Глава 23.

Лиде было скучно. Очень скучно. Скучно, несмотря на то что находилась она в «Раю» – не в небесном, разумеется, а в одном из трех залов известного клуба. Громко играла живая музыка и сияла оригинальная световая иллюминация, то и дело касающаяся разноцветными лучами лиц. Лида была не одна – она пришла на встречу со старыми школьными подружками, с которыми училась, казалось бы, целую эпоху назад, хотя с выпуска прошло лишь несколько лет. Все изменились, выросли, повзрослели. И у каждой была целая куча новостей. Девчонки веселились, расспрашивали друг друга обо всем на свете, хвастались, рассказывали о себе и своих парнях, делились планами – в общем, вели себя так, как и положено вести себя бывшим одноклассницам, чьи дорожки разошлись после выпускного. Лида с некоторым удивлением смотрела на старых подружек – они будто бы стали другими людьми. Совершенно чужими.

К примеру, Лена, девчонка, с которой Лида сидела за одной партой, из кругленькой обаятельной болтушки превратилась в глэм-герл-тусовщицу и знатока всех клубов города. Именно Ленка и провела девчонок в «Алигьери» без особых проблем и долго хихикала над одной из одноклассниц, которая не знала, что в клубе расплачиваются не деньгами, а с помощью карточек, которые посетители покупают на входе, после фэйс-контроля. Такая Лена Лиде нравилась куда меньше, чем прежняя. Слишком стервозной и самоуверенной она стала.

– Девочки, а я скоро замуж выхожу, – объявила одна из одноклассниц громко, и ее тут же начали терзать расспросами о том, каков ее будущий муж, чем занимается и как они познакомились. После этого разговор плавно перетек на парней. Теперь Лиде стало не просто скучно – ее начало все раздражать. Она уже и не рада была, что поехала в клуб, надев Маринкино нежно-розовое короткое платье с открытыми плечами, которое подчеркивало легкий загар и позволяло демонстрировать окружающим длинные стройные ноги. Никакой судьбы, естественно, она отыскать не могла. А веселиться не получалось. Как Лида ни старалась, почти все время думала о проклятом Жене. А он еще к тому же постоянно напоминал о себе – звонил и звонил. Только-только успокоился.

– Лид, а у тебя что на личном фронте? Почему молчишь? – пристали подружки к темноволосой девушке, задумчиво потягивающей слабоалкогольный коктейль.

Рассказывать девчонкам о том, что ее недавно кинул любимый человек, в котором она, Лида, была уверена на все сто процентов, не хотелось. Говорить о том, что все планы, в том числе и на замужество, в одночасье рухнули – тоже. И поэтому девушка, светски улыбнувшись, произнесла:

– Мои старые отношения недавно закончились, но я только что познакомилась с обаятельным молодым человеком. Надеюсь, у нас все получится.

– А ты, как и всегда, загадочная сеньора! – рассмеялась любопытная Ленка.

– Ага, – кивнула Лида.

– А твой сеньор, он какой?

– Лучший, – не задумываясь, ответила темноволосая девушка. – Каким он еще может быть для меня?

– Ого! А подробнее? Как выглядит, чем занимается? – не желали оставлять девушку в покое.

– Да-да, расскажи, – встряла Лена. – Ты сегодня весь вечер молчишь!

– Это секрет, но, поверь, он классный. – Лида решила до конца играть роль таинственной сеньоры.

– Богатенький?

– Нормальный, – врать Лиде не хотелось, и рассказывать небылицы – тоже. Поэтому она замолчала. Пусть думают, что хотят.

– А мы хотим фотосессию в Таиланде устроить, – вновь перетянула на себя внимание будущая невеста. – Специально повезем с собой свадебный костюм и платье.

И она вновь принялась рассказывать о том, какой планирует сделать свадьбу и в какое агентство хочет обратиться. Лиде стало еще скучнее, и она украдкой глянула на часы.

– Слушай, мне уже надоело третий раз слушать о том, как они нашли себе в Тайланде фотографа, – склонилась к Лиде Лена. – Давай на танцпол рванем? Биты офи- генные!

– Хорошо, идем, – согласилась Лида.

Однако желания танцевать у нее не было. Четверть часа – и Лида, отбившись от нетрезвого кавалера с лицом невероятно позитивного человека-смайла, ушла с танцпола. Лена нехотя последовала за ней.

– Милашка, ты какая-то вялая, – констатировала Ленка, внимательно глядя на одноклассницу. В школе та была веселой и задорной, а сегодн я казалась невозмутимой до безобразия – и это в классном-то клубе! – Слушай, может, тебе энергетика тяпнуть? Бодрее будешь!

– Чего тяпнуть? – не расслышала из-за громкой музыки Лида.

– Энергетика! Или… – Ленка хитро оглянулась и потащила старую подругу в угол, к диванчикам, на которых сидели целующиеся парочки.

– Или что?

– Слу-у-ушай, я знаю, что тебе нужно, чтобы развеселиться. У меня тут друг есть, – заговорила, как можно тише, Лена, и в ее голосе проскальзывали интригующие нотки. – Он продает напитки, от которых хочется жить.

– Живую воду, что ли? – с улыбкой поинтересовалась Лида. За этой улыбкой она, как могла, скрывала свои эмоции. Ей до сих пор было больно из-за того, как с ней поступил мальчик ее мечты.

– Ага, живительную! Это особенные коктейли, их не каждый может достать, – заговорщицки подмигнула девушке Ленка. – А я могу, потому что я тут своя, – и она рассмеялась. – Это классная вещь. От нее летаешь.

– Наркота? – тут же поняла Лида и передернула плечиками. – Нет уж, спасибо, милая. Я как-нибудь обойдусь.

– Очень слабая, да и не совсем наркота, – туманно пояснила ее отвязная подружка. – Это классная вещь, попробуй!

Все проблемы решатся.

– Ты дура, Лена? – тяжело посмотрела на нее Лида, – какие проблемы решатся? Если хочешь расслабиться, накидайся алкоголем, здесь бар не плохой.

– Как хочешь, мое дело предложить, Лидок. Но это действенная вещь.

– Сама-то не увлекайся, – серьезно посоветовала брюнетка, думая, что все же зря она сегодня сюда пришла. Не надо было равняться на Машку, которая сейчас веселится с Дэном, и на Маринку, которую обхаживает зеленоволосый панк. Она надеялась, у ее подруг все хорошо. У них должно быть все хорошо.

– Да это все безвредно, – расхохоталась Ленка и помахала своей карточкой. – Какая ты трусишка. Боишься всякой ерунды… Ладно, давай тогда просто что-нибудь закажем?

И девушки пошли к стеклянной барной стойке – она была покрыта особенной флюоресцирующей серебряной краской и словно сверкала в темноте, привлекая к себе людей. «Рай» вообще был оформлен довольно оригинально.

С высокого потолка на гостей клуба смотрела огромная черно-белая репродукция картины-иллюстрации, изобра жающей все семь сфер небесного рая, описанного Данте в «Божественной комедии». Рисунок, из-за которого казалось, что потолок зала куполообразный, подсвечивали множество матовых огней, придающих залу загадочность и даже нежность. Зловещую нежность.

Пол был абсолютно белый, а на стенах изображены были кружевные облака, с которыми играли лазерные лучи всех цветов радуги.

Световое оборудование, генераторы тумана и лазерные установки были потрясающими («самыми топовыми» по словам Ленки, знающей о клубах все) и превращали пространство для танцев в настоящую небесную сферу, по которой на особых летающих конструкциях-лоджиях передвигался диджей со своим оборудованием.

Лида задумчиво смотрела вверх, на лазурно-синюю лоджию, откуда диджей «рулил балом», играя то транс, то смешивая его изредка с европопом, хаусом и даже с психоделикой. Она не понимала, что забыла в «Раю», самом дорогом зале «Алигьери», где тусовались клаберы и представители «золотой молодежи», но, кажется, ее подсознание, имеющее от сознания свои секреты, точно знало, что Лида должна оказаться именно в этом месте и именно в этот час.

– Милашка? – пихнула ее локтем в бок веселая Ленка, увидев бармена.

– Ничего так! – прокричала ей в самое ухо Лида – как раз заиграл низкочастотный бас, резко сменивший плавную мелодию и заглушающий все звуки.

– Самый лучший бармен в зале!

Бармен в белоснежном одеянии, похожий на ангела не только шикарными крыльями, прикрепленными к его спине, но и приятной скандинавской внешностью, обаятельно улыбнулся девушкам и предложил им по коктейлю с мудреным названием «Загар Ангела». Ленка начала шутить и рассказывать анекдоты. К тому же девушками заинтересовались двое неплохо выглядевших молодых парней лет двадцати пяти.

Настроение Лиды, чуть-чуть подумав, все же поползло вверх.

Медленно и осторожно.

А потом, совершенно уже не думая, грохнулось вниз.

Девушку ждал неприятный сюрприз. Неприятный до боли в сердце – не в фигуральном, а в самом прямом значении. Когда чуть позже Лидия размышляла, почему это случилось, она так и не пришла к однозначному выводу. То ли это чтото вроде фатума, о котором говорила цыганка, то ли жуткое невезение-насмешка.

– Сегодня в «Алигьери» классные парни! Видишь того красавчика? – проорала ей на ухо Ленка, повеселевшая после коктейлей. Их кавалеры пока заказывали новые напитки и не слышали девчонок.

– Где? – стала вглядываться в зону со столиками темноволосая девушка, поправляя норовившее все больше и больше оголить ноги кокетливое розовое платье. Маринка была ниже сестры и таких неудобств не испытывала.

– Да вон он, высокий, темненький. За тем столом, – кивнула Лена влево, и Лида, к своему ужасу, увидела там Евгения. Не одного, а в компании друзей. Ее парень, нет, ее бывший парень смеялся вместе со всеми и пил виски, поднимая свой бокал в честь какого-то тоста.

«Что он тут делает?» – чувствуя острую внезапную боль в сердце, подумала отчаянно Лида, стараясь, чтобы выражение ее лица оставалось прежним. Версию того, что Женя, как истинный принц, раскаялся и прибыл за ней, принцессой, девушка отмела сразу. Но что он тут забыл? У него и его компании какой-то праздник? И зачем он ей звонил? Кстати говоря, один раз она все же ответила, не выдержала его настойчивости. Услышав знакомый до паники голос Евгения, Лида закусила губу, чтобы не расплакаться, и тут же заявила, что ее новый парень жутко ревнив и не хочет, чтобы с ней общались другие мужчины. Лида вежливо попросила бывшего больше ее не беспокоить ни по телефону, ни лично. Женю это, похоже, вывело из себя. Он что-то начал кричать, просить о встрече, но она уже положила трубку.

– Ну как он тебе? – Ленка пожирала его глазами.

– Ничего так, – пожала плечами Лидия. – Не в моем вкусе.

– Ясно. А жаль, мальчик не один, – искренне огорчилась Ленка. Со стороны танцпола к Жене подбежала невысокая миленькая девушка с круглым наивным личиком и длинными волнистыми волосами. Смеясь, она уселась к нему на колени. Парень нежно поцеловал ее в лоб. Взгляд у девчонки, которой не было, наверное, еще и двадцати, был влюбленным, а сама она казалась окрыленной.

«Подонок!» – с этой мыслью в голове Лиды словно что-то взорвалось. Что-то, состоящее из обиды, ревности, ненависти, отчаяния и не показанных никому слез. Что-то грандиозное. Истинный фейерверк чувств.

Лида резко поставила на светящуюся стойку свой бокал и, крепко сжав зубы, последний раз взглянула на Евгения, обнимающего девушку, запомнив его веселым, красивым и, кажется, счастливым.

В сердце вновь появилась боль – уже не ноющая, а острая. Кто-то, без сомнения, добрый, явно издеваясь, с силой воткнул в ее сердце тупую гнутую вилку. И вилка эта медленно, но верно входила в самую главную мышцу тела, умудрившись разодрать и кожу, и плоть.

И он еще смеет звонить ей?

Вот тварь.

Все. Его время вышло. Она, Лида, не позволит портить себе кровь и полоть мозги граблями лжи. Ей хватит и одной железной тупой вилки.

Девушка, собираясь с духом, глубоко вдохнула.

«Иди-ка ты, милый мальчик-надежность. И пребывай там вечно. Вместе со своей длинноволосой крошкой», – не совсем культурно, но от души послала она своего бывшего парня, чувствуя, как медленно в ее котле кипит смола из ненависти и обиды. При такой большой температуре любовь испарилась, превратившись в пар.

И где она теперь, эта ее любовь? Нет ее. Только боль, много боли, и тоска. И кажется, что это только начало ее выздоровления после болезненного разрыва и крушения всех надежд.

На танцпол медленно стали выпускать мыльные пузыри, и «Рай» огласился радостными криками. Но никто вокруг не понимал, что творится в мыслях темноволосой высокой девушки в розовом платье. Внешне Лида оставалась улыбчи вой и спокойной, хотя внутри было неимоверно больно – вилка постаралась на славу.

А Женька не видел ее, не поворачивался в ее сторону, занятый поцелуем со своей новой девушкой или уже невестой.

Ему было и невдомек, что Лида здесь.

– Классный мальчик. Здесь та-а-ак много классных мальчиков. И кач сегодня ничего так! – твердила Ленка, качая в такт музыки ногой.

– Ночью в «Раю» будет адская жара! – поддержал ее один из вернувшихся парней и подмигнул Лиде.

А та понимала, что еще чуть-чуть, и она не сможет контролировать свои эмоции. Даст им редкую возможность вырваться наружу. Это будет паршиво. Очень паршиво. Никто не должен знать, что у нее там на душе – кроме близких. Она не должна проявлять слабость и рыдать на людях. Или того хуже – устраивать истерики. Она должна держаться.

– Точно! Адская! Ну, пойдем танцевать, а? Ли-и-ид, – разнылась ее одноклассница.

– Сейчас, – решительно произнесла брюнетка, понимая, что ей нужно прямо сейчас, не медля, что-то сделать, чтобы не устроить истерику, и дать себе возможность отвлечься от пакостных мыслей, черной лентой обволакивающих ее голову. Решение пришло мгновенно – алкоголь. Он должен помочь.

– Сейчас, Лен, пойдем. Я кое-что только закажу себе. Бармен, – позвала Лида юношу-ангела, и тот тут же уставился на нее своими большими бирюзовыми глазами, обрамленными длинным светлыми ресницами.

– Да, что вы желаете еще? – улыбаясь, спросил он.

– Дайте мне что-нибудь такое, чтобы меня сразу же унесло, – прямо сказала Лида. Она безумно хотела забыться – изза Евгения и его пассии. – Можете предложить что-нибудь улетное?

Блондин окинул ее заинтересованным взглядом.

– Конечно. Как вы относитесь к абсенту?

– Никак. Но если от него будет нужный эффект, то давайте. – О’кей, секундочку.

И он ловко приготовил ей коктейль: вначале налил в широкий, сужающийся книзу бокал сам абсент, потом положил на бокал специальную перфорированную ложечку с дырочками, а на нее – кусочек сахара, после чего поджег его, растапливая. Когда сахар полностью расплавился и тягучими тяжелыми каплями стек вниз, бармен добавил в бокал ледяной воды, а после размешал полученное. Абсент, смешиваясь со сладким сиропом, почти тут же стал зеленожелтым.

– «Фея Гипно» – все так же ангельски улыбаясь, прокричал бармен. – Пейте без спешки! Фея поднимет ваше настроение, главное, расслабитесь. И улетайте!

Лида засмеялась и попробовала напиток на вкус. Коктейль оказался горьким, очень горьким и напоминал подслащенную настойку полыни. Она пила яркозеленый абсент маленькими глоточками под ободрительный взгляд Лены. Еще один бокал – и Лида перестала хотеть плакать, хотя все еще чувствовала вилку в сердце. Ленка вновь утащила ее на танцпол. И на этот раз танцевала Лида долго, наслаждаясь каждым движением и громкой рваной музыкой.

Такого девушке еще пробовать не доводилось. «Фея» действительно заставляла «улетать» без крыльев. Первые минут двадцать темноволосая девушка почти ничего не чувствовала. И даже разочаровалась в выборе милашки-бармена. Но потом ситуация изменилась – ей едва ли не вмиг стало очень радостно и спокойно вместе с тем, как будто бы все ее проблемы мгновенно решились. Евгения больше не существовало, его новой пассии – тоже. Проблемы превратились в перья и были унесены куда-то в небо, к ангелам, смотрящим на людей с диковинного потолка. Плохое настроение было рассеяно в лазерных и неоновых огнях, блуждающих по залу и по человеческим телам. Повеселевшая Лидия вместе с Ленкой отрывалась на танцполе, ловя кончиками пальцев мыльные пузыри, которых становилось все больше и больше.

Почти все они казались Лиде зелеными и игривыми. Кажется, пара из пузырьков даже улыбнулась ей, а может быть, это была игра света или, что вернее, игра абсента, попавшего в кровь.

Девушка не помнила, что она делала на танцполе, с кем и как танцевала, почему и куда улетала, что еще пила… В себя она более-менее пришла лишь около барной стойки, вроде бы уставшая, с влажным из-за жары лбом, но при этом не чувствующая своего тела. Ленка сидела рядом на высоком стуле и болтала, размахивая руками:

– Правильно, что согласилась! Сейчас мы это выпьем и станет еще лучше! А девчонки уже свалили, дуры, да? С такого улетного сета убежали! Вот так и приводи народ в лучший клуб! Короче, Лидок, не бойся, это не фен и не колеса, просто коктейли для одиноких душ, таких, как мы! Дорогая, ты меня слышишь?

– А? Да, – слабо улыбнулась Лида. Теперь ей было не радостно – ее окутало равнодушие. – Да, слышу.

И она положила голову на стойку.

Все тот же бармен-блондин, который для опьяненного взора Лидии стал уже самым настоящим ангелом со светящимся нимбом, нежно улыбнулся ей и негромко обратился к Ленке:

– Мисс, сделал, что ты заказывала. Расплачиваешься наличкой, не карточкой.

– Я же твоя постоянная клиентка, – подмигнула ему Ленка, – знаю правила.

И она незаметно отдала ему несколько крупных купюр, сделав вид, что передает бокал. Парень вновь ласково улыбнулся Лиде.

– Ангел, – с трудом подняла она вторую руку, желая коснуться его плеча, но не дотянулась. – За стойкой ангел.

Лена расхохоталась.

– «Дымка». Версия один-два, – весело объявила она, получив от бармена два небольших бокала с новыми коктейлями. – Не чувствуешь алкоголя, но ноги тебе отрывает в момент. Для веселья самое то. Или споить кого-нибудь – тоже. «Дымка» – мне. А тебе – «Карри». Как ты и просила – самое тяжелое. Сносит крышу надолго.

Лида не помнила, что она что-то там просила. Она просто хотела сидеть так, уронив голову на руку, и смотреть на ангела.

– А? «Карри»? – спросила она не своим голосом и по-детски улыбнулась. Маша или Марина, увидев сейчас подругу, не узнали бы ее.

– Хорошая штучка, с коксом. Я тебя угощаю. Сегодня у меня много денег. Пей, Лидок, пей. Я хочу, чтобы ты была веселая! Я тебя обожаю! – и Лена заботливо подвинула коктейль с кокетливой бело-зеленой трубочкой однокласснице.

Темноволосая девушка, чьи зрачки и так были расширены, провела по прохладному стеклу бокала фиолетовым ногтем. Ей не хотелось пить, она хотела летать. Она вновь уронила голову на барную стойку, и ее темные волосы разметались по ней.

– Когда я как-то пила «Карри», у меня сразу после пятницы наступило воскресенье, – подбадривала ее Лена, потягивая свой «Дымок». – Солнце, ты супербармен.

– Я не предлагаю плохих вещей.

– Ты не предлагаешь, ты только их делаешь, – раздался очень мрачный голос. Ангелоподобный бармен в белоснежной одежде с крыльями развернулся и со смесью удивления и тревоги увидел не кого-то, а самого владельца клуба.

– Петр, доброй ночи, – вежливо улыбнулся он черноволосому молодому человеку в дорогих очках с тонкой оправой. – Что ты тут… делаешь?

– Да так, решил заглянуть на огонек.

Лена с восхищением уставилась на молодого человека – она узнала хозяина «Алигьери». Ей хотелось одного – закадрить этого не пробиваемого ничем парня с жестким характером и большими деньгами. Она тут же закинула ногу на ногу и, соблазнительно улыбаясь, стала очень медленно потягивать коктейль, не отрывая от молодого человека томного взгляда. Многие девушки, узнавшие Петра, редко спускавшегося в залы, немедленно последовали примеру Елены. Однако все внимание худощавого брюнета занимал лишь один бармен и никто более.

– У нас тут все хорошо. Народу нравится, – опомнился бармен и стал улыбаться еще шире.

– Хорошо, что нравится. А я вот тут хочу немного пообщаться с тобой, мой дорогой друг, – тонко улыбнулся ему Петр. За его спиной стояли двое охранников в черных строгих костюмах и с абсолютно непроницаемыми лицами.

– В смысле? – не понял бармен, но слишком сильно сжал стеклянный бокал из-под виски.

Петр тут же это заметил и остался доволен такой реакцией. Он сел за стойку и небрежно поманил к себе бармена – тот покорно склонился к Петру, поставив локти на стойку. Некоторое время хозяин рассматривал лицо бармена своими холодными синими глазами, а потом сказал неспешно:

– Тут до меня доходят странные вести. Будто бы в нашем заповедном закрытом лесу среди волков и диких кабанов завелась одна нехорошая зверушка.

– Что? Какая зверушка?

– Обычная. Правда, про нее забыли упомянуть в Библии, когда рассказывали о Ноевом ковчеге. Я думаю, она забыла поблагодарить Ноя за спасение, и он обиделся на нее, – поведал Петр бармену. – Но о ней все знают.

– Петр, я тебя не понимаю. Что за зверушка-то? – сглотнув, спросил беловолосый парень.

– Очень неблагодарная. Скотина, – улыбнулся ему Петр, сказал что-то еще, но его голос был заглушен ударной дозой музыки.

Бармен дернулся.

– Иди за мной. Иначе они, – короткий взгляд на мощных охранников, – тебе помогут. Но в таком случае я не уверен, что у тебя будут целыми все кости.

– Ты что-то путаешь, этого не было, – старался оставаться спокойным бармен. – А если я уйду, кто вместо меня встанет за стойку?

– Он, – кивнул в сторону Петр, и из-за его спины появился другой бармен. Тоже светловолосый, с точно такими же бирюзовыми глазами – оказывается, линзы входили в униформу барменов-ангелов «Рая».

– Лена-а-а? – очнулась в это время Лида. – Что это? Новый коктейль?

– Пей, дурочка, – обернулась на нее одноклассница. – Пей, тебе станет хорошо, и ты опять будешь танцевать.

Лида приподнялась, сжала бокал ладонью и с интересом понюхала содержимое.

– Вкусно пахнет! – неожиданно громко объявила она. Музыка в это время на пару секунд почти затихла. – Карам…

карамелькой!

На ее крик совершено случайно обернулся Петр.

Синие глаза сразу зацепили розовое платье и черные длинные волосы.

Он тотчас узнал ту странную девушку с серьезными глазами, которая чуть не попала под колеса его машины. Сейчас она, облаченная в коротенькое платье, не слишком трезвая, сидела за стойкой и с удивлением смотрела на бокал с «Карри» – коктейля жесткого, «отрывного», смешанного с не самыми слабыми наркотическими веществами. По сравнению с ним «Дымок» был почти безобидной газировкой.

Петр прищурился – хоть девушка и едва не попала под авто, но на наркоманку она не была похожа – он знал, как выглядят те, кто что-либо употребляют. Эта Лида явно была нормальной. А теперь сидела рядом с таким убойным коктейлем и называла его «карамелькой».

– Пей, детка, – говорила ее подружка, одновременно строя ему глазки. – И пойдем на танцпол. Нас там ждут мальчишки. Давай, допивай, милая.

Она явно подзадоривала темноволосую. Может быть, была одной из тех, кто бесплатно угощает знакомых и друзей запрещенными веществами, говоря об их безобидности, чтобы «приучить» их к наркоте, а взамен получить от дилера бесплатную дозу. Может быть, просто хотела, чтобы подружка весело провела эту ночь. Может быть, считала, что по-другому в клубе веселиться никак нельзя.

– Хорошо, – медленно согласилась Лида и зачем-то сунула в коктейль палец, а потом слизнула с него несколько капель и снова заявила, что это «карамелька».

– Доставьте ко мне в кабинет. Без лишнего шума, – велел охране Петр, которому бармен уже порядком надоел. Этот парень-ангел продавал из-под полы не только самый разный алкоголь, но и наркотики, и, как сегодня от проверенных лиц узнал Петр, делился далеко не всей «нелегальной» выручкой, а проворачивал какие-то свои левые операции. Это Смерчинскому очень не понравилось, он возжелал поговорить с идиотом по душам в своем кабинете и даже лично пришел за ним, хотя не любил спускаться вниз, в этот раздражающий шум, сплетенный из электронной музыки и криков полудурков, решивших оттянуться в «Алигьери». К тому же у молодого человека возникли реальные проблемы, намного круче этой – кое-кто из своих стукнул, что менты начали копать под клуб. С «Венерой» они уже разделались – а ведь там тоже почти всю наркоту поставляли Пристанские. Петр «работал» именно с ними – и через азартные игры, и через запрещенные вещества. Поэтому в этот вечер он очень зол. И хотел разрядки. Воспитание бармена-кретина как раз обещало стать хорошей разрядкой.

Лида поднесла бокал к губам со слегка размазанной помадой и сделала первый глоток.

– Хм, жженая карамелька, – произнесла девушка задумчиво. – Вкус, как у березового сока, – добавила она.

Нет, она точно не наркоманка.

И тут Петр сделал вещь, которая его самого потрясла до глубины души. Он подошел к девушке, отобрал у нее бокал и сказал громко:

– Здравствуй, Лида.

Она медленно повернула на него голову и рассмеялась.

– Привет! Ты кто?

– Ты меня не узнала?

– Не-а. А-а-а, ты тот… – Лидина рука коснулась рукава его льняного пиджака – теперь уже другого, темнозеленого, и выдала: – Тот, кто хотел меня убить.

Как назло, в это время притихла музыка, и все повернулись в сторону Петра. Тот поморщился – в отличие от брата он не любил внимание. А девочка явно была «в кондиции».

– Можно считать и так.

Лида засмеялась, закрыв лицо руками.

– Но не убил. Ты довез меня до ре… ресто… рана. Да?

– Да.

У Лены вытянулось лицо. Она не могла поверить, что ее одноклассница знакома с самим Петром Смерчинским, владельцем этого заведения. И ездит с ним по ресторанам! А почему он ее убить хотел? Может, приревновал к кому? Или у них игрища такие?

– Пойдем, – Петр протянул Лиде руку. – Вставай и пойдем.

Ему почему-то не хотелось, чтобы эта высокая красивая брюнетка влюбилась в те эмоции, которые дарили подобные напитки, заставляющие пробовать их вновь, и вновь, и вновь, со временем заставляя перейти уже на более сильные вещи, типа амфетаминов. Те, кто придумывали «наркотические забавы», умели делать хорошие деньги на одной из самых тяжких пагубных привычек человечества.

– Пойдем со мной, – вновь сказал Петр, собственно, не понимая, на фига ему нужна какая-то там странная высоченная девица, с которой он совершено случайно познакомился. Сам себе Петр объяснил свой порыв тем, что не прочь расслабиться с этой девочкой наверху. Нет, серьезно? А зачем еще она ему нужна?

– Пойдем, – вдруг согласилась Лида и с трудом встала, держась за руку молодого человека в очках. – Отдай? – попросила она, глядя на коктейль. – Он вкусный.

– Пойдем со мной, и там отдам, – серьезно пообещал Петр ей и чуть насмешливо сказал ее подружке: – Девушка, вы бы получше следили за своей подругой. Ей не стоит пить это.

– А? Да… Она сама хотела… А вы хорошо знакомы с Лидочкой, да?

– Да, – сказал неправду Смерчинский. – Ну, Лида, пойдем.

Она была выше его, и ему неожиданно понравилось это, хотя раньше он предпочитал девушек ниже его ростом, маленьких и хрупких.

Петр аккуратно обнял ее за талию – беспомощную и беззащитную, но ужасно привлекательную.

«Дурак, ты что творишь? Думаешь, это умный поступок? Чертовски умный. Эта черноволосая мисс могла бы стать одной из тех, кто приносит тебе деньги. А ты отбираешь у нее «Карри». Или ты стал меценатом и добрых дел дядюшкой? Какая тебе разница, пусть пробует, что угодно, и пусть сама распоряжается сама своей жизнью. Ты просто должен делать деньги. Не согласен? Если так, то ты жалок», – издевающимся тоном говорил ему внутренний голос. Но Петр отмахнулся от него. Касаться этой девушки было дьявольски приятно. Особенно зная – несмотря на то, что она выше, ты – сильнее.

Но, может быть, наверху он сам себе докажет, что взял эту малышку с собой не зря?