Глава 19

1996 год

— Ну здорово, бикса, — хмыкнул Седой, и упер руку в стену прямо перед Галиным носом.

Подойдя к девчонке вплотную, он закрыл ей единственный путь к отступлению. Да и не больно-то куда отступишь в тесном школьном коридоре, когда с обеих сторон окружают Санины бойцы.

Галя испугалась не на шутку, увидев недружелюбные лица шнырей. Те были настроены крайне враждебно. Сеничкина понимала, что сам Саня девок бить не будет ни за что. Это его принцип. А вот отдать приказ шестеркам — как за здрасьте.

— Привет, Саш, чего хотел? — неуверенно начала она, оглядываясь в поисках кого-то, кого можно позвать на помощь. Но как назло, весь школьный этаж опустел.

Ни одной живой души. Все как вымерли.

— Ты знаешь, зачем я пришел, — усмехнулся Седой.

— Нет, не имею понятия, — Галка затравленно взглянула на своего пленителя, пытаясь всеми силами сохранить, однако, вид спокойный и расслабленный. Конечно, этого у нее не получилось.

Само собой, она знала. Начиная с того, зачем они пришли, заканчивая тем, что они могут сделать. До Седого дошли слухи про его девочку, и каким-то образом он понял, что пустила их Сеничкина. Это было логично. Саня знал Галкин характер, и знал что она не отступится перед желаемой целью. Тем более когда конкуренткой оказывается какая-то тупая серая мышь (пусть у нее отец мент). Ну и пусть.

Галка, понимая опасность ситуации, решила прикинуться дурочкой.

Вместо ответа, Седой кивнул одному из бойцов. Это был неизвестный Галке коротко стриженный парень. Он подошел вплотную, встав рядом, и вложив в удар корпус, влепил Гале пощечину.

Такого поворота она не ожидала. В голове зазвенело, мир пошел кувырком, ноги перестали слушаться, подкосились, и Галя завалилась на бок, прямо к стенке. Короткая юбчонка задралась, и теперь на обозрение всему свету выступили Галины трусики. Это невинное зрелище возбудило пацанов. Девчонка увидела, как загорелись их глаза.

От жуткой боли из глаз брызнули слезы. Тут она не стала себя сдерживать и расплакалась.

— За что?!

Она плакала искренне, но все-таки решила, что сейчас полезнее играть в дуру. Нет, она не признается. Ни за что не признается. Вон как эти быки возбудились. Да они уже не в себе! Потирают в нетерпении потные ладони.

— Я же ничего не сделала!

Но Сане не нужно было признание. Он решала, авторитет. Теперь не простой пацан, а бригадир. Потому-то и опасен, что живет только по своим законам, и плохо придется тому, кого он решил наказать.

Одно Галка знала точно. То, что парни собираются с ней сделать — это беспредел. Не по понятиям. Да и как такое может произойти просто в школьном коридоре?!

Но это не по понятиям для Сани, а не его бойцов.

— Даю тебе день, на провести пущенную парашу, уяснила, обезьяна? — Сеня наклонился близко к ее лицу. Что-то щелкнуло, и у девочки перед носом промелькнул складной нож-бабочка. — Иначе кранты.

Щелчок. Бабочка летит куда-то вниз. Еще щелчок. Снова перед носом. Галка смотрит на лезвие как загипнотизированная, не отводя взгляд.

— Мои быки с удовольствием поиграют с тобой.

Глаза вновь застилают слезы. Страх и обида вперемешку. Ей хочется скрыться, убежать, только бы не видеть этого ужаса. Она уже раз десять пожалела, что затеяла эту глупость. Думала, на мента нарваться — будет самое худшее. Да не тут-то было.

— Прости, Саша, прости, я не хотела… — отпираться бессмысленно. Ему все равно. Он разворачивается и уходит.

— Извинишься перед ней, В ноги упадешь и покаешься. И боже тебя упаси, курва, ослушаться, — напоследок Седой бросил фразу через плечо, и скрылся за дверью школьного коридора.

Девочка согласно кивнула, утирая ладонью текущие по щекам слезы. Душа клокотала от унижения и злости.