Глава 17

Алекс

Проснулась я затемно, чувствуя себя отдохнувшей и выспавшейся. В распахнутое окно слышался шелест волн и виднелись яркие звезды на синем бархате неба. Гадая, сколько осталось до рассвета, осторожно щелкнула по лиару, стараясь на разбудить Диара, на плече которого я так сладко спала всю ночь.

Время было совсем раннее. Чуть приподнялась, рассматривая в полумраке лицо моего мужчины. Звезды осыпали его лучами серебра, делая еще более красивым. Даже чуть угловатые черты казались идеальными. Удержаться не было сил. Наклонилась и легко, почти невесомо коснулась уголка его губ, но Диар почувствовал и откликнулся. Его руки скользнули на мою талию, притянули к себе.

Нам снова не нужны были слова, достаточно поцелуев и рук, скользящих по телам друг друга. Простые и древние, как мир, движения все сказали за нас.

Я сходила с ним с ума. Я расправляла крылья и взлетала, почти не прося передышек, не боясь шагнуть с Диаром и в саму бездну. Я любила до крика и бешеного сердцебиения. И оплетала Диара нежностью, лаской, теплом и страстью. Выплескивала и получала в ответ еще больше.

Диар не мог иначе. Вполсердца или по чуть-чуть. Неистово, пламенно, сумасшедшим вихрем… Любил и брал, не щадя, но искренне.

И даже когда мы лежали, смотря в глаза друг друга, не в силах расцепить рук, я чувствовала, как нам обоим мало этих мгновений.

– А почему у тебя сила во время близости не выплескивается? – поинтересовалась, замечая, что раньше, в совсем иных обстоятельствах, у Диара она нет-нет, да выходила из-под контроля хотя бы на мгновения.

– Энергия направлена на другое, – хмыкнул он и ласково улыбнулся, касаясь кончиками пальцев моего лица. – Я хочу познакомить тебя со своими родными. Не против?

– Нет, конечно, хотя я немного… волнуюсь.

– У меня хорошая семья, очень дружная, я тебе говорил. С сестрой, правда, у тебя было весьма неудачное знакомство.

– Так и будешь мне его припоминать? – не утерпела я.

– Меня просто никто до тебя не ревновал, – серьезно заявил он.

Диар приподнялся, опираясь на локоть и вглядываясь в мое лицо.

– С тобой все словно в первый раз, Алекс.

– А теперь добавь, что это безумно странно, – не удержалась я.

Вместо этого мой холодный мужчина сграбастал меня в объятия и опалил чувственным поцелуем.

– Полагаю, нам простят, если на завтрак мы опоздаем, – заметила я, ощущая, как желание с новой силой бежит по венам.

– Полагаю, мы на него вообще не придем. Лучше сразу пообедаем, – заявил Диар и заставил в одно мгновение забыть про весь существующий мир. Он просто им стал.

Мы выбрались из спальни после полудня. Разыскали кухню, суетящуюся прислугу и попросили что-нибудь поесть. Омлет, легкий салат с зеленью и рыбой, апельсиновый сок со свежими блинчиками оказались выше всяких похвал. Искренне поблагодарив, отправились на пляж.

Вчера я заснула, и Диар принес меня сразу в спальню, поэтому я с удовольствием рассматривала большой дом Тана Жатура. Светлые окна, отделанные в теплых персиковых, лазурных и белых тонах комнаты и гостиная. Лестниц у входа имелось две. Одна спускалась в сад, состоящий из тропических растений. Там цвели орхидеи, выделяясь в темно-зеленой листве, и порхали разноцветные бабочки.

Вторая лестница тянулась дальше, выходила прямо на пляж. Мы с Диаром, не сговариваясь, отправились туда. На мелкий песок набегали лазурные волны, блестя в свете двух звезд Каллиастры. Небо было безоблачным и чистым, а пляж совсем пустынным.

Я замерла, прикрыла глаза, проверяя грозящие нам с Диаром опасности, но моя интуиция не предвещала ничего плохого.

– Все спокойно? – поинтересовался Диар, обнимая меня.

– В паре километров от нас опасные медузы. Ядовиты. С момента укуса до смертельного исхода, если не ввести противоядия, проходит четыре минуты, – пояснила я.

– Акулы?

– Не чую.

– Тогда раздеваемся и ныряем, – решил за нас Диар, и я ни капли не стала возражать.

Вода так и манила, а опасность вовсе не страшила. Да Диар в любой момент тут все в лед обратит, если нужно. Это случайно заплывшей к нам акуле надо бояться нас, а не нам ее. Про медуз я вообще молчу, у них большая часть тела состоит из воды. Для Диара они не проблема.

Скинула легкий сарафан – подарок Тана Жатура, который позаботился об одежде и для меня, и для Диара, оставаясь в алом раздельном купальнике, и пошла по песку к морю. Последний раз я видела море в детстве, искренне полюбила и безумно скучала, но моя семья больше так и не собралась туда на отдых, занятая множеством других дел.

Волны коснулись голых ног, согревая и лаская, и я вдохнула это ощущение счастья. Шаг – и почти с разбегу бросилась в воду, наслаждаясь этим, и практически сразу оказалась поймана Диаром. И время полетело быстро и как-то совсем незаметно. Мы плавали, ныряли и целовались. Изредка выбирались на берег, чтобы передохнуть, и снова погружались в воду. Кажется, у Диара тоже безумно давно не было такого отдыха, и он радовался ему по полной.

К вечеру позвонили сначала Маркус, потом Тан Жатур, а следом и Гиата. Все хотели убедиться, что с нами все хорошо, и мы некоторое время общались с ними.

Вскоре на пляж опустились сумерки. Небо раскрасилось в сочный розовый цвет, вспыхнули первые звезды, а волны потемнели. Диар сходил в дом и принес две корзины. Одну – с ужином, вторую с живыми цветами – белоснежными орхидеями и свечами. Даже интересно, где он последние добыл и когда успел. Почти все время же были вместе, не расставаясь друг с другом.

– Я, помнится, обещал тебе свидание, Алекс. И хотя у нас оно нетипичное, устроить его хочется прямо сейчас, – невозмутимо заявил он.

Нетипично – это вообще про нас с Диаром.

Помогла расстелить скатерть и разложить еду. Вместе зажгли свечи, закрепив их в песке. Я взяла в руки цветы, осознав, что для них нет вазы.

– И не нужно. Я хочу кое-что тебе показать, – улыбнулся Диар.

Взял в руки первую орхидею – белоснежную, хрупкую, дыхнул на нее – и ее лепестки стали ледяными и почти прозрачными. Но я точно знала, что там, под корочкой льда они живые и настоящие.

Вытаращилась на Диара, а он, смотря на меня глазами цвета морозного неба, едва заметно улыбнулся и кончиками пальцев снова коснулся сказочного цветка, запирая его в слюдяной купол льда. Я еще не пришла в себя, как внутри ледяного шара цветок засветился мягким голубоватым светом. Диар чуть подтолкнул шар – и тот воспарил в воздухе над нашими головами.

– Как ты это делаешь? – не удержалась я, сгорая от любопытства и восторга.

– Заключать предметы или растения в ледяной купол я научился давно. Они там, как в янтаре, замирают.

– Но у тебя они живые, – выдохнула я.

– Да. Будто своеобразная остановка во времени. Созданный лед воздействует на них определенным образом, создает защиту от воздействия и притормаживает любые процессы.

– Это невероятно, Диар.

Он по-доброму улыбнулся, взял в ладони следующий цветок.

– Если будешь так на меня смотреть, то наше свидание закончится через пару минут в спальне, – сообщил ариат.

Я вспыхнула, но глаз отвести так и не смогла. Словно зачарованная смотрела, как он создает ледяные шары со спрятанными внутри живыми орхидеями. Они медленно плавали в воздухе, светились и наполняли пространство вокруг невероятным ощущением сказки.

– А как ты делаешь так, что они летают?

– Это особый вид орхидей. Они могут перелетать на большие расстояния. Обычно с закатом цветы поднимаются в воздух, а на рассвете опускаются на лианы, прикрепляются к ним корешками и проживают так около двух недель.

– А потом?

– Потом, однажды поднявшись, выпускают семена, которые подхватывает ветер и несет за собой, а сами орхидеи рассыпаются на лепестки. Когда их много, зрелище просто невероятное.

Я вспомнила, что похожие цветы мы видели тогда у озера, когда сопровождали Наа, Хаату и Шаара, но сорт явно отличался.

Наконец все цветы парили в воздухе. Мы принялись за ужин, но я едва ли замечала, что ем, потому что Диар и созданные им цветы занимали все мое внимание.

В какой момент я перебралась к Диару на колени и мы начали целоваться, я так и не поняла. Он игриво укусил меня за нижнюю губу, соблазняя и дразня, и я повторила этот его жест, заставив мужчину прерывисто выдохнуть.

Поцелуи разжигали и распаляли нас, проникали огнем внутрь, становились все глубже и сильнее, когда моего лица коснулся нежный лепесток орхидеи. Цветы рассыпались, отдавая миру свою последнюю красоту, путались в наших волосах и дарили прощальную ласку прикосновениями к коже. Хотя ни я, ни Диар не заметили, когда растаял его лед, а орхидеи снова стали живыми.

Пляж погрузился в полумрак. Лишь светили над головой звезды да пело море. Громадина дома виднелась вдали, скрытая садом.

Терпкий аромат воды сливался с цветочным, нежным и едва уловимым. И к нему примешивался чуть морозный аромат моего мужчины. Сдается, до дома мы не доберемся, потому что остановиться и оторваться друг от друга нереально. И я, прижимаясь к Диару еще сильнее, позволила себе утонуть в его любви. Такой же сильной и безбрежной, как шумевший рядом океан.

В нем не всегда бывает тихо. Порой штормит, рождается буря и погребает под собой. Но желанней этой стихии для меня не существует.

Утром мы проснулись вместе. Зная, что на завтрак нас ожидает Тан Жатур, не стали отвлекаться и быстро собрались. При этом чувствовалось, что между нами едва ли не сверкают искры и мы готовы сорваться в любую минуту и повторить прошедшую безумную ночь.

Хозяин дома встретил нас в столовой, одетый в строгие брюки и белую рубашку. Китель висел неподалеку, напоминая, что после завтрака Тан Жатур отправится на работу. Искренне поблагодарила его за гостеприимство.

– Смотрю, не жалеете, что не увидели других мест Каллиастры? У нас ведь их, красивых и удивительных, немало!

Тан Жатур добродушно улыбнулся, приглашающим жестом показывая на стол.

– В этом мы и не сомневаемся, – улыбнулась я, подходя ближе.

И не стала говорить, что лучшее место для меня то, где находится Диар. Все остальные, какими бы удивительными и красивыми они ни были, явно проигрывали. Тем не менее поинтересовалась, какое самое заветное и любимое у Тана Жатура, и завтрак прошел за взволнованным обсуждением и частично даже поиском этих мест через лиар.

Глава службы безопасности в итоге чуть не опоздал на работу, но распрощались мы тепло, договорившись поддерживать дружескую связь. Нас же с Диаром ждал флаер, и едва мы в него сели, на связи появился Маркус:

– Наарат и Шархат ждут отмашки о встрече. Медлить больше нельзя.

Я с любопытством посмотрела на Диара и Маркуса. Они не раз при мне упоминали про какое-то задание, на которое нужно отправиться вместе с соперниками, но в подробности не посвящали. Я не вмешивалась, понимая, что, если это будет возможно, Диар расскажет сам. Училась у него этому безоговорочному доверию, привыкала…

– Назначай на удобное время.

– Сразу после вашего прилета на Ариату, – отрезал Маркус.

– Алекс, не возражаешь? – мягко поинтересовался Диар.

У Маркуса едва заметно приподнялись брови от удивления.

– Неужели свершилось? – поинтересовался он.

Я смутилась, опустила глаза, понимая, на что намек.

– Я так рад за вас! – выдал Маркус, и даже через расстояние я почувствовала его искренность. – Диар слишком долго был один, так что, Алекс, ты заранее прости ему все, что он сгоряча сделает или, наоборот, не сделает.

– Прекрасная поддержка, друг! – не удержался Диар.

Я же улыбнулась.

– Так что решаем? Алекс? – вернулся к предыдущему разговору Маркус. – Нам понадобится твоя помощь. Я хочу отправить тебя на задание вместе с Диаром, как пара вы уже сработались. Да и Шархат, полагаю, возражать не станет.

– Конечно, я не против.

– Прекрасно! Тогда, как прилетите, из космопорта сразу отправляйтесь в «Звездный ветер». Обсудим детали, подготовку и срок исполнения. Времени действительно слишком мало.

На этом Маркус с нами распрощался. Диар проверил настройки флаера, определил маршрут и, едва мы взлетели, повернулся ко мне. Взгляд у него был колючий, но я уже знала, что за ним прячется тревога.

– Что не так? – поинтересовалась я, ласково касаясь его щеки.

– Если предложу переехать ко мне, согласишься? Или для тебя все происходит слишком рано и быстро? – спросил Диар, не сводя с меня пронзительных глаз. Их цвет – чистая лазурь, завораживающая и невероятно сказочная.

Я смотрю на него словно заколдованная и даже не сразу улавливаю суть вопроса.

– Соглашусь, – ответила с легкой заминкой, отмечая напряженное выражение его лица.

Диар выдохнул, словно до этого мгновения и не дышал, рывком притянул меня к себе на колени и поцеловал. Ощущение его губ на моих затмило все, во мне мгновенно вспыхнул невидимый факел, и пламя побежало по венам. Застонала глухо, не в силах сдержаться, и, пытаясь отдышаться, уткнулась в плечо Диара.

С ним я чувствовала себя такой живой, настоящей и невероятно счастливой. Это вот мое. Мое. Настолько мое, что задыхаешься, если не чувствуешь стука его сердца под ладонью.

О чем в этот момент думал Диар, я не знала. Он ласково теребил волосы на моем затылке и прижимал к себе. Здесь, в маленьком флаере, мы были одни во всей Вселенной и хотелось хотя бы на время забыть о всех проблемах.

– О чем ты думаешь? – спросил Диар.

– О том, что нам два дня лететь, – призналась я, отрываясь от его плеча и находя на флаере функцию затемненных стекол.

– Будешь скучать? – игриво поинтересовался он.

– А ты? – не удержалась я.

– А я уже… соскучился, – прошептал он мне в ухо, нащупывая застежку на моем комбинезоне.

От интимности момента по спине побежали мурашки, и я сдалась под натиском его рук и губ, отдаваясь смело и отчаянно.

Мы, наверное, оба сумасшедшие. Или до одури влюбленные? Одним словом, дорвались, что тут скажешь? Диар мало говорил о своих чувствах, не привык еще к подобной открытости, лишь примерялся к ней, но разве можно скрыть их от интуита?

На межзвездный экспресс мы чуть не опоздали. Влетели в него в последние минуты и, переглянувшись, рассмеялись, когда за нами закрылась дверь. Кажется, у нас появилась не самая лучшая традиция перед отлетом.

Время в пути я отсыпалась, радуясь, что на этот раз Маркус не загрузил меня никаким заданиями. Диар тоже дремал или читал. Для него подобное времяпрепровождение было редкостью, а потому особо ценно.

Межзвездный экспресс прибывал на Ариату ранним утром. Еще только начало светать, как планета, незаметно ставшая мне домом, показалась в иллюминаторах. Такая же красивая, как и в тот первый раз, когда я ее увидела. Чуть подернутая дымкой облаков, освещенная двумя звездами.

Я зевнула и потянулась. За эти дни в пути отлично отдохнула и была полна энергии.

Едва мы приземлились, как на связь вышел Шархат. Диар ответил на его вызов по лиару прямо в космопорте, пока мы пробирались к выходу.

– На меня было совершено еще одно нападение.

– И есть не самые хорошие предположения, кто именно за ними стоит? – тут же поинтересовался Диар.

– Кто-то сдает информацию о нас, Диар. Умело, тонко, удачно.

– Мы почти все время на виду, если не находимся на заданиях. Отследить нас вполне легко.

– О заданиях знает ограниченный круг лиц. Искать нужно среди них, и чем быстрее, тем лучше. Или ты хочешь сказать, что во время исполнения задания покушения на тебя не совершались?

Я незаметно коснулась руки своего мужчины. Выпускать интуицию посреди космопорта было не самой хорошей идеей. Слишком много людей, и я не привыкла к такому потоку информации.

– Разбираться будем до отправки в рейд или после? – деловито поинтересовался Диар.

– После, – чуть колеблясь, отозвался Шархат. – Рейд важнее.

Я с любопытством покосилась на Диара, но тот не стал давать пояснений, лишь кивнул огненному, соглашаясь с ним.

– Вы с Александрой, полагаю, скоро будете?

– Вылетаем через несколько минут.

– Тогда до встречи, – попрощался Шархат, отсоединяясь.

Мы вышли из космопорта и оказались на стоянке флаеров. Взяв свободный, забрались в него и поднялись в воздух.

– Помочь позволишь? – не выдержала я, понимая, что сам он никогда о таком меня не попросит.

Диар повернулся слишком резко, полоснул взглядом.

– Я – интуит, на многое способна.

В салоне заметно повеяло морозом, по обшивке кресла Диара пополз сверкающий иней.

– Опасно! – одним коротким словом ответил он.

– Ты изо дня в день рискуешь собой…

– Но сейчас ты хочешь, чтобы я рискнул еще и тобой, Алекс.

– Нам в первый раз, что ли? Ты не сможешь решать за меня, Диар, – тихо заметила я. – И уберечь меня от всего зла этого мира тоже не получится. И если я могу помочь тому, кого люблю, то в стороне не останусь.

Иней пополз уже по стенам и полу, обдал морозом, но не коснулся кожи. Диар старательно сдерживался. И молчал.

– Помочь можешь, позволю, но в самое пекло лезть не дам, – хрипло ответил он и отвернулся.

Решение далось Диару с небывалым трудом. Иней все еще растекался по флаеру, раскрашивая его морозным узором.

Я продержалась несколько секунд, а затем прижалась к напряженной спине любимого, обнимая и согревая в своих объятиях.

Диар едва заметно вздрогнул, и пространство, где мы находились, покрылось инеем целиком.

Мы молчали. Слова сейчас были не нужны. Необходимые сказаны, а остальные – лишние.

Флаер приземлился на взлетную площадку на крыше «Звездного ветра», но мы так и сидели, не спеша выходить. Диар медленно повернулся, иней стал исчезать.

– Свои вещи ко мне перевезешь сегодня же, – выдал он, и я с трудом сдержала улыбку.

– Смотрю, кое у кого проявляются диктаторские замашки? – пошутила я.

– Ты же не рассчитываешь, что у меня идеальный характер, Алекс?

Я рассмеялась и ласково потрепала его по макушке.

Пусть командует, если ему так легче. Самое главное – я не оставлю его один на один с проблемами.

– Маркус ждет, пойдем? – предложила, взяв Диара за руку.

Это прикосновение, означающее поддержку, для него тоже было непривычным, и он даже немного растерялся, но вскоре к нему вернулась уверенность, и Диар потянул меня внутрь здания.

В коридорах нам никто не встретился, и мы благополучно добрались до кабинета Маркуса. Приложили ладони к панели доступа, и система защиты, проверив нас, пропустила внутрь.

Наарат и Шархат уже были на месте, и едва мы зашли, разговор прервался. Если Шархат просто кивнул в знак приветствия, то Наарат пригвоздил к месту взглядом. Ощупывал, осматривал, не скрывая этого, и я лишь на чуть-чуть позволила себе выпустить интуицию. Эмоции Наарата прощупать не успела, их перебил Диар. Я уловила мгновенно это его ненормальное желание спрятать меня за свою спину и превратить Наарата в ледяную статую, отчего с трудом спрятала улыбку. Маркус держался настороже, расслабленность Шархата была тоже напускной. Словно здесь все надели маски и играли свои роли.

Наарата прочесть оказалось сложно, и я лишь поймала его любопытство в отношении меня и каплю жгучей ненависти. Последнее чувство было едва заметным, и он умело его спрятал, свел на нет. По отношению к кому он его испытывает, я понять так и не смогла.

– Присаживайтесь, – предложил Маркус. – Так полагаю, представлять друг друга здесь никому не надо.

Диар уверенно прошел вперед, отодвинул для меня стул, а после расположился рядом. Наарат, напротив которого он сел, не спускал с нас глаз.

– Заморожу, – спокойно сказал Диар, – если так и будешь смотреть на Алекс.

Шархат, напротив которого оказалась я, хмыкнул, хотя замечание относилось не к нему, а к Наарату.

– Ну надо же… интуит второй степени, а трех одаренных, среди которых находится в этом кабинете, ни капли не боится, – с нескрываемым ехидством заметил владелец «Дыхания огня».

Маркус напрягся, Диар чуть наклонился и постучал пальцами по столешнице, по которой сразу побежал мороз. Шархат тоже коснулся пальцами дерева, практически повторяя жест Диара, и стол лизнули языки пламени. Заскакали по нему, затанцевали.

– Хуже детей, – вздохнул Маркус. – Дело обсуждать будем или как?

Мгновенно исчезли и пламя, и мороз, мужчины повернулись к владельцу «Звездного ветра».

– Что за задание нам предстоит? Диар упоминал какой-то рейд, – начала я, решив прервать напряженную тишину.

– Учитывая покушения на вас, обсуждать подробности где-то еще, кроме как за дверями этого кабинета, было небезопасно, Алекс, – начал Маркус. – Сейчас мы введем тебя в курс дела.

И так как остальные промолчали, он продолжил:

– Полагаю, об энитейцах рассказывать тебе подробно нет необходимости, знаешь о них больше нас.

Я удивленно приподняла брови и кивнула. О расе, открывшей перед землянами совсем иной космос, говорить смысла не было.

– Они занимаются разработками в самых разных областях науки – физики, химии, генетики… Может, слышала о профессоре Сайрусе?

Я покачала головой. Имя вроде бы знакомое, но вспомнить, где с ним сталкивалась, не получалось.

– Он один из известных ученых в области генетики. Создал несколько замечательных вакцин и изобрел сыворотку, способную замедлять любую болезнь и давать шанс тем, у кого практически не осталось времени.

Маркус замолчал на минуту, давая мне возможность осмыслить сказанное.

– Мы сделали ему заказ на одно исследование, – спокойно сказал Шархат.

– Да что вы ходите вокруг да около? Нам нужно было лекарство, способное ослабить откат после использования способностей! – не выдержал Наарат. – Мало радости, если кто-то однажды сорвется и превратит Ариату в ледяную пустыню или засыплет ее пеплом.

Шархат и Диар не сдвинулись с места, хотя речь явно шла о них.

– Мы искали способ защититься от последствий, – пояснил Маркус, смягчая слова Наарата. – Погасить, проще говоря.

– И? Получилось? Исследование было удачным? – не выдержала я.

– Да, – ответил Маркус. – Профессор Сайрус, взяв с собой разработки, вылетел на Ариату десять лет назад.

Я прикинула срок и вопросительно посмотрела на Маркуса. Встреча давно должна была состояться, что же ей помешало?

– Путь корабля, на котором он находился, лежал через галактику Миатара, а она славится…

– Пиратами, – закончила я.

Уж про это я точно слышала.

– Корабль очень быстро исчез с радаров. Всех, кто на нем был, они вышвырнули в открытый космос. Не выжил никто. Профессор Сайрус тоже погиб.

В кабинете стало тихо, я осмысливала новости.

– И вот, спустя столько времени, в звездном секторе Синего Альбатроса все в той же галактике Миатара мы обнаружили выпотрошенный пиратами корабль. Он не на ходу, конечно, но…

– Вы думаете, там осталась информация о защите от откатов? – спросила я.

– Мы уверены в этом, Алекс, – ответил уже Диар. – Профессор Сайрус за несколько минут до своей гибели сумел связаться с Маркусом.

– Как?

– У него был дар к менталистике, – ответил Маркус. – В разы слабее, чем у меня. Профессор Сайрус его скрывал, не желая сплетен и слухов, но дозваться до меня смог. Перед смертью он спрятал на корабле капсулу с нужным нам исследованием.

– И мы хотим добраться до дрейфующего по Синему Альбатросу неработающего корабля, проникнуть внутрь и отыскать ее, – добавил Диар.

– Подозреваю, для вскрытия капсулы понадобится код, – заметил молчавший до этого Наарат.

«Алекс, код я знаю. Профессор Сайрус его сказал. Успел, – раздался в моей голове голос Маркуса. – Мы не доверяем Наарату и Шархату настолько, чтобы выдать эту информацию».

«Поняла. А Диар…»

«Сам код ему неизвестен, но он знает, где его найти, если со мной что-то случится».

Звучало весьма невесело.

– Для начала необходимо решить первую проблему и отыскать капсулу, – заметил Шархат.

Что верно, то верно.

– Каким составом мы отправимся и когда? – поинтересовалась я.

– У вас сутки на совместную тренировку под руководством Галахарда. Вы должны привыкнуть друг к другу, научиться доверять. С вами полетят шесть обученных спецназовцев, способных прикрыть ваши спины, Наарат в качестве капитана и Эмма Тенас в качестве его заместителя.

– Эмма? – уточнила я, понимая, что речь идет о моей начальнице.

– Да. Она разбирается в устройствах космических кораблей лучше вас всех. Ее помощь может пригодиться.

Меня что-то тревожно кольнуло и затихло.

– Кто сядет в кресло пилота? – спросил Наарат.

– Джен. Один из спецназовцев. Он справится, я ему верю, как самому себе.

Никто не возражал.

– Тренироваться будем все вместе? – уточнил Диар, поднимаясь. – Или как?

– Для начала – вы втроем, а после обеда к вам присоединятся остальные, – заявил Маркус.

– Маршрут прокладывать? – уточнила я, прикидывая, сколько потребуется времени.

– Выстроишь до Синего Альбатроса, а там надо будет смотреть по обстоятельствам, Алекс. Координаты места, где обнаружен корабль, на котором летел Сайрус, я тебе скину, но звездный сектор там очень непредсказуем. Полагаться придется больше не на знания, а на интуицию.

Для меня эта работа была привычна, поэтому уточнений не потребовалось.

– Вечером? – уточнила я, понимая, что день поглотит тренировка.

– Да.

Диар покосился на меня, чуть сощурился, явно намекая, что я обещала сегодня же переехать к нему, но потом, явно что-то решив, расслабился.

– Всю нужную информацию Эмма сбросит тебе на лиар в течение дня. Пока же вас ждет Галахардд.

Мы втроем поднялись, покосились на Наарата и Маркуса.

– Идите, мы должны утрясти вопрос с транспортом и множество разных мелочей, – махнул нам ариат.

Его кабинет я покидала с очень нехорошим предчувствием, что упускаю из вида нечто важное, и на сердце было неспокойно.

– Диар, можно тебя на несколько минут? – поинтересовался Шархат, едва мы оказались в коридоре. – Алекс, мы догоним.

Скулы Диара заострились, ему явно не понравилось такое обращение ко мне, но он сдержался. Выпустил мою руку, сделал несколько шагов к Шархату и активизировал непроницаемый для звуков купол.

Диар

– Ар так и не успокоился, копает под Алекс, – сказал Шархат, едва мы оказались под защитным куполом.

– Маркус сказал иное.

– Ар знает о его способностях. И знает, что ради друзей и близких тот, если потребуется, переступит через все правила и запреты, – отрезал Шархат. – Ар предусмотрел тот факт, что его мысли некоторое время будут доступны Маркусу. Да и круглосуточно он следить за ним не сможет.

Подумав, я осознал, что Шархат прав.

– Выкладывай, что знаешь, буду должен, – признал очевидное.

Шархат хмыкнул, посмотрел в сторону уходящей Алекс, и я выпустил силу, под ногами затрещал лед.

– Даже не думай.

Шархат весьма странно посмотрел на меня, покачал головой и вдруг улыбнулся:

– Никогда не догадывался, что ты умеешь ревновать, Диар. Алекс не моя судьба, мы оба это знаем. Да и не видит она уже никого, кроме тебя.

В голосе Шархата прозвучала легкая, едва ощутимая горечь.

– Пообещай помочь, если потребуется, когда я встречу свою пару, Диар.

Я удивленно приподнял брови. Мысль, что Шархат боится не суметь ее защитить, казалась нелепой, но с другой стороны… Моя Алекс решила отправиться с нами в рейд, а потом помочь разобраться с той паутиной, что сплел один из лидеров Ариаты. И я ничего не мог сделать с ее выбором. В ином случае, лишившись свободы, Алекс не останется со мной. Да и разве я смогу подрезать ей крылья? Мы оба должны принять друг друга такими, какие есть. Остается лишь смириться с ее решением, поддержать и защитить, если смогу. Если…

Я поймал взгляд Шархата. Мы оба обладаем невероятной силой и возможностями, но абсолютно беззащитны перед страхом потерять ту самую, единственную…

– Помогу, – ответил я, всматриваясь в Шархата. – Даю слово.

Тот кивнул, никак комментировать свое предложение не стал.

– Вчера глубокой ночью Ар и Наарат встречались. Я узнал об этом случайно, услышал лишь часть разговора. Цитирую: «Алекс – теперь слабость Диара. Единственная. Бить нужно по ней. Или же… переманить ее на свою сторону». Я не знаю, что они задумали, Диар, но Наарата в этом случае не поддерживаю.

Прямой честный взгляд.

– Я услышал тебя. Спасибо, Шархат.

Какое-то время мы молчали.

– Каково это, встретить свою женщину, Диар? Ту самую, единственную…

В голосе Шархата прозвучала явная тоска. Это перед остальными он может сдерживаться и не показывать себя настоящего, а передо мной смысла нет. По силе мы равны, и проблемы у нас одни и те же.

– В моей жизни случались женщины, Шархат. Напряжение-то как-то надо было сбрасывать. Да и сначала жила вера, что не все они меня боятся, что есть шанс… – честно ответил я. Знал, что и он через подобное проходил. – Я встретил Алекс, когда от этой надежды – обрести взаимную любовь – почти ничего не осталось. Алекс же… однажды она просто ворвалась в мою жизнь. Любопытная, бесстрашная, прекраснее всех звезд во Вселенной… Окружила заботой. Просто так, понимаешь? Ничего не требуя взамен. И каждый раз, выпуская силу, я не видел и не чувствовал ее страха. Я для нее не монстр. Я для нее мужчина. Любимый мужчина.

Я посмотрел на Шархата.

– Я до сих пор иду с ней, как по краю пропасти. И боюсь вовсе не сорваться, а сделать что-то не так и разрушить наши отношения, обидеть ее, причинить, вовсе не желая того, боль. Быть с Алекс – это для меня как заново родиться.

– Звучит безумно… заманчиво, – заметил Шархат. – И знаешь, пожалуй, когда я встречу свою единственную, я ее не упущу.

Мы переглянулись, понимая друг друга как нельзя лучше. Но сейчас единственное, что мы могли, это вернуться из рейда с наименьшими потерями и не дать Ару победить.