Глава 9.4

— Ты сильно расстроилась? — с тревогой в голосе спросил друг.

— Нет, — мотнула головой. — Все равно бы мне здесь не позволили долго оставаться. В связи с этим, есть к тебе маленькая просьба.

— Весь внимание, — вскинул брови он.

— Нужно перенести меня через забор, — все же решила, что Колину можно довериться еще один раз. — Хочу применить магию исцеления, иначе в комнате для прислуги долго не протяну.

— А ты умеешь? — изумился друг.

Я хотела было подбочениться и выдать эпопею о том, как длительное время практиковалась на разбойниках, но не стала. Хвастовство до добра не доведет.

— Немножко, — отведя взгляд в сторону, плотнее сжала губы.

— Хорошо, — наконец согласился Колин. — Переодевайся и пойдем.

Я резво кинулась к шкафу. Еще днем обнаружила там три домашних платья веселой расцветки.

— Думаешь, хозяин не поругает, что одежду одолжила? — спросила, повертевшись у зеркала.

— Пошли уже, — буркнул в край уставший друг. — Он ничего не узнает.

Я не стала тянуть время, и вскоре мы оказались за забором, ровно в том месте, где я формировала злосчастные шарики мести. Теперь самое время залечить раны, иначе по возвращении в змеиную обитель придется несладко.

— Ты делай все, что нужно, а я посторожу, — выпалил Колин, превращаясь в тень и даже не дождавшись ответа.

Пожав плечами, села там, где стояла и принялась медитировать. Ох, и знатный ущерб я понесла! То, что успела накопить после побега от бандитов, все растеряла. Так, у меня никогда не получится восстановить пораженные меридианы.

Однако чувство досады пришлось отложить в дальний ящик. Оно мешало мне сосредоточиться на создании нужного заклинания. Не знаю, как долго я так просидела, но когда закончила, поняла, что совершенно не ощущаю ног. Все затекло! Колин, как назло, опять где-то прохлаждался, оставив меня в гордом одиночестве.

— Я закончила, — сказала негромко, надеясь, что он спрятался за ближайшим углом.

Появилась моя нянька, как раз когда надежда, что он все-таки придет, почти иссякла.

— Ты где так долго? — хотела высказать претензию, но быстро замолчала. Колин выглядел чернее тучи. Даже в ночном полумраке это было очень заметно. — Возвращаемся?

— Да, — кивнул он, избегая зрительного контакта со мной.

Я побоялась приставать к нему с расспросами о столь резкой смене настроения. Вместо этого тихо сидела на его руках. Обняв за шею, уловила до боли знакомый аромат лорда Лидса на его коже. Поморщилась. Теперь ясно, где он пропадал, но что они там делали вместе?

Я тряхнула головой, силясь прогнать пошлые мысли. Откуда они взялись?

Колин проводил меня до гостевой комнаты, не проронив ни слова. У двери, я, наконец, встала на свои ноги и уцепилась за его рукав.

— Знаю, у вас там что-то случилось, — сказала несмело. — Должно быть, хозяин сегодня не в духе и сорвался на тебя, но не унывай. Побесится и перестанет.

— Ты не так поняла, — вдруг смутился Колин, но я уже решила, что не отступлю. Приподнявшись на носочках, коснулась его щеки невесомым поцелуем, чтобы отблагодарить и приободрить. Он ведь столько времени провел со мной, терпеливо потакая капризам и помогал в шалостях.

Не иначе как потеряла голову после заклинания! По всему телу разливалась такая легкость, что захотелось летать и кружиться в танце.

Я обвила его шею, беззастенчиво повиснув на ней. Похоже, я все же набедокурила с заклинанием, но ведь все раны затянулись. И ощущения прекрасные! Я потянулась к манящим губам.

— Ты где наклюкаться успела? — строго спросил Колин, отстраняясь, но при этом держа меня, чтобы не упала.

А и правда! Что это я? Ответа у меня не было. Возможно, слишком много обезболивающего эффекта вплела. Или это реакция моего тела на отвары Патрика, смешанные с заклинанием. Надо срочно заводить дневник и записывать туда свои наблюдения.

— Я нар-рмальная, — широко улыбнулась, — опять порываясь получить немного любви и ласки, но Колин ни в какую не соглашался.

— И что мне с тобой делать? — спросил он. С таким же результатом Колин мог вести разговор со стеной! Перед глазами все плыло. Кидало то в жар, то в холод.

— Не уходи, — попросила, цепляясь за его одежду.

— Если не перестанешь, то окачу тебя холодной водой, — пригрозил Колин, укладывая меня на кровать и накрывая одеялом по самые глаза.

— Не надо, — притворно шмыгнула носом. — Я заболею.

— Тогда будь хорошей девочкой, — процедил он. — Ложись спать.

— Без тебя не хочу! — запротестовала, уже в который раз оказываясь возле его шеи.

Да что же меня так тянет туда? А что, если напугаю его, и Колин больше не будет считать меня своим другом? Кто я для него?

— На веки вечные, — докатились его слова, как через толстый слой воды. — Нет. Песенку про дружбу я не буду петь. Хорошо! Но всего один раз.

В эту ночь мне было хорошо! Как в детстве! Когда все были живы и отец еще не привел вторую жену. Мама обнимала меня во сне и напевала старую колыбельную, что привезла с собой и северных земель. Пахло теплом и заботой. Опасность больше не подстерегала на каждом углу. Весь мир — это уютная спаленка и гора игрушек.