Глава 7

Первый тест заканчивается ещё минут за десять. Дала Дийар подходит к нам и подводит итоги. Почти все справились лучше нас. Удивительно, что пара человек справились не лучше меня.

Я успеваю взять из сумки полотенце, флягу с водой и немного умыться — руки и лицо больше не в краске, но водолазка липнет к телу. Менять её нет смысла. На Рейма я даже не смотрю, пока нам назначают тренировки.

— Рейм, вы зря так расслаблены, — поддерживает меня Дала. — То, что ваша избранница пропустила потенциально смертельный удар, говорит о вас больше, чем о ней. До конца занятия будете отрабатывать в паре перед такой же пушкой.

Идиот только кивает. Нас ведут в сторону, ставят перед зелёной стеной, где припрятано магическое орудие. Занятие позора, что тут сказать. Вместе с нами такое же задание получают ещё две пары, а остальным Дала находит тренировки поинтереснее.

При взгляде на пушку всё снова кипит внутри. Когда вспыхивает свет, я бью в первый шар раньше Рейма. И во второй. И в два последующих, вылетающих залпом.

Я теперь не доверюсь ему ни на секунду.

— Можем бить через один.

— Рейм, заткнись.

Он разворачивается ко мне. Выставляет щит одной рукой — как я и подозревала, без заметных усилий.

— Может, перестанешь злиться?

Нет, это слишком. Я едва не бью его в грудь и шиплю, пользуясь тем, что мы на приличном расстоянии от остальных:

— Нравится, что я выгляжу идиоткой? Нравится, когда надо мной смеются твои дружки? Ты всё отлично придумал, да?

Лицо Рейма меняется. Пару секунд он смотрит на меня, словно не понимая смысла слов.

Щит по-прежнему держит, но мне плевать. Отвлекаюсь, чтобы справиться с очередным шаром.

— Серьёзно? — слышу сбоку. — Ты хочешь привлечь Тео. Я придумал целый план, чтобы он увидел, как ты страдаешь рядом со мной. А ты думаешь о паре недоумков и результатах в первый день, которые сто раз изменятся?

— По-моему, это верный результат. Ты ударил меня в спину. Я тебя ненавижу. Вместе мы ничего не стоим.

Новый взгляд Рейма — из тех, что я терпеть не могу. Такие появились у него в последние годы — когда я становилась жертвой какой-нибудь новой шутки и шла ему мстить, а он словно не понимал, что происходит. Иногда я даже действительно думала, что постарались другие придурки без его участия, но он же их предводитель? Тем более, нынешний эпизод развеивает все сомнения.

— Не думал, что тебя это так заденет.

— Серьёзно? — возвращаю ему с его же интонацией, когда мы отбиваем ещё пару шаров. — Это всё ради меня? Ты чист и свеж, я стала посмешищем. Отлично.

Зачем я вообще с ним разговариваю? Мне нужно следить за пушкой, дожить до конца занятий, а дальше — я даже не знаю, что.

— Нужно выдержать тонкий баланс между игрой в пару и нашими реальными мотивами, — говорит Рейм. — Посмотри на Тео — он же никогда не осмелится побежать за тобой, если ты будешь счастлива.

Мне правда хочется взглянуть на Альнара. Даже сейчас.

Но у меня враги с двух сторон.

— Когда ты в последний раз позволяла ему себя защитить? — подначивает Рейм. — На втором курсе, на третьем? Ты слишком сильная для него, бесёнок. Ему нужен сигнал о помощи.

— А Глория не сильная? — зачем я это спрашиваю?

— Она хорошая актриса. И Тео на неё плевать.

Я замираю. Щурюсь на придурка.

— Откуда такая уверенность в чувствах этих двоих? Ты знаешь что-то, чего не знаю я?

— Все люди знают что-то, чего не знают другие.

— Не уходи от ответа!

Рейм дёргает рукой, поправляя щит.

— Я знаю, что сегодня он прибежит тебя утешать. Если нет — можешь облить меня краской завтра.

Я смотрю на него. Смотрю, пока в стороне наливается белым стена. Особенно ярко.

— Зачем ждать?

С этими словами я хватаю руку аристократа и ныряю ему за спину. Щит вздрагивает и тает. Он не успевает среагировать. Всплеск — и меня окатывает волной брызг.

И ещё одной.

Когда Рейм сгибается, а затем разворачивается, когда я отпускаю его, мне чуть легче. Потому что он весь в краске — двойной выстрел-плевок разукрасил его так, что мне и не снилось.

— Лудар… — он резко трёт лицо — то ли взбешённо, то ли просто пытаясь продрать глаза.

Отшатывается, выставляя очередную преграду. Я просто отхожу в сторону от пушки.

Дала обращает на нас внимание и кричит. Остальные тоже отвлекаются. Я скорее вижу, чем слышу новые смешки, хотя гогот Дуласа и общее веселье очевидно.

Зато теперь они принадлежат Рейму, а у меня есть минута передышки.

— Я больше не повторю идиотской ошибки, — сообщаю “напарнику”. — Я больше тебе не верю.

Рейм откидывает мокрые волосы со лба. Пытается промокнуть посеревшее лицо рукавом, но это слабо помогает. Только его глаза остаются нормального цвета — и на сером ещё опаснее сверкают.

— Нравится выглядеть идиотом? — интересуюсь я.

Он смотрит в сторону площадки и скалится, показывая Дуласу неприличный жест. А затем надвигается на меня.

— Прекрасно, — его голос звучит зловеще. — Полегчало, бесёнок? Хочешь секрет? Мне плевать, как я выгляжу в чужих глазах. В мире очень мало людей, чьё мнение стоит хоть грош. Среди них, — он раздражённо кивает на площадку, отчего с волос летят брызги, — лучше даже не ищи.

Я недоверчиво усмехаюсь.

— Да, конечно. Поэтому ты выбираешь одежду по цене лошади. Поэтому не бегаешь за девицами и ведёшь себя так, чтобы тебя боялись.

— Одежда удобная. Бегать за тем, чего и так в избытке или что нужно добыть иным способом — глупо.

— По этой же логике тебе нравится быть отвратительным придурком, да?

Лицо Рейма темнеет.

Несколько секунд он смотрит на меня сверху-вниз. В неравномерно серых тонах он мог бы сойти за статую. Потом его губы двигаются, сжимаются, и взгляд становится неожиданно мрачным.

— Вроде того.

Что у него в голове? Я вдруг понимаю, что могла бы поменьше задаваться этим вопросом после четырёх лет знакомства. Или просто поменьше.

— Подставишь меня ещё раз, хоть в мелочи — и я пойду к Илману, Рейм, — говорю я холодно и твёрдо. — Откажусь от нашей пары и факультета. И если ты ошибся насчёт Альнара сегодня — пожалуй, тоже.

Обхожу его и возвращаюсь к пушке. До конца занятия мы отбиваем шары и перекидываемся лишь десятком слов. Когда всё заканчивается, я тащу усталые ноги на часовой перерыв, по-прежнему игнорируя “избранника”.

Иду в душ в небольшой садовой постройке и наконец отмываюсь. Делать это куда приятнее, чем в наших комнатах.

* * *

Из душа, переодевшись в чистую форму, я выхожу последней. Сбежала и Тал, которая долго пыталась узнать, что случилось у нас с Реймом, и ещё пара девчонок, ну а остальные сразу вернулись в общежитие. Я только за.

Радуюсь такой малости, как свежесть на коже, и раздумываю, поздно ли зайти в столовую за соком.

А потом вижу сидящего на узкой скамье у стены Альнара.

Меня будто током бьёт. Хочется протереть глаза. Ал поворачивает голову и по всем правилам наших встреч должен улыбнуться, но не делает этого. Просто встаёт и идёт ко мне.

— Келли. Как ты?

Мне очень сложно не замереть, настороженно на него глядя.

— Нормально. Ты ждёшь Глорию? — это практически единственная моя версия: что я не заметила злобную брюнетку и она всё-таки где-то здесь. Ну, ещё парочка сумасшедших: Рейм ему заплатил? Они в тайном сговоре? Демоны, я сама не своя.

Ал качает головой.

— Тебя.

Меня.

— Что у вас произошло? — Лицо парня моей мечты — серьёзнее некуда. Место тренировочной формы уже заняли рубашка и брюки, и выглядит он прекрасно.

Какая-то часть меня — совсем слабая. Она хочет подойти, уткнуться носом ему в плечо и действительно искать утешения. Разумеется, я так не поступлю. Но тут же вспоминаю слова Рейма о силе, едва не морщусь, и в груди взвивается буря.

— Мы просто поссорились. На тесте, — говорю я вместо каких-либо глупостей. — Результат ты видел.

— Что он сделал?

— Кое-что, после чего… — “хочется его убить”. Фраза вдруг кажется слишком кровожадной. Я прикусываю язык, а миг спустя уже кляну себя за то, что вообще так потеряна. — В общем, кое-что плохое.

Ал трогает ремешок на запястье, а потом словно вспоминает:

— Хочешь пить?

— А?

— Я принёс тебе кое-что.

Поражённо слежу за движением его красивого подбородка. Только сейчас замечаю на скамье тарелку с печеньем и стаканом морковного сока. О Стихии.

Я вообще не понимаю, что происходит, но наконец выхожу из ступора. Вздыхаю глубоко, немного расслабляюсь и искренне улыбаюсь Алу. Мне кажется, получается всё равно кривовато, но мы садимся рядом на скамью.

Надо признать: злость на Рейма, обида и горечь отходят на второй план. Не то чтобы я уже забыла про них, но на что бы ни рассчитывал мой враг-напарник, всё у него получилось. Альнар пришёл меня защищать? Кажется так.

— Спасибо, — благодарю я. Моё плечо совсем рядом с плечом Ала. Он сидит в полоборота, тёплые глаза изучают меня, и я почти тону в них. — На самом деле, не стоило…

Не стоило. Я сама могла бы дойти до столовой. И сказать об этом — совершенно естественно, мне ведь не хочется, чтобы Альнар думал, что я не в силах проделать двести шагов? Но я вдруг вижу, как он хмурится. Ему что, действительно неприятно?

— Мне не сложно, Келли.

— Да, конечно. Спасибо, — бормочу я снова.

И быстро прикладываюсь к соку.

— Я просто имела в виду… Глория, надеюсь, не против?

Кажется, это вопрос чуть лучше.

— Не знаю.

— Как у вас прошёл тест? А тренировка?

Альнар рассказывает — причём, казалось бы, у них всё замечательно, но он не делает на этом акцента. То ли щадя мои чувства, то ли по другой причине. Мне нравится, когда он говорит, тем более, что Глории в его рассказах почти нет. Ал — такой же огневик, как и я, и мы обсуждаем пушки, способы борьбы с ними и даже как сложно отмывать краску. Вспоминаем забавные случаи из прошлых лет.

А потом его лицо вновь становится серьёзнее.

— Послушай. Насчёт Рейма, — он морщится, словно хотел подвести разговор к этому раньше, но лишь теперь собрался с силами. — Я плохо относился к нему всегда. Но сейчас у меня есть причины думать о нём ещё хуже.

Замираю. Выныриваю из приятного мирка, в который успела погрузиться. Что он имеет в виду? Отношения этих двоих действительно какие-то странные. Мне не кажется.

— Что произошло между ним, тобой и Глорией? — спрашиваю настороженно.

— Я не знаю подробностей. Знаю, что её родители разорвали их помолвку из-за какого-то его проступка. Достаточно опасного, чтобы забыть про связи и прочие преимущества, которые можно получить, породнившись с Реймами.

Звучит плохо. И неожиданно. Рейм натворил что-то ещё хуже, чем обычно?

Он сказал, что их с Глорией родители поссорились — под заклятьем правды, и это единственный повод вспомнить его слова — но не сказал, из-за чего.

Уж не поэтому ли он знал, что Альнар будет за меня беспокоиться больше обычного?

Я пытаюсь всё это переварить. Как-то взвесить. Разумеется, новости мне не нравятся, даже не смотря на заботу Ала.

— Прости, — поднимает руки тот. — Я не хотел добавлять тебе тревог. Может, мне просто слишком сложно принять, что это ты рядом с ним. Ну, потому что…

Он не договаривает. Уголки его губ замирают. Я чувствую, как рациональные мысли вновь сгорают и как начинает колотиться сердце.

— Мне тоже сложно представить тебя и Глорию рядом.

Альнар слабо улыбается, глядя мне в глаза.

— Я понимаю, почему ты спрашиваешь о ней, — веселья на его лице нет. — Мне тоже неудобно видеться с тобой вот так — я чувствую, будто совершаю нечто преступное. И да, она против. Но делать вид, что мы стали чужими? Это слишком.

— Согласна, — смотрю, как он засовывает руки в карманы. — Слишком.

— Так что я рад, что хотя бы могу видеть, как у тебя дела на занятиях. И в другое время. Послезавтра день рождения у Ски — ты, наверное, будешь теперь ходить на такие вечеринки?

Думаю, мне мерещится, но звучит почти как завуалированное предложение встретиться там.

— Да, наверное.

— Хорошо.

Он говорит что-то ещё. Про то, что, видимо, должен идти. Про то, чтобы я берегла себя. Я немного в шоке и слишком много думаю: как ему отвечать?

Не то чтобы я не чувствую порой робости рядом с ним, но мне хочется прятать любую слабость за ухмылками и бодрым видом. А Рейм считает, что Алу слабость понравится.

Готова ли я к этому?

Понравится ли такое мне?

Я возвращаюсь на занятия в сложных чувствах. До конца дня Дала гоняет нас, заставляя отрабатывать взаимодействие пар и даже ничего не рассказывая про связь, которую подарил ритуал. На Рейма я смотрю настороженно и с подозрением.

Мы по-прежнему мало разговариваем — я только сообщаю ему, что видела Альнара. И молчу дальше, отдаваясь тренировкам.

Взаимодействие пар. Я и не подозревала, что это такая сложная штука.