Глава 7
ИЮЛЬ 2018
— Ты с ума сошла, так барабанить в дверь?
Ирка стояла в дверях, недовольно рассматривая меня. Она явно уже собиралась ложиться спать, когда я свалилась ей на голову.
— Время видела? Совсем уже?
Я отхлебнула из горла коньяка и просто наглым образом зашла к ней в квартиру, не обращая никакого внимания на её протесты.
— Одна?
— Что? — Ирка опешила от такого вопроса.
— Ты одна? — икнув, бросила рюкзак на пол и стянула кеды. — У тебя никого сейчас? Для тройничка не то настроение…
Пряный коньяк уже обдавал жаром моё горло. Я жадно его пила, надеясь забыть всё, что произошло за последние сутки.
Просто не верится…
Какая же я дура!
Ирка грохнула дверью и рассерженно скрестила руки на груди. Отросшие волосы были завязаны в два смешных хвостика, отчего сразу становилась похожа на школьницу-переростка.
— Слушай, у него какие-то странные наклонности, да? — идиотски хихикнув, облилась коньяком.
— Мань, я ничего не понимаю. Честно. И ты пришла совсем не вовремя. У меня своих проблем до крыши.
— О! Прости… — прижимая бутылку к груди, направилась к своим кедам. В голове уже изрядно шумело. — Тогда поговорю сама с собой на улице. Раз больше никто меня слушать не хочет.
Так и не сумев обуться, плюнула на всё и сунула кеды подмышку, выпрямилась и вцепилась в дверную ручку. Но дверь не хотела поддаваться. Ирка закрыла.
— Ты это, если прогоняешь, то хотя бы дверь открой. Через окно нет желания идти. Я ещё не настолько отчаялась.
Ирка словно раздумывала, выпускать меня на улицу в таком виде или нет. Значит, выглядела я и впрямь ужасно.
— Тебя так развезло с полбутылки?
— Ха! Больше ничего тебя не волнует? Самый глупый вопрос, который ты могла задать, — сделала шумный глоток и посмотрела на бутылку. Нет, уже больше половины выпила. — Это вторая. Ты же знаешь, меня…
— …не берёт. Знаем, плавали.
— А ты знаешь, что его тоже.
— Кого его и что тоже?
— Серёгу. Алкашка его не берёт. Почти совсем. Ну, может, вот настолько… — показала пальцами небольшой просвет размером с полмиллиметра.
— Ты с ним?
— Угу. Ты же нет. Вроде как…
— Нет. Твоего совета послушалась. И сейчас мне кажется, что…
— Я сделала это специально? Нет. Забудь. Он сам ко мне приехал с месяц назад. Сам! — махнула рукой и чуть не пролила коньяк. Ирка попыталась забрать бутылку, но я не дала. — И такие вещи говорил. Аж заслушаешься. Вешал мне лапшу, а я её, как дура, доверчиво слопала.
— Знаешь что, давай-ка я тебя уложу на кухне. Ты проспишься, а завтра всё нормально объяснишь. И хватит тебе на сегодня…
Ирка слишком резко потянула мою руку с бутылкой на себя. Тёплая фланель податливо съехала с моего плеча, дав возможность подруге внимательно рассмотреть шею.
— Это что? — Ирка рванула рубашку вниз, с ужасом рассматривая следы. — Что это? Маня, что? Что?!
Истерический вопль почти оглушил меня. Я хмыкнула, пожала плечами и вырвалась на свободу, стыдливо одёргивая рубашку. В глазах Ирки плескалось целое море ужаса.
Что?
Чем её это удивило?
Коньяк уже откровенно отдавал спиртом. Я дошла до черты. До точки. Так и не напилась. Мой организм странно устроен: я никогда не могу напиться. Вот чтобы конкретно. Раз и чтобы отрубило. У меня, скорее, желудок разболится, чем я провалюсь в мягкое забытьё.
А мне так этого хочется.
Забыться!
Всё забыть!
— Что такого? Можно подумать, с тобой он такого не делал.
Ирка закрыла лицо руками. Покачав головой, вновь с гневом и злостью посмотрела на меня. Выхватила бутылку с остатками коньяка и едва глотком не осушила всё, что осталось.
— Нет. Со мной он такого никогда не делал.
Я стала медленно оседать на пол, но Ирка подхватила меня и повела в ванную. У меня даже не было желания сопротивляться. Она молча затолкала меня внутрь. Стянула рубашку, поморщилась от увиденного и заставила склониться над ванной.
Ледяная вода моментально сбила дыхание.
— Ирка! Ты чего творишь? — я попыталась её ударить. Слишком сильно замахнулась и не удержалась. Левая рука поплыла, и я завалилась набок. Тычок, и уже лежу в ванне. — Ты что?
Ирка направила на меня душ, прямо в лицо. Закрываясь руками, сплёвывала воду. Холодные, обжигающие струйки будто прокалывали кожу насквозь. Я беспомощно барахталась, пытаясь встать. Но Ирка упрямо усаживала меня обратно. Бороться с упрямой подругой было заранее проигрышным делом: я ей сильно проигрывала. По всем параметрам. Сила. Вес. Рост. Нет, до Серёги ей далеко, но она точно не Дюймовочка. Ещё чуть-чуть и баскетбол был бы её единственным выходом.
В голове всё улеглось. Сильно дрожа, расслабилась и закрыла глаза, обмякнув в ванной. Вода уже не казалась такой холодной. Даже мокрая одежда не беспокоила своей липкостью и мерзким ощущением на коже.
Душ прекратился так же резко, как и начался. Ирка едва не за шкирятник схватила меня, пытаясь помочь мне встать. Я скользила руками и ногами, совсем не облегчая задачу.
— Давай. Вставай. Я сейчас заварю кофе. Давай-давай… — Ирка заботливо обняла меня, вытаскивая мокрую меня на сухой коврик. Сразу же накрыла меня большим и тёплым полотенцем. — Раздевайся. Я сейчас сухое что-нибудь принесу.
Ну вот.
Опять забыться не дают.
Терпкий и горячий кофе был даже слишком сладким. Я пила уже вторую чашку. Третья в меня точно не влезет.
— Ир, я больше не хочу.
— Пей!
Я скривилась и сделала очередной глоток, мечтая о том, чтобы у меня ничего не слиплось и не треснуло.
— О каких наклонностях ты говорила?
— Про маленьких и беззащитных.
— Ну, я на такую непохожа. Вроде как, — Ирка развела руками.
— Но на тебя его и не тянуло, — брякнула, не подумав. Испуганно подняла взгляд, но подруга и не думала обижаться.
— Тоже верно. Хотя мне кажется, что не в этом дело. До тебя у него со вкусовыми предпочтениями было всё примерно понятно. Типаж у него есть. И ты в него совсем не вписываешься.
— Это должно радовать. Но, почему-то, не радует. Зачем он опять припёрся ко мне? И я… Дура! Хороша, блин, — сердито уткнулась носом в чашку, допивая кофе одним глотком.
— Так ты расскажешь, что случилось?
— Долго рассказывать.
— Валяй. Если уж ты ко мне пришла душу изливать, значит, всё совсем плохо.
— Просто больше некому.
— А Ленка?
— Я рассорилась со всеми, — скрипнула ногтями по тёплой чашке.
— Что? — Ирка ахнула.
— Оказалось, что знакомить Серёгу с родственниками — плохая идея. Во всех смыслах. Выбрала его и теперь жалею об этом, — слёзы навернулись сами собой. — Я и подумать не могла, что он… Что он так поступит!
***
ИЮНЬ 2018
В кафе было пусто. Хоть и лето, а работу никто не отменял. До обеденного перерыва ещё далеко. Ещё и погода премерзкая: дождь зарядил с самого утра.
Хорохорясь, заказала чай и тоскливо посмотрела на часы: половина десятого утра. Понедельник.
Ну и где его черти носят?
Сказал, что свободен. Или что-то неожиданно нарисовалось?
Фыркнув, достала мобильник и задумчиво провела пальцем по треснутому экрану. В голове роились мысли, толкались и зудели. Как же во всём разобраться.
Может, зря я это всё затеяла?
Серёга. Я и не знала, то он может быть… таким. Милым, добрым и заботливым. Честно, не ожидала. Это как в небесах парить. Когда он рядом, ничего не страшно.
И в то же время… Меня что-то тяготило.
Так хорошо не может быть.
Где-то подвох.
Когда в моей жизни всё замечательно — жди беды. Белые полосы не напоминают ровную и прямую дорогу. Нет. Чтобы преодолеть всё то «счастье», которым меня одаривает судьба, нужно хорошо потренироваться в беге с препятствиями. А когда наступает чёрная полоса… Правда, таких моментов было всего несколько. И вспоминать о них не хочется.
Да где же он?
Я сейчас всякого напридумываю! Уже и приглашать не захочу. Ещё на съёмку бежать. И желательно быть в хорошем настроении. Не хочу портить своей кислой рожей девичник одной милой девушки.
Долгие гудки. Снова гудки. И опять гудки. Что, даже трубку брать не хочет?
— Ты меня уже потеряла?
Мой недовольный взгляд его заметно развеселил.
— Да. Ещё чуть-чуть и завтрак бы отменился.
— Ела бы без меня, — Серёга растянулся в улыбке и сел напротив. — В чём проблема?
— Ни в чём, — я выдохнула и подпёрла рукой щеку.
— Тогда чего такая кислая?
— У меня скоро день рождения.
Кажется, эта новость его не совсем обрадовала. Улыбка намертво приклеилась к лицу, а вот в неестественно-голубых глазах мелькнуло что-то очень неприятное. Интересно, он о чём сейчас подумал? Что я его пытаюсь на что-то развести?
— Это замечательно. Ты чего-то хочешь? — ледяной тон заставил вздрогнуть.
— Я? От тебя? Пф! — открыла меню и начала с интересом изучать его. — Нет. Ничего не хочу, если ты о подарке. Не об этом хотела поговорить.
Серёга промолчал и положил свою руку на меню, заставляя меня поднять взгляд. Покраснев, поджала губы.
— Ну давай тогда говорить. Время-то идёт. Я, конечно, никуда не спешу, но сама же говорила, что тебе бежать нужно. Вещай.
Я заказала себе блины и ещё одну чашку чая, Серёга взял кофе.
— В общем… На праздники мы всегда собираемся всей семьёй. Мама, папа, сестра, ну и я. Только в этот раз хочу, чтобы ты присоединился к нам.
От такого предложения Серёга поперхнулся. Закашлявшись, вытирал рот салфеткой и изумлённо смотрел на меня.
— Познакомишься со всеми.
— Это что, сватовство?
Ну дурак же!
— Нет, не сватовство, — вспыхнув, сердито ударила ладонью по столу.
— А выглядит именно так.
— Дурак!
Официант тихо звякнул тарелкой и чашками и молча удалился, вынудив нас прервать разговор. Я вцепилась в блины, не зная, куда деть свои руки. Всё так же краснела, сердито раздувая ноздри.
— Это всего лишь ужин. Не очень официальный. Что такого в том, что я хочу познакомить тебя со своими родителями? Знаешь, обычные люди так и поступают. Даже больше скажу, я это делаю ещё и с корыстным мотивом.
— Ну-ка, поподробнее.
— Мама очень обеспокоена моей личной жизнью. Ты — отличное прикрытие. Пусть успокоится.
— Даже если это не так?
Исподлобья посмотрела на Серёгу. Иногда он реально становится чурбаном. Обрастает корой, и на макушке у него можно посчитать кольца жизни.
— Тебе очень сложно согласиться?
— Нет. Просто смысла не вижу.
— Ну, если ты хочешь продолжать наши… отношения…
Какое громкое слово! Отношения. Нет, с этим мы ещё не определились. Просто встречаемся, проводим время вместе. Знакомимся. К следующей стадии мы ещё не подошли.
— До шантажа опустилась?
— Я же не угрожаю тебе фотографиями, — мило улыбнулась и смело посмотрела в лицо Серёге. Тот аж побледнел. — И не собираюсь этого делать. Нет. Просто мне будет очень приятно, если ты согласишься. Честно.
Серёга хмыкнул и откинулся на спинку стула.
— Так согласен?
— Если ты действительно этого так хочешь, то я приду.
— Очень хочу!
***
ИЮНЬ 2018
На кухне витали самые чудесные и волшебные ароматы. В духовке запекалось мясо, пока мы с сестрой дорезали салаты. Пожалуй, из всех доисторических обрядов, этот — самый любимый. Нет, правда.
Лена давно настаивала на том, чтобы ходить в ресторан. Мол, так проще: готовить не надо, убирать тоже. Все отдыхают.
Но она не понимала, что именно с самого начала, с того момента, как мы начинаем закупаться и готовиться к празднику и начинается семейное волшебство. В этом весь смысл. Что здесь и сейчас мы все вместе.
Одна большая и дружная семья.
И Серёгу я обманула. В некотором смысле.
Сложно признаться, но он стал чем-то большим. Впервые я кого-то знакомлю с семьёй. И мне кажется, что это даже важнее для него, чем для меня.
Прошло столько времени, а я ничего так и не знаю о нём. Есть ли у него друзья, родные, семья. Хоть кто-то. Иногда складывалось ощущение, что он очень одинок, даже если сам Серёга не хотел этого признавать. Это хорошо чувствовалось.
Когда у человека есть близкое окружение, он совершенно иначе себя ведёт. Он открыт для общения. Не такой замкнутый, закрытый и холодный.
Серёга же напоминал орех. Докопаться и достучаться до него было огро-о-омной проблемой. Не знаю в чём причина, но подпускать к себе он никого не хотел.
Я приняла это как вызов.
И многое уже о нём узнала. Столько, что даже Ирка с её проницательностью и длительной связью с ним не смогла понять, не смогла добраться до него.
Так, Серёга действительно любил мексиканское кино. Нет, серьёзно. Конечно, я всего не поняла и очень быстро запуталась в этих именах. Можно было остановиться на самых известных для начала. Я так и сделала, чем очень удивила Серёгу, когда на очередной прогулке по вечернему городу вдруг рассказала, что начала смотреть первые фильмы Гильермо дель Торо. Особенно впечатлил меня «Хребет дьявола». И ещё я спросила, какие бы фильмы он посоветовал, с чего лучше начать.
Серёга остановился и крепко сжал мою ладонь:
— Зачем тебе это?
— Мне интересно.
— Кино?
— Не только. Интересно изучать тебя.
— Препарируешь?
— Нет, просто хочу понять.
— Тогда начни с Луиса Бунюэля. Только смотри не в дубляже. Лучше с субтитрами.
Его удовлетворил мой ответ? Или я подкупила его своим интересом?
Пока наши отношения были в плоскости постели, мы не могли понять друг друга. Страсть и звериное начало — это всё хорошо, но… Серёга манил меня чем-то другим. Словно я видела в нём что-то, нечто, что…
Впрочем, это всего лишь домыслы.
Улыбнувшись самой себе, потянулась за миской с огурцами и редисом.
— Ты чего такая счастливая? — Ленка отложила нож в сторону и взялась за банку с кукурузой.
— М?
— Весёлая?
— Это так странно в мой день рождения?
— Нет. Но сейчас ты прямо-таки светишься изнутри. Как лампочка Ильича. Смотри не перегори.
Я пожала плечами и принялась нарезать огурцы мелкой соломкой. Нож привычно и глухо стучал по разделочной доске.
— Мама сказала, что ты кого-то пригласила.
— Да, пригласила.
— Созрела для серьёзных отношений?
— Если и да, то что? — со смехом посмотрела в лицо Ленке. Но наткнувшись на серьёзный взгляд, сразу умолкла. — Это странно?
— Нет… просто… — Лена с хлопком открыла очередную банку с консервацией. — Мама тебе не сказала?
— Чего не сказала? — хмуро жевала кусочек огурца, оглядываясь назад, туда, где бесились племянники с моими родителями, пока Костя двигал стол. — Что она должна была мне сказать?
Сестра оставила всё на столе и молча направилась к двери. Закрыв её, выдохнула и сжала руки в замок.
— Неужели ты пригласила его?
— Что? — я села на стул, совершенно запутавшись в том, что сейчас происходило. — Давай-ка ты не будешь уходить от ответа и скажешь мне в чём всё дело.
— Я беременна.
— Ленка! — взвизгнув, подскочила и бросилась к сестре. — Я тебя поздравляю! Давно знаешь? Кто будет? Или там двое сидит?
— Типун тебе на язык! — Ленка покраснела и хмуро посмотрела на меня. — Не знаем мы ещё ничего.
— Да это даже не важно! — я захлопала в ладоши, улыбаясь во всё тридцать два.
— Понимаешь, тут вот в чём дело… — сестра отошла в сторону. — Мы на тебя рассчитывали.
— Что? — я всё ещё улыбалась, садясь обратно. — Ты про что сейчас?
— Ну, ты так нас выручала с мелкими. И график у тебя удобный. А нам ипотеку платить. Я рассчитывала, что ты…
— Буду у вас нянькой? — улыбаться уже не было сил. Меня как мешком пыльным пришибло.
— Ну что-то вроде.
— А мама?
— Ей тяжело, она не справляется. Ещё и маленький…
Так. Это всё дурацкий сюр. Такая фантасмагория. Бред сумасшедшего. Прикусила губу и зажмурилась.
— То есть ты всерьёз думала, что я буду сидеть с племяшами, чтобы ты вышла на работу? Так что ли?
Чёрт! Я помогала сестре в самые нужные моменты и даже не задумывалась, что… это не помощь, а самое настоящее наглое использование! Меня же! Да я от заказов отказывалась, чтобы Ленку выручить! Деньги теряла, клиентов. А она… Делала это специально?
Идиотски заржав, прикрыла рот рукой.
— Лен, понимаешь, я, как бы, живу одна. И мне никто не помогает. Я же не прошу денег у тебя или у родителей. Я живу на то, что заработала. Неужели ты серьёзно всё это сейчас сказала?
— Мы будем тебе платить.
— Не-не… Погоди. Прежде чем решать рожать третьего, ты думала, на что вы будете жить? Как за квартиру платить? Куда старших девать? Думали? Или ноги кверху и на изготовку, а всё остальное пусть лесом идёт?
— Мань, ты и так много получаешь. Если твои расходы чуть-чуть сократятся… Пойми, для меня это последний шанс. Возраст берёт своё.
— Лена, у тебя уже двое детей. Ау!
Я реально опешила от всего. Нет, серьёзно. Но что больше всего удивляло, что они и вправду так думали. Что я соглашусь! Не смогу отказать.
Хотя…
Родителям и Лене я не могу сказать «нет».
Вот и поплатилась за это.
— Мань, пойми, ты же не собираешься рожать. И замуж тоже не хочешь.
— И поэтому я должна лечь костьми ради твоего успешного супружества? Так что ли? А тебе в голову не пришло, что я могу в любой момент подорваться и уехать. В Мексику, например. Я тут пару фильмов посмотрела. Матом на испанском я уже хорошо крою. Хочешь услышать, что я обо всём думаю?
— Мань, пожалуйста! Неужели ты променяешь нас на него?
Ядерная боеголовка. Отсчёт окончен. Атомный гриб. Пар из ушей и истерика. Внутри. А лицо просто закоченело от ужаса и обиды.
— Моя личная жизнь ради твоей?
— Ради ребёнка! Это всего на год. Пока в садик не отдадим.
— Слушай, я тебе сестра или кто? Сиделка? Няня? Помощница? Домработница? Да я денег с вас ни разу не брала за все те бесчисленные съёмки. А ты хотя бы раз подумала, что было бы неплохо возместить мои расходы? У меня язык не поворачивался с вас деньги требовать. Ни за что! — хохотнув, стукнула себя кулаком по колену. — Знаешь, сколько стоит час моей работы? Сколько я зарабатываю за час? Минимум две с половиной. А ты сейчас требуешь от меня, чтобы я бросила работу и согласилась на какую-то чисто гипотетическую возможность получить копейку за то, что буду сидеть с твоими детьми?
— Значит, всё дело в деньгах?
Я аж задохнулась от гнева. Деньги? Вот в чём корень зла. Они всё измеряют деньгами. Только ими. И ничем другим.
— Нет. Дело в моей жизни. Год пропуска для меня смерти подобен.
— У тебя есть высшее, без работы не останешься.
— Да как у тебя язык только повернулся? Я отучилась, потому что мама с папой этого хотели, а не я! Мне даром не сдался этот сраный диплом экономиста! Я могу смело его подкладывать под ножки шкафа, чтобы тот не шатался. Я два года убила на обучение, жила впроголодь и таскалась по норам с такими же желающими. Меня Ирка чаще кормила, чем вы с мамой! Ни одного слова поддержки! Ересь! Вот чем я занимаюсь. Ересью!
— Ересь — это променять нас на того долбанутого садиста!
Звон в ушах стоял такой, что мне казалось, что у меня вместо мозгов — копилка. И кто-то сжал мои виски железной хваткой и тряс мою голову изо всех сил. Даже в глазах зарябило.
— Что? Забыла, как плакалась мне? Какой он ужасный и что сделал. А теперь он такой хороший, что ты пригласила его на ужин. Да? Что? Вкусы поменялись? Ты номерок больнички оставь, где тебя потом можно будет навестить.
— У тебя что, мозги совсем набекрень съехали? Да? Лен? Ты помешалась вместе с мамой на этой идее материнства. Похоже, весь твой интеллект вытек в трубу. Прямым сообщением. Честно. Вот посмотришь на тебе подобных и рожать совсем не хочется.
Лена покраснела и поджала губы. В её глазах было столько обиды, что мне стало смешно.
— Нет, честно. Если бы ты подошла ко мне. Спросила, посоветовалась… Я бы не отказала. Но этот ультиматум… — встала со стула и с отвращением посмотрела на стол с едой. — Тебя совершенно не волнует, что я скажу. Моя жизнь. Так ведь? Тебе всё равно. Плевать на меня.
Дверь со скрипом открылась и ярко-рыжая шевелюра моей мамы показалась весьма кстати.
— Девочки, чего шумите?
— Обсуждаем деловое предложение, — я с гневом и вызовом смотрела Лене в лицо.
— И как? Ты согласна?
Звон моей упавшей челюсти был слышен и на первом этаже.
— Мама! У вас тут всех поголовная отключка мозга? Я Сергея пригласила…
— Ничего. Подкопите деньжат за этот год, до свадьбы. Мы поможем. В конце концов, мужчина должен содержать семью.
Это вообще моя семья? Мои родители? Моя сестра? Когда всё успело улететь в днище жизни? Что я пропустила? Кто-то нажал на кнопку перемотки?
Нет. Просто до Серёги у меня был ветер в голове. Отношения строились на взаимном влечении и по прихоти моей левой пятки также легко прекращались. Слишком уж мне нравилась свобода. То, что я делала. Чем жила. Есть парень — нет парня… Не велика беда! Сейчас же не хочется менять устоявшийся уклад.
— Какая свадьба? Ты меня спросить не забыла?
— А что? Разве он не твоей руки просить будет?
Бешеное семейство неандертальцев. Плодись и размножайся. И забей на всё. На деньги, на успешную работу, на интересы. На саму себя.
Ленка когда-то неплохо рисовала. Но разве дали ей развернуться?
Иди рисуй блинами на сковородке! Бухгалтера никогда без работы не сидят. А Лена хотела в театральное на художника-оформителя.
Порочный, бесконечный круг самобахвальства, эгоизма.
Теперь я знала отличный способ потерять семью — пригласить недопарня на ужин. И всё! Готово!
— Нет, мама. Вы, похоже, совсем забыли, для чего мы сегодня собираемся. У меня день рождения. Да? Я ведь не ошибаюсь?
— Марианна!
— Мам, ты меня для чего рожала? Ленке в помощь? Или как?
— Ну что тут сложного? Вы же сёстры и должны друг другу помогать. Ты сейчас, Лена потом. Ведь и у тебя будут детки…
— Вашими стараниями я лучше старой девой останусь, чем буду плодить такой маразм! И Сергея пригласила, потому что думала, что сегодня праздник. Мой праздник! Что у меня есть семья, а не кубло лживых идиотов! — взвизгнув, бросилась прочь с кухни.
Меня так трясло, что я готова была убивать.
Если сейчас кто-то станет у меня на пути, так вмажу, что мало не покажется!
Господи! Какая же я дура! Стоило чуток поумнеть, стоило только полюбить и тут… И самое страшное — не появись Серёга, я бы так и осталась в счастливом неведении.
Третий ребёнок? Потом четвёртый. Потом школа. Потом кружки и секции…
Я ведь поставила на себе крест. На своей личной жизни. И они это приняли как безоговорочную капитуляцию! Что я вывесила белый флаг и готова на всё, лишь бы… Лишь бы…
Меня чуть не вырвало. Согнувшись в три погибели, проскользнула мимо мамы и сестры, уверенно направившись к входной двери.
Замечательный день рождения! Самый прекрасный в моей жизни. Только и мечтала о таком.
Вот что значит не любить себя, не уважать. Вспыхнув, сжала зубы до противного хруста в ушах. Сердце не просто билось, оно пульсировало, разгоняя жидкий огонь по венам. Ещё секунда и я закиплю. У меня сорвёт крышу окончательно.
Вот дерьмо! Да я Серёге сказала «нет»! На таких… слизняков так тем более сил хватит.
Есть семья. Хлоп! Нет семьи.
Стоит только розовые очки снять.
В дверях я столкнулась с Серёгой. Да не просто столкнулась, а влетела в него на полном ходу, как только открыла дверь. Признаюсь, падать лицом в розы — приятное дело.
— Привет… — Серёга недоумённо смотрел на меня, ничего не понимая.
Я взглянула не него и меня как из ведра окатило. Мгновенно сдулась и успокоилась. Ему-то незачем знать о таком. Это точно не его дело.
— Привет! У нас тут планы поменялись.
Серёга зашёл и закрыл за собой дверь. С его ростом он выгодно выделялся на фоне остальных. Высокий, рослый. Даже Костя с его пивным животиком смотрелся не очень. А уж о харизме и ледяном взгляде и говорить нечего. Все неловко замерли, разглядывая Серёгу.
Нет, джинсы на брюки он не променял, а вот рубашку надел. И выглядел, как всегда, великолепно. Даже парфюм сменил. Пахло чем-то острым и дерзким.
Да уж. Сразу ясно, кто в доме хозяин.
А с каким страхом и вызовом на него смотрела Лена. Серёга это понял и скосил взгляд на меня. Я пожала плечами.
— Мама, папа, это — Сергей, — махнула рукой в сторону родителей. — Серёжа, это…
Господи, вот это я себе вольность позволила. Серёжа. У него даже глаз задёргался, стоило мне так его назвать.
— Тамара Павловна, моя мама. Это — Игорь Николаевич, мой папа. Это — Лена, моя старшая сестра и её муж Костя. У них ещё двое детей, но они где-то на просторах квартиры.
Я рассматривала лица родственников, пытаясь там найти ответы. Но невозмутимость — наше всё. И только Лена то бледнела, то краснела. Она не могла определиться, как ей себя вести.
Серёга пожал руки Косте и моему папе, вручил дамам цветы, оставив, видимо, один букет для меня.
Я буквально вырвала его из рук мужчины и с силой впихнула Лене.
— Тут выяснилось, что я стану тётей в третий раз. Моя сестра не очень хорошо себя чувствует, ей нужно отдохнуть, — опережая маму, схватила Серёгу под локоть и открыла входную дверь. — Мы придём как-нибудь в другой раз.
Утягивая за собой мужчину, сбегала вниз по ступенькам.
Только на улице, когда я тяжело дышала от быстрого спуска, Серёга, наконец, дал волю бурным чувствам.
— Это что было? — лёд в голосе был просто невероятным.
— Прости, пожалуйста! — я поправила платье и откинула с лица мелкие прядки волос. — Что всё так вышло. Лене действительно не хорошо. Будет лучше, если они немного сами посидят и разойдутся.
— В твой день рождения?
— У них есть другой прекрасный повод для праздника, — широко улыбнулась, моля Бога, чтобы Серёга так и не понял, что же я чувствую прямо сейчас.
— Ты чем-то расстроена?
— Да. Мне неудобно, что я вырвала тебя. Планы спутала. Хотя с родителями моими ты всё же познакомился.
— План удался?
— Угу… — я закрыла глаза, собираясь с мыслями.
— Тебе очень идёт.
— Что? — недоумённо переспросила, смотря в лицо мужчине.
— Платье. Зря не носишь… — Серёга скользнул взглядом по моим ногам.
Я покраснела и стыдливо одёрнула юбку. Она не была очень короткой, но прямо сейчас мне хотелось, чтобы та резко удлинилась до самого пола.
— Спасибо. Буду иметь в виду. И… И раз уж я тебя взбаламутила, то давай куда-нибудь сходим. Мы с тобой нарядились, как не знаю кто. Чего добру пропадать.
— И куда ты хочешь пойти? — Серёга подошёл ближе и приобнял меня. — Куда?
Всматриваясь в лицо мужчины, я с наслаждением наблюдала за очень тёплым и нежным взглядом. Вроде бы ничего не поменялось, но глаза у Серёги сейчас совершенно другие. Сейчас они скорее напоминают летнее небо, чем холодные льды Арктики.
— Туда, где музыка и весело! У меня же день рождения! — улыбнулась, жмурясь от тепла его рук.
Весело.
Да.
Вот так и взрослеют за один день.
Как там говорил ослик Иа? Хватит и того, что я такая несчастная в свой день рождения… И не только сегодня, и не только в праздник.
По жизни несчастная.