Глава 2. Выжить любой ценой

Откуда я знала такие неприличные слова в столь юном возрасте? Все просто. На базаре еще и не такое услышишь. Вопреки запретам родителей, я часто сбегала из дома, чтобы поболтать с торговцами, увидеть, что нового привезли из заморских стран.

— У меня сестренка маленькая, — протянула неуверенно. Нужны ли им проблемы в виде младенца?

— Заходи уже, — настояла одна из женщин с ярко-красными губами. Она поманила нас внутрь. — Хозяина сегодня не будет.

От усталости я еле соображала и почти не раздумывая приняла ее приглашение.

Внутри пахло чем-то горьким и пряным, а еще цветочными духами, от которых у меня вмиг закружилась голова.

— Идем на третий этаж, там в дальней комнате всегда тихо, — женщина накинула на горые плечи полупрозрачный платок и повела нас вверх по крутой лестнице. Показала наше временное пристанище, налила чай и зажгла благовония в изящной курильнице. Дымок поднимался тонкой струйкой, заполняя собой все пространство.

— Отдыхайте до утра, — сказала благодетельница, прикрывая за собой дверь.

Чтобы не испытывать судьбу, я закрылась на щеколду. Луизу перепеленала, покормила и уложила спать на кровать. Сама же выпила немного теплого чая, выглянула в окно и широко зевая, устроилась рядом с сестренкой. Сон быстро сморил меня, не давая шанса оставаться начеку.

Проснулась утром оттого, что кто-то пытается пробраться в нашу комнату. Сначала я не поняла, что происходит, но увидев розовый балдахин, потерла глаза и чинно встала с кровати.

— Кто там? — спросила негромко.

— Открывай, — потребовал женский голос. — Да не бойся! Я еды вам принесла.

Открыла ей, почувствовав запах жареной курицы и овощей.

— Спасибо, — сказала ей, когда еда оказалась на столе, а мне на руки легла стопка одежды.

— Переоденься, — велела женщина. Яркий макияж больше не закрывал ее настоящее лицо, и я смогла разглядеть едва заметные морщинки. — Эти вещи все равно старые и мы хотели их выкидывать.

— Госпожа, я заплачу за вашу доброту, — ляпнула совершенно не подумав.

— Да, конечно, — загадочно улыбнулась благодетельница. — Обязательно.

Она оставила нас. После завтрака я поняла, что нам еще нужно молоко и нормальное место. Пусть даже крохотная комната на постоялом дворе.

Спешно собравшись, я оставила пару связок медных монет и хотела потихоньку выйти, но дверь оказалась запертой снаружи. Сердце почуяло неладное. Зачем эта красивая леди так поступает с нами?

Луиза начала капризничать, выражая свое недовольство пронзительным криком. Сколько бы ни старалась, мне не удавалось ее успокоить. В какой-то момент даже казалось, что делаю только хуже.

— Что-то расшумелись наши маленькие гости, — донесся мужской голос из коридора. Щелкнул замок и дверь распахнулась, впуская в наше временное пристанище весьма упитанного господина. Он буквально вкатился, сложив короткие пальцы-сосиски на необъятном пузе. Я сразу поняла, что это и есть хозяин заведения.

— Господин, спасибо, что приютили нас, — проблеяла едва слышно. — Но нам уже пора уходить.

— Не спеши, девочка, — широко улыбнулся он. — Отдохни еще немного.

— Нехорошо злоупотреблять вашей гостеприимностью, — ответила, медленно обходя его по дуге и надеясь проскочить в дверной проем. Однако удача перестала нам благоволить. Хозяин борделя с легкостью перехватил меня и вырвал из рук Луизу. Та стала кричать пуще прежнего, явно испугавшись такого грубого обращения.

— Ты можешь идти, но она здесь останется, — ехидно протянул толстяк с удовольствием наблюдая за тем, как опускаются мои дрожащие руки. Будь больше сил в тщедушном теле, я непременно бы вцепилась в его круглое лицо разъяренной кошкой и выцарапала мелкие черные глазки. В мечтах все произошло именно так, а в реальности пришлось подчиниться.

— Я передумала, — произнесла, едва сдерживая слезы. — Только отдайте мне сестренку. Обещаю, что мы будем сидеть тихо и не сдвинемся с места.

Он все же передал мне Луизу, а та уже успела намочить пеленки. И не только их.

— Это разумное решение, — согласился хозяин. — Молоко вам скоро принесут.

Толстяк поспешил выйти, отряхивая длинное мужское платье от маленького безобразия Лулу. А нечего было трясти ее как куклу! Так ему и надо!

В качестве пеленки я использовала наволочку. Мне она показалась самой чистой из постельного белья. Ткань получше я уложила в сумку. Вскоре появилась притворная благодетельница с крынкой молока. Она молча поставила сосуд, не смея смотреть в мои глаза. Предательница! Хотя это я виновата. Нельзя доверять кому ни попадя.

Мы просидели несколько часов в напряженном неведении, прежде чем опять явился хозяин. На этот раз не один, а в компании высоко, статного мужчины. Такие тоже по борделям ходят?

— Вот и товар, господин, — толстяк притворно отвесил поклон.

На поясе у незнакомца я увидела изящную подвеску из белого нефрита. Он еще и к знати принадлежит? Мне сделалось совсем страшно. А вдруг нас узнают и отправят на казнь?

Тревожные мысли прервал громкий женский возглас.

— Лорд Лидс! Какими судьбами? Давно вы не навещали наше убогое место!

Хозяин сразу всполошился, схватив меня за руку, толкнул навстречу покупателю.