Глава 20

Катя

В понедельник вечером мы с Никой, обнявшись, смотрели полнометражный мультик «Лука», веселый и добрый. Раньше длинные мультфильмы у нас в расписании стояли исключительно по выходным, но теперь мы с дочерью крайне редко бывали вместе в субботу и воскресенье, только если Вадима не было в городе. Но и он старался так подгонять командировки, чтобы в пятницу как штык Нику с тренировки забрать и до понедельника.

Я очень по Веронике скучала и вообще три ночи одной дома – очень одиноко. Вроде и занята работой, в пятницу то со Светкой, то с Олей или все вместе ужинали и в баре до глубокой ночи отдыхали. Я не одной субботней постановки в театре Моссовета не пропустила! Когда такое было?! Вадим со скрипом ходил со мной раз месяца в три. Он предпочитал досуг повеселее. Я так-то тоже. Но иногда совершенно необходимо культурно просвещаться.

Вроде и скучать некогда, а состояние пустоты накрывало. И мысль посещала, что, возможно, я созрела для чего-то нового. Кого-то нового. Отношений. Необязательно серьезных – нужно ведь с чего-то начинать. Я так рано и так долго была замужем, что немного боялась снова стать свободной для мужчин. Забыла, как это – на свидания ходить. Может, пора вспоминать?

– Как выходные провели? – поинтересовалась, когда титры пошли. Уже десять, кое-кому спать пора, но мне хотелось побыть с Никой чуть дольше положенного. Все равно раньше одиннадцати не уснет. Рано отрубалась только после длинных тренировок с Ладой Юрьевной.

– Хорошо, – зевнула она. – Вчера погода не айс была, мы с папой в ТЦ тусили: и в ЦУМе, и в Европейском. В центральном детском мире на выставку мира Гарри Поттера ходили.

– По пакетам все и так понятно, – скептически ответила я. Вадим всегда Нику баловал, сейчас чересчур даже. Она вроде не зарывается, но принимает как должное, да и половина купленного ей в принципе не нужна.

– А в субботу к бабе с дедом ездили, – она внезапно поднялась и смущенно на меня взглянула. – Я там это… про Вику спрашивала.

Я максимально естественно пожала плечами и улыбнулась. Да, дочь с ней уже познакомилась, но этот ее интерес… Словно меня проверяет, мою реакцию: если нервничать и злиться начну – ненавидим подружку папы; если спокойна – значит, можно присматриваться дальше. Тяжело мне в эту игру играть и умиротворенной быть. Черт!

– Что спрашивала? – я взяла расческу и попросила жестом крутануться, чтобы волосы на ночь в порядок привести.

– Да так, хотела просто понять, как баба с дедом к ней.

– И как? – тихо оборонила.

– Нормально вроде.

Я медленно выдохнула. Ну хоть так. Ника – ребенок еще, но уже пыталась составлять собственное суждение о людях, критически мыслить. У меня насчет этой Вики было другое мнение, но его я придержу до того возраста, когда мы с дочкой сможем в ресторане на равных алкоголь заказывать.

– Мамочка, – она резко развернулась и обняла меня, – ты все равно у меня самая лучшая. Самая красивая! Самая любимая!

Хотелось расплакаться от радости и бесконечной благодарности за поразительную чуткость в таком нежном возрасте, но я не хотела разыгрывать слезливую барышню, поэтому лизнула Нику в нос.

– Я тебя тоже очень люблю, а теперь, – по волосам последний раз расческой провела, – зубы чистить и спать.

Ника ушла, а я телефон в руки взяла. Я не спрашивала, понравилась ли эта женщина лично ей, потому что не знала, как реагировать: если понравилась, то мне неприятно будет – а как иначе? Если не понравилась – беспокоиться начну. Если эта Вика с Вадимом и дальше пойдет по жизни, то видно будет и без расспросов. У Ники все на лице написано: если обидит – узнаю!

Я открыла приложение социальной сети и набрала в поисковике исходные. Это можно было сделать раньше, но я не решалась посмотреть на Викторию Зимину. Так старалась оттолкнуть, забыть, отпустить Вадима, что максимально от всего связанного с моей обидой, с чувствами к нему, абстрагировалась. Сейчас внутри было странное ощущение: я готова.

С экрана на меня смотрела красивая женщина: рыжеватая шатенка, ухоженная, лощенная даже. Неудивительно. Мой бывший муж очень взыскательный мужчина: Вадим красив, по-мужски не идеально, брутально и резко, с острыми скулами и чувственными тонкими губами, и его спутница обязательно должна приковывать взгляд. В этом вопросе он постоянен.

Я пролистала ленту вниз, совсем немного – не хотелось наткнуться на общие фотографии, ярко иллюстрирующие роман с моим бывшим. Снимки эффектные, отрицать сложно. Каково внутреннее наполнение этой женщины, я не знала. Не скажу, что очень уж интересно, но если она будет рядом с моей дочерью как спутница ее отца, то лучше бы этой Вике оказаться приличным человеком. Насколько вообще может быть приличной та, что с женатым мужиком спала.

Я снова посмотрела на нее: а ведь Вика Зимина не девочка совсем. Если ровесники с Вадимом, то ей за тридцать пять уже. Едкая мысль все же просочилась: неужели последний шанс на приличного мужика? Хотя сейчас к приличности Вадима Полонского у меня лично большие вопросы. Я ничего не знала об этой женщине, кроме общих фактов. Была ли замужем, есть ли дети, каковы цели на ближайшее будущее? По фотографиям складывалось впечатление, что Вика свободна, и если она не противница института брака со всеми вытекающими, то Вадим, возможно, скоро повторно отцом станет. У этой Вики возраст, когда биологические часы тикают особенно громко.

Хм, Вадим отец ребенка, которого родит ему другая… Интересная ситуация. Я прислушался к себе: а что вообще чувствую ко всему вот этому? Ни острой, ни глухой боли больше не было. Что-то непонятное, в клубок сплетенное и запрятанное глубо внутри, и грусть, что не сложилось как в сказке: и жили они долго и счастливо и умерли в один день. Все хотят, чтобы раз и на всю жизнь, но…

Что же, возможно, я не до конца излечилась от чувств и привязанности к бывшему мужу, то встала на правильный путь. Я отбросила телефон и тоже пошла готовиться ко сну. И меня, как ни странно, не терзала рефлексия и спала я отлично. Уверенный прогресс!

Зима еще не наступила, но была близко, поэтому мы со Светкой решили прогуляться по Охотному ряду и присмотреться к витринам. Декабрь еще не начался, а город уже преобразился: сверкал и искрился огнями! Вечерняя Москва стала бесподобной! Без того красивая столица просто вспыхнула волшебством Нового года и Рождества, хотя праздники еще совсем не близко.

– Как тебе мое коммерческое предложение? – поинтересовалась, гоняя по пустому стаканчику с глинтвейном апельсин с имбирем. Я твердо решила расширять сеть и внедряться везде, куда смогу влезть.

– Я оценила, – кивнула она. – Отправила дальше, комдиру. Думаю, все выгорит, – и стрельнула в меня лукавым взглядом.

– У тебя что новый роман?! – я была поражена, в хорошем смысле. Светка-Ветка времени не теряла! Даже поразительно, что они с Ильей целых два года прожили в браке: спокойный, рассудительный, абсолютно гениальный программист (его даже Вадим хвалил, а он никогда не льстит людям!) и шумная оторва-продажница. Илья после развода в свой Лимассол сбежал, а Светка Москву заняла. Она хоть и говорила, что легко с ним рассталась, а настолько тесно им в одном городе, что бывшему мужу, как джентльмену, пришлось страну менять.

– Пока держу на голодным пайке, – ответила Светка. – Пусть помаринуется, а там посмотри, стоит ли вообще.

– Симпатичный? – из вежливости поинтересовалась. Я уже реально ее мужчин не запоминала, вот когда появится что-то сложное и настоящее – первая шампанское открою.

– Харизматичный. Я помогу с продвижением предложения, но, уверена, Адик и так оценит. У нас хоть и фитнес-бар, но поесть все любят! А сколько у нас детей! Они только там и зависают!

Я слушала вполуха, потому что засмотрелась на витрину спорт-товаров, на которой вместо манекенов, стояли обнаженные по пояс накаченные мужчины: в шортах, трико, плавках, а сверху красная шуба Деда Мороза… Все, кажется у меня слюна потекла. Да и в трусиках влажно и жарко. Что ни говори, а с Вадимом у нас секс на регулярной основе был, привыкла я к ласке мужской, а тут такое воздержание.

– Эй, подруга, – Света меня плечом толкнула, – это то, о чем я думаю?

– Да, – честно призналась. – У меня голодуха.

– Наконец-то очнулась! – Светка бегло огляделась и, схватив меня за руку, потащила к какой-то кофейне.

– Два рафа, пожалуйста, – заказала я.

– Один с ромом, – добавила Светка.

– Извините, но мы не подаем… – начал было мальчик-официант, но она так обольстительно улыбнулась, что карта была бита: – Сделаем, – за тем на меня посмотрел: – А вам?

– Мне традиционный.

– Две минуты, – улыбнулся и ушел.

– Ничего так, – проводила его взглядом Светка. – И на тебя пялился!

Я обернулась – официант заказ на поднос грузил – оценила обтянутую джинсами задницу. Ничего так, но…

– Да он же вчерашний подросток.

– А тебе как: для души или для тела?

Я прикусила щеку, зажмурилась и выдала:

– Для тела!

– У-уу! – загудела она. – Шампанского нам!

– Какое шампанское, я за рулем! И с поставщиком встретиться нужно.

– Ладно, – махнула она, – и так весело. Есть кто на примете?

Я была вся в сомнениях.

– Кстати, что там с этим кавказцем Умаровым, остыл?

Там, если честно, странная история. Я только знала, что Марина документы Таисии забрала и уехала. Куда – не знаю. Из-за чего – мне уж точно не отчитывалась. Вроде слухи по школе прокатились, что у самого Дмитрия Умарова большие проблемы.

– Слава богу. Там какая-то темная история. Вроде у него траблы с законом.

– Не твой ли постарался? Узнал ведь.

Я задумалась. Вадим мог, но не признается теперь уж точно, а пытать его у меня больше нет законных прав.

– Не знаю и разбираться не хочу. Надеюсь, только, что Марина одумается и разведется с этим козлом.

– Ладно, давай тогда о мужиках, а не о козлах. – Я даже чашечку кофе подняла – это хороший тост! – У нас в тренажерке новый тренер – просто конфетка. Для тела самое то. Так отутюжит…

– А потом мне бегать от него по всему комплексу? Нет уж.

– В нашем клубе на Манежной сейчас Тульская баскетбольная команда ошивается, у них чемпионат какой-то, и директор наш решил благотворительностью заняться: подарил команде двухнедельный абонемент, с мэром так заигрывает, – и кавычки показала. – Я видела там очень достойные экземпляры есть. Судя по размеру ноги… – потом на столе отмерила сантиметров двадцать с лишним.

Мы смеялись на весь Охотный ряд. Весело было очень, но предложение я отвергла. Может, у меня не такой богатый опыт заманивания мужчин в свои сети, но увлечь могла. Девять лет мужа соблазняла и удивляла. Правда, не очень успешно раз в разводе, но все же кое-что умела! И на примете был мужчина…

– Кать, – Светка вдруг серьезной стала, – у нас, какие планы на Новый год?

– Не знаю, – задумалась я. – Была мысль второго с Вероникой в Пушкин поехать, давно не были. Если получится договориться с Вадимом, естественно.

– У вас девятого, кстати, годовщина вроде, да?

Я промолчала. Да, десять лет. Хорошая дата, круглая, не дотянули правда… Вдох-выдох, у меня дзен, а Полонский пусть идет в пешее эротическое. Я улыбнулась, как вечная Мона Лиза. Ей, может, тоже насточертело улыбаться, но доля такая.

– Тридцать первого я хочу гостей у себя собрать, – сменила тему я. Мы с Вадимом обычно в канун нового года с близкими встречали или втроем вообще, а первого тусе устраивали. Потом либо в горы, либо к морю, либо в Москве по ресторанам все праздники. Сейчас ситуация иная – у нас даже компания разделилась. Костик больше не будет пьяной Снегурочкой. – Всех наших из «Лизы»^[5], тебя, конечно же, Машку с Игорем.

Это наши общие с Вадимом друзья. Но Мария – девушка жесткая, у нее детские клубы женские залы по самообороне (надо записаться, кстати!), а муж тоже в строительстве. Мы с ней быстро сошлись. После развода она меня поддержала, и мужу, если не запретила с Вадимом дела иметь, то за один стол садиться отказывалась. Они встречались на каком-то экономическом слете. Вадим был один, но руки Мария ему не подала. Это ее личная позиция. Она в отношении предательств любого толка даже мне фору даст.

– Кать, а Олежика позовешь?

– Можно, но вряд ли он свободен, – тряхнула волосами я.

– Он же находит время по пятницам и субботам бариста у тебя работать. Бесплатно, – многозначительно хмыкнула.

– Это по дружбе, – покачала головой я. Мы с ней Олега давно знали. Нам по восемнадцать было, ему двадцать девять: мы только общественно-правовой деятельностью заинтересовались, он давно сознательный гражданин. У него был байк, сеть брутальных мужских качалок, сейчас к этому прибавилось несколько барбершопов и гриль-бар. Жених с приданым, если что.

– Значит, ты не против, если я попробую?

– Свет…

Олег Громов – высота, которую моя подруга штурмовала лет надцать уже. Но все мимо. Одинокий волк на мотоцикле, который успевал крутиться в малом бизнес, помогать людям и делать самый вкусный кофе. Наверное, она для него все та же девчонка, а я… Когда его смены, от которых Олег не отказался даже после найма официального бариста, на моем столе всегда любимые белые тюльпаны и чашечка кофе с пышной пеной и рисунками. Пока было тепло я пару раз прокатилась с ним, позволяя ветру трепать длинные волосы – на голову я принципиально ничего не надевала (тем более рога!). Полночь, Воробьевы горы, рев мотора… Олег поцеловал меня, а я позволила. Я даже ответила, но волшебства не случилось. Искра не проскочила. Это не мой мужчина, каким бы замечательным он ни был, а портить столько лет дружбы сексом – большая глупость.

– Я обязательно его уговорю! – пообещала Свете. Что я точно могу сказать: руки у него большие и очень крепкие, в таких объятиях очень горячо может быть.

А для меня был другой вариант…

– Антон, спасибо, что помогли с поставкой и бумагами.

– Екатерина, – усмехнулся фирменной плутовской улыбкой, – для вас хоть луну с неба в самые короткие сроки.

Антон Бортников был управляющим в компании, занимавшейся торговым посредничеством между предприятиями, оптовиками и такими небольшими производствами, как мое. Работал быстро, четко, качественно. Финансы, коммерческие операции, урегулирование споров. А еще он был достаточно молод, хорош собой и в приличной форме, по крайней мере брендовая одежда подчеркивала только достоинства. Антон, как говорят, предприниматель новой формации: получал удовольствие от денег, но и от качества своей работы, не стоял на месте, развивал и улучшил спектр оказываемых услуг. Таких драйвило именно заниматься бизнесом, двигать процесс, участвовать во всем! И вкушать плоды, естественно. На него засматривались мои девчонки, да и клиентки: машина, внешность, стиль жизни. И обаяние, бездна обаяния! Антон лично приезжал с договорами ко мне, хотя это не его вообще дело – у него пол Москвы таких производств! Но он занимался мной, точнее, моим детищем, мог принести маленький игривый букетик и много шутил. Я не обольщалась, чувствовала, что самец желает победу в отношении меня. Циничное «просто секс» с красивой женщиной – вполне ему подходило. Получить удовольствие и эго потешить. Я тоже хотела удовольствия, которое только мужчина мог дать, и никаких эмоциональных привязанностей. То что доктор прописал!

– Луна с неба мне не нужна, – кокетливо произнесла и плечиком дернула.

– А что нужно? – тут же включился Антон.

– Может, просто прогуляться, проветриться…

– Может, сегодня…

– Нет, – мягко прервала. Осаживать жеребцов так, чтобы эго не задеть, я умела. Десять лет практиковалась. Мужчины порой так ранимы, в вопросах своей мужественности, не дай бог уязвить! – В субботу я свободна.

Вопрос, конечно, свободен ли он? Но если такой чуткий поклонник женских прихотей, то, наверняка, смекнул, что секс может обломиться с еще вчера недоступным бизнес-партнером. Антон как-то обмолвился, что планирует после нового года в Азию уехать на весь сезон, до лета. Мне это подходило: короткий роман для тела с приятным мне мужчиной. Снова тонуть в любви я не готова. Пока.

– Тогда в субботу, Катя, – произнес интимным полушепотом, запястья коснулся невзначай и ушел. Кожа мурашками покрылась и соски натянули тонкую ткань шелковой блузки. Приятно. Я реагирую. Хорошее начало.

В пятницу я действительно была занята: помогала бабе Маше муку миндальную молоть. Точнее, я молола, а она руководила, и никакие увещевание, что можно купить готовую, не помогали.

– Дочь, вот такой у тебя креативный директор! – смеялся папа.

Бабушка придумывала новый рецепт, и у нее все вручную из натуральных продуктов высших сортов, поэтому настолько вкусно, но трудоемко. У меня руки уже отваливались!

– Это какое-то рабство, а не партнерство, – заметила шутливо.

– Катька, не жалуйся, – шикнула баба Маша. – Я идеи генирюры… генерирю… тьфу ты!

– Генерируешь, – поправил папа.

– Во-во! – поддержала она. – Вероничка с Вадимкой? – спросила у меня.

– Угу.

– Как он там? Не отощал? Больно жалко выглядел, когда суп мой наворачивал.

Это было неправдой. Вадим отлично выглядел. У него точно все хорошо, не страдает. Если бабуля меня хотела подбодрить, то не нужно. У меня тоже все нормально, а завтра будет еще лучше!

– Фух! – выдохнула я. – Что дальше?

Мозговой штурм длился до позднего вечера, а в субботу получившийся пирог, я отправила на дегустацию своим ребятам в пекарне. Если восхитятся – будем вводить новинку.

На свидание я собиралась с особой тщательностью: первый раз не перед мужем разденусь. Волнительно. Кружевное белье, чулки с широкой резинкой, сексапильный пояс. Я от природы высокая и худощавая (кожа да кости, как бабушка говорила), но и тренировалась регулярно, поэтому живот подтянут, ноги стройные, а ягодицы крепкие. Распустила волосы и оценила себя такую в зеркале: уверена, раскованная, сексуальная, хотя на самом деле коленки дрожали от смущения и предвкушения.

Платье надела приглушенного винного оттенка из мягкого бархата: средней длины, но облегающее, тонкие бретельки красиво плечи и грудь подчеркивали, изящный кашемировый палантин накину в ресторане, чтобы настолько голой не выглядеть. Ужинать будем в «Рыбе мечты», поэтому нужно казаться более одетой.

– Как тебе дорада? – поинтересовался Антон, видимо, обратив внимание, что я не ела, а ковыряла в тарелке. Нервы. Даже бокал вина не помог.

– Немного пересушена, – я отложила приборы, оставляя руки на столе. Он слегка погладил мои пальцы, и искра проскочила. Напряжение отпустило, и внизу живота завязался узел другого толка. Я молчала, гипнотизировала Антона сквозь густые ресницы. Я хотела его и демонстрировала это своей распаленной энергией, флюидами и феромонами. Знаки недвусмысленные.

– Пожалуй, оставлю машину здесь, – оборонил Антон. Правильное решение. Остался только один вопрос. – К тебе или ко мне?

В такси мы сели, едва сдерживая желание касаться друг друга. Это не было чем-то особенным со стороны души, но меня мучили желания плоти. Я хотела ласки. Хотела мужчину. Хотела испытать наслаждение в паре, а не в одинокой спальне.

Машина тронулась, и Антон, положив руку мне на колено, неспешно повел вверх к бедру. Я качнулась навстречу, и он коснулся моих губ. Мы целовались жадно и долго. Так же долго, как ехало такси! Я не смотрела по сторонам, не обращала внимание на людей в подъезде, а лифт делал только ближе.

В спальне горел интимный свет, а мы раздевались на ходу, сбрасывая верхнюю одежду. Я повернулась спиной, позволяя Антону расстегнуть крючки платья. Оно скользнуло вниз бархатной рекой, и я повернулась, демонстрируя сексуальный комплект и свое тело.

– Я тоже хочу взглянуть на тебя, – улыбнулась уверенно, с легким превосходство. Удиви меня, Антошка.

Он ухмыльнулся и порывисто стянул через голову рубашку. Неплохо. Поджарый и широкоплечий, животик чуть круглее, чем требовалось, но пойдет. Затем щелкнул ремнем и снял брюки. Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Антон стоял передо мной в белых чаечках какого-то советского образца. Я вспомнила покойного деда, он у меня веселый был! Только весь сексуальный задор улетучился. Черт! То ли смеяться, то ли рыдать!

– Иди сюда малышка и сделай хорошо папочке, – Антон спустил трусы до колен и поманил меня своим хозяйством. Приличным, между прочим, но как так-то!

На меня с вызовом смотрел не длинный, но толстый член, ровный, коренастый, как дубовый пенек: сядь, посиди, съешь пирожок. Все, я не могла больше отделаться от дурацких ассоциаций!

– Слушаюсь, – я, стараясь не ржать, как кобылица, подошла, остановилась близко. – Только чтобы получить «хорошо», папочке нужно в душ.

Он обнял меня и вжался членом в живот. Если бы возбуждение снова захлестнуло, я бы легла с ним, но мне хотелось смеяться, а не трахаться. Особенно, когда снял трусы и как великую драгоценность на кресле сложил.

Как только дверь ванной закрылась, я вскочила в свое платье, схватила сумку и, накинув меховое пальто, вылете из квартиры. В лифте я хохотала, как сумасшедшая! Наверное, будь у меня эмоциональная привязанность к Антону, мы бы вместе посмеялись и таки занялись сексом, но сейчас я ощущала себя героиней дурацкой комедии. Ужасно глупой, но смешной!

Я вышла на улицу, зимняя ночь пахнула морозом. Где я вообще?! Вокруг жилые многоэтажки и девственный снежный покров. Достала телефон, на часы взглянула и посмотрела геолокацию.

– Ходынское поле… Неплохой район и дома хорошие, – проговорила и, запахнув пальто, пошла в сторону от подъезда. Вызову такси у другого дома, а то вдруг Антон в своих чаечках за мной побежит! Я звонко рассмеялась: первый блин комом, но мне понравилось! История в копилочку, будем с подружками делиться!

К себе добралась только к одиннадцати, душ приняла, вышла из ванной в одном полотенце, села на кровать и задумчиво нахмурилась. Неужели так и закончится мой вечер безудержного секса?!

Поднялась, из гардеробной притащила коробку с «игрушками» и в спальню принесла.

– Сегодня ты будешь моим партнером, – проговорила, достав длинный вибрирующий фаллоимитатор. Скинула полотенце и легла, груди обвела медленно, соски подразнивая. Огонек желание сверкнул в глубине и пожаром между ног отозвался. Хорошо. Дотронулась пальчиками до клитора, распаляясь, и нырнула внутрь. Такая мокрая, что смазка не нужна. Я почти ввела искусственный член, когда телефон заорал. Блин!

– Да, – взяла сразу, потому что у него Ника.

– Не спишь еще?

– Сплю, – буркнула нетерпеливо.

– Мы к тебе едем. Она испугалась в гостях ночевать и…

– В смысле «в гостях»? Ты куда ее повез?! Вадим? Вадим?!

Отключился сволочь! Ну, Полонский, ну, мерзавец! Только приедь!