Глава 16

На самом деле я счастлива от того, что Данил рядом. Украдкой посматриваю, как он с аппетитом поглощает ужин, и сердце переполняет тепло. Не знаю, что я скажу ему после того, как мы останемся наедине. Наверное, скажу правду. Я не хочу его обманывать. Да и мне нечего скрывать. То, что у Матвея Зотова не все в порядке с головой, и он возомнил себе, что меня можно трогать, еще не значит, что я совершила преступление, насильно оказавшись в его объятиях.

Спустя полчаса чай, наконец, заканчивается, и мама с тетей удаляются в дом, разогревать ужин притащившимся с прогулки близнецам. Мы с Данилом остаемся наедине. Я виновато посматриваю на него из-под ресниц, и боюсь начинать разговор первой.

— Кристина, так что ты натворила, пока меня не было? — Данил внимательно смотрит на меня и раскрывает мне свои объятия, призывая подвинуться ближе.

Я чувствую себя провинившимся ребенком, который ждет скандала, но его по какой-то причине не спешат отчитывать.

— Сегодня днем я встретила парня, который вбил себе в голову, что я должна принадлежать ему одному. Он хватал меня за руки и пытался затащить в свою машину.

Я смотрю на свои руки и не спешу придвигаться к Данилу.

— У меня появился соперник? — меняется в лице мой незнакомец.

— Он и был.

Я продолжаю смотреть на свои руки. Боже, но почему так сложно говорить правду?

— Вы встречались?

— Нет. Мой отчим имеет дела с его отцом, и они решили, что будет идеально, если мы с Матвеем начнем встречаться. В общем, в день моего рождения из-за этого я устроила скандал, после которого нас с мамой выгнали из дома. Теперь мы живем здесь, у тети. Но этот придурок все равно решил, что имеет на меня какие-то права.

Мне совсем нехорошо. Если Данил уйдет, я этого не переживу.

— То есть, между вами ничего не было, но он очень хочет тебя получить? — угрожающе приподнимает бровь Данил.

— Да.

— Он тебя обидел, и ты молчишь?

Теперь на лице Данила нет и тени улыбки. В его глазах сверкает гнев.

— Сегодня я столкнулась с ним впервые после того, как мы с мамой переехали сюда, — пытаюсь оправдываться я. У меня снова глаза на мокром месте. Я думаю, что не скажу Данилу про Асю и фотографию в ее телефоне.

— Что за Матвей? Как его фамилия? И где он живет? Здесь, в городе?

— Нет, в прибрежном поселке. Матвей Зотов. У него очень состоятельный папа, и вместе с моим отчимом они заправляют бизнесом. Отели, два ресторана…

У Данила на лице решимость, которая меня пугает.

У меня дрожат руки. Я совсем не хочу, чтобы Данил вляпался в неприятности благодаря мне. С Матвеем шутки плохи.

— Я хочу посмотреть в глаза этому Матвею, — хмурится он.

— Не стоит. Вряд ли в его глазах можно увидеть что-то человеческое, — качаю головой я.

— Такие вещи нельзя оставлять без ответа.

Мы смотрим друг на друга.

— Данил, мне никто не нужен, только ты, — еле слышно говорю я и чувствую, как дрожат руки. — Ни один человек на Земле не заменит тебя.

— Неужели ты думаешь, что мне нужен кто-то другой? — отзывается он. — С тех пор, как умерла мама, моя душа была наполнена отчаянием и одиночеством. Ты вдохнула в меня жизнь, Кристина. Я никому тебя не отдам.

Я сглатываю ком в горле и прижимаюсь к его груди. Данил гладит меня по волосам, по спине, и я потихоньку успокаиваюсь.

— Я бы сидела так вечно, — шепчу я. — В твоих объятиях так хорошо и спокойно.

Данил целует меня в макушку и прижимает к себе крепче.

— У меня завтра выходной. Хочешь, сходим в кино? — спрашивает он.

— Хочу, — улыбаюсь я. — А еще больше хочу остаться с тобой наедине.

— Тогда может, мы посмотрим кино у меня дома?

— А где ты живешь?

— Рядом с торговым центром «Моремолл».

— Обожаю этот торговый центр!

— Значит, сначала я заберу тебя к себе домой, а потом мы пойдем гулять в торговый центр, — запуская пальцы в мои волосы, улыбается Данил. — Или наоборот, сначала погуляем в центре, а потом пойдем ко мне в гости.

Я прижимаюсь к нему крепче и таю в предвкушении того, что мы проведем целый день вместе. Мысли о дневном недоразумении рассеиваются, словно дым. Надеюсь, Данилу никогда не придется встретиться с Матвеем.

Следующий день мы решаем провести в Моремолл. Конечно, меня разбирает любопытство насчет его собственного жилища, ведь он ни разу не звал меня к себе домой, но желание побродить среди любимых магазинов берет вверх.

Моремолл — отличный торговый центр. Если вы соберетесь приехать в Сочи, очень рекомендую его посетить. Там чего только нет — магазины одежды, уютные кафетерии, постоянные акции и распродажи, и даже фонтан на первом этаже. При этом все сверкает красотой и чистотой. Раньше мы с Томой очень любили часами таскаться здесь, лениво рассматривая новые коллекции одежды в витринах, а потом покупали десерт в «Шоколаднице». Во время посещения торгового центра Тома нарушала правила своего фитнес-тренера, списывая лишние калории на большую активность в процессе покупки новых шмоток. Честно говоря, иногда я начинаю скучать по той безоблачной жизни, которую мы вели. Домик тети Коры не идет ни в какое сравнение с роскошным особняком Карима.

Я болтаю без умолку. Рассказываю Данилу про Тому, про наши с ней шопинги, и про ее повернутость на собственной фигуре.

— Твоя сводная сестричка-Барби сходит с ума по своей пятой точке? Я бы хотел на нее посмотреть, — посмеивается Данил.

Мы проходим мимо магазинчика нижнего белья. Манекен на витрине рекламирует комплект алого цвета. Лифчик «пуш-ап» с ажурными вставками и очень откровенные трусики с тонкими полосочками, переплетенными сзади.

— Как красиво, — с придыханием смотрю на комплект я. Но его стоимость больше пяти тысяч рублей, на данном этапе моей жизни он мне не по карману.

— Хочешь, я его тебе подарю? — оживляется Данил.

— Нет, он дорого стоит, — отмахиваюсь я.

— Да ладно тебе, нам вчера дали зарплату и премию, — подталкивает меня к стеклянной витрине мой незнакомец. — Даже представить себе не можешь, как этот комплект будоражит мое воображение.

— Дань, это слишком, покупать мне такой дорогой комплект, — отнекиваюсь я, но он уже тащит меня в магазинчик.

— Какой у тебя размер? — на ходу интересуется Данил. Видимо, комплект полностью захватил его воображение, и ему не терпится увидеть меня в нем.

— Сорок второй, — обреченно вздыхаю я.

Девушки из магазинчика белья посматривают на нас с интересом, и я очень смущаюсь. Вот только Данил не смущается совершенно. Такое ощущение, что он каждый день бывает в таких магазинах и покупает девушкам лифчики «пуш-ап» и трусики. Консультантам он жутко нравится. Они улыбаются, советуют мне обязательно взять именно красный оттенок, потому что он идеально освежает мою кожу.

В итоге мы покупаем комплект. Данил вручает мне пакет, и я снова заливаюсь краской, чем очень забавляю его.

— Давай где-нибудь перекусим? — предлагает он.

— Не терпится пригласить меня к себе домой? — подтруниваю над ним я.

— Теперь еще больше не терпится, — сжимает мою руку он, и в его глазах мелькает кофейная дымка, которая означает одно — желание обладать мной. Теперь в этом красивом комплекте.

Я улыбаюсь и сжимаю его руку в ответ.

Мы быстро перекусываем в одном из фаст-фудов, и отправляемся к Данилу в гости.

Он живет в новенькой шестиэтажке, расположенной неподалеку от Моремолла. Однокомнатная квартира на четвертом этаже. Когда Данил открывает дверь и пропускает меня внутрь, я мысленно улыбаюсь. Идеальная квартира холостяка, отдавшего все свободное время службе в МЧС. Ничего лишнего, везде идеальный порядок. Как в казарме. На кухне все тоже чисто, но очень не хватает занавесок. В комнате, которая одновременно гостиная и спальня, стоит большой угловой диван, стенка, телевизор. На окнах жалюзи. На полу пушистый ковер — единственное отступление от казарменных правил. А еще в углу я замечаю рабочий стол. Там новенький компьютер, который завален дисками. Они повсюду, даже на клавиатуре.

— Ты любишь играть? — с интересом посматриваю на диски в коробках я.

— Иногда люблю, — теперь смущается он. — Забыл убрать, извини.

— Да ничего страшного, — ободряюще пожимаю плечами я.

— Больше я люблю заниматься видеообзорами, это моя страсть, — встает у меня за спиной мой незнакомец. — У меня есть свой канал на ю-туб.

— Так ты еще и блогер? — поворачиваюсь к нему я. Мне становится понятно, почему он так часто снимает видео.

— Да. У меня на канале почти десять тысяч подписчиков, между прочим.

— И ты получаешь деньги за рекламу?

— Да.

— А на какие темы ты снимаешь обзоры?

— На разные. Иногда снимаю прохождения новых видеоигр, тут Серега мастер, он мне помогает. Но чаще всего про нашу жизнь у моря.

— И как называется твой канал?

— «Мой Сочи», — улыбается Данил. — Основная волна подписчиков появилась, когда у нас начали готовиться к олимпиаде. Я снимал процесс, как он есть на самом деле.

Стена над рабочим столом увешана фотографиями нашего города. Морем, пляжем, разными людьми, которых я не знаю. Есть парочка фотографий, где они с Вовой и Сергеем стоят, обнявшись, в форме, у морского вокзала и на фоне гор. Но самая большая фотография в центре, на ней я на фоне фонтанов. Она прикреплена к стене кнопкой за один угол, видимо, Данил еще не купил для нее рамку.

— Сейчас включу музыку, — спохватывается мой незнакомец, и загружает компьютер. — Если хочешь, в холодильнике есть шампанское и фрукты.

— Хочу, — киваю я.

— Сейчас принесу.

Он выходит из гостиной, а я озадаченно осматриваюсь по сторонам. На самом деле, даже представить не могу, как преобразить место, напоминающее казарму, чтобы оно стало романтичным.?

Хотя, нет, если задвинуть жалюзи, накрыть небольшой придиванный столик и надеть на меня новенький комплект, который Данил мне подарил, все получится. Я улыбаюсь. Да, определенно, в его жизни не хватает уюта. И занавесок. Почему-то для меня понятие уюта ассоциируется с красивыми занавесками.

Я решительно иду на кухню, помочь Данилу приготовить для нас угощение.

— Если хочешь, можем посмотреть кино, — разрезая ледяную дыню на половинки, поднимает голову он.

— Можно и кино, — соглашаюсь я. — Какую-нибудь интересную и ненавязчивую историю. А где у тебя бокалы?

— Возьми в гостиной, там, в стенке есть хрустальные.

— Уже иду.

Я возвращаюсь в комнату и достаю бокалы.

— Совсем забыл про конфеты, — кричит мне из кухни Данил. — Возьми рядом с телевизором.

Вскоре на кухне готов наш романтик — дыня и арбуз нарезаны кубиками, терпкое шампанское открыто, конфеты выложены в хрустальную вазочку.

— Неси в комнату, — игриво посматриваю на Данила я. — Я пошла в ванную. Мне не терпится примерить обновку.

— А как мне не терпится тебя в ней увидеть, — улыбаясь, качает головой мой незнакомец. — Кино или музыка, Кристина?

— Музыка, — все же решаю я и запираюсь с пакетом в ванной комнате.

О, да. Комплект действительно смотрится великолепно. Мне идет алый цвет. Я привожу себя в порядок — подкрашиваю губы, расчесываю волосы, и выбираюсь из ванной.

В гостиной уже полумрак. Из динамиков льется красивая медленная музыка, что-то из «романтик сонгс», на английском языке. На придиванном столике угощения и круглые красные свечи. В момент, когда я захожу, Данил как раз зажигает их.

— Ух, ты, — вырывается у меня восхищенный возглас. Мои босые ступни утопают в пушистом ковре. Кожа покрывается мурашками от прохладных струй кондиционера.

Данил поворачивается и замирает.

— Наверное, ты — мое самое прекрасное видение из всех, — выдыхает он. — Я даже боюсь тебя касаться.

— Ну, нет, — смущенно улыбаюсь я, — так не честно. Я надела комплект именно для того, чтобы ты меня касался.

Данил разливает шампанское в бокалы.

— Держи, — протягивает он мне бокал. — За самую красивую девушку в моей жизни.

— И за самого идеального мужчину, — я подхожу ближе и беру бокал с ледяным шампанским у него из рук.

Он притягивает меня к себе за талию свободной рукой, и наши бокалы звонко стукаются друг о друга.

Я усаживаюсь к нему на колени и отпиваю глоток шампанского.

Данил убирает свой бокал на столик. Его руки мягко поглаживают мою спину, убирают волосы с плеч. Я отпиваю еще один глоток шампанского, больше для смелости, и тоже убираю свой бокал.

Его руки продолжают ласкать мою спину. Губы опускаются мне на шею, и скользят, сначала нежно, а затем все настойчивее, заставляя трепетать.

Я становлюсь податливой, словно бархат. Данил медленно опускает чашечки алого лифчика вниз, и с вожделением припадает губами к моей груди. Мне кажется, я задыхаюсь от нахлынувших эмоций. Меня снова затягивает сладкая патока желания. Я прикрываю глаза, обвиваю его шею руками, и мой разум больше не принадлежит мне. Все вокруг меркнет. Остаемся только я и Данил. Наша одежда летит на пол, он опускает меня на диван и нависает надо мной сверху. Он кусает мои губы, шею, заставляя ерзать под ним от нетерпения. Его язык дерзко врывается в мой рот, и он целует меня, не давая перевести дыхание. Я вся горю от его поцелуев. Его прикосновения волшебны, они заставляют меня откликаться каждой клеточкой моего тела.

Я не выдерживаю пытки ласками, обхватываю его талию ногами и притягиваю к себе.

С его губ срывается хриплый стон. Он быстро надевает презерватив и опускается на меня сверху.

Я впиваюсь ногтями в его широкие плечи, подаюсь ему навстречу, и вскоре ощущаю его внутри, такого желанного и сладкого.

— Ты прелесть, — шепчет он и начинает врываться в меня с каждым разом все сильнее.

Данил заполняет собой мое тело, мою душу, и я в экстазе. Я глушу свои вскрики в его шею и чувствую, как низ живота сводит сладкими спазмами.

Потом мы долго сидим на диване, прижавшись друг к другу, и просто молчим. Данил лениво целует мою макушку, поглаживает мои плечи, и рассеянно улыбается. Мне хорошо от того, что он рядом. Я с наслаждением вдыхаю в себя запах его кожи с легкой примесью одеколона для бритья, вжимаю в ладонях его мягкие руки, и кажется, нет никого счастливее меня.

— Данил, а твоя семья, о которой ты не любишь говорить? Кто они? — задумчиво спрашиваю я.

— Отец очень состоятельный бизнесмен. У него два отеля на Красной Поляне. Есть сестра, но она его дочь от второго брака.

— Ты с ними совсем не общаешься?

— Почти нет. У нас нет ничего общего. Отец бросил маму почти сразу же после моего рождения. Долгое время я вообще не знал, что он у меня есть. Так что, мне его не за что любить.

— А почему ты ждал его на яхте?

— Потому что он меня достал, — передергивает плечами Данил. — Ему, видите ли, на старости лет понадобился наследник империи гостиничного бизнеса. А моя сестренка по развитию недалеко ушла от твоей Томы. Да и ставить во главу бизнеса девушку как-то не престижно. Вот он и зачастил ко мне в гости. Все просит оставить МЧС и начать вникать в бизнес. А мне его бизнес ни к чему, Кристина. Надо было раньше думать. Тогда, когда мать каждую копейку считала, чтобы себя и меня прокормить.

Мой незнакомец отстраняется от меня и хмурится. Ему неприятно говорить об отце. Я чувствую, что внутри у него скопилось очень много боли, которую он подавляет, натянув на лицо маску равнодушия и презрения.

— Представляю, как тебе было тяжело расти без отца, — посматриваю на него я.

— Отвратительно то, что он хочет получить меня теперь, когда я справляюсь и без него, — угрюмо произносит Данил. — Он хочет лишить меня того, что я смог достичь в профессии и получить готовый экземпляр наследника для бизнеса. А мне и даром не нужны его деньги! За них не воскресить маму. Она уже умерла.

Данил проводит рукой по своим темным волосам, и не смотрит мне в глаза. Я понимаю — я задела его травму. Такую же неизлечимую, как и моя.

— Ладно, прости, — тут же пытается исправиться он. — Давай лучше еще шампанского тебе налью?

— Давай, — тихо отвечаю я и пытаюсь улыбнуться.

Вечером Данил провожает меня домой. Мы едем на такси, потому что он пил шампанское вместе со мной, и договариваемся увидеться на следующей неделе.

Когда такси останавливается у тетушкиного дома, я настораживаюсь. Возле забора припаркован внедорожник Карима.