Глава 12

Паша продолжал выдавать инструкции за несколько метров до стоянки у загородного ресторана.

— Старайся меньше говорить. Отвечай по возможности односложно. Да, нет.

Не углубляйся, когда, как появилась в Москве, если что я сам отвечу.

— К чему такие тайны?

Он массировал переносицу пальцами.

— Ада, не утомляй вопросами. Сегодня и так кошмарный день.

Она спросила с сочувствием:

— Что-то случилось?

Паша ответил со злостью:

— Ты! — мечта посидеть спокойно рядом с пигалицей неосуществима. Постоянный спор желания с совестью. Хотел её и ненавидел за то, что хочет.

Она проглотила обиду. На самом деле, сегодня старалась выбесить в попытке отстоять своё я.

— Кто кроме нас приглашён на банкет?

Паша мечтал о тишине, но понимал насколько ей страшно впервые выходить в свет в огромном городе с незнакомыми людьми. Злость отодвинул на второй план.

— Вся городская верхотура. Юбилей одного из замов.

— А именно?

Он с усмешкой смотрел в серьёзное лицо пигалицы. Она по наивности представляла, что соберётся группа знакомых людей?

— Оно тебе нужно? Не вникай.

Ада пыталась выстроить в голове примерный сценарий.

— Вдруг придётся общаться?

Ему становилось интересно, через какое время, окунувшись в гущу событий, глупышка станет проситься домой? Он отмахнулся:

— Для этого и говорю тебе про «да», «нет».

«Мерседес» подкатил к крыльцу огромного белоснежного здания. Два этажа приветствовали ярко освещенными окнами.

Ада рассматривала ресторан через окно. Первое знакомство с московской тусовкой пугало до учащённого пульса. Она наблюдала, как из дорогущего автомобиля выплывала очередная стильная «штучка». Попробует повторить лениво изящные движения львицы, чтоб сразу поняли — она своя.

— Твой знакомый арендует тут зал?

— Полностью. Оба этажа.

Ада закусила губу, чувствуя себя полной «деревней».

— Ничего себе, это сколько друзей нужно иметь?

— Не слишком много, — Паша поправил платок в верхнем кармашке пиджака, добавив с невозмутимым видом: — Человек триста.

Она присвистнула.

— И это мало?

Он кивнул.

— Поверь на слово. Приглашены люди, без которых Тимуру сложно обойтись.

«Мерседес» плавно прошуршал колёсами пару метров, занимая место предыдущего автомобиля.

Паша убрал торчащую прядку подопечной за маленькое ушко. Ободряюще вопросительно:

— Ты готова?

Она потрясла головой, не в силах продавить слово сквозь пересохшее горло.

Паша рассмеялся.

— Хоть пять секунд в тишине посидеть… — Он приложил к губам тонкие пальчики, подбодрив уверенным взглядом в глаза: — Ничего не бойся! Я рядом.

Сказано вовремя.

Дверь автомобиля распахнулась. Рука в белой перчатке помогла выйти. Швейцар в красном с золотом камзоле из сказки про Золушку.

Узкая, дрожащая ладошка легла в широкую. Ада вздохнула и повторила движения светской дамы.

Самым сложным оказалось держать спину прямо, встав на высокие шпильки.

Но швейцар держал крепко, а поспешивший на смену Паша уверенно подхватил рукой за талию.

— Умница! — редкая похвала. — Не думал, что ты умеешь ходить на каблуках.

— Притворяюсь крутой тёлкой. На самом деле моя обувь — удобные кроссы или низкий каблук, а одежда — джинсы с толстовкой.

Павел потянул за собой к входу в аквариум с золотыми рыбками.

— Привыкай!

Бесконечные ступени покрыты гладкой плиткой под серый гранит. Лестница оказалась крутой, а подошвы бирюзовых туфель шатучими. Ада мёртвой хваткой вцепилась в рукав брендового тёмно-синего пиджака спутника:

— Не растянуться бы носом вперёд, — она смотрела перед собой, боясь поскользнуться, пока не почувствовала тяжёлый взгляд на спине и обернулась.

По лестнице поднималось несколько мужчин с женщинами под руку. Кто-то просто смотрел вперёд. Предупреждения Павла нагнали страх.

Их пара привлекла внимание.

Он улыбался за двоих, борясь с искушением подхватить пигалицу на руки и быстро взбежать наверх. Паша похлопал по тыльной стороне узкой ладошки.

— Выдержишь вечер достойно, с меня подарок! — в этот момент готов был пообещать что угодно. — Завтра куплю машину, какую захочешь. Так что держись.

— «Мазду»!

— Что?

— С тебя красная «Мазда», спортивная, как у моей бывшей одноклассницы. Любовницы директора цементного завода.

Паша рассмеялся.

— Какие страсти кипят в вашем городе.

— Ты не представляешь! — Ада оживилась, забыв про опасение упасть. — Светка подружка его дочери. Всё знают, кроме жены старика. Мать с отцом не против. Гуляет с их одобрения.

Павел нахмурился. Для пигалицы он такой же старик, как любовник Светки.

Он остановился перед большой стеклянной дверью, предупредить о главном.

— Ада, никому не говори, что я твой дядя. В целях твоей безопасности. Пока не узнаем, из-за чего убили Марину, для всех ты моя невеста.

Она кивала с особым усердием. Павел поднял бровь.

— Я не шучу. Не вздумай что-нибудь отмочить. Невеста ты фиктивная. Не стоит цепляться к женщинам, если те оказывают мне внимание. Тем более драться.

Ада пропустила мимо ушей всё, кроме официального статуса невесты Семёнова Павла Сергеевича. Плевать, что собственная фамилия с отчеством взяты от неизвестного человека.

Они поднялись на второй этаж в лифте. Паша то и дело оглядывался. Не отпускало ощущение, что кто-то за ними следит.

Она репетировала улыбку перед огромным зеркалам под усмешки родственника. Сам он отметил, что отлично смотрится с молоденькой пигалицей. Сплетен точно не избежать. Главное, чтобы не пронюхали журналисты.

Лифт несколько раз дёрнулся, пред тем, как остановиться.

С испугом в глазах Ада вцепилась в поручни. Губы дрожали, когда выговаривала:

— Всё блестит, сияет богатством и вдруг такие проколы. С детства боюсь лифтов и закрытых пространств.

Сильная рука сжала талию.

— Бояться нечего, если я рядом. Сегодня познакомлю тебя с друзьями, родителями крестников. С Давидом мы дружим давно. Он мне как старший брат. С его женой — Адель, тебе будет интересно.

— Ну хоть с кем-то, кроме любовницы и телохранителей!

Павел качал головой. Наглая пигалица хотела всего и сразу.

— Люди годами на новом месте знакомыми обрастают. Начнёшь с моих друзей. Поступишь в университет, появятся собственные.

Она скривилась. Опять наезд с учёбой. Единственный способ перепрыгнуть в другую тему:

— Посмотришь, как быстро я это делаю, только поводья отпусти. Вместо учёбы я выйду замуж и нарожаю детей!

— За кого интересно? — жёсткие губы скривились в усмешке. — Встретила знакомого?

— За тебя! Я же твоя невеста? — большие глаза невинно хлопали длинными ресницами.

Он простонал, не зная, плакать или смеяться. Его нагло клеила малолетняя родственница.

— Ты мой Ад!

Она с улыбкой пожала плечами:

— Видишь, уже смирился. Дальше быстрее пойдёт… — В голубых глазах отплясывали черти. — Меняем университет на свадьбу?!

— Познакомься, это мой брат Давид и Адель, его жена.

Ада протянула руку высокому седовласому мужчине. Он осторожно поцеловал тыльную сторону узкой ладони. Располагающий взгляд. Невероятная харизма мужчины, рядом с которым ощущаешь себя королевой.

— Очень приятно. Можно сразу на «ты»?

— Конечно!

Через полчаса Ада чувствовала себя в своей тарелке. Зря пугалась светской тусовки. Рядом с друзьями Павла легко. С Адель они на самом деле быстро нашли общий язык.

Ада снова почувствовала сверлящий взгляд на затылке. Она резко обернулась и в этот раз успела заметить мужчину, пытающего проделать дырку в её затылке.

Павел проследил за взглядом побледневшей как смерть, растерянной пигалицы.

Вилка в руках властителя судеб согнулась, принимая форму подковы.

— Ты знакома с Антоном? — впервые за долгое время дало сбой знаменитое хладнокровие.

Она кивнула, с трудом справляясь с волнением.

— Он был у нас дома незадолго до смерти мамы.

— Что?

— Я слышала, как они скандалили. Вернее, он орал, угрожал маме. Говорил, она пожалеет, что родила меня.

Павел не сводил глаз с давнего врага. В голове начал складываться пазл. Не хватало мелких уточнений.

Он гипнотизировал Аду.

— Вспомни подробно. Важна любая деталь. Марина говорила кто он?

— Нет, но мы внешне очень похожи. Я сказала об этом маме. Она велела не выдумывать глупости, — Ада смотрела в холодные серые глаза. Подбородок дрожал, как ухнувшая в бездну душа. Губы тряслись вместе с поджилками. В желудке холодный ком. Она выговаривала почти минуту:

— Паша, он мой отец?

— Не думаю, но назрела необходимость поговорить по душам.

Давид остановил его за плечо.

— Мне с тобой?

— Не нужно! Только с глазу на глаз, иначе ничего не скажет. Свяжись с ребятами, пусть подъедут человек двадцать. Чуйка орёт.

Ада ненадолго потеряла из вида столик в углу. Теперь за ним никого не было. Только бутылка с красным вином и тарелки с закусками.

Она смотрела на происходящее сквозь пелену слёз. Снующие туда-сюда люди. Громкая музыка. Известный исполнитель на сцене. Смесь запахов в воздухе. Любопытные взгляды, на которые перестала обращать внимание.

Всё что волнует сейчас, вопрос: неужели этим вечером раскроется тайна её рождения?

— Мышка?! И ты здесь? Тебя подобрали с помойки, отмыли, одели и вывели в свет?

— Да пошла ты! — Ада фыркнула в расфуфыренное лицо бывшей любовницы дяди.

Та оскалилась драной кошкой, но не сбежала. Чёрные глаза гуляли по миниатюрной фигурке соперницы.

— Не раньше тебя, мелкая тварь! Это платье должно было стать моим!

Вино из бокала мерзавки выплеснулось в лицо Ады. Она не успела ответить. Дина исчезла так же внезапно, как появилась.

— Платье… — Ада чуть не ревела, вытирая кровавые капли с наряда. Обида рвала душу. — Первое в моей жизни, обалденно красивое платье… — Она сжала кулаки, но вцепиться в морду некому. Отец был забыт. В данный момент она больше всего желала сохранить наряд. — Я сейчас!

Она бегом рванула в туалетную комнату. Женский почему-то оказался закрытым, зато в помещении для инвалидов сквозь чуть приоткрытую щель горел свет.

Ада нырнула в дверь и закрыла замок, не проходя внутрь. Кто-то оккупировал женский, а искать на другом этаже нет времени.

Громкий возглас за спиной:

— Так-так, кого я вижу? Мышка купилась на сыр! — ударил ножом по сердцу.

Мозг взорвался диким страхом с невыносимой болью в висках.

Руки повисли вдоль тела безвольными плетями.

Ада медленно поворачивалась назад, точно зная, кто кроме неё находится в туалетной комнате…