Лилле, иначе плакало бы сейчас наше инкогнито.

Через двадцать минут мы въезжали на Королевский мост, а ещё через пять – покинули карету и пешком прошли на территорию дворца.

Дружок Лероя был прав, и наших, академских, сегодня здесь было и впрямь немало. Стража, едва завидев нашу форму и значки (наш сопровождающий нацепил свой на лацкан), только молча поклонилась и позволила пройти. Оказавшись во дворце, Райен отрывисто спросил:

 – В Малом зале?

 – Что? А… да.

 Он кивнул и свернул налево:

 – Я знаю короткую дорогу.