Глава 23. Лиля

То, что на меня кто-то смотрит, поняла еще в первую минуту. Я не слышала, как открылась дверь, как в душную ванную комнату на короткий миг ворвалась прохлада. Каким-то образом я чувствовала его дыхание на своей коже, когда между нами были закрытые створки душевой кабины.

Следом неразбериха. Его руки, холод каменной столешницы, потом губы.

Осипов целует. Меня. Первым.

Он мнет мои губы довольно жестко. Тут же чувствую онемение и желание оттолкнуть наглого Упыря.

А Денис сильнее вжимает мое тело в свое и ныряет языком в мой рот. Пробуждает во мне неконтролируемую дрожь. Здесь душно, вокруг нас пар от горячей воды. Я трясусь от холодных мурашек, затем жар опоясывает и облизывает.

Мужчина не прекращает меня целовать, делает все это глубже.

Незаметно для самой себя обвиваю его шею руками, пальцами тереблю короткие волосы на затылке. Они становятся влажными.

Я голая, Осипов полностью одет. Трение одежды о мокрую, распаренную кожу причиняет возбуждающий дискомфорт.

Твердые соски ноют. Грудь стала чувствительной и тяжелой.

Когда Денис от меня отстраняется, мы безумными глазами смотрим друг на друга.

Не понимаю, что происходит. Пар затуманивает сознание.

Наши губы влажные от слюны, и все, что хочу, это продолжить.

– Можно тебя трахнуть? – спрашивает чужим голосом.

От наглости шире открываю рот. Слова рождаются в голове, но не вырываются из меня потоком. А должны.

Сама не ожидала, что звук хлесткой пощечины разрежет душное пространство. Тут же пар рассеялся, стало слишком светло, чтобы совсем потерять разум и трезвость.

– Ауч!

На коже со светлой щетиной выступает красный след. Маленький. У меня же именно такая ладонь? Внутреннюю сторону начинает печь и покалывать.

Рука Дениса медленно опускается к моему животу. Он проводит ею по кругу, ласкает с каким-то заторможенным желанием. Оно рвется изнутри и напарывается на мой холод.

Наши взгляды в крепкой сцепке. Дыхание смешивается с запахом в ванной комнате, мужским гелем для душа и чем-то еще цветочным, похожим на женские духи.

– Пожалуйста! – умоляет.

Его волосы взъерошены. Выглядит настоящим хулиганом. Сексуальным.

Снова звонкая пощечина. Второй розовый след проявляется уже на другой щеке, и другую ладонь противно покалывает. Хочется подуть и остудить эти ощущения.

Внизу живота оркестровый пожар.

Осипов поворачивает голову, словно его силой тянут. Взглядом приковывает.

Дышать забываю.

Срываемся друг на друга одновременно. С новой порцией легкой ненависти и желанием укусить другого.

Денис целует еще глубже, терзает губы, втягивает в рот и прикусывает. Проделывает такие вещи, что внутри все ныть начинает. А от мысли, что он еще может вытворять этим языком, уже бесстыдно ерзаю на холодной каменной столешнице.

Руки лихорадочно гладят мое тело. Иногда пощипывают. Пальцы врезаются в ягодицы, оставляя следы. Упырь мстит.

Резко втягиваю в легкие воздух, когда Денис чуть толкает в грудь, заставляя опереться на руки и прогнуться в груди.

Отходит от меня, и мне становится холодно. Настолько, что жара в большом помещении кажется ледяным дождем.

Мои ноги разведены. Осипов смотрит на мою открытую промежность. Его глаза чернеют, взгляд становится по-настоящему необузданным, чертовски пьяным и опасным.

Такого у меня еще не было. Я вообще такого никогда не видела.

Мышцы сжимаются и разжимаются, ловя фантомные толчки удовольствия.

Денис покрывает поцелуями все мое тело. Не оставляя ни единой клеточки, которой бы он не уделил внимания.

Стону в голос, не скрывая своего кайфа. А его много, очень много. Задохнуться можно, как меня переполняют нежность и страсть.

Осипов наклоняется, губами проводит по гладкому лобку, языком цепляет клитор. Дёргаюсь от неожиданности и пронизывающей сладкой стрелы.

Отодвинуться пытаюсь, а мужчина держит за бедра, не давая никакого пути к отступлению.

Ласкает меня губами и своим умелым языком, как заклинания чертит. Так и правда влюбиться недолго. Это же тоже можно за поцелуй принять?

Черт! Электрические разряды сотнями иголочек пробегаются по всем частям моего тела.

Денис проводит языком вдоль половых губ, останавливаясь на центре моего удовольствия. Пытка какая-то.

Руками пытаюсь за что-то ухватиться. Не за что. Зеркало, раковина, голова Осипова между моих ног. Ее бы прижать и зафиксировать.

Зажмуриваюсь, когда уголки глаз щипать начинает от подступающих слез. Так ярко!

В голове вата, с языка слетают то ли ругательства, то ли молитвы.

– Я больше не могу, Денис, – чуть заикаясь, с выдохами говорю.

Осипов не отпускает меня. Терзает разгоряченную плоть как ее хозяин.

Тело реагирует на каждый градус проникновения его пальцев и движения губ с языком. Точно что-то невозможное вытворяет.

Оргазм неистово скручивает все тело. Каждую мышцу, каждую вену, даже кости трещат и звенят от взрывов. Эпицентр – между ног. Там жидкий огонь пляшет. И так приятно, так здорово. Счастье какое-то!

Не давая продышаться, нападает на мои губы – верхние – и целовать начинает. Я чувствую свой вкус. Странный такой, но ничего противного и в помине нет.

А когда Осипов отлипает, я смотрю на его губы. До чего же они красивые. Теперь только и буду представлять, как он прижимается ими к моей промежности.

Денис без спроса входит в меня одним толчком. Не слышала и “вжика” молнии.

Его зрачки все еще расширяются, он смотрит на меня гипнотически.

Пальцы сильнее впиваются в меня. С каждым толчком удары сердца становятся громче.

Уже не скрываю стоны, иначе они разорвут мои легкие. Осипов толкается, скользит. Входит на всю длину, выходит, смотрит на место столкновения наших тел и снова вторгается.

Необузданный и дикий сейчас. Наши частые поцелуи становятся похожими на этот секс. Дразнят, жалят. В них дикость и похоть.

Мы доводим друг друга до финиша за несколько фрикций. Денис изливается мне на бедро, пока меня сотрясает волна за волной. Это хуже цунами. Меня топит и затапливает чувствами, которые я не имею права испытывать. Запрещаю себе это делать. А они вырываются наружу, как будто Осипов своим языком вскрыл замок.

Между ног щекочет. Там много влаги. Мне становится не по себе от такой открытости и доступности. Разумеется, в этот самый момент Упырь вскидывает свой взгляд и всматривается в мои глаза.

И что он обо мне теперь думает?

Спрашивал пошло, можно ли меня трахнуть. Получил за это пощечину. Две. А я все равно отдалась.

Господи, какой стыд!

Мой оргазм еще не сошел. Я вся покрыта испариной, кожа пылает, и по цвету самое настоящее “бедро испуганной нимфы” (Прим. автора: шутливое название бледно-розового цвета).

– Кончил минуту назад, а снова хочу быть в тебе.

Не знаю как, но вновь даю пощечину. Это рефлекс уже какой-то: стоит Осипову сказать пошлость, я тут же распускаю руки. И не так, как хотелось бы Упырю.

– Руки убери от меня, извращенец! – гневно проговариваю.

Все эмоции на моем лице.

Осипов поджимает свои охрененные губы, смотрит волком. Либо сожрать хочет, либо прокусить горло.

Мое тело как теплая и влажная глина, и Денис ловко разворачивает меня к себе спиной. В ягодицы упирается его еще твердый член.

В зеркале встречаемся взглядами. Сглатываем одновременно. По бедру медленно, но уверенно движется его рука. Моя грудь касается столешницы. И Осипов снова в меня толкается.

Ненасытный Упырь.