29-Привет

Привет Женя Трофимов

Несмотря на каблуки, бегу окрылённая подальше от участка Ковалёвых. Мне даже хочется петь, кружиться и прыгать. Я чувствую чистый восторг и свободу, кажется, я себя так не чувствовала никогда, а впечатлений у меня было немало.

Не могу надышаться. Господи, как же хорошо!

Добежав до следующей улицы, останавливаюсь и заказываю такси. К моему счастью, машина находится моментально и будет на месте уже через пять минут. Вот только мне придётся пешком идти до выезда, потому что просто так никто такси не впустит в Агаларов Эстейт. А посёлок огромный, и идти на каблуках я замучаюсь.

Пишу водителю, что у меня заминка, и настраиваюсь морально на получасовую прогулку в не самой удобной обуви. Ох, Родриго, знал бы ты, сколько ради тебя жертв.

— Девушка, — слышу голос за спиной и вздрагиваю от неожиданности, — у вас тоже скучный выпускной?

Оборачиваюсь и вижу мальчика на гольф-каре. Как он так тихо ко мне подкрался или я слишком погрузилась в свои мысли?

— Зайчик, я не с выпускного, я сбежала со своей свадьбы, — напускаю на себя загадочности для убедительности, — довезёшь до КПП? Меня такси ждёт.

— Прыгайте, — радуется подросток.

Я залезаю в гольф-кар и не могу сдержать улыбку, это маленькое приключение абсолютно в моём стиле.

— Спасибо! Ты мой герой!

— А сколько тебе… вам лет?

— Двадцать шесть послезавтра.

— Круто, — парень рассматривает меня с интересом, — а что, не хотите затусить? У нас там вечеринка у бассейна. Всё на топовом уровне, не обломаетесь.

— Зайчик, мне надо срочно в Париж, так бы я с удовольствием.

— Ясно. Круто.

В свои пятнадцать я бы в него влюбилась, какие кудри потрясающие!

— Большое спасибо, красавчик! Я тебя не забуду! Вылезаю у КПП из гольф-кара и искренне прощаюсь с мальчишкой!

— Я Даниэль, кстати.

— Тем более не забуду! Пока!

Сажусь в такси и открываю банковское приложение для покупки билета. Мне везёт, есть ночной рейс. Я как раз успею доехать до квартиры бабушки, взять чемоданы, завезти часть вещей брату, и от него уже совсем недалеко до аэропорта Внуково.

Единственная накладка — это пересадка в Стамбуле четырёхчасовая, придётся ждать утра. Стамбул! Точно!

План созревает моментально.

— Алло! Джайлан, дорогая, привет! Мне нужна твоя помощь! — Звоню бывшей близкой подруге, которую вычеркнула из своей жизни в один момент, ничего ей не объясняя.

Наш друг подошёл и прямым текстом мне сказал, что она подкатывает к Глебу. Притом максимально открыто и не шифруясь. Она тоже смуглая, фигуристая и вполне подходит под типаж Глеба. Единственное, слишком простая и, естественно, никак не дотягивает до Ковалёвых. Но я же не собираюсь его женить, достаточно его отвлечь.

— Тоня! Неужели это ты! Как ты? — Слышу счастливый голос подружки-подлюшки, — Я так переживала, думала, может я сделала что-то не то.

Усмехаюсь, всё-таки осознаёт свой косяк.

— Да ты что? Нет! Столько дел было, я вообще закрутилась, — да, на полтора года закрутилась, очень правдоподобно, конечно. Но ей так хочется в мою компанию, что она всё примет, — я просто в Стамбул лечу, вспомнила, что ты мне советовала ваше блюдо. Забыла, как называется.

— Лахмаджун? Вы с Глебом летите? На сколько? Где остановитесь?

— Ой, Джайлуш, не напоминай. Мы расстались. Я еду развеяться. Залечить раны в общем.

— Да ты что? Не верю! Вы же такая пара. Ну как так? Что же творится?! Он тебе изменил?

— Нет, дело в другом. Насколько я знаю, у него всё-таки никого нет. Свои сложности. Не хочу об этом. Моя дорогая, всё, такси к аэропорту подъехало, отключаюсь. Если есть места интересные, напиши, пожалуйста!

— Конечно! Хорошо отдохнуть!

Клюнула. Слышу по повеселевшему тону, что клюнула. Как я сразу о ней не вспомнила? Надеюсь, мой план сработает и она отвлечёт от меня Глеба. А то чего доброго в Сансер прилетит, про Родриго же он как-то узнал.

Дома у бабушки быстро подхватываю чемоданы, благо у меня всё заранее было собрано по сезонам и поводам, и спускаюсь к таксисту. Пишу брату, что скоро заеду.

— Привет! — Брат запускает меня в дом, — Это что такое? Ты к нам переезжаешь?

— Привет, — чмокаю, — нет, я улетаю сейчас в Париж. Подкинешь до Внуково?

— Тонь, ну а предупредить-то можно заранее?

— Можно. Но это спонтанная поездка. Скажешь родителям, что со мной всё хорошо? А то у меня там связи не будет до обеда. Я улетаю к Родриго, а потом, может, в Венесуэлу. И Элеша тогда подлетит. Я как раз жду курьера от Вадима с ключами.

— Я ничего не понял, — вздыхает брат.

— Потом ещё раз расскажу, мне нужна Оля.

Брат закатывает глаза точно так же, как я, и идёт за своей женой.

— Привет, лучшая представительница Аршанских, — обнимает меня Оля, — что происходит? Ты к нам переезжаешь?

— Вы как будто даже не против, но нет. У меня к тебе девчачья просьба, — смотрю на неё умоляющим взглядом.

— Губки подколоть?

Они все сговорились?

— Нет, я привезла два чемодана вещей. Они все отфотографированы и выставлены на Oskelly, когда найдётся покупатель, к тебе просто приедет курьер и заберёт вещь. Я тебе скажу, что ему отдать. Мне просто нужны деньги. Поможешь?

— Давай мы тебе дадим.

— Мне надо много. У меня там и украшений полно, всё, что дарил Глеб, и всё, что мне не очень нравилось, — снимаю с себя бриллиантовое сердце Graff, которое ему всё-таки не оставила, — это Эмилии, когда родится.

— Ого, Саш, ты видел? У моей неродившейся дочери уже бриллиантов больше, чем у меня.

— Саш, ты понял намёк? Тебя вообще в нашей семье воспитывали или где? Почему жена без бриллиантов?

— У неё есть кольцо, — смущённо говорит брат.

— Подари ей еще каратник на рождение дочери. Минимум. Так, ещё у меня там полно сумок, Луи, Гуччи, Дольче. Если тебе что-то понравится, можешь взять несколько штук. И много шопарда. Всё с документами и аккуратно сложено. В общем, я надеюсь за это всё выручить несколько миллионов.

— Обалдеть, чтобы я так жила. Тебе не жалко всё это продавать? — Хватается за живот Оля.

— Нет, мне особо не нравились эти вещи. Надеюсь, вернусь к вашим родам, — глажу животик с будущей племянницей, — так, ну всё, мне пора. Сашенька, подкинешь?

— Ну куда я денусь. Поехали, систер.

Вся дорога проходит как в тумане. Только сдав чемоданы, я осознала, что не переоделась и лечу в белом пышном платье и на каблуках. Хорошо, что ткань плотная и оно не особо мнётся, но выгляжу я опять максимально неуместно.

В Стамбуле не знаю, куда деться от сальных взглядов, и, забив на всё, жду свой рейс в самом укромном углу. Зато можно сразу патчи с маской надеть, чтобы не совсем уж страшилищем прилететь к своему мистеру Вселенная.

В Париже меня уже ожидает комфортабельный микроавтобус, хорошо, что и здесь работает наше приложение премиум-такси. Из Нанта добраться до Сансера было куда сложнее и дороже.

Весь путь до Сансера я не могу расслабиться, я даже не чувствую усталости после двух четырёхчасовых перелётов. Я не спала всю ночь, но на мне это нисколько не сказывается. Чтобы хоть как-то себя занять, приспасабливаюсь и делаю себе макияж.

И только на подъезде к Сансеру я осознаю свою ошибку. Ну какой сюрприз, если он мог улететь в Венесуэлу без меня? Да, он написал, что билеты сгорели, но он мог говорить о моих.

Значит, вернусь в Париж и полечу в Венесуэлу, не беда. Единственное, я абсолютно без связи, но что-нибудь придумаю.

Сердце начинает бешено стучать, когда я вижу очертания уже знакомого городка и мы начинаем медленно пробираться сквозь старый город вверх к шато Де Гранж.

По телу пробегает озноб, смотрю на свою руку и отмечаю, что мурашки рекордные по размеру. Чтобы хоть как-то себя угомонить, пью воду маленькими глотками и не отрываю глаз от дороги.

Когда мы въезжаем на его территорию и покрышки начинают шуршать по насыпи, крепко хватаюсь за держатель. Не могу даже понять, почему я так нервничаю. Наверное, очень боюсь разочароваться и не застать его. Или, чего доброго, застать не одного.

Около дома стоит точно такой же микроавтобус, и водитель грузит чемодан в багажник.

Родриго не видно. Выбегаю из своего транспорта и несусь к дому. Замечаю Родриго, выходящего из дома. Одного. Красивый до безумия. Загорел. В белых лёгких брюках и шелковистом поло. Совсем как на Маргарите.

Родриго видит меня и застывает в дверях, будто опять не веря своим глазам.

— Привет! — произношу то ли одними губами, то ли вслух. Я уже не могу понять. Замираю и жду его реакцию. Он же меня простит? Куда он уезжает?

Я стою не шевелюсь, он стоит и даже не отвечает мне, просто смотрит. Тело начинает трясти от страха быть отвергнутой. Только не сейчас. Только не так.

Гоню от себя дурные мысли. Он просто растерян.

Секунда, две, три, и я срываюсь к нему, а он будто оживает и подрывается мне навстречу.

— Babylove, — подхватывает меня и крепко обнимает. Жадно вдыхаю его запах, не могу надышаться, хочу утонуть в нём.

— Куда ты? На Маргариту? — спрашиваю немного придя в себя.

— В Москву! Надо было сразу с тобой ехать.

— В Москву? — Не выдерживаю и начинаю реветь, пачкая его поло тушью, тоном и хайлайтером.

Родриго, не выпуская меня из объятий, отпускает обе машины и заносит чемоданы обратно.

Пока закрывает дверь, я прислоняюсь к стене и снимаю обувь.

Сердце дико бьётся в груди.

Вспоминаю, как оно билось в наши первые свидания, мне даже Apple watch советовали проверить здоровье, сейчас же мне даже страшно за себя.

Ноги становятся ватными, взгляд и так затуманен слезами, а сейчас и вовсе плывёт.

— Я тебя очень ждал, — шепчет по-русски с акцентом и притягивает меня к себе. Резко, уверенно, будто забыв о своей нежности и галантности. Поддаюсь ему и чувствую, как сентиментальность уступает место густому насыщенному желанию.