Глава 13

Алекс

Утром я проснулась от вызова на лиаре. Машинально нажала на него, активируя, и когда увидела на голограмме Диара, подскочила и с трудом заставила себя не сползти под одеяло. Растрепанная, заспанная, с примятой щекой… Хороша, что тут скажешь!

– Доброе утро! – невозмутимо поздоровался он, одетый в белую рубашку и, в отличие от меня, собранный и решительный. – У нас вылет через три часа.

– Черт! – выругалась я.

Диар удивленно приподнял брови, явно впервые услышав это слово. Не утерпел, защелкал по лиару, выясняя значение, и озадачился еще больше. Я не удержалась и захихикала. Очень уж выражение его лица было непривычное и забавное.

– Уже собираюсь. Гиата и Артар встали?

– Обещают встретиться с гостями через четверть часа, – отозвался Диар и снова озадаченно уставился на экран, где висела информация о черте.

– Прочитай «Ночь перед Рождеством» Гоголя, – посоветовала я. – Тогда будешь иметь неплохое представление о нечистой силе, в которую верили в древние времена на моей планете.

Диар снова защелкал пальцами по голограмме, а я быстро попрощалась и отключила лиар. Все же заползла под одеяло, выдохнула, чувствуя, как бешено колотится сердце. Во время нашего короткого и простого разговора я почти не дышала. Мелькнули мысли о вчерашнем, жар прилил к щекам, и, стремясь от него избавиться, я отправилась умываться.

На сборы не требовалось много времени. Сумка с вещами была небольшой, и я уложила в нее платье и туфли, а сама переоделась в джинсы и легкую белую кофточку с короткими рукавами. Когда принялась расчесывать волосы, в комнату постучались, и после моего разрешения на пороге показалась Гиата.

Как-то странно оглядела пространство, покосилась на дверь душа.

– Если ты скажешь, что тот невероятный мужчина ночевал не у тебя, я сильно расстроюсь.

Я хмыкнула. Даже интересно, что бы сказала Гиата, узнай, что этот невероятный, по ее словам, мужчина за считаные мгновения может превратить ее дом и сад в лед. Да и всю планету, если захочет.

– И тебе доброе утро! – улыбнулась я.

– Алекс, ты сумасшедшая, если отказываешься от такого мужика, как Диар. Сильный, благородный, смелый, притягательный… Хотя у меня малость от него мороз по коже, но это я его не так хорошо знаю. А вы… как вообще так получилось, что вы работаете вместе, знакомы, а прилетели…

– Не вместе? – закончила я, стягивая волосы в хвост.

Развернулась к подруге, села и вздохнула.

– Алекс, рассказывай!

– Да что тут рассказывать-то? Ты и так все знаешь, Гиата! Я же думала, когда летела к вам на свадьбу, что у Диара другая женщина.

– А у него ее нет?

– Сестра, – коротко отозвалась я, признавая собственную глупость. – Он меня вчера еще и отчитал за недоверие, когда вытащил из твоей подвыпившей подруги правду. Представляешь?

– И? – Гиата замерла, едва ли не перестав дышать.

– Было вино, поцелуи, звезды… Мужчина, который свел меня с ума.

– Видимо, не настолько, раз ночевали вы в разных спальнях, – заметила подруга, внимательно посмотрела на меня и совсем неожиданно спросила: – Алекс, мы с тобой столько дружим, ты… не хочешь сказать, что от меня скрываешь?

Гиата уставилась на меня, и я растерянно затеребила край кофточки:

– С чего ты решила…

– Алекс, ты столько раз пыталась закрыться от меня за эти годы… Дело ведь не только в том, как поступила твоя семья. Я точно знаю.

И вот как ей сказать правду? Сдается, подбирать слова я так и не научилась.

– Я – интуит третьего уровня, – выдохнула, решившись.

Она охнула, глаза у подруги стали круглыми и донельзя удивленными. Одно дело – подозревать, а другое…

– А он… знает? – выдохнула в ответ.

– И это все, что тебя волнует? – не утерпела я, ожидая от подруги совсем иных чувств. – Таких, как я, вообще-то избегают и… побаиваются.

Гиата рассмеялась и даже не сделала попытки отодвинуться.

– Так знает или нет? – с любопытством спросила она.

– Догадался. Работаем же вместе, такое сложно скрыть…

Она задумалась, чуть сощурилась:

– Алекс, Диар же не отступается от тебя, даже несмотря на твои способности, почему же, ну, вы…

Я покраснела, поняв намек, вдохнула поглубже.

– Дело и в его способностях, да? Мне Артар рассказывал, что он обладает какой-то силой.

– О да! Какой-то – это даже мягко сказано!

– Тоже третий уровень?

Я кивнула.

– Только не говори, что ты его боишься! – возмутилась Гиата. – Не поверю!

– Не боюсь. Но это так… сложно, строить отношения и учиться доверять друг другу. Как по краю пропасти идти. Мы такие… разные! Он привык брать на себя ответственность и…

– Боишься, что станет решать за тебя или чересчур оберегать? – словно прочла мои мысли Гиата.

– Тут… много моментов. Я знаю, что этот холодный мужчина может запросто разбить мое сердце, но в то же время… Единственное, чего я желаю получить в жизни, – его безграничную любовь. Это он с виду ледяной и неприступный, но внутри у Диара прячутся тепло и нежность. Я точно знаю! – выпалила, обхватывая себя руками.

Мы немного помолчали, Гиата взяла меня за руку, сжала ладонь.

– Тогда рискни, Алекс. Сделай… шаг, не сходи с выбранной дороги. Любовь стоит того, чтобы идти за ней, даже если от страха и сомнений сердце готово остановиться.

– Боюсь, мне уже и не свернуть, – заметила я. – Диар не позволит и вчера четко дал это понять.

Мы переглянулись и рассмеялись.

– Я так рада, что у тебя появился мужчина. Тем более такой мужчина, – улыбнулась Гиата. – За ним ты будешь как за каменной стеной, всегда защитит и согреет.

– Гиата! – вспыхнула я.

– В следующий раз, Алекс, – провокационно начала она, – обещаю, что, когда вы прилетите, в моем доме закончатся все свободные спальни, кроме одной.

– Сводница! – возмутилась я.

– Однозначно!

Смех заполнил комнату, неожиданно Гиата покраснела и тихо спросила:

– Алекс, а ты сможешь сказать, с нашим с Артаром малышом все будет хорошо?

– Хм… Я никогда не пробовала использовать свои способности таким образом, – улыбнулась ее смущению, радуясь, что Гиата вовсе меня не испугалась.

Осторожно положила руки на ее живот и медленно отпустила силу. Меня накрыло волной тепла и предвкушения, заботы и любви.

– С малышом все хорошо, и так и будет дальше, – улыбнулась я. – Но ты все равно береги себя, Гиата.

– Спасибо, Алекс! – растрогалась она, вытирая текущие по щекам слезы. – Я становлюсь слишком эмоциональной.

– В этом нет ничего плохого.

Очередной стук в дверь – и на пороге появился Диар. Сердце сделало немыслимый кульбит, жар прошиб позвоночник.

– Помешал? – уточнил он.

– Нет, – хором ответили мы.

– Нам пора вылетать, иначе опоздаем на экспресс, – спокойно сказал Диар.

– Ох! Вы же даже не успели позавтракать! Погодите, попрошу собрать вам немного еды с собой, чтобы перекусили по дороге! – всполошилась подруга.

Поднялась и выскользнула из комнаты, оставляя нас наедине.

– Это все твои вещи? – уточнил Диар, проходя в комнату и замечая сумку возле кровати.

– Да.

Он кивнул, подхватил сумку и позвал:

– Идем?

И воздух между нами стал словно наэлектризованный. Только коснись мы друг друга – и, сдается, рассыплемся искрами.

Стоило нам оказаться внизу, как показались Гиата и Артар. Тируннатарец нес в руках небольшой контейнер с обещанной едой.

Гости разбились на группы и шумно обсуждали вчерашнюю свадьбу в ожидании завтрака.

– Приятного полета! – пожелал Артар.

– Буду скучать! Звони, как сможешь, Алекс! – крепко обняла меня Гиата.

– Обязательно! Разве получится иначе? – отозвалась я.

– Дай Диару шанс, – шепнула подруга так, чтобы услышала только я.

Неисправима!

Попрощавшись, мы забрались в поджидавший нас флаер. Диар занялся настройками, и вскоре транспорт взмыл в воздух. Я помахала на прощание Гиате, которую бережно обнимал Артар. Подруга была в самых надежных для нее руках на свете, и я искренне радовалась.

Мы летели над Тируатэ и какое-то время молчали. Но стоило городу скрыться из вида, как Диар перевел флаер на автоматическое управление и потянулся к контейнеру с едой.

– Расскажешь, как ты познакомился с Артаром? – не удержалась я, принимая из его рук бутерброд.

– А ты – откуда знаешь Гиату, – выдвинул он условие.

– Договорились! – Я разлила из термоса горячий кофе, вдыхая аромат, и на миг прикрыла глаза.

Стоило открыть их, как встретилась взглядом с Диаром. Зрачки у него чуть сузились, а скулы стали острее. На плечо упали несколько снежинок и растаяли.

– Я жду рассказа, – напомнила я, сгорая от желания послать все к черту, забыть про еду и забраться к нему на колени, чтобы целоваться до искусанных губ.

Вот о чем я думаю?

Диар сделал глоток кофе и принялся рассказывать историю знакомства с Артаром. Просто, спокойно, уверенно… Будто спасение жизни входит в его привычные заботы. Ну что за мужчина?

Пришлось и мне рассказывать про дружбу с Гиатой и немного о своей учебе на Дарнсе. Какое-то время мы молчали, но Диар неожиданно притянул меня к себе, заглянул в глаза:

– Алекс, могу я задать личный вопрос?

Я удивленно приподняла брови и кивнула. Какие уж тут между нами тайны! Хотя деликатность Диара отозвалась теплом в сердце. Обидеть чем-то боится, ранить…

– Я рос в семье, которая искренне меня любила. Два младших брата, сестра, родители… Они… понимали и принимали меня таким, какой я есть. Зная про третий уровень способностей, окружали теплом и заботой. Благодаря им я не перестал быть собой и не сорвался, дойдя до грани. Алекс, а у тебя есть семья? Какая она?

Я грустно вздохнула.

– Мои считали способности интуиции вредной мутацией, уродством в какой-то степени, – сказала я, понимая, что впервые говорю с кем-то о наболевшем за все то время, как проснулся мой дар. – Они не готовы были мириться с этим и любить меня. Родителям очень важным оказалось быть «как все», простыми людьми. Они гордились тем, что их, коренных землян, не коснулась мутация. Однажды я встала перед выбором, Диар.

Его ладонь коснулась моей, осторожно погладила, поддерживая:

– Отказаться от части себя невозможно, Алекс.

Я кивнула и сбивчиво рассказала про последнее сообщение отца накануне выпускного экзамена в Звездной академии, как скучала по своей семье и бесконечно долго, даже попав на Ариату, ждала ответа от родителей или сестер, до последнего надеясь на невозможное… Диар не перебивал, слушал и молча гладил мои ладони, напоминая, что он рядом. Этим простым прикосновением так много было для меня сказано! Защитит. Не предаст. Разделит мою боль и горечь.

На глазах показались слезы, и Диар неожиданно коснулся моего подбородка, заставляя встретиться с ним взглядом:

– Теперь у тебя есть я, Алекс.

Диар сказал это тихо, уверенно, и как-то сразу захотелось поверить в невозможное, но столь желанное: теперь он станет моей семьей, примет любой и… никогда не позволит сходить с ума от одиночества. Этого поганого чувства, когда остаешься один на один с миром. Беззащитный для ударов самых близких. Просто он тоже это прошел, пусть и немного иначе.

– Я знаю, – ответила и прижалась к его плечу, вдыхая знакомый морозный запах, забывая о всех несчастьях в самых сильных во Вселенной объятиях. – Расскажи мне о своей семье, – попросила спустя время.

Диар не стал отказываться.

К тому моменту, когда до космопорта оставалось всего ничего, кофе давно был выпит, бутерброды закончились, а мы вдруг снова оказались совсем близко друг к другу, так увлеклись разговором.

– К слову сказать, твой сваренный кофе в разы вкуснее, – ни с того ни с сего заметил Диар и притянул меня к себе.

– Предлагаешь варить его тебе каждое утро? – выпалила я и, осознав, насколько неприличным был намек, вспыхнула.

И ведь из флаера даже не сбежишь! А между нами едва ли не костер пылает и грозит погрести под собой.

Диар поднял ладонь и медленно погладил мои волосы. Я замерла, готовая сорваться и ответить на любое его прикосновение. Доля мгновения – и наши губы встретились, обожгли друг друга. Поцелуй вышел таким одуряющим, сладким и желанным, что, даже задыхаясь, мы с трудом оторвались друг от друга.

Диар игриво куснул мою нижнюю губу, вызывая толпу мурашек по позвоночнику. Повторила его движение, пробуя и учась у своего же мужчины дарить в ответ ласку, и нас обоих от этого моментально словно пронзила молния. Его резкий вдох – мой легкий стон, и мы сорвались, целуя друг друга, сжимая в объятиях, забывая обо всем на свете. Запредельно остро, почти до боли, жадно… ненормально прекрасно.

Отпустил на мгновение, давая вдохнуть, и снова нашел мои губы. Наверное, прошла вечность, прежде чем мы оторвались друг от друга.

Я прижалась к плечу Диара, ощущая, как его ладонь перебирает мои волосы.

– Прости, испугал, – прошептал Диар.

Я подняла голову, заглядывая в его морозные глаза, глубокие и мятежные.

– Почему испугал-то? – поразилась я.

Диар кивком показал на что-то за моей спиной, и я оглянулась. Иллюминаторы покрывал морозный узор, на защитный купол, который накрыл пульт управления, падали снежинки, создавая маленький сугроб.

– О! – выдала я.

– И это все, что ты можешь сказать?

– Представляю, как было бы весело, если бы я тоже оказалась термокинетиком.

Несколько секунд Диар молчал и вдруг искренне рассмеялся. Этот смех озарил его лицо, сделал мягче и еще роднее.

– О чем ты сейчас думаешь? – поинтересовался он спустя минуту.

– Как было бы хорошо обладать способностью к остановке времени. Так хочется сохранить этот миг, когда ты… такой…

– Счастливый? – закончил Диар.

– Да.

– А мне хочется сохранить каждый миг с тобой, Алекс.

– Так ты тоже об этом думал?

– По большей части я думал, что если мы останемся во флаере еще минут на десять, то на Ариату не вернемся.

– Почему? – озадачилась я.

– Посадка на межзвездный экспресс заканчивается через двадцать минут.

Я охнула, подскочила, лихорадочно принимаясь приглаживать волосы. Диар собрал грязную посуду в контейнер и выкинул в очистительный блок. Подождал, пока я приведу себя в порядок, и лишь затем легко и непринужденно убрал лед с иллюминаторов и испарил снег.

Возле флаера толпился народ, летали представители службы безопасности, похоже обеспокоенные замороженным флаером. Диар невозмутимо приподнял брови, и все как-то быстро и моментально, учуяв опасность, скрылись из вида. Даже расспрашивать нас ни о чем не стали.

– Бежим? – предложил он и уверенно взял меня, впечатленную произведенным на сотрудников космопорта эффектом нашего появления, за руку.

– Давай! – весело отозвалась я, чувствуя, как счастье переполняет душу и что я могу взлететь, от одного взгляда Диара обретя крылья.

Мы сорвались с места. Стоянка флаеров осталась позади, со всех сторон на нас косились представители разных планет, а мы мчались, боясь опоздать на рейс. Девушка на стойке регистрации очень странно на нас покосилась, явно в чем-то сомневаясь. Диар, вежливо улыбаясь, чем ввел сотрудницу в ступор, постучал пальцами по ее столу, создавая легкий морозный узор и намекая, что мы очень спешим. На мгновение мне даже показалось, что тируннатарка сейчас свалится в обморок или, того хуже, вызовет службу безопасности. Но сотрудница космопорта нервно выдохнула и поднесла считыватель к нашим лиарам.

Через десять минут мы наконец оказались в межзвездном экспрессе. Не знаю, как Диар это устроил, но с ним после недолгого разговора согласилась поменяться местами женщина с грудным ребенком, и он оказался в соседнем со мной кресле.

Едва взлетели, как на связь вышел Маркус:

– Здравствуй, Александра!

– Когда он обращается так официально, твой отдых закончился, – сказал Диар, и Маркус заметил его.

– Даже боюсь спрашивать, что на этот раз случилось.

– А что-то должно было произойти? – не удержалась я.

– Каким-то же образом Диар оказался рядом с тобой, Алекс, – выдал Маркус.

– Мы были свидетелями на свадьбе.

Начальство приподняло брови, уставилось на нас.

– Друг, которому я спас жизнь, оказался женихом подруги Алекс.

Маркус улыбнулся и чуть качнул головой. И представлять не хочу, что он думает о подобных совпадениях.

– Немыслимая встреча, – прокомментировал, все же не сдержавшись. – Но я рад, что вы под присмотром друг друга, а планета осталась в целости и сохранности.

– Хорошего ты о нас мнения, однако, – заметил Диар и улыбнулся, отчего брови Маркуса снова удивленно приподнялись.

– У меня отношения с навигатором твоей компании. И нет, она не сбежит и не бросит из-за этого «Звездный ветер».

Теперь уже удивленно на Маркуса посмотрела я, а он закашлялся, пытаясь избежать неловкости. Пояснять столь странное заявление Диара никто из них не желал.

– А такое было возможно? Я и не собиралась…

– Очень хорошо, что даже не собиралась. У меня срочный заказ, нужно составить три варианта маршрута, – тут же перевел тему Маркус.

– Займусь прямо сейчас, – пообещала я.

– Прекрасно! Информацию скину на лиар.

– Какой крайний срок?

– С заказчиком встречаюсь завтра к обеду.

То есть хотя бы к завтрашнему утру или лучше сегодня вечером маршруты необходимо скинуть ему на лиар. Все ясно!

Я попрощалась с Маркусом и открыла только что полученные файлы.

– Будет нужна помощь, обращайся, – спокойно сказал Диар, открывая «Ночь перед Рождеством» и погружаясь в чтение.

Немного полюбовалась его мужественным профилем и принялась за работу. Мне было необходимо разработать маршрут на одной из планет, названия у которой пока не имелось, лишь условное обозначение – У-329. Дальний сектор космоса, значит. И я не ошиблась в предположениях.

Именно на У-329 летела небольшая исследовательская экспедиция, надеясь обнаружить залежи полезных ископаемых.

Атмосфера и основные параметры уже изучены, зафиксированы их предшественниками, как и существующие формы жизни. Планета не особо пригодна для жизни, защитный слой атмосферы тонок, пропускает множество метеоритов, и поверхность вся в кратерах, да и сильные штормовые ветра играют свою роль.

Долго разбиралась в климатических таблицах, потом взялась за изучение участка звездного неба и движения единственного спутника, напоминающего по всем характеристикам Луну. Прервалась только на еду и немного передохнула после обеда.

Маршруты получались еще сложнее, чем я рассчитывала. Вроде бы обычная планета, особых опасностей нет, но необходимо учесть атмосферные явления, потому что песчаной буре не обрадуется ни одна экспедиция.

– Проверишь первый вариант? – не отрывая глаз от голограммы, поинтересовалась у Диара.

– Думал, тебя задевает сам намек на мою помощь.

– Нет. Ты же не пытаешься сделать эту работу за меня, – улыбнулась в ответ.

Щелкнула лиаром, скидывая ему информацию, повернулась. Диар ничего не сказал, молча открыл файл.

А сколько у нас еще возникнет подобных моментов, когда будем привыкать и притираться друг к другу? И предположить страшно!

Тряхнула головой, прикусила губу и вернулась ко второму варианту.

Уже поздно вечером, учтя все поправки и нюансы, скинула Маркусу варианты маршрута. Дождалась его ответа и прикрыла глаза, почти сразу же проваливаясь в сон.

Утром обнаружила, что моя голова лежит на плече Диара. То-то мне было так удобно и комфортно спать!

– Я тебе всю руку отлежала? – поинтересовалась, с трудом скрывая зевок.

– Это очень странное ощущение, Алекс, просыпаться и чувствовать кого-то рядом.

– У тебя ни с кем из женщин не завязывалось серьезных отношений? – не удержалась я, поворачиваясь и смотря в его глаза.

– Можно сказать и так. Ни одна женщина так доверчиво не спала на моем плече всю ночь.

Я смутилась, опустила глаза, снова подняла их.

– Мне как-то тоже не приходилось спать на чьем-то мужском плече, – созналась честно.

Диар чуть наклонился, будто опасаясь, что ослышался, и уточнил:

– У тебя тоже ни с кем не завязывалось серьезных отношений? Ты ведь скрывала дар, он не мог оттолкнуть мужчину, не подозревающего о нем. Или боялась рассказать и разочароваться?

Я прикусила губу. Стоит ему сказать сейчас или нет?

– Диар, ты у меня первый. Во всех смыслах.

Некоторое время он молчал, кажется малость шокированный моими словами.

– На несколько свиданий я, конечно, ходила, но, боюсь, этим мой опыт общения с противоположным полом и исчерпывается, – заметила я, начиная нервничать.

Что же он молчит-то?

– Моя неопытность даже в поцелуях так очевидна и отталкивает тебя? – не выдержала я, радуясь, что этот разговор проходит под прикрытием защиты, которая не пускает внутрь посторонние звуки.

– Алекс, – тихо позвал Диар, осторожно беря меня за подбородок и заставляя смотреть в глаза, – что ты такое говоришь? Нет, конечно, не отталкивает. Хотя своим признанием ты меня немного дезориентировала.

Диар на миг прикрыл глаза, вдохнул поглубже, снова пронзил меня неповторимым синим взглядом.

– Если бы ты знала, с каким трудом я удержался во флаере, чтобы не перейти грань… Морозная тьма!

Я вспыхнула от эмоций в его голосе и собственной извращенной фантазии, пальцы Диара коснулись моей щеки ласково и осторожно.

– Я добавила нам еще больше сложностей, да? – не выдержала я.

– Доверия в наши отношения, – поправил меня Диар.

И ласково, словно я хрустальная, коснулся моих губ своими, наплевав, что в метре от нас сидят другие пассажиры и с любопытством пялятся по сторонам, ожидая завтрак.

Поцелуй согрел, растекся медом по венам, был совсем не похож на предыдущие. Такой запредельно-нежный, столько всего обещающий… На свадебной церемонии Артар и Гиата признавались в любви, давая нерушимые обеты, а Диар смог сделать это одним прикосновением к моим губам.

– Ты дрожишь, – заметил он. – Замерзла? Сейчас закажу горячий кофе и… что ты хочешь на завтрак?

Кажется, кто-то решил за мной поухаживать, и отказываться я не стала, позволяя мужчине проявить заботу.

Диар

Час прошел, прежде чем я решился набрать по лиару Алекс. До последнего надеялся, что она свяжется со мной сама, и пытался отсечь все нехорошие мысли, но в последнее время, стоит признать, терпением я не отличался. Особенно когда дело касалось Алекс. Моей землянки.

Моей.

Я примеривался к этому слову. Прислушивался к тому, что чувствую. Свыкался с невероятным ощущением тепла, которое согревало изнутри.

Алекс ответила не сразу. Встрепанная, едва отошедшая ото сна, прекрасная, как рассвет. Видеть ее такую – это как удар под дых, полная потеря ориентации. До сих пор не понимаю, как держусь. Впрочем, последнее утверждение спорное, отключился я быстрее, чем планировал.

Что эта девчонка со мной творит? Я почти пожалел, что не остался с ней ночью. Может быть, последние наши сомнения бы исчезли. Но что-то не давало сделать этот последний шаг, сократить расстояние до одного вдоха. Просто я понимал, что обратного пути для меня не будет. Когда встречаешь свою пару, отказаться от нее невозможно. Готов ли к этому я? Готова ли к этому она? Готовы ли к этому… мы?

Как же все сложно! И этот ее рассказ о семье… Никогда не думал, что так сильно станет сжиматься и болеть сердце. За нее, хрупкую и сильную одновременно, прошедшую через свою маленькую бездну, оказавшуюся без поддержки и помощи, когда так сильно в ней нуждалась!

Теперь ее семьей буду я. Постараюсь это сделать. Просто я пока не знаю как, но искренне и всем сердцем готов попробовать.

Наш разговор плавно перетек на мою семью, а потом…

Я все же не удержался. Сорвался и целовал жадно и сильно, выплескивая все свое желание и тягу к ней, потребность именно в этой женщине…

Так хочу ее… Быть в ней. Ласкать и сводить с ума, выплескивая чувства. Ни с кем и никогда это желание не было таким острым и болезненным, как с Алекс. Отрезвляла только мысль, что у нас все не должно случиться так… в первый раз в чужом флаере по пути к космопорту. Алекс заслуживает большего.

Да и мне мало лишь физического обладания. Хочу проверять ее маршруты и научиться варить для нее по утрам кофе. Просыпаться с ней вместе, осознавая, что дышим в такт, и ощущать ее голову на своем плече.

Вот как сейчас. Просто, естественно и пока что… непривычно. Никто из женщин не доверял мне настолько, что спал на моем плече. Оказывается, подобного тоже может не хватать.

А когда она призналась, что других мужчин в ее жизни не было, мой мир обрушился и погреб под собой все. Никогда не думал, что слова Алекс так на меня подействует.

Моя. Только моя.

Думать о чем-то еще в тот момент я не мог. Кровь стучала в висках, руки тянулись сграбастать в объятья и зацеловать.

Видел бы кто-то, как непрошибаемый термокинетик сейчас пытается справиться с эмоциями. Да я сам в последнее время не узнавал себя, словно чувства добавили в мою жизнь нечто удивительное. С Алекс я просто мог быть самим собой и не прятаться за ледяной броней, которая уже с первой нашей встречи дала трещину.