31. Палач

Земля уходит из-под ног.

Я боюсь, реально боюсь, что он сейчас снова начнет издеваться надо мной, показывая свое превосходство и манипулируя. Потому что даже по пьяни он вел себя отстраненно.

Хотя, да, когда мы мирились после ссор, тоже рычали друг на друга, но потом… потом было столько нежности, что я ощущала себя самой любимой на свете. Медведь зацеловывал, занюхивал, заглаживал все обиды. Затискивал меня. Залюбливал так, что до сих пор мурашки от воспоминаний.

Болезненно морщусь, сжимая кулаки.

А сейчас Медведь держит меня в черном теле, постоянно напоминая, кто я в его глазах. Даже мой внезапный порыв с чистосердечным он пропустил мимо ушей. Точнее как “пропустил”? Ответил в ключе оскорбленного до глубины души миллиардера. И потом просто отвернулся и уснул.

А, возможно, он уже и не испытывает ко мне даже капли прошлой любви и ему нужен только лишь секс. Потому что, в этом мы с ним как ключ с замком – уникально подходим друг другу…

А была ли вообще любовь?..

Этот вопрос больно бьет под дых. Потому что раньше казалось, что такой сильной любви, как у нас, больше ни у кого в мире нет! И что он – тот самый, лучший на свете мужчина, о котором поют песни и снимают фильмы. Потому что я знала, что он никогда не предаст меня, не оставит в беде.

Мы не говорили об этом. Он вообще мало разговаривал, потому что много работал. Но я всегда чувствовала себя рядом с ним, как за каменной стеной и знала, что в мире для меня нет неразрешимых проблем.

– Ну, что ты ноешь, солнышко? – улыбается Миша, когда я, рыдая, падаю к нему в объятия, потому что мне озвучили бешеную цену за защиту диплома. – Купим, починим, украдем. А если кто-то тебя обидел, то сожру его. Я же Медведь.

– Сожри их всех, пожалуйста, – плачу громче, но тут же успокаиваюсь и хихикаю от поцелуев и покусываний, переключаясь на приятные ощущения.

– Сожру, не переживай.

А потом он предал меня. Изменил. Просто ревнуя к несуществующим любовникам. Обидевшись, что я не сказала ему про новую работу, начал строить какие-то невероятные предположения об эскорте и дополнительных услугах для богатых клиентов. Убедил себя в том, что я изменяю ему. И, оправдав свое желание изменить, изменил мне.

В этом была и моя доля вины. Всю эту дичь про эскорт он слышал от моих подруг, которые нет-нет, да и заходили к нам в гости, когда была подготовка к каким-нибудь экзаменам. Тогда мы с девчонками рисовали эскизы, сидя на кухне, подбирали материалы, пили вино. Ну, и Миша иногда присоединялся к нам, с интересом наблюдая за процессом создания какой-нибудь необычной вещи.

Тогда-то он словно взбеленился и запретил, строго-настрого запретил мне совать свой нос дальше разработки одежды. Потому что услышал от Ленки, моей подруги по учебе, которая уже подрабатывала моделью, как ее пытаются снять клиенты и как она не соглашается, но видит, как соглашаются другие, как заставляют их в агентстве идти в качестве сопровождения на богатые приемы. И какие деньжищи предлагают богатеи за обычный секс или что-то посерьезнее.

Помню, мне даже ей медаль на грудь захотелось повесить после того рассказа. И я подумала, что она немного преувеличивает. А Миша, видимо, принял абсолютно всерьез ее слова.

А в моменты ссор, когда мы лаялись из-за какой-нибудь очередной авантюры, в которую собирался влезть Медведь, я его подбешивала своими обещаниями, что попаду в модельный бизнес, чего бы мне это ни стоило, потому что тоже хочу жить так, как мне хочется, а не сидеть, как на пороховой бочке, без возможности планировать свою дальнейшую жизнь.

– Что, и через постель согласишься, если пообещают взять? – помню, как бесился Миша, видимо, представляя эту сцену.

– А что, думаешь, слабо? – орала я ему в ответ. – Ты же ради нашего будущего кредиты берешь. Вот и я ради нашего будущего ноги раздвину пару раз. Зато потом будем жить в шоколаде!

– Да я тебя своими руками задушу, если узнаю, что ты спала с кем-то ради этого, поняла меня, дура мелкая?

А потом мы мирились. Бурно, иногда даже до утра. И я доказывала, что никогда и ни с кем у меня ничего не может быть, кроме него, потому что он – любимый и единственный. Первый. Самый лучший, хоть и вредный до невозможности.

А потом незаметно от всех ныла, когда девчонки заключали контракты с модельными агентствами, а я отказывалась от интересных предложений.

Все крутили у виска, а я отмалчивалась. И только Ленке, с которой у нас сложились более-менее доверительные отношения, я жаловалась в моменты отчаяния.

В то время, когда все подружки стебались надо мной, потому что неприкрыто завидовали нашим отношениям с Медведем, она знала и про его кредиты, и про мои мечты стать знаменитой, путешествовать и заниматься благотворительностью.

Помню, когда я узнала об очередном займе, именно она поддержала меня и дала мне контакты модельного агентства, в котором сама когда-то работала, а потом ушла в другое. Мы еще постебались с ней по поводу папиков, эскорта и секса за деньги.

Выплеснув всю обиду на подругу, я перестала злиться на Мишу, и решила, что докажу ему, что моделью можно стать и без всяких порочных связей.

Помню, когда мы с ней втихаря праздновали мое трудоустройство, под предлогом удачно сданных экзаменов, Медведь не отходил от нас, будто что-то подозревая. А потом как-то все реже стал привечать наши с ней посиделки. И, чтобы не навлекать на себя лишние подозрения, мы перестали встречаться дома. Но то и дело зависали с подружками в клубах и все равно продолжали общаться.

А потом первая настоящая “модельная” зарплата, которая была почти в четыре раза больше, чем на ставке администратора в отеле, и все. Сатурн в пиздеце.

Помню, как приперлась к Ленке с чемоданом впервые. И как она уговаривала меня не рубить с горяча. Как мы пили с ней до утра.

Мне кажется, я ее заебала до невозможности своими метаниями туда-сюда, но мне больше не к кому было уходить.

Сколько раз она мирила нас с Медведем, под конец уже зная все про наши отношения.

И именно она прислала мне то роковое фото, когда поперлась ради меня вызволять пьяного Мишу из гостей, потому что на мои звонки и сообщения он не отвечал.

Помню ее сообщение. “Если ты перестанешь со мной общаться, я пойму. В древности гонцам с плохими вестями головы рубили…”

И я очень признательна ей за возможность выбора. Потому что я тогда оборвала связь вообще со всеми, кого только знала, даже с родней. Просто сменила номер и исчезла из жизней всех, чтобы вычеркнуть из своей одного-единственного человека.

Забыть так и не смогла в итоге, а налаживать общение с теми, кого сама бросила, уже не рискнула.

А сейчас стою и думаю, не позвонить ли подруге и не переночевать ли у нее. Смотрю на телефон и не решаюсь. Слишком много времени прошло.

Проще уже в отель. Я уже привыкла без них. И полюбила свое одиночество. Если я увижусь с Ленкой, еще ярче вспомню то беззаботное время с Медведем и станет еще больнее.

– Вот видишь, мужики за секс с красивой бабой готовы платить, а ты меня бесплатно трахаешь, и не ценишь, – придуряясь, обиженно дую губы, потому что Миша не хочет валяться со мной в кровати.

– Кукла моя, – шепчет Медведь и гладит пальцем мои губы, – я тебя не трахаю. Я тебя люблю.

Ну, была, была ведь любовь! Я до сих пор кожей чувствую ее отголоски. Что же пошло не так? Где мы свернули не туда?

Вздохнув, проверяю, закрыла ли машину на сигнализацию и иду домой. Там меня ждет мой палач. И одновременно с этим мой смысл жизни.