Глава 19

Алекс

Звездолет, несмотря на то что был разгромлен пиратами, представлял собой внушительное зрелище. Абсолютно черный, напоминающий хвост кометы, снаружи покрытый неизвестным мне веществом, которое слабо светилось.

– Никакие реакторы не запущены, скорость равняется той, с которой движутся космические тела в состоянии покоя, – спокойно заметил Наарат, щелкая голограммами и проверяя данные. – Нара Александра, интуиция что-то говорит или молчит?

По привычке зажмурилась, так было проще сосредоточиться, чтобы почувствовать свой дар. Смутные, не очень радостные предчувствия, не больше. Об этом я и сообщила капитану.

– Джен, ты, как пилот, остаешься на корабле, остальные готовьтесь его покинуть.

Медлить никто не стал. Я сходила в каюту, быстро переоделась в прочный комбинезон. Изготовленный из невероятно эластичной ткани, он равномерно удерживал тепло, распределяя его. Цвет моего костюма был зеленым, с черными и желтыми вставками. Основная его функция – защитная. В него были вшиты нити, защищающие от радиации, огня и нескольких распространенных видов газов. Особо радовало, что комбинезон был еще и комфортным. Единственное неудобство – шлем, крепившийся плотно и без шанса снять его самому. Черный, с зеркальными стеклами, но тяжеловатый. Только выбирать не приходится.

Диар появился в нашей каюте в тот момент, когда я взялась за шлем, помог его правильно прикрепить. Оделся он в разы быстрее меня, в идентичный моему комбинезон, только глубокого синего цвета с черными вставками. На поясе у Диара щелкнул бластер, а следом он еще раз проверил мой и только потом протянул мне шлем, чтобы помогла пристегнуть.

Мы молчали, напряженные и сосредоточенные на предстоящей миссии.

Вышли в грузовой отсек, за которым находился стыковочный шлюз, но присоединиться к кораблю не выйдет, у них нужный отсек поврежден.

Наарат появился практически сразу же, щелкнул по лиару, высвечивая данные программы. На корабль профессора Сайруса запустили роботов-андроидов, чтобы проверили уровень разгерметизации.

Пришлось ждать. Когда подтвердилось, что внутренность корабля хоть и повреждена, но вполне пригодна для нахождения там, я выдохнула с облегчением. Работать в таких условиях в разы проще.

Пять спецназовцев, вооруженные до зубов, расположились в первом флаере. Я, Шархат, Диар, Наарат и Эмма загрузились во второй.

Пока ждали команду к вылету, я осторожно нащупала одной рукой бластер, а второй нашла ладонь Диара.

Во флаере, едва мы вышли в открытый космос, я чувствовала себя неуютно и небезопасно. Звезды казались слишком яркими, а защиты от надвигающейся тьмы космоса не было никакой, кроме тонких стенок. Впрочем, летели совсем недолго, и хоть казалось, что минуты превратились в вечность, вскоре мы достигли корабля Сайруса.

Капитан и спецназовцы влетели на корабль раньше нас, запуская в поврежденные шлюзовые отверстия дезинфектор. Пришлось снова ждать повторной проверки, чтобы убедиться, что вход на разрушенный корабль безопасен и на нем не обнаружится никаких неизвестных вирусов.

Я снова попыталась прочувствовать, что нас ждет впереди, но интуиция, как ни странно, молчала. В той информации, которую я когда-то получила от Маркуса, упоминалось, что когда кем-то не принято решение и выход из ситуации может быть разным, интуитивно почувствовать что-то невозможно.

Наконец шлюз открылся, оба флаера влетели в него, дверь захлопнулась. Мы пролетели по достаточно широкому коридору и оказались в привычном грузовом отсеке. Едва вышли из флаеров, как сработала система очистки и нас сначала оросило дезинфектором и окутало энергией. Энитейцы по праву могли гордиться своими технологиями, они уникальны и просты, применялись на всех кораблях и всегда срабатывали.

Почти одновременно мы откинули шлемы.

– Корабль делится на три части, – сказал капитан. – Эмма, бери троих спецназовцев и отправляйся в правый проход.

Девушка кивнула, и трое мужчин подошли к ней.

– Шархат, ты с остальными безопасниками направляешься в левый.

Возражать он не стал, хотя задумчиво покосился на капитана.

– Нара Александра, Диар, вы со мной. Нас ждет центральный сектор. Ищем кристаллы и любые носители с информацией. Считывать не пытайтесь, не сможете, не зная кода. Просто забирайте с собой. Поддерживать внутреннюю связь через лиар и отчитываться каждые пятнадцать минут. При малейшей опасности сообщать немедленно. Приказ ясен?

– Да, капитан.

– Приступайте к выполнению.

Команда разделилась и разошлась в разные стороны. Мы пошли по центральному коридору. Слева и справа располагались склады, потом потянулись каюты пассажиров. Искать в них что-то было бесполезно. Все настолько разгромлено, что даже обшивка покорежена. Кое-где виднелись следы борьбы – оплавленные бластерами куски металла, разбитые капсулы с вещами, черные неаккуратные пятна.

Я старалась сильно не приглядываться, слушала интуицию и надеялась, что молчать она не станет.

На корабле было тихо и пусто. Наши шаги гулко отдавались от стен, эхо разносилось по полупустому пространству. Жутковато. Неправильно.

Чувство опасности возникло, когда мы вышли в кают-гостиную, за которой располагался пульт управления кораблем и капитанский мостик.

Глянула на Диара, и он едва заметно кивнул, давая понять, что уже сосредоточен и готов к чему угодно. Вся его поза, напряженная и собранная, говорила об этом. Сжатые ладони, прямая спина, то, как он прислушивался.

– Обыскиваем, – велел Наарат.

Мы подчинились. Полчаса или чуть больше – ощущение времени немного смазывалось, и я судила по тому, сколько раз выходили на связь Эмма и Шархат, докладывая обстановку, – мы обшаривали пространство.

Ничего. Никаких следов. Диар нашел, правда, странный куб и зачем-то запустил его в воздух перед собой. Сощурился и посмотрел на меня. Я не стала ничего уточнять, понимая, чего он хочет.

Интуиция в этот раз откликнулась легко, и я едва заметно улыбнулась. Приятно, когда можешь помочь.

– Нужно капнуть на него кровью, – сообщила уверенно. – Иначе хранилище не открыть. Уж не знаю, как ваш профессор додумался так сохранить файлы…

Наарат собрался порезать ладонь, тут же безоговорочно поверив, но я его остановила:

– Пусть это сделает Диар. Там нужна кровь одаренного.

Наарат отступил, и ариат порезал ладонь. Рана мгновенно зажила, а куб от капли крови зашипел, черная матовая обшивка стала с него сползать, обнажая прозрачную сферу, в которой находился кристалл. В нем янтарной каплей сияло хранилище с нужной нам информацией.

Диар потянулся рукой, готовый взять то, что мы так долго искали, но к моему затылку прижалось что-то металлическое. И только через долю секунды я поняла, что это бластер.

– Опусти руки, Диар, – спокойно велела Эмма, стоящая за моей спиной.

Он медленно повернулся, ледяным пламенем вспыхнул взгляд.

– И не вздумай применять силу, – подхватил и Наарат, направляя свой бластер на меня.

Я смотрела на Диара и лихорадочно искала выход из сложившейся ситуации. Шанс применить мгновенное перемещение и не умереть от плазмы, выпущенной из бластера, равен нулю.

– Зачем вам это исследование? – спокойно поинтересовался Диар, будто не замечал того, что происходит. – И что с остальными? Они живы?

А во мне теперь вопила интуиция: опасность! И я все пыталась понять, почему Эмма и Наарат так поступили, но ответов на свои вопросы не получала.

– Неужели ты думаешь, Диар, что в капсуле информация только о том, как уменьшить последствия отката для одаренных? – холодной улыбкой акулы, не обещающей ничего хорошего, улыбнулся Наарат. – О нет! Сайрус получил заказ не только на это.

– Был еще и второй? – спросил Диар, который, похоже, тянул время.

– Руку убери, я хочу получить кристалл.

Диар послушался, и я прикусила губу.

– Был. Его сделал Ар.

Один из лидеров Ариаты?

– Зачем ему? Все никак не успокоится и хочет подчинить меня своей воле? Или дело касается всех одаренных?

Послышался смешок Эммы. Наарат держал в руках кристалл и задумчиво его рассматривал.

– Здесь, в этом маленьком хранилище, информация о возможностях генов одаренных. Наш с Аром и Эммой шанс стать бессмертными.

Что? Я не ослышалась? Судя по тому, как напрягся Диар, Наарат не лгал.

– И как в этом помогут наши гены, гены одаренных? – не выдержала я.

– О! – сощурившись и пронзая взглядом черных глаз, протянул Наарат. – Ты ведь не знаешь слишком многого, Алекс. Кое-кто не спешит тебя посвящать в некоторые подробности жизни мутантов.

Глянула на невозмутимого Диара, руки и лицо которого побелели, а на бровях возник иней. Он еле сдерживался, и я это и видела, и чувствовала.

– Регенерация позволяет жить очень долго, Алекс. Очень, – протянул Наарат, смотря на капсулы с невероятной жадностью. – Ты только подумай, какой скачок сделает эволюция, если мы изобретем вакцину бессмертия?

– А то, что при этом погибнут сотни одаренных, тебя, смотрю, не волнует? – поинтересовался Диар.

– Но при этом тысячи будут жить. Жить вечно. Те, кто избран, – ответил Наарат, и я почувствовала легкий приступ тошноты, настолько противно звучали эти слова.

– Остановись, Наарат, пока не поздно.

Он расхохотался каким-то безумным смехом.

– А не стоило отказываться, когда предлагал работу. Сейчас бы мы были на одной стороне. А так… Вас, одаренных, оказывается, не всех можно купить. Остается лишь подставить…

Последняя фраза резанула слух. Я уже ее слышала. Тогда, несколько месяцев назад, когда мы с Гиатой сидели в кафе, а после я вернулась, чтобы забрать забытый лиар. Так это был Наарат? То-то его голос в нашу первую встречу показался знакомым, но тогда я была взволнована другим и не вернулась к этому, оказывается, столь важному моменту!

– А ты способен на что-то другое, кроме как подставить? Впрочем, как это я упустил из виду все те нападения на меня и Шархата.

Наарат пожал плечами.

– Согласись, это была хорошая попытка. Вы вполне могли сцепиться и уничтожить друг друга. Упускать такой шанс не стоило. Вы всегда соперничали и недолюбливали друг друга.

Наарат неторопливо спрятал кристалл на поясе и посмотрел на Эмму:

– Ты все сделала, как надо? Яд запущен?

– Да.

– Шархат?

– Тройная доза.

Диар сжал кулаки, по полу пополз иней.

Дуло бластера чуть шевельнулось.

– Держи силу при себе, Диар, – спокойно сказала Эмма. – Наарат, нам пора уходить. Ар прислал сообщение, он уже ждет нас в грузовом отсеке.

– Что с остальными? Они живы? – снова поинтересовался Диар, не сводя при этом глаз с бластера.

При всей своей силе и мощи сейчас он не мог сделать ничего, если хотел, чтобы я дышала.

– Пока да. Но через четверть часа… – не закончил Наарат и так понятную мысль. – Видишь ли, не вдыхать этот яд невозможно. Я запустил его сразу же после того, как мы прошли очиститель. Для того чтобы он завершил свое действие, осталось с четверть часа. Никто из вас не успеет даже покинуть корабль. Конечно, если у вас не найдется противоядия и вы не справитесь со смертью, которую вдохнули. Она действует и на одаренных, кстати, блокирует важные клетки. Никакая регенерация не поможет.

Диар молчал, кажется, лихорадочно искал выход из ситуации. Наарат двинулся в мою сторону, и я осторожно нащупала бусину, которую дал с собой Диар. Ту самую последнюю разработку Шархата. Неопробованную. Секретную. Подозреваю, о ней не знал даже Наарат. У меня было подозрение, что в последнее время между ним и его начальником были не самые лучшие отношения, но лезть в них я не решилась. Сами разберутся. Судя по всему, сделала я это зря. Сейчас все могло бы сложиться иначе. Или нет?

Наарат был почти у выхода из кают-гостиной, Эмма сделала два шага назад, но потянула меня за собой. Диар не сводил с нас глаз.

Вдох.

Шаг.

И я выпустила бусину.

Раздался оглушительный грохот, пространство заволокло дымом. Скрежет металла, ругань, звук плазмы, бьющей из бластера… Эмма, конечно, потеряла меня из вида, и я перекатилась к Диару, чувствуя, как тело горит от боли.

Кости буквально выламывало, спина пылала огнем, легкие наполнились дымом, но регенерация сработала почти моментально. К тому моменту, как я оказалась на ногах, Диар заморозил все вокруг и пытался добраться до Наарата и Эммы, спрятавшимися под какой-то неизвестной серебристой защитой, напоминающей паутину.

– Вместе, Диар, и бьем четко в центр, – крикнул за спиной Наарата внезапно появившийся Шархат.

От его комбинезона шел дым, местами эластичная ткань была обуглена, но я выдохнула от облегчения, увидев, что к нам пришла подмога.

Удар двух термокинетиков удался. Огонь и лед потоками разрушали защиту, и на несколько секунд нас всех ослепило и тут же разметало по сторонам.

Если бы не способности и быстрая регенерация, я была бы мертва. Наарат и Эмма же, благодаря защите, уцелели, сорвались на бег, на ходу отстреливаясь из бластеров. Мы бросились за ними, но учитывая, что у нас под ногами то и дело вспыхивали взрывы, пробираться пришлось через полуразрушенные стены, и мы не могли применить ускорение.

В грузовой отсек влетели втроем. Огромной серебристо-черной воронкой сиял проход, который открыл перемещатель.

Но шагнуть в него Эмма и Наарат не успели. Диар подморозил пол, а Наарат швырнул в прибор огонь, и переход схлопнулся.

Еще мгновение, и руки и ноги наших противников оказались вморожены в лед. Взгляд Диара был холодным и суровым, когда он подошел к Наарату и сорвал с его пояса нужный кристалл.

Шархат оказался рядом с ним. И я замерла, не зная, как быть. Убьют они Эмму и Наарата или сохранят им жизнь?

Паника накрыла с головой, перед глазами все поплыло. Сквозь пелену я увидела, как живым огнем вспыхнул Шархат.

– Врагами ведь надо делиться, Диар, – яростно зазвучал его голос.

Утратившееся несколько мгновений назад зрение вернулось, и я ужаснулась сполохам пламени Шархата.

– Да разве я против, – ледяным тоном ответил Диар, и его мгновенно окутала морозная дымка.

Бело-голубая, в цвет его светящихся глаз.

И нет, то, что я видела раньше, проявление его способностей, было мелочью. Тогда Диар вполне контролировал себя, был тем самым Ледяным красавчиком, который всех восхищал и которого все опасались. Сейчас же… смертоносный мороз, чудовищный по своей силе и беспощадный, олицетворение дикой бесконтрольной бури, которая не оставит ничего живого, что попадется ей на пути.

Наарат белел, у Эммы от ужаса распахнулись глаза. Она что-то кричала, но слов было не разобрать.

Диар вдруг сделал шаг назад. Грузовой отсек наполнился морозом, на моих ресницах появился иней, пополз по разорванному комбинезону. Оказывается, не такой уж он и прочный, раз не выдержал нашего боя. Диар обернулся и посмотрел в мои глаза. Замер, почти не дыша. Постоял, и… эта смертельная морозная сила исчезла, словно не бывало.

– Шархат, мы никогда не были убийцами, – сказал Диар до невозможного спокойно и холодно.

Тот что-то прошипел, дернулся и тоже посмотрел почему-то на меня.

– Ты удержишь силу, – уверенно заявил Диар, не двигаясь.

– Удержиш-ш-шь, – с трудом выдохнул Шархат, и через несколько секунд, пока я смотрела в его подернутые огнем глаза, стал нормальным.

Осторожно размял плечи, выдохнул:

– Твою ж… Спасибо, Диар. Да я чуть не сорвался! Тебя хоть девчонка держит! Алекс… ты…

– Не благодари, – отозвалась я и закашлялась.

Огонь, который медленно проникал в меня, все разрастался. Наверное, тот самый упомянутый яд.

– Нужно противоядие, – тут же сориентировался Шархат и кивком показал на Наарата.

Диар разморозил его.

– Только на Ариате храню, – глумливо заявил тот.

Ответить ему никто не успел, потому что по льду Эммы поползли огненные сполохи, и преграда исчезла, а в меня полетел сгусток плазмы.

Сбил меня с ног Шархат, потому что стоял ближе. А Диар… лед все же вышел наружу, за мгновения превращая Эмму и Наарата в ледяные статуи. Сверху упала какая-то железяка, и… спасти их уже было нельзя. Свою смерть они выбрали сами.

– Ты как? Еще держишься? – поинтересовался Шархат.

Я закашлялась, села. Диар оказался рядом, поднял меня на ноги. По телу разлилась слабость, огонь обжег внутренности.

– У нее нет защиты от яда, – тихо сказал Шархат. – Мой выжигает огонь, а твой – мороз. Алекс же… бессильна.

Я с трудом улыбнулась, чувствуя, как дышать становится все тяжелее.

– Нужный вам маршрут давно выстроен. Вы справитесь.

– Ты издеваешься? – спокойно уточнил Диар, и вокруг него снова взметнулась морозная смертоносная дымка.

Я потянулась к его щеке, погладила кончиками пальцев.

Он бессилен и пока не готов принять это.

– Корабль Ара неподалеку, если Наарат и Эмма не лгали, у него может быть противоядие, – заметил Шархат.

– Свяжись. Я соглашусь на любые условия.

Ну уж нет! Я не позволю посадить его в клетку!

– Шарх, не смей! – прохрипела я, и тот дернулся и уставился на меня.

– Думаю, если он захочет жить, то сам даст нам противоядие, – усмехнулся огненный, прочитав в этот момент все мои мысли до единой.

Я закашлялась и вцепилась в плечо Диара:

– Пообещай мне, пообещай, что не станешь ни о чем его просить и заключать сделок!

Диар уцепился пальцами за мой подбородок. Ледяными. Острыми. В глазах – морозная тьма, яркая и совсем невероятная. Это даже хорошо, что я запомню его именно таким. Сильным, смелым, моим…

– Как у нас с доверием, Алекс? – тихо спросил Диар.

– Полное и безоговорочное, – ответила я, чувствуя, как сил почти не осталось, а огонь буквально пожирает меня.

Диар отпустил, сделал два шага назад. Глубокий вдох. Выдох. Он не сводил с меня глаз.

– Я могу попробовать создать ледяной кокон. Он продержится двое суток или чуть больше. Я экспериментировал на цветах, ничего не могу обещать и гарантировать. Заморозка будет мгновенной, сродни остановке во времени. В тебе замрет все, и у нас появится… время и возможность добыть противоядие, – холодным тоном сообщил он. – Но шанс выжить после… минимален.

– Я тебе верю, – сказала тихо.

Диар пронзил меня взглядом.

– Ты тоже вся моя жизнь, – добавила то, что так и не успела ему сказать тогда, когда признался он.

– Я люблю тебя, Алекс, – сказал Диар, делая шаг назад, вспыхивая ледяной смертельной тьмой, у которой был чуть другой оттенок, чем раньше.

Огонь почти коснулся сердца, когда на меня дыхнуло морозом. Он сковал в объятиях, лишая возможности чувствовать себя цельной и живой. Последнее, что я увидела, – пронзительно-голубые, словно далекие звезды, глаза моего мужчины. И мир перестал существовать.

Диар

– Впечатляет, – спокойно сказал Шархат, до этого не проронивший ни слова.

Я посмотрел на прозрачный кристалл льда, в котором была спрятана Алекс. Бледная, с обескровленными губами, спутанными волосами… Она была невыносимо прекрасна. Если не справлюсь, если она умрет…

– Не будем упускать время, – сказал я.

– Попробуешь так спасти и остальную команду?

Я кивнул, и Шархат, больше ни о чем не спрашивая, рванул на бешеной скорости в нужном направлении.

Пять безопасников были еще живы, но я успел завернуть их в кокон в самые последние мгновения. Возвращение, если оно случится, будет для них весьма болезненным.

Перемещая последний кристалл в грузовой отсек, почувствовал, как уже не ощущаю тепло – откат брал свое.

– Я не против поделиться энергией, Диар, – раздался голос Шархата рядом.

И не спрашивая разрешения, резанул себе по ладони и выпустил ленты огня. Алые, с непривычными золотыми искрами, которые рванули ко мне, спеленали и забрались под кожу, а затем и внутрь.

Дышать стало легче, и я искренне поблагодарил за помощь.

– Что теперь? – спросил Шархат, оглядываясь и стряхивая с волос пепел.

– Хотел бы я знать… До Ариаты нам за двое суток не добраться, даже если бы имелся мощный перемещатель. До других планет… еще дальше. В этом Синем Альбатросе звездные мили до цивилизации длиной в год, не меньше.

Я с трудом оторвал взгляд от Алекс, чувствуя, как сердце сжимает ледяная рука. Она сожмет его до конца, едва Алекс, самая желанная женщина во Вселенной, перестанет дышать.

Шархат поднял пустой перемещатель. Во время взрыва он уцелел, даже не был поврежден, но вся энергия уничтожилась, поэтому открыть новый проход нереально.

– У меня есть хорошая новость, Диар.

– Какая?

– Энергии у меня полно. Полагаю, если отдам ее до капли, мы можем заставить перемещатель работать и перенести нас к ближайшей планете.

Я поднял на него глаза.

– И не надо говорить, кто из нас двоих сумасшедший. Все я про откат знаю.

Я не стал спорить. Мы оба безумцы. Я заключил в ледяной кокон Алекс, Шархат пытается спасти нас всех.

Но прежде чем решиться на подобный шаг, надо все же открыть то, зачем мы сюда добирались.

Я достал кристалл, набрал код, и… перед нами вспыхнула голограмма с меню. Пунктов всего два, названных прозаично: «Вакцина бессмертия» и «Лекарство от отката».

– Открываем? – уточнил спокойно.

– Давай.

Шархат, кажется, даже не удивился, что я знаю нужную комбинацию.

Щелкнул, конечно, второй, он важнее.

Строки, цифры, данные… С ходу и не разобраться. Сейчас нам это точно не поможет, как бы мы ни хотели. Я подключил лиар, связь на котором до сих пор в этом секторе не работала, разве что оставалась внутренняя для связи с командой. Предсказуемо. В Синем Альбатросе возможно все. Скинул нужный файл себе и в хранилище, доступное лишь Маркусу, перекинул Шархату.

Какое-то время перед нами мелькали голограммы, а вскоре снова высветилось меню. Мы стояли и смотрели на вторую часть, за которой охотились Наарат, Эмма и Ар.

Шаг в эволюции? Или шаг уничтожить этот мир? Что спрятано в этом файле? И кто готов взять на себя ответственность за то, что случится, если информация рано или поздно попадет не в те руки?

– Полагаю, никто и никогда не должен узнать о подобном исследовании, – сказал я.

– Согласен, – тихо отозвался Шархат.

И мы, не сговариваясь, выпустили силу, уничтожая, возможно, самую опасную вещь во Вселенной.

Я связался с Дженом, сказал, что мы не вернемся, велел лететь на Ариату. У него были вопросы, но задать их он не посмел. Молча сорвался с места и исчез с радаров.

Мы же перенесли во флаер кристаллы с командой, поставили мощнейшие силовые поля защиты. Шархат вышел в открытый космос и отпустил перемещатель. Энергия рванула из ариата, впитываясь в прибор, и он начал дрожать. Это длилось минут семь, пока перемещатель не засветился.

– Координаты ближайшего места, – хрипло по лиару сказал Шархат.

Я набрал по навигатору нужные. Тирун-на-тар в звездном секторе Ситары.

Шархат ввел их в перемещатель, активировал, и… воронка вспыхнула моментально. Ариат попытался вернуться, но энергия прохода ухватила его щупальцами и потянула вперед.

– Иди следом. Встретимся на месте, – спокойно отозвался он и шагнул в сверкающую бездну, смело и безрассудно подчиняясь ей.

Странно видеть ее тут, среди безмолвной тишины космоса, так близко.

Я включил реактивные ускорители, разгоняя флаер до скорости, необходимой для нужного прыжка, и рухнул в неизвестность.

Мгновения я несся сквозь пространство и вдруг оказался в небе, напоминающем пламя. Слева вдали кружились две звезды, третья скользила к горизонту. Внизу – разбросанные дома из огненно-красного камня.

Тирун-на-тар. Во всей своей неповторимой красе.

Шархат мелькнул где-то слева, удерживаясь на гравитационной платформе, которая грозила в любой момент развалиться на части.

– Не переживай, справлюсь, – услышал его голос по лиару. Хриплый голос, уставший.

– Уверен?

Под Шархатом пестрел лес, неподалеку виднелось какое-то поселение. Он включил защитные функции своего комбинезона, и это помогало защититься от порывистого ветра и летящих вокруг него искр.

– Да. Выберусь. Пришлешь подмогу, как только окажешься на месте. Спасай команду и свою девчонку, Диар. Я и не в таких передрягах выживал.

Я засомневался на долю мгновения, но спорить не стал. Быстро зафиксировал координаты того места, куда приземлился Шархат, и решил довериться ему.

Впервые.

Странное чувство. Еще вчера – не то враги, не то соперники, а сегодня – пусть еще не друзья, но напарники.

Наша связь пропала, защита кристаллов за моей спиной начала рассыпаться, ото льда пошел пар. Все-таки перемещения плохо влияют на созданные мной кристаллы. Времени совсем в обрез.

Я поднял флаер повыше, рванул на ненормальной скорости, и едва появилась связь, набрал по лиару Артара, попросил вызвать в свой дом целителей, сказав, что буду у него через десять минут. Он не стал ничего уточнять, пообещал помощь и отключился. Иногда мне кажется, судьба действительно существует и сталкивает нас с кем-то вовсе не просто так.

Выдохнул, с трудом удержал мороз под пальцами и вызвал Маркуса.

– Живы? – всполошился он.

– Да. Пока что. Команда отравлена ядом. Не знаю каким. И противоядие есть только у Ара. Он, по словам Эммы и Наарата, находился где-то в звездном секторе Синего Альбатроса. Мне нужна информация.

– Я дотянусь, – кивнул Маркус.

– Времени мало. Очень мало.

Я не выдержал, и мороз покрыл флаер изнутри.

– Жди. Церемониться в этот раз я с ним не стану.

Через семь минут я приземлился в саду семьи Артара. Сам он и все находившиеся в доме родственники вышли меня встречать.

Я распахнул дверцу, разукрашенную инеем, и аккуратно и бережно вытащил первый кристалл, в котором находилась моя Алекс.

– Помещение готово. Трое целителей будут через две минуты, – коротко, не здороваясь, сказал Артар, кивком велев своим людям, чтобы помогли мне с оставшимися кристаллами.

Кто-то ахнул, Артар обернулся и бросился к беременной жене, которая оседала на крыльце.

В доме начался переполох, кто-то из братьев Артара растерянно показал направление, и я двинулся за ним следом. Лед в моих руках стремительно таял, и я безумно боялся не успеть, когда спасение так близко.

Не успеть и позволить Алекс умереть.

Нет уж! Слишком долго я ее искал, чтобы отпустить ее душу блуждать по бескрайним черным просторам Вселенной.