42. Страшная встреча (Алиса)

На этот раз за мной приехали, чтобы отвезти в салон, а не сразу на встречу. Там уже я узнала, что отец заранее оговорил мою прическу, платье и даже макияж.

− Ты будешь настоящей красоткой! — пообещал мне мастер, а я только криво улыбнулась.

Мне не нравилось платье. Оно было длинное, но по ноге шел такой мерзкий разрез до середины бедра, что его впору назвать пошлятиной, да и подкладка у него была красная. Наверно именно поэтому губы мне сделали тоже сочного алого цвета, от которого меня чуть не стошнило.

Улыбайся, Алиса! Ты счастливая невеста! Коза на выданье с красными губами. Шлюха в лабутенах…

Пришлось глаза закрыть, чтобы не видеть этого кошмара. Всегда с трудом выносила, когда меня превращают в куклу, совсем перестаешь чувствовать себя человеком, но придется и это потерпеть. Я училась держаться и не плакать. Никогда не плакать, особенно с накрашенными ресницами, как сейчас.

− Прелестно же! — восклицал мой мастер.

Я даже в зеркало на себя не посмотрела, сразу встала с кресла.

− Значит, можно ехать покорять мир! — воскликнула я с притворной радостью, специально демонстрируя обнаженное колено.

− Подожди. Я должен снять и отправить твоему отцу, чтобы он знал, за что платит…

Так бы и швырнула в этого гада клатч. Он как раз был довольно тяжелым, но пришлось послушно улыбаться, пока меня фотографировали, зато в машине, разрешив водителю меня везти куда надо, я тут же достала салфетки и стерла эти пошлые красные губы. Я — не моя мать, не проститутка какая-нибудь продажная, я…

А кто я?

Даша тогда сказала, что я продала себя и теперь мне вдруг показалось, что продала я себя именно сейчас. Брак. Договор. Развод. Свобода. Хороший план, но в нем сотни нюансов. Смогу ли я вообще выжить в ожидании развода.

Потом я подумала, что мне придется спать с этим гадом и это же будет по-настоящему. Почему-то я была уверена, что это будет мерзко, наверно, потому что сам он казался мне омерзительным, как слизняк.

Кое-как оттерев губы, я накрасила их своей помадой. Она не очень сочеталась с черными блестящими тенями на моих веках, но так меня хотя бы не воротило от себя самой.

Отец был уже на месте и, когда я вышла из машины, он недовольно скривился, но отчитывать меня прилюдно не стал, только руку подал. Тут уже собрались все кому не лень. Весь наш круг должен был стать свидетелем нашей помолвки. Официальное объединение Коршуновых и Важновых. Важнейшее событие в финансовых делах страны, а мне хотелось просто бежать через окно.

− Привет, будущая женушка, − ехидно сказал Дмитрий Важнов, только я вошла в здание и щеку под поцелуй подставил. — Ты же рада меня видеть?

Конечно, нет! Чтобы ты провалился вместе со своим красным пиджаком! Только не могла же я это вслух сказать на глазах у его и своего отца? Не сумасшедшая же я.

− Конечно, рада, милый, − ответила я ему и поцеловала в щеку, еще и след от помады оставила, мол, вот как страстно я его люблю.

Он и рад, подхватил меня под руку и повел к гостям, сообщив, что будет за мной весь вечер присматривать.

− Сегодня тоже будешь недотрогой? — спросил он, положив руку мне на попу.

− Буду, и руки тебе сломаю, если не прекратишь меня лапать, − тихо ответила ему я.

Он не поверил. Ущипнул меня за попу. Не знаю, кого в этом мире такое возбуждает, но лично мне хотелось его только стукнуть. Потому я подхватила с подноса бокал шампанского и словно случайно стала каблуком ему на ногу, еще и сделала все, чтобы он дернулся и убрал руку, кривясь от боли.

− Ой, прости, − сказала я ему, стараясь тоном показать, как сильно я на него зла и что могу сделать много больше.

Он хотел что-то ответить, но внезапно к нему подошел кто-то из охраны и сказал, что к нему приехали.

− Прости, у меня небольшие дела. Никуда не уходи. Я скоро.

Теперь уже он поцеловал меня в щеку и мне пришлось это стерпеть, не бить же его при гостях на нашей помолвке, а хотелось…

Немного подумав, я оставила бокал на какой-то тумбе и, уклоняясь от всех расспросов, пошла за ним. Вдруг мне повезет и к нему пришла любовница и прямо сейчас поймаю его на горячем?

Выйдя из главного зала, сняла туфли и зашагала босиком, прямо к приоткрытой двери кабинета и чуть не упала, заглянув в щель.

− Все, как было условлено, − сказал Кирилл и отдал ему папку.

− Отличная работа!

Дима подал ему деньги, много денег, даже не удосужившись положить их в конверт…

Они действительно знакомы, неужели он, и правда, лживая продажная тварь, которой я опять поверила?