Глава 24

— Слушай, я знаю, что тебе сейчас нужно, — вдруг оживляется Тамара. — Поехали домой! Боря сделает нам отличные коктейли, мы зальем твое горе их приличным количеством, а потом ты останешься у нас до воскресенья!

— Карим будет недоволен моим присутствием, — качаю головой я.

— Кто тебе сказал такую глупость? — морщит красивый носик Тома. — Все, поехали!

Я смотрю на нее заплаканными глазами, и решаю принять приглашение. Все же, лучше напиться в баре на пляже в компании Бори и Томы, чем вернуться домой и пространно объяснять маме и тете, почему я расстроена.

Я думаю о том, что надо бы предупредить маму, но тут же вспоминаю, что мой сотовый заблокирован, и я не могу ни с кем связаться. «Ну и черт с ним!» — мысленно фыркаю я, и вскоре мы с Томой смело шагаем к парковке. Там стоит ее ярко-желтый «Пежо». Он мчит нас в поселок к Кариму. Если бы я не была так расстроена своим открытием, я бы ни за что не поехала обратно в наш с Томой дом. Но мое душевное равновесие оставляло желать лучшего.

Когда мы входим в дом, кроме Мариши никого больше нет.

— Мы переоденемся, и купаться, — бросает через плечо удивленной домработнице Тома. — Идем, Кристина, по-моему, у тебя в гардеробе полно шмоток. Купальник точно есть.

— Мы будем купаться в море? — брезгливо морщусь я.

— Зачем? Идем в бассейн. Вода теплая и не соленая, а вместо коктейлей у меня в столовой есть бутылка мартини «Rose».

— Отлично. Надеюсь, бутылка большая.

— Огромная, — зловеще усмехается Тома. — Как переоденешься, спускайся.

Я открываю дверь в свою комнату. Медленно подхожу к большой кровати, на которой может спокойно уместиться три человека, и осторожно сажусь на краешек. Как непривычно после месяца отсутствия снова оказаться в собственной комнате, а не в спальне тети Коры, которую мы с мамой делим на двоих.

Моя комната кажется мне огромными хоромами. Здесь жила избалованная девчонка, которая, как и ее мать, никогда не ценила окружающей ее роскоши. Мне становится горько. Я ведь даже Данилу решила отдаться просто из вредности, чтобы доказать, какая я ушлая на самом деле. Не хочу замуж за того претендента, что для меня выбрал отчим, и все. Захотела, и высказала, как сильно его ненавижу прямо в микрофон, на ужас всех его деловых партнеров и друзей.

Прежние обиды на отчима и на Тому кажутся мне невыносимо глупыми. Наверное, начинаешь ценить рай только после того, как тебя из него изгоняют. Меня изгнали за дерзость, и теперь я — просто учительница младших классов с мизерной зарплатой. В свой бывший дом я зашла в гости, выпить по бокалу мартини с бывшей сводной сестрой.

А в жизни Данила всем балом правит Королева Ася. Странно, что она не объявилась раньше. Хотя, откуда мне знать, сколько раз она приходила к нему в гости в мое отсутствие?

Я поднимаюсь с кровати и подхожу к гардеробу. Открываю дверцы шкафа, и задумчиво смотрю на наряды, заждавшиеся свою хозяйку. У меня было так много красивых платьев! А как мы с Томой спорили всегда насчет моего вкуса! До одури, до хрипа… Она всегда убеждала меня, что мне идет алый, а я упорно носила блеклую пастель.

— Кристина, ну ты где?! — я слышу голос Томы снизу — она уже возле бассейна.

Меня разбирает смех вслед собственным воспоминаниям.

Я достаю свой сдельный купальник и быстро переодеваюсь.

Когда я спускаюсь вниз, Тома выдает мне искусственную орхидею розового цвета.

— На, вплети в волосы для поднятия настроения.

Я забираю у нее орхидею. Возле бассейна обновление — сюда привезли несколько небольших пальм в кадках.

— Скоро их пересадят в грунт, и еще привезут папоротник, — объясняет Тома. — Как тебе? Похоже на тропический остров?

— Что-то определенно напоминает наш пляж, — посматривая на плетеную ротанговую мебель — еще одно новшество, — усмехаюсь я.

— Ничего ты не понимаешь, — вздыхает моя сестра.

— А где мартини?

— Мариша уже колет лед, — поясняет Тома. — Давай пока наперегонки до бортика?

— Давай, — принимаю вызов я.

Мы погружаемся в теплую воду, и изо всех сил плывем дистанцию. Но, увы. То ли меня подкосило утреннее открытие, то ли я разучилась плавать, не знаю. На этот раз Тома добирается до бортика первой.

— Не зря тренировалась весь месяц, — восхищенная собственной победой, ухмыляется сестра.

Я фыркаю и тоже подплываю к бортику. Мариша выносит коктейли.

— Давай их сюда! — приказывает Тома. Я не дожидаюсь приглашения, просто забираюсь на край бортика и беру плоский бокал с плавающими льдинами. Мне хочется хоть немного расслабиться. Забыть то неприятное ноющее чувство в груди, которое появилось после ухода из квартиры Данила. Как я вообще могла так безоглядно в него влюбиться?

— Девочки, идите сюда скорее! Вертолет достали! — кричит нам из столовой Мариша.

Мы с Томой срываемся с места и бежим в дом, даже не вытеревшись полотенцем.

Корреспондент как раз рассказывает о том, как прикрепляли трос двое бравых водолазов. Я узнаю в кадре Данила и Сергея. Они в водолазных костюмах, но оба улыбаются.

— Это Данил? — с интересом впивается глазами в экран Тома.

— Да.

Потом показывают кадры с причала, видимо, видео смонтировано так, чтобы показать весь сюжет. На причале я вижу, как высаживаются спасатели, члены следственного комитета, журналисты. И мельком, одним кадром показывают Данила, на шею которому тут же бросается с берега счастливая Ася. На этом репортаж прерывается.

— Вот сука, — судя по всему, опешила даже Тома.

Мое сердце стучит в горле, желая выпрыгнуть наружу. Его, словно опалило болью.

— Можно, я утоплюсь в твоем бассейне? — глухо спрашиваю я.

— Нельзя! — испуганно посматривает на меня сестра и сует мне бокал с недопитым мартини «Rose». — Лучше напьемся. А там решим, что делать дальше.

Увы, мне больше ничего и не остается. Только залить горе лошадиной дозой мартини.