Глава 33

Мы стоим посреди моей спальни. Не вдупляю почему, но я не тороплюсь. И, вместо того чтобы накинуться, раз так сильно хотелось и наконец-то можно, я как конченый дебил разговариваю со своей абсолютно голой женой. При этом сам полностью раздет.

Она слушает, забавно открыв рот. Глажу ее лицо. Смотрю в глаза.

Говорят, любовь должна быть идеальной и обязана пройти испытание временем. Нужно найти хорошую, умную, порядочную, настоящую девушку, которая понравится папе и соседям, а также друзьям и родственникам. Я всегда думал, что это будет кто-то из авиации. Бортпроводница, врач, диспетчер. А в итоге вот… У меня в руках дерзкая, непослушная, променявшая меня на первого встречного пожарного училка музыки.

Пришла ко мне, совершенно незнакомому мужику, в номер, отдалась без защиты, вышла замуж по пьяни. Просто потому, что я совершил пару героических поступков, а еще нравлюсь ей внешне. И она мне нравится! Очень…

Ну вот куда это годится? Никуда! Но в груди так щемит, что я ни секунды не сомневаюсь, что это оно и есть… Дикая потребность быть вместе, собственничество, невозможность представить свою жизнь без нее.

— Ир, у меня ужасный график работы, — шепчу, продолжая оглаживать лицо, скулы, губы. — Командировки, частая смена часовых поясов, ночные полеты. Но ведь это еще не все. Нужно постоянно поддерживать свою квалификацию, проходить техническую учебу, тренажерные подготовки, совершенствовать знание английского языка.

— Знаю.

— Нет, ты даже не представляешь, насколько со мной тяжело. Командировка длится пять дней, три рейса с перерывом на отдых, затем два дня выходных.

— Зачем ты это говоришь?

— Хочу, чтобы ты знала, с кем связалась, — усмехнувшись, никак не могу насмотреться.

Не понимаю, как так вышло, что эта красота дождалась именно меня.

— И каким образом ты справляешься? Как у тебя получается вывозить такой режим?

Тихо смеюсь.

— Самоорганизация. Например, днем накануне ночного рейса я всегда отдыхаю. Утром — зарядка, спортзал или пробежка. Перед полетом умеренное питание, — отвечаю как на интервью, только бы чем-то занять рот и не наговорить пацанских глупостей.

Она совсем по-девичьи моргает ресницами. Это так мило.

— Я действительно люблю свою работу, Ир. Каждый полет неповторим — и это интересно. Поменять ее на что-то другое я никогда не хотел. Тогда это буду уже не я.

— А меня? — неожиданно спрашивает Ира, и я понимаю, о чем она.

Все у нас не по правилам, абы как и быстро. То разводимся, то к другим шастаем, то понимаем, что хотим только друг друга. «Мне нужен ты!» — неосторожно произнесла она в подъезде Сереги. И это не выходит у меня из головы, потому что мне тоже, как это ни парадоксально, резко и сразу нужна она. Сейчас я это очень точно ощущаю. И дело даже не в сексуальном влечении. Это что-то гораздо более глобальное и сильное. Наверное, все эти женские медучреждения так странно на меня влияют. Но мне больше не хочется думать: а что дальше? Я боюсь, что дальше будет без нее. Пусть так…

Пусть недолго или плохо, или скомканно…

— И тебя, — ни секунды не сомневаясь, отвечаю на вопрос.

Ирка забавно охает. А я делаю шаг. Еще один, подталкиваю ее к постели.

Окрыленный чувствами, осознаю: все тело буквально вибрирует от предвкушения. Укладываю ее на спину. Наш первый раз как-то стерся из памяти, зато этот ощущается куда важнее. Становлюсь на колени между ее раскинутых ног. Вид просто потрясающий. У Иры, как я и представлял, грудь увеличилась в размерах, соски заманчиво набухли и потемнели. Возникает острое желание накинуться. Но снова себя одергиваю. Она беременна. Она носит моего малыша. Ей должно быть хорошо. Ни капли дискомфорта или боли.

Укладываю ножки на свои бедра и, утыкаясь в нее каменным стояком, наливаю на руки массажное масло. Мне физически нужно, чтобы она кайфовала. Хотя чем больше я смотрю на свою обнаженную красавицу жену, тем сильнее мне хочется перевоплотиться в рычащего зверя.

Но я себя сдерживаю. В глазах аж темно. Растираю масло на ладонях и наклоняюсь к ней. Начинаю с груди. Задеваю соски. Ира, постанывая, закрывает глаза и кусает губы.

— Как же хорошо.

Я рад. Действую дальше. Массирую, жадно наблюдая за ее лицом. Она просто извивается от блаженства. Маслянистыми пальцами тереблю соски. Я полностью тупею от вида ее пышной груди и, не выдержав, наклоняюсь, сладко всасываю горошины одну за другой в рот. Параллельно поглаживая ее животик.

Мы тремся друг от друга в самых чувственных местах. Она не скрывает свои желания и аж млеет, пытаясь как можно сильнее соприкоснуться с моим достоинством. Наклоняюсь. Целую в губы. Втягиваю в рот ее язык. Поцелуй выходит настолько сексуальным, что у меня сносит крышу. Ира просто извивается на постели, напрашиваясь на член. Мы сводим друг друга с ума, оттягивая момент слияния.

Продолжаю боготворить ее женственное тело, размазывая по нему масло. Аккуратно массажирую, разминая, поглаживая. А потом, взглянув в ее задурманенные глаза, отстраняюсь, сползая вниз.

Провожу языком по центру ее цветка, Ирка вскрикивает от вожделения.

Мне нравится ее реакция. И я припадаю к ней поцелуем: глубоким, настойчивым, тягучим. Вкус просто обалденный, и я увлекаюсь. Мой язык изучает каждую ее складочку, упиваясь сладким ароматом. Поднимаю глаза. Жена, ни капли не стесняясь своего мужа, сжимает и гладит собственную грудь.

Черт меня дери! Я сейчас прям истинный летчик-камикадзе — тупой и бесстрашный! Эта дерзкая кошечка сводит меня с ума. Кончиком языка играю с ее самой чувствительной точкой и медленно, чтобы не навредить, подключаю пальцы. Ира аж задыхается. Я готов наблюдать за этим вечно. На теле жены совсем нет волос, она вся блестящая, гладкая и пульсирующая. Финиширует, ныряя в бездну с головой. И если до этого я был просто влюблен, то сейчас у меня сильным ветром страсти окончательно сорвало плохо закрепленные аварийные трапы.

— Ириш, летчик не должен думать, он должен быстро соображать.

Приподнимаю ее к себе за локти, впечатываюсь в ее рот, меняясь вкусами. Сверкнув хитрым глазками, моя совершенно не застенчивая жена кладет руку туда, куда нужно. Охренев от приятных ощущений, запрокидываю голову.

Простуженные на всю голову, мы с женой потеряли столько времени, ругаясь. Сейчас очевидно. Не надо было разговаривать, надо было трахаться.

Ее ладонь скользит по стволу. Ира лукаво за мной наблюдает, ей явно льстит то, как я туплю. Дальше она наклоняется к моему паху и…

И я понимаю, что женился ну очень удачно. Прям, можно сказать, идеально… Запускаю руку в ее распущенные волосы.

— Знаешь аэродинамику, Ириш, — летай по аэродинамике. Не знаешь аэродинамику — летай плавно-плавно, никогда не упадешь! — несу какую-то авиационную чушь.

Жена, хихикнув, чуть было не доводит меня до греха, потому что завершить раньше времени и не отлюбить сейчас свою законную супругу по-настоящему — это самый настоящий грех! Причем смертельный. Поэтому я аккуратно ее останавливаю и укладываю на бочок, устраиваясь сзади. Затем изящно ввинчиваюсь внутрь. И…

И это полный улет. Без защиты! Кожа к коже! Растягиваю ее, цепляя сладкие точки.

— Илья! — довольно стонет Ира.

А я нежно вхожу и выхожу, одурманенный этой женщиной.

Вперед-назад! Туда и обратно! Мне хорошо внутри жены, аж в ушах звенит. Она меня так сильно сжимает, что я, отупев от наслаждения, превращаюсь в безмозглую медузу Кассиопею.

Тем временем мою чувственную жену снова трясет. Похоже, мне повезло. И в постели у нас почти как в облаках — все идеально. От этих мыслей меня вообще уносит, нахер, к седьмому небу. Я аж взрываюсь, настолько сильно меня накрывает. Не помню, когда в последний раз секс приносил такие мощные ощущения. Все тело размякло, спина обливается потом.

Немного отдышавшись, все еще буксую, но при этом обнимаю жену руками и ногами, ласково поглаживая наш круглый животик.

Смешно, но тихонько засопев, Ира тут же засыпает в моих объятиях.