Глава 19. Притворный брак

Приставленная ко мне служанка сразу поняла, в чем дело и поторопилась в комнату. Я не упиралась, но ноги сами по себе подкашивались. Нужно как можно дольше тянуть время и не допустить этой свадьбы.

Уже в кровати меня накрыла другая волна мыслей, смешанная с отчаянием и паникой. Письмо! А если Николас решит, что я была с ним честна в той записке и отпустит меня в объятья короля?

Погружаясь все глубже в пучину отчаяния и перебирая различные неутешительные варианты будущего, не заметила, как пришло время собираться на свадьбу.

Меня грубо растолкали служанки. Отмывали с таким остервенением, будто нашли мое бесчувственное тело в отхожей куче. А затем запихнули в тесное платье.

— Время пришло, — услышала сквозь пелену оцепенения. Мое сердце болезненно сжалось в тревожном предчувствии.

Николас не успел. Как бы он не спешил, время уже вынесло нам свой приговор.

Свадебная церемония прошла словно в тумане. Я послушно и совершенно бездумно выполняла все ритуальные действия. Пришла в себя, лишь когда почувствовала грубое прикосновение к губам.

Генри светился от радости, будто бы выиграл самый большой приз на ярмарке. Его даже не заботило, что я при этом выгляжу как в воду опущенная. Но об этом мне услужливо напомнили присутствующие на празднике гостьи.

К счастью, пытка не могла длиться вечно, и меня отпустили в брачные покои, чтобы подготовиться к первой ночи с мужем. Делить с ним кровать я не хотела. Даже были мысли сбежать, отпустив стражу пить вино. К сожалению, они наотрез отказались, еще и пригрозили, что свяжут меня, если вздумаю улизнуть.

Оказавшись в комнате, я сначала металась как загнанная на край обрыва тигрица, а затем начала искать оправдания, чтобы отложить близость с Генри на неопределенный срок.

— Ты сегодня была очень холодна со мной, — шипящий голос новоявленного мужа вывел меня из размышлений о болезни, которую придется симулировать в ближайшее время.

— Просто соблюдала нормы приличия, — ответила ему, едва шевеля языком.

— Но теперь ты не откажешь мне в милости? — спросил он, протягивая чарку брачного вина. Свою король выпил залпом и даже не поморщился. Я сделала небольшой глоток и закашлялась, когда нестерпимая горечь прожгла горло.

Голова сразу закружилась, будто кто-то камнем по темечку стукнул. В груди стремительно поднималась жаркая волна. И как я сразу не поняла, что в напитке афродизиак?

— Ваше Величество, — послышался тихий стук и неловкое покашливание. — Очень неудобно отвлекать вас в такой момент, но есть неотложное дело, которое требует личного присутствия.

— Я занят! Уходи, — рявкнул король, дергая мое платье за рукав. Ткань предательски затрещала.

— Ваше Величество, предпринял еще одну попытку бесстрашный слуга. — Это касается заговора сверженной вдовствующей королевы.

Генри недовольно рыкнул и впился зубами в мое обнаженное плечо. Я поморщилась, но сдержалась от болезненного стона. Этот звук только еще больше распалит приправленное афродизиаком желание моего супруга.

Нужно его спровадить!

— Сходи, — прошептала ему на ухо. — А я останусь здесь и подготовлюсь к твоему возвращению. Эту ночь ты надолго запомнишь.

Глаза Генри лихорадочно загорелись, и он все же отпустил меня.

— Ты уж постарайся, — пропел король и ушел.

А я кинулась к окну, чтобы освежиться и привести мысли в порядок, но увидела в нем бледное лицо.

— Мэй, тише. Не кричи, — попросил такой родной голос.

Сначала я приняла все происходящее за видения после афродизиака, но вскоре моей щеки коснулась холодная ладонь.

— Ты умер? — спросила, высматривая на его коже трупные пятна. — Или призрак?

— Я живой, — горько усмехнулся лорд Лидс, щелкнув меня по носу. — А вот ты горишь, и волосы побелели. Чем он тебя опоил?

— Афродизиак, — ответила едва слышно и повисла на его шее.

Безумно хотелось растаять в объятьях, почувствовать тепло прикосновений и раствориться в бесконечной ласке и любви.

— Я тоже этого безумно желаю, — признался Николас, прерывая наш одержимый поцелуй и стирая с губы кровь. — Но сейчас не время.

— Почему нет? — протянула, срывая с себя платье. — Мой муж как раз вышел и…

— Именно об этом я и хотел с тобой поговорить, — прошипел лорд Лидс. — Что значит «разлюбила»? Что значит «выхожу за другого»?

— А ты и повелся, — икнула, присматриваясь к его шее и пульсирующим венам. Так хотелось покрыть их поцелуями, но хозяин всего этого несметного богатства совершенно потерял совесть и смел сопротивляться. — Генри заставил меня написать это письмо и выйти за него в обмен на столетний женьшень. Он исцелил мой сердечный меридиан и спас жизнь, но лучше бы я умерла. Теперь придется остаться с ним.

— А лицо не треснет от такой чести? — взвился Николас, уже лениво отбиваясь от моих посягательств на свое тело.

— Какая теперь разница? — вздохнула, пробежав подушечками пальцев по его подбородку, а затем резко сменила тактику и дернула рубашку за ворот. Пара пуговиц полетела на пол. — Прежний король уже велел тебе жениться на другой. Так что это последняя ночь, когда мы можем быть свободны. Так, давай же не будем терять время зря.

— На другой? — возмущенно переспросил Николас. — Вообще-то, на тебе! Ведь ты читала последнюю волю своего отца, и он принял помолвочные подарки, в числе которых была и шпилька с цветком персика.