Глава 18

– Я не умею…

– Не бойся, я кончу раньше от мысли, что вот здесь, – провел большим пальцем по моим приоткрытым губам, – я первый.

Приоткрываю рот и обхватываю губами его палец. Несмело касаюсь языком и пытаюсь понять, что нужно будет делать с членом. Я пару раз видела порно, но одно дело смотреть, как это делает опытная потасканная жизнью тетка, а другое пытаться воспроизвести самой.

Губы колечком, провожу по его пальцу и выпускаю его на свободу.

– Неплохо для мисс «я не умею делать минет»…

– Извращенец, – прикусываю кожу внизу его живота.

Тео вздрагивает и еле слышно хмыкает. Ему нравится играть. Не зря он постоянно извиняется за быстрый секс. Думаю, в обычное время идеальный Теодор Адамиди любит растягивать удовольствие на всю ночь, выбивать из женщины стоны и оргазмы раз за разом.

– Расскажешь мне, – стягиваю с него трусы и брюки.

К черту лишние детали. Особенно, когда под ними скрывается самый красивый член, который я видела в жизни. Опыта у меня немного, но я отчего-то уверена, что лучше не найти. Не кинг сайз, как в порно, зато идеальной формы с широкой головкой и напряженным рисунком вен. Он ждет меня, приманивает и убеждает: «Попробуй меня на вкус, малышка». Ума не приложу, как это поместится у меня во рту.

– Что рассказать?

– О смертельном поцелуе, – улыбаюсь и целую головку. – Я хочу знать, почему лишена твоих поцелуев. Кто провинился?

– Это допрос?

Тео шумно выдыхает, когда я беру в рот головку и несмело обвожу язычком. Чуть подается вперед, значит, все делаю правильно.

– Допрос. Не одной же мне сейчас работать, – усмехаюсь и снова беру его в рот. Уже глубже. Пробую свой рефлекс.

– Дыши носом, – подсказывает Тео. – И ты права. Я ленюсь…

Поднимаю на него взгляд, не выпуская изо рта член. Встречаюсь с безумно горящим ответным. Его глаза темнее ночи, в полумраке кажутся почти черными.

– Аня…твою мать, – рычит он. – Есть идея!

* * *

Черти! Черти! Черти! Адамиди – чертов гений. О боже, благодаря креативной идее босса, я перестаю соображать уже через полминуты. Сменить позу? Не задеть его плечо? Я не представляю, как смогу кончить и не задеть его плечо.

Это грязно. Пошло. Безумно возбуждающе. Любимая всеми шутниками поза «шестьдесят девять», никогда бы не подумала, что она бывает такой!

Никогда бы не подумала, что босс, идеальный и недосягаемый окажется между моих разведенных ног и будет трахать меня языком. Искусно, настойчиво, дразня и распаляя каждым движением. Иногда он уделяет время клитору и всасывает его, прикусывая.

Пока я, забыв о том, что не умею, облизываю и пропускаю глубоко в горло его член. Что-то стону, хочу кричать, но рот занят. Я по-прежнему в домашнем джинсовом платье, но доступная для этих безумных ласк. Принимаю его в себя глубже и глубже, почти безумно. Я больше не думаю о том делаю все правильно или что-то не так. Я просто хочу его внутри себя, в любой точке, в любом месте, любой частью его тела.

Стою на коленях и едва не падаю, когда разряд удовольствия проходит от беспощадного языка по моему телу и взрывается где-то… везде.

Нас замкнуло удовольствием, как электрическую сеть. Мой оргазм и его следом, когда я забываюсь и принимаю особенно глубоко он пульсирует и… не успеваю отстраниться. Тео изливается мне в горло, а я пью его, дрожа всем телом от безумного удовольствия.

Не справляюсь, влажная капелька стекает по щеке. Буквально спрыгиваю с Тео, когда прихожу в себя, и бегу в ванную.

Когда смываю с лица следы его удовольствия, на смену безумию и экстазу приходит стыд. Руки дрожат. Я не знаю, как выйти, как посмотреть в глаза Теодору Адамиди, который только что был между моих ног.

Одно дело классический секс, когда мы просто удовлетворяли потребность. А сейчас? Сейчас нас одинаково пронзило удовольствием, мы не стремились разрядиться, мы кайфовали друг от друга. От прикосновений, страсти и …

Мне кажется, это было нечто большее, чем секс.

Прислушиваюсь к ощущениям. Адам говорил, чтобы успокоить мой организм, внутрь должно попасть семя. Кажется, годится и через рот, потому что сейчас все спокойно. Мне мягко, мне безумно хорошо и…никакой боли.

Не знаю сколько еще рассматриваю свои губы в зеркале, трогаю лицо и пытаюсь понять, не слишком ли я похожа на шлюху. Не сделал ли один минет меня доступной куклой? Потому что мне кажется, именно это я хочу повторить. Только не убегать после, а поцеловать его… коснуться его губ своими и смешать два наших желания на губах.

– Выходи уже, скромница! – насмешливое из-за приоткрытой двери.

* * *

– Ты в порядке?

Тихо спрашивает Тео, когда я несмело ложусь рядом.

– Не знаю. Я тебя не задела? Плечо?

– Если бы задела, ты бы услышала, – чуть кривит в улыбке губы. – Ты так убежала, что я испугался.

– Все нормально. Просто…странно.

– Тебе понравилось! – заявляет он с такой обезоруживающей уверенностью, что я краснею и прячу лицо между подушкой и его здоровым плечом. – Аня, это нормально. Мы не сделали ничего запрещенного или необычного.

– По-моему, мы сделали кучу всего необычного, – бурчу в темноту.

– Скучно всегда трахаться в одной позиции. Разнообразный секс – здоровый секс. Нет ничего плохого в том, что мы доставили друг другу удовольствие. Тем более, нам его доктор прописал.

От последнего меня разбирает на смех. Да уж, доктор-извращенец, который в промежутке еще успел пару раз нас спасти, загипнотизировать меня и отлюбить пластиковой ерундой. Бр, медицина – наше все.

Странно, но слова Тео меня успокаивают, и я начинаю думать о деле.

– Ты помнишь, что завтра в одиннадцать у тебя совет директоров? – напоминаю ему.

– Не порти такую прекрасную ночь работой, женщина, – он так похоже копирует возмущенные интонации Адама, что я смеюсь уже в голос.

– Похоже!

– Он меня тоже круто пародирует. Хорошо, ты меня убедила. Сделаем, как вы хотите. Только после пресс-конференции ты рядом со мной или здесь под охраной, никакой самодеятельности.

– В туалет отпрашиваться? – не могу перестать хихикать, кажется, после такого яркого оргазм в моей крови слишком много эндорфинов.

– Разумеется. Поднимать руку, как в школе, смотреть грустными глазами и тянуть несмело «можно выйти?». При этом непременно надеть на себя школьную форму с ультра-короткой юбкой и чулочки. Белые. О черт, – жмурится и поворачивается ко мне. – Я сейчас от одной фантазии кончу еще раз.

– Ты извращенец, Теодор Адамиди! – возмущенно шлепаю его животу. – Вот уж не думала, а с виду приличный человек.

– Я приличный, с очень неприличными фантазиями. Мы все такие. Даже ты.

– Я не такая! – возмущаюсь переворачиваюсь на другой бок. Отодвигаюсь.

– Ну-ну.

Это звучит так издевательски, что хочется ткнуть его еще раз, но вместо этого я плотнее заворачиваюсь в одеяло. Ничего я не такая. Это все фрукт виноват! Я жертва эксперимента одного седовласого безумца. Только поэтому я так хочу тебя, Тео Адамиди. Только поэтому творю беспредел. Да!

Тишину, повисшую на несколько минут в комнате разрывает Тео:

– У меня была невеста…