Глава 19.3

Николас появился в зале прихрамывая. Мое сердце болезненно сжалось. Он ведь говорил, что все под контролем. Тогда почему так сильно ранен?

Хотелось отринуть все приличия и кинуться ему на шею, расспросить, что произошло, и помочь исцелить рану. Однако холодные пальцы короля сжимали мое запястье. Генри словно чувствовал, какие эмоции кипят в моей груди.

Все обменивались любезностями, в то время, как я пыталась справиться с гулом в ушах. Он причинял нестерпимую боль и не позволял прочим звукам добраться до слуха. Перед глазами все поплыло.

— Николас, как следует поприветствуй мою любимую жену, — донеслось будто издалека. Счастливый оскал Генри заставил мысли проясниться. — Кажется, она скоро родит наследника.

Лорд Лидс смотрел на меня с такой холодностью, будто мы были людьми, случайно оказавшимися в одном зале. Не бывшими, не любимыми — просто посторонними.

Во взгляде его не прослеживалось ни тени других эмоций. Именно это напугало меня больше всего. Словно все уже решено, пережито, перечеркнуто, стерто и теперь он наблюдал, будто бы издалека.

— Ваше Величество, — сухо обратился он к Генри. Повернувшись в мою сторону, добавил: — Эта великая честь для меня лично увидеться с королевой. Желаю вам счастья.

Наши взгляды встретились, но ни один мускул не дрогнул на лице Николаса.

Мне не дали и слова. Король рассмеялся, будто услышал самую веселую на свете шутку и велел продолжать торжество в честь победы лорда Лидса.

Гости разговаривали, поднимали тосты и опустошали тарелки. Я сидела будто на иголках. Так и не смогла притронуться к еде, борясь с удушающим чувством несправедливости.

Наконец, притворное торжество закончилось, и гости медленно разбрелись кто куда.

— Ваше… — Томас подошел ко мне слишком близко и протянул руку. — Мэй, ты в порядке?

Я не смогла сдержать накопившихся за вечер слез.

— Королева дала обет молчания, — Генри появился за моей спиной словно тень и обнял за плечи. — Не тревожь ее до тех пор, пока не родит.

Том растерянно отступил. У меня подкосились ноги. Теперь и слова нельзя сказать без его ведома?

Подозванные королем слуги помогли нам добраться до супружеских покоев. И уже за закрытыми дверьми начался настоящий кошмар. Генри с таким наслаждением ударил ладонью по моей щеке, будто ждал этого момента весь день.

— Почему он даже не разозлился? — спросил король, хватая меня за запястье и подтаскивая к себе. — Еще и счастья пожелал! Неужели так быстро смирился? Так просто? Мне удалось подчинить его себе так легко?

— А с чего ты взял, что мы, вообще, были настолько близки? — усмехнулась, глотая горькие слезы. Теперь я уже ничего не понимала и никому не верила. — Зря только старался. Занял мной теплое местечко, а мог бы выбрать более удачную партию. Дочь какого-нибудь влиятельного министра тебе бы больше подошла…

— Заткнись, — перебил мою тираду Генри. — Вы сговорились.

Он замахнулся, и я пригнулась, ожидая очередного удара. К счастью, в дверь постучали со срочным делом, которое не требует отлагательств. Естественно, что объяснений мне никто не дал.

Все закончилось сильным толчком, после которого я полетела на кровать и свернулась в клубочек, поджав колени к животу и разрыдавшись в голос.

— Тише, тише, — что-то шевельнулось возле моей руки, и я резко дернулась, пытаясь уйти от удара. — Мэй, все в порядке. Все закончилось. Это я. Николас. Посмотри, пожалуйста, на меня.

Еще несколько часов назад его взгляд был непроницаемым и безэмоциональным, теперь в глазах лорда Лидса полыхала ярость и тлела тревога. Какой сладкий сон.

— Потерпи. Сейчас исцелю, — попросил Ник, коснувшись сначала полыхающей щеки, а затем покрывшегося испариной лба.

— Ты настоящий? — спросила, когда боль отступила и я смогла нормально мыслить. Действия Николаса совсем не походили на сон.

— Прости меня, Мэй, — с горечью в голосе сказал Лидс, бережно обнимая и касаясь губами виска. — Не думал, что дойдет до этого. Давай забудем прошлый уговор, и я сегодня же заберу тебя отсюда?

То есть все же он был и сумасшествие отменяется?

— В ту ночь, — отозвалась я хриплым голосом. — В первую брачную ночь… Мне привиделось, что… Я провела ее с Генри. Ну, понимаешь… и кровь на простыне.

— Ты не вспомнила, что было на самом деле? — всполошился Николас. — Видимо, я перестарался с успокаивающим заклинанием еще и любовное снадобье сильно подействовало на тебя…

— Значит, в ту ночь мы остались вместе? — спросила, продолжая вспоминать. — И чтобы облегчить мои страдания от эффекта афродизиака, ты…

— Мэй, я же не животное какое-то, — поспешил притормозить поток моей фантазии Николас. — В ту ночь ничего такого не происходило, а кровь… Я специально порезал руку, чтобы у знати и министров не возникло причин распускать сплетни с первых дней. И все же, лучше забрать тебя…

— Нет, — перебила, положив голову на его плечо. — Я останусь. Король хотел сделать твой поводок короче, но теперь разочарован. Это даже немного весело.

— Нужно отвлечь его и притупить бдительность, — вздохнул Лидс. — Я больше не хочу использовать тебя. Это неправильно и… Я убью его, если еще хоть раз случится подобное.